Кровь, Смерть и Обречение

1.       Стекло под спиной разлетается вдребезги, и Артур падает, падает, падает. 2. — Эй! Ты! Мальчик!       Киран дернулся и подорвался с места. — Д-доброе утро, Мистер Мо… — Что ты делаешь?       Травоядные глаза Кирана заметались, как у нашкодившего щенка. — Н-ничего?.. — В этом проблема. Иди и сделай что-нибудь! Покорми лошадей! Спроси у Гримшоу работу! Принеси на кухню воды, ради Бога!       Кирана сдуло с места. Артур угрюмо развернулся, допил остатки кофе и поморщился. Лагерь вымер. Половина мужчин отсутствовала. Чарльз уехал с Хавьером пять дней назад, и с тех пор дичи на столе Пирсона не прибавлялось. Штраус не вернулся из города. Ленни отдыхал. Джон… При мысли о нем, Артур понуро уставился себе под ноги. Майки не было видно. Женская часть притихла; солнце встало час назад, и скоро Гримшоу подрядит их работать.       Но заплатки и чистая одежда не принесут им ни денег, ни жратвы. Может, Датчу следовало задуматься о том, чтобы открыть фабрику по пошиву одежды. — Датч!       Артур обошел шатер и заглянул внутрь. Молли лежала на неубранной кушетке. Она приподняла голову на шум, посмотрела на него и отвернулась к стенке палатки. Датч, с уже уложенными волосами, обувался. — О, Артур! Хорошие новости, сынок, хорошие новости. Хэзеа почти отыскал нам покупателя на облигации. — Здорово, — Артур прислонился к опоре шатра. — Ну, что насчет сейчас? Мы потратились на ремонт, припасы, лекарства…       Лицо Датча помрачнело, но уже через секунду приняло оживленное выражение. — Может быть, у меня есть кое-что, — он лукаво улыбнулся. — Почему бы тебя не встретить меня чуть позже в Валентайне? — Валентайне? Половина наших ребят там. Ну, а кто останется в лагере? Пирсон? Девки? Марстон? Майка? — Ты ожидаешь нападения? — Нет. — Лагерь прекрасно справится без