Не утаить, не простить, не полюбить

Ржавое ведро с болтами, которое уже давно следовало списать в утиль за возраст, опустилось на землю перед студентками и профессорами. Как любезно сообщила Гризельда перед вручением Палладиуму списка фей: остальные летающие автобусы проходят технический осмотр, поэтому решили «разбудить старичка», служившего школе несколько столетий. Эльф бы поспорил с ней, больше походило на воскрешение покойника. Используя тихое предупреждение и холодный взгляд, паладин усмирил фей и пикси, заставив их занять свои места, после чего они наконец-то взлетели. Палладиума кольнула зависть. Авалону не нужно было повышать голос, чтобы к нему прислушались, Авалону не нужно было наказывать, доказывать, возражать — его авторитет и так непоколебим. Даже в новом облике вместе с иным подходом эльфу далеко до уровня коллеги. Заняв место рядом, временный напарник предложил помощь, когда у Палладиума не защелкнулся ремень, затем пристегнулся сам. По покрасневшим глазам, зевку, прикрытому ладонью, и медленным движениям эльф догадался, что Авалон не выспался, как, впрочем, и он. Палладиум полночи изучал узоры на потолке, пытаясь понять, объяснить поступки паладина и свою неоднозначную реакцию на него. Он разрывался между отвращением, граничащим с гневом, любопытством и чем-то ещё. Эльф раз за разом с упоением вспоминал момент, когда Авалон водил платком по его лицу, касаясь кожи подушечками пальцев. Ему хотелось верить этим добрым глазам, искренней улыбке и нежности. Палладиум бы купился на это, но чёрные пятна на костюме, попытки подчинить в совокупности с резкой сменой поведения выдавали гнилую фальшь, сочащуюся из треснувшей оболочки порядочного паладина. — Палладиум, вы побледнели, — обеспокоенно заметил Авалон. — Всё хорошо? Нет, его подташнивало от удушающего запаха топлива. Современные модели были почти экологически чистыми по сравнению с этим пожирателем горючего. Эльф проверил задний кармашек сидения перед ним, не найдя гигиенического пакета, вздохнул, подумав, что лучше бы они пошли пешком. — Палладиум, ответь! — не унимался паладин, сжав его руку. Перед приземлением ощутимо тряхнуло. Не заметив за собой, эльф сильно стиснул ладонь Авалона, образуя подобие замка. Их подбросило в шатких креслах, а потом качнуло вбок и обратно. Ремень туго натянулся вокруг грудной клетки и живота, усугубляя рвотные позывы. Как только дверь автобуса отъехала в сторону, Палладиум выбежал наружу, скрывшись за ближайшим кустом. Его вывернуло, сгибая чуть ли не пополам. Оперевшись одной рукой на дерево, он жадно вдыхал ртом свежий воздух. Ему протянули бутылку воды — Авалон, как всегда, возник из ниоткуда и, разумеется, видел всё от начала и до конца. Смирившись с очередным позором, он взял питьё, медленными глотками наслаждаясь холодной жидкостью. Только эльф закрутил крышку — ему тут же протянули салфетки с цветочным ароматом. — Спасибо, — прохрипел Палладиум. — Может, ещё мне галстук поправите, а то я не всю гордость растерял перед вами. У паладина была возможность вмешаться, придержать светлые волосы во время процесса, но он не хотел навязываться. Боялся, что такое отношение скорее оттолкнёт, нежели вызовет симпатию у того, кто привык работать в одиночку, полагаясь лишь на себя. Предчувствие не подвело. — Вас укачало, я заметил, помог. Не нужно стыдиться. Уверен, если бы подобное случилось со мной, вы сделали бы то же самое. Дело не в минутной слабости, эльф переживал по иной причине. Если паладин продолжит заботиться, он начнёт привязываться, таять, ждать от него только хорошего: от лжеца, от тёмного мага. Это неприемлемо. Палладиум опустил руку в карман штанов, проверяя наличие снотворного и тошнотного зелий — напоминание о том, чем могла закончиться прошлая ночь, проиграй он соревнование. — Меня не укачало, — возразил эльф. — Мои силы неразрывно связаны с природой, которую оскверняет эта машина, используя токсичное зловонное топливо. От таких ароматов всегда становится дурно, где бы я ни находился. Авалон кивнул, мысленно вычёркивая несколько мест для их потенциального первого свидания, которое если и состоится, то очень не скоро. Не то чтобы он часто фантазировал об этом, но сопротивляться притяжению с каждым взглядом медовых глаз становилось всё труднее. Они вышли из тени. Огибая автобус, направились к студенткам, которым паладин сказал ждать своего возвращения. Девушки тоже выглядели не лучшим образом после тряски: испуганные, растрёпанные, помятые. Взяв список у Палладиума и папку с бумагами у Блум, Авалон принялся инструктировать фей, попутно спрашивая их: — Все целы? Ничего не сломали? Пока его коллега занимался делом, эльф, выкидывая бутылку в мусорку, заметил рядом стоящий транспорт из Облачной Башни. Подойдя к молодым ведьмам, он поинтересовался о местонахождении Эдилтруд, те ответили, что она уже ушла, оставив их на профессора Альфеуса. Судя по количеству студенток, большинство разбежалось по территории, а ответственный за них безмятежно растёкся на одной из скамеек. Давний знакомый настойчиво развлекал девушку, которая присела поправить застёжку на туфле. — Дорогуша, на таком каблуке ты далеко не уйдёшь без костылей или трости. Позволь мне угостить тебя выпивкой и проводить за ручку до арены, — говорил маг своим глубоким, кажущимся простуженным голосом, при этом не забывая задорно улыбаться. — Даже не знаю... Я на работе, — растерянно ответила незнакомка, приподнимая пальцами висящий на шее пропуск представительницы прессы. — Красотка, не поверишь, но я тоже. — Альфеус! — окликнул его Палладиум. — Есть разговор. Воспользовавшись моментом, девушка упорхнула, не попрощавшись, когда маг повернул голову обратно на скамейку, там уже было пусто. — Поперхнись фейской пыльцой! Ты только что спугнул мне даму, остроухий. Если это не вопрос жизни и смерти, то катись подальше, пока я в хорошем настроении. — Альфеус, это я — Палладиум, — уточнил эльф, догадываясь, что тот его не узнал. Последний раз они виделись в прошлом семестре, когда школа ведьм была захвачена и феям пришлось потесниться, предоставляя убежище гостям. — Палладиум? — удивлённо переспросил маг, тут же вскочив со скамейки. — Ты сильно изменился за каникулы... Что с тобой стало, дорогуша? Пересел с детских йогуртов на протеин? Покрасился? А как вырос! Теперь мы одного роста, и я уже больше не могу использовать твою голову как подставку для локтя. — Хватит болтать! Говори, где Эдилтруд, — перешёл к делу Палладиум, порядком раздражённый его бестактными комментариями. — Мне срочно нужно её найти. — Откуда я знаю? Она ушла провожать одну студентку до медпункта, а мне велела присмотреть за остальными, — пожал плечами тёмный маг. Палладиуму хотелось кричать от досады: Альфеус бесполезен, а Авалон уже направлялся в их сторону. — Слушай, раз мы так удачно встретились, давай положим большой и толстый... том по зельеварению на эту церемонию и пойдём в бар, — панибратским жестом маг закинул свою руку ему на надплечье. — Пьянствовать один, как неудачник без друзей, я не хочу. Ты теперь выглядишь достаточно взрослым, чтобы сотрудники лишний раз не уточняли возраст, а я не походил на дядю с конфетами, заманивающим детей в злачные места. Не надо делать такое лицо, дорогуша, будто тебе предлагают выпить яда, нюхнуть и залезть под юбку к барменше. Из разговора эльфа и мужчины в потёртом кожаном пальто паладин успел услышать лишь последнее предложение. Внешний вид говорил сам за себя — такой же вульгарный, как и его речь: растрёпанные чёрные волосы, того же цвета ногти и помада, цепи на одежде и ремне, позвякивающие во время ходьбы. Авалону уже не нравился этот тёмный маг, хоть он и не успел сделать ничего дурного, кроме того, что повис на Палладиуме. Паладин хотел столько всего сказать, но Альфеус ретировался за спину эльфа, возмущаясь: — Нормальное у меня пальто. Между прочим, пережило не один музыкальный фестиваль. Палладиум, спасай! Этот тип в брендовом костюме хочет меня четвертовать за отсутствие стиля. — Ничего подобного, — опешил Авалон, понимая, что перед ним телепат, о котором так нелестно отзывались коллеги на вчерашнем собрании. — Может, нас для начала представят друг другу, прежде чем делать преждевременные выводы? Сообразив, чего от него ожидают, эльф нудно, будто зачитывая список покупок, проговорил: — Альфеус, перед тобой паладин и новый преподаватель Алфеи по магфилософии. Авалон, познакомьтесь с Альфеусом, профессором из Облачной Башни, ведущим курс по контролю сознания. — А ещё я хором руковожу, — беззаботно добавил маг. Никто из них не спешил знакомиться. Палладиум мысленно перешёл на общепринятый язык, стараясь думать как можно «громче». Альфеус уже без труда прочёл мысли паладина, значит, сможет ещё что-то узнать, ответить на интересующие его вопросы. Зачем тратить время на поиск Эдилтруд, если всё можно решить прямо сейчас? С вызывающим поведением телепата, так уж и быть, придётся смириться. Альфеус уловил чужой поток мысли, едва заметно метнув взгляд на вход в Красный Фонтан, как бы намекая: «Пойдём обсудим без свидетеля». — Авалон, вы не забыли про папку, которую вам доверила Фарагонда? — напомнил Палладиум. — Найдите Кодаторту, а мы отведём девушек на парад. — Да, — неохотно согласился паладин, — я вернусь как можно скорее. Перед тем как уйти, Авалон оставил Блум за старшую среди девушек и взглядом задержался на удаляющейся спине эльфа.

︵‿︵‿⋆⋅☆⋅⋆‿︵‿︵

Крики и аплодисменты, заполнившие арену во время возвышения школы к облакам, приглушали их голоса. Устроившись на несколько рядов выше студенток, Палладиум поведал Альфеусу о своих наблюдениях, подозрениях и догадках касаемо паладина. Упустив разве что вчерашний мерзкий флирт в тёмном коридоре. К его удивлению, маг ни разу не перебил и даже не пытался шутить. — Так что ты думаешь? — спросил эльф, потными ладонями смяв ткань на своих брюках. — Не обижайся, дорогуша, но я думаю, у тебя паранойя, — заключил Альфеус, сдув с лица пару волос, выбившихся из осветлённой чёлки. — Нет! — резко возразил Палладиум. — Слишком много совпадений, несостыковок и лжи крутится вокруг одной персоны. Допускаю, что, может быть, это одна большая ошибка. Я не успокоюсь, пока не увижу убедительные доказательства вины или невиновности Авалона. Ты же читал его мысли! Можешь что-то добавить? — Ничего интересного, кроме... А хотя ты всё равно об этом узнаешь, просто попозже. Забудь! Не было там планов по поиску частей Кодекса, можешь остыть. Если твой паладин чуть умнее улитки, то найти у него в разуме что-либо конкретное по теме будет проблемой. Я видел лишь поверхностный слой, а такую информацию прячут под надёжными замками, которые не каждый способен вскрыть. — Но ты способен! — зацепился эльф. — Или мне всё же пойти искать Эдилтруд? — Ха, иди ищи! — не повёлся на провокацию Альфеус. — С учётом перестройки школы прямо на наших глазах к следующему дню управишься. Палладиум был в шаге от истины, и упустить шанс сейчас — большая ошибка. Телепат, видимо, не осознавал, что под угрозой находится и Облачная Башня тоже. Смирившись с вопиющей некомпетентностью коллеги, он задал вопрос: — Чего ты хочешь за помощь? — Компанию, — щёлкнул пальцами Альфеус. — Выпьешь со мной после этой заварухи? Даже не думай, что потом отделаешься, а я забуду. — Ладно, — обречённо согласился Палладиум. — Замётано! Как пожелаешь вести дела, дорогуша? Маг пугающе улыбнулся, демонстрируя белые зубы. Бездонные чёрные глаза на секунду заговорщицки блеснули алым. Хлопнув в ладоши, телепат предложил: — Есть два варианта: первый — быстрый и болезненный, второй — медленный и безболезненный. Твой выбор? — Второй, — без колебаний решил эльф. — Отлично! Значит, берём кирпич потяжелее, вырубаем паладина, тащим в тихое место... — И это безболезненный вариант? — возмутился Палладиум. — Если посмеешь его ударить, Альфеус, клянусь, я сделаю из тебя пакеты с удобрением. Маг отодвинулся подальше, всеми силами делая вид, что сдаётся, демонстрируя пустые руки. — Эй, полегче. Какая разница, как Авалон потеряет сознание, если ты считаешь, что он шпион? — подметил телепат. — Для второго варианта мне необходимо, чтобы паладин вырубился, иначе вторжение в его черепушку провалится. Эльф потёр подбородок. Перебрав другие идеи, задумался: — Если он уснёт? — Можно, но где ты возьмёшь достаточно крепкое сонное зелье, которое подействует моментально в десяти случаях из десяти? Здесь и сейчас это попросту невозможно. Палладиум вынул из кармана два миниатюрных сосуда, показывая их Альфеусу. Тот причудливо свёл брови ближе к переносице, рассматривая колбы. — Какого ящера?! Зачем ты таскаешь этот набор серийного отравителя с собой, дорогуша? — Не имеет значения. Решено — мы используем снотворное! Поднявшись, эльф аккуратно поправил галстук, который, по ощущениям, был слишком туго затянут, и обратил внимание на табло с часами. — Найдём Авалона, а потом сходим за напитками. Кодаторта уже здесь, — указал Палладиум на центр арены, — но паладин так и не вернулся. Я предупрежу остальных, что нас не будет какое-то время. Суетившийся эльф быстро спустился по ступенькам к феям. Альфеус, лениво переставляя ноги, последовал за ним, шепча себе под нос: — А ты изменился не только внешне, приятель.

︵‿︵‿⋆⋅☆⋅⋆‿︵‿︵

Авалон крепче перехватил папку в руках, когда эльф с тёмным магом скрылись из виду. Он пытался понять, что в Альфеусе выводило его больше: развязное поведение, несуразный внешний вид или то, как он общается с Палладиумом. Телепат свободно фамильярничал, чего паладин не мог себе позволить. Между ним и эльфом, глупо было бы это отрицать, существовала социальная дистанция. Они коллеги, а не приятели, друзья или пара. Пока паладин, будто приколоченный, стоял на месте, думая о том, как плавно и незаметно поднять эти отношения на ступень выше и стоит ли это делать. Краем глаза он заметил блондина, сидящего на лавочке рядом с Блум. Подросток как-то странно смотрел в его сторону. Авалон уже знаком с ним, кажется, они перекинулись парой фраз когда-то, но не помнил точно. Память подводила в последнее время. Чем он заслужил осуждающий взгляд? Паладин сомневался, что мог задеть, уколоть лишь одним коротким взаимодействием. Не зацикливаясь, Авалон вернулся к поручению Фарагонды. Она буквально дала в руки повод познакомиться с профессорами из Красного Фонтана. Сделав круг по первому этажу, так и не найдя лестницу или лифт, паладин пожалел, что не взял флаер с картой у стенда на входе. Остановившись, Авалон почувствовал сильную головную боль, будто его череп сжало под прессом. Он больше ничего не видел вокруг себя. Открыв глаза, паразит посмотрел по сторонам. Идея прикрыться паладином как щитом перед телепатом сработала идеально. Его не раскрыли и даже не подозревают. Осталось избавиться от задания начальницы, чтобы перейти к заданию от хозяина. Ничего-ничего, он оборвёт один поводок, когда у них будут все части Кодекса. Скоро тело перестанет оказывать сопротивление, изначальная личность сотрётся, полностью освободив ему место. Новая оболочка пока нравилась, и планов сменить сосуд в ближайшем будущем не было. По коридору быстрым шагом шёл знакомый специалист. Как его там? Неважно. — Здравствуй, Тимми, — вспомнил он невзрачное имя парня. — Ты случайно не знаешь, где сейчас профессор Кодаторта? Пробубнив невнятное приветствие в ответ, ученик сообщил: — Я как раз направляюсь к нему, могу вас проводить, сэр. — Не стоит. Лучше передай это, — паразит протянул Тимми папку, от которой так хотелось избавиться. — Хорошо... Одной проблемой стало меньше.

︵‿︵‿⋆⋅☆⋅⋆‿︵‿︵

После того как Палладиум и Альфеус несколько раз прошлись по предполагаемому маршруту Авалона, эльф начал думать, а не случилось ли чего с ним. Блум, с которой они случайно пересеклись, тоже безуспешно искала его. Около тренировочного лабиринта, проигнорировав лавочки, дуэт присел под тенью дерева для обсуждения дальнейших шагов. — А ты не можешь найти его при помощи своих сил? — спустя какое-то время поинтересовался Палладиум. — Дорогуша, хочешь, чтобы я сошел с ума, прочитав мысли всех в этой школе? Лучше сразу пусти на удобрения. Скажу очевидное: не все люди хорошие, как некоторые паладины в сияющих доспехах, — подметил Альфеус. — После особо отбитых экземпляров вообще хочется лишить себя сил и стать монахом. — Мы не знаем наверняка, хороший ли он. Ты же видел только то, что было на поверхности, — напомнил эльф. Тёмный маг поднёс палец ко рту и едва заметно мотнул головой в сторону и вверх. Палладиум понял: обсуждаемый ими мужчина находится у него за спиной. Значит, их план можно приводить в действие. — Как жарко, Альфеус! — натужно простонал эльф. — Мне нужно срочно промочить горло. Телепат закатил глаза. По его мнению, Палладиум сильно переигрывал. Но, похоже, этого было достаточно, чтобы Авалон в мыслях захотел унести прелестного эльфа от грубого, невоспитанного и похабного телепата. Конфетти в форме сердец перед носом плохо влияло на его критическое мышление. Альфеус усмехнулся, знал бы паладин, что лежит в карманах у этого невинного создания. — Авалон! — повернулся к нему Палладиум, изображая удивление. — Где вы были? Кодаторта сказал, что не видел вас. Мы беспокоились. Заметив в волосах эльфа крохотный зелёный лист, паладин протянул ладонь, выпутывая его и заодно убрав пару ворсинок с жилета. — Я заблудился... — неуверенно оправдывался он. — Понятно, — сказал Палладиум, не поверив ему. — Что-то пить хочется, предлагаю пойти в кафетерий на обед. — Подождите, а как же студентки? Вы оставили их одних? — негодовал Авалон. Эльф потускнел, встав на месте, натянутый, как струна. О том, что паладин не захочет пойти с ним, он не подумал. — Да, мы бросили беспомощных почти совершеннолетних леди, владеющих магией, на охраняемом параде. Ох, как мы могли? — иронизировал Альфеус. — Расслабься, зануда, ничего с ними не случится. Профессор Кодаторта, до которого ты так и не дошёл, любезно согласился присмотреть за девушками. Телепат подошёл ближе, вновь положив руку на надплечье эльфа. — Хочешь, иди нянчи фей, а мы с дорогушей заслужили отдых, — улыбнулся маг. Эффект от его вольностей не заставил себя ждать. Угрюмый Авалон согласился составить им компанию.

︵‿︵‿⋆⋅☆⋅⋆‿︵‿︵

Кафетерий пустовал после окончания перерыва между выступлениями. Палладиум, специально выбрав самый дальний столик снаружи, отправился делать заказ напитков, оставив паладина под присмотром телепата или наоборот. Они были похожи на двух школьников, не поделивших напарника. Только Альфеус намеренно провоцировал ради веселья, а вот реакция Авалона вызывала вопросы. Может, он ревнует? Но какой в этом смысл, если паладин считает его за простака, который годится лишь для постели? Пусть Авалон ещё хоть сотню раз протянет платок или салфетку, Палладиум не забудет его вчерашнюю попытку получить секс на одну ночь. Он ответит паладину обманом на обман. Телепат безмятежно покачивался на стуле, закинув ногу на ногу. У Авалона чесались руки одёрнуть его, спросить прямо, почему он называет Палладиума «дорогушей». — Тебе не нравится? — прочитал мысли паладина Альфеус. — А по-моему, мило. — Раздражает, — признался паладин. — Сам не можешь называть Палладиума «дорогим» или «любимым», поэтому сердишься. Моей вины здесь нет. Сиди дальше жалей себя, вздыхай, пока кто-то более расторопный не пригласит эльфа на свидание. Может, к его свадьбе опомнишься. Авалон остолбенел от неприкрытой наглости, с которой телепат копался у него в голове. Он знал гораздо больше того, что говорил вслух, иной причины, откуда взялось «дальше жалей себя», не было. Самое обидное, Альфеус прав насчёт чувства ревности, противно звеневшего над ухом и требующего защитить Палладиума от тёмного мага. — Многое успели увидеть? — с нажимом спросил Авалон. — Достаточно, чтобы сделать выводы, дорогуша, — уклончиво ответил телепат. — Не называйте нас с Палладиумом «дорогушами», — потребовал паладин. — Как скажешь, сладкий! — расхохотался Альфеус. Положив локти на стол, Авалон ладонями прикрыл лицо. Это было намного хуже, чем «дорогуша». И телепат знает, что он не причинит ему вреда, поэтому подтрунивает. Гризельда вчера дала ему очень точную характеристику, назвав шутом и балагуром. Паладин сразу же вспомнил её совет касаемо математики. «Корень из трех икс плюс сорок девять...» — Что ты делаешь? — закричал Альфеус, схватившись за голову. — Прекрати! «Одна целая двадцать пять сотых минус...» — Хватит! Я понял, никакой «дорогуши»! — взмолился телепат, падая назад с раскачавшегося стула. — Не нравится? — потешался Авалон. — Сильный и могущественный тёмный маг испугался детских примеров? Поднимаясь с пола, Альфеус ударился головой о стол. Застонав, потёр лоб рукой, огрызаясь на невозмутимого паладина: — Легко говорить тому, кого из-за них не пытались отчислить. — Даже так? Теперь я хотя бы знаю причину, по которой вас оставляли на второй год. Несколько столетий подряд. Продолжив пререкания, они не заметили, как подошёл Палладиум с подносом. Телепат быстро выхватил у эльфа стакан газировки, где льда было больше, чем жидкости, приложив его к травме заместо компресса. — Авалон, — обратился к нему эльф, — что это с Альфеусом? — Не имею никакого представления, — мягко улыбнулся паладин. Палладиум занял место рядом, протянув Авалону напиток с уже подлитым зельем. Паладин тогда не сказал, что будет, поэтому эльф, припомнив их приёмы пищи в Альфее, выбрал свежевыжатый фруктовый сок. Себе он организовал холодный чай. — Запомнили, что я беру за обедом? — догадался Авалон. — Спасибо, вы очень обходительны. — Пожалуйста... Пригладив светлые волосы руками, Палладиум отвернулся, не желая видеть результат своих действий. Паладин, сделавший пару глотков, ощутил слабость, глаза начали слипаться, а руки и ноги стали ватными, неудержимо потянуло прилечь. Почувствовав горьковатый привкус на языке, он всё понял. — Палладиум, — ослабевшим голосом позвал Авалон, — что вы мне подсыпали? Эльф вовремя повернулся, подхватывая паладина, который попытался встать, оперевшись рукой о стол. — Простите, но это необходимо, — дрожащим голосом оправдывался Палладиум, удерживая Авалона в крепких объятиях. На мгновение он уловил небольшую вспышку гнева на лице паладина. Зелье, испортившее костюм, летающие книги, проигранное соревнование — у него было много поводов вспылить, но чашу терпения не переполнило, а опрокинуло одним размашистым движением снотворное, любезно предложенное коллегой. — Вы такой же, как он... Не прощу... никогда, — обрывисто прошептал паладин, засыпая на руках эльфа. Поглаживая мужчину по спине, Палладиум старательно убеждал себя, что поступает правильно, что цель оправдывает средства, что Авалон, который не окажется злодеем, обязательно поймёт. Эльф вытер одну-единственную слезу со щеки паладина. У Авалона на удивление была мягкая кожа и длинные иссиня-чёрные ресницы. Нос с горбинкой придавал некую строгость его лицу и даже капельку благородства. Теперь он казался Палладиуму даже прекраснее, чем в их первую встречу. Любование спящим прервал визг сирены. Механический голос заявил об атаке монстра на Красный Фонтан, призывая посетителей эвакуироваться из здания. — Альфеус, нам срочно нужно попасть на арену! Студентки... — Пф, не суетись, дорогуша, — прыснул телепат. Неторопливо он убрал подводку в карман плаща и захлопнул зеркальце. — Наверняка это часть представления. Давай лучше займёмся твоим паладином. Второго шанса не будет. Кое-как, пыхтя, коллеги вынесли Авалона из обеденной зоны, благо все работники испарились после объявления тревоги. Даже если бы они остались на месте, эльф заранее придумал легенду: их другу стало плохо, и они несут его в медпункт. — Тяжёлый, зараза, — пожаловался Альфеус, перехватывая ноги паладина. — Тише, — прошипел Палладиум. Пустота на лавках и в коридорах подсказывала эльфу, что тревога была самой настоящей и не входила в программу парада. Когда они почти доволокли его до дерева, под которым сидели ранее, навстречу вышел специалист в шлеме, крича им: — Для кого сирена была? Эй, вы двое, сейчас же на выход. На школу... — он осёкся, увидев, что они удерживают человека без сознания. — Подождите! Что вы делаете? Ученик потянулся к браслету на руке, желая сообщить о происшествии и вызвать подмогу. — Замри или будешь следующим! — отрезал Альфеус, перепугав бедного парня так, что тот затрясся. — Это недоразумение, вы неправильно поняли нас, — начал было оправдываться Палладиум, но, увидев, как глаза телепата загорелись алым, прекратил. Специалист перешёл под его контроль. — Кругом! — скомандовал маг. — Марш отсюда! Студент исчез из поля зрения мгновенно, будто за ним вдогонку гнался хищник. — Он же придёт в норму после? — спросил эльф. — Конечно, я только припугнул, — объяснил Альфеус. Сев, эльф положил голову мирно посапывавшего паладина к себе на колени, подпирая спиной ствол дерева. Палладиум утешал себя тем, что Авалон хотя бы немного вздремнёт, пускай и принудительно. Вся его решимость, с которой он подливал зелье, иссякла, выжгла все чувства, оставив лишь разочарование и сомнения. Телепат расположился в двух шагах от него, скрестив ноги. — Альфеус, мне кажется, эта тревога не для шоу, — поделился своими догадками эльф. — Хочешь развернуться на финишной прямой? — спросил телепат. — Значит, ты зря предал друга? Или не просто друга? Последнее он произнёс игривой интонацией, пытаясь вывести Палладиума на реакцию. Эльф проигнорировал, как и мелькнувшее «твой паладин» пару раз до этого. А вот слово «предал» жестоко пронзило насквозь холодной сталью. — Он мне не друг, — подавленно ответил Палладиум. — Я не делаю ничего дурного. Я защищаю школу. Я не поддамся на его манипуляции... Я не отступлю! Опущенные уши и покрасневшее от стыда лицо выдавали с головой все переживания эльфа. Палладиум легко принял решение о снотворном, но настигшие последствия — крики совести, горькие слова Авалона — тяжело ударили по нему. Заметив, что переусердствовал с мотивирующей, по собственному мнению, речью, Альфеус попытался приободрить эльфа: — Дорогуша, не оплакивай того, кого мы ещё не похоронили. Подумаешь, уснул на часик или два. У нас в Облачной Башне бы с ним не церемонились: темница под охраной, гипноз и на корм паукам. Ты слишком переживаешь из-за мелочей. — Хватит твоей болтовни, — уже спокойным, даже слегка бесцветным голосом проговорил Палладиум. — Делай то, что должен. — Ну наконец-то... Под шелест листьев дерева и отдалённые звуки борьбы они закрыли глаза.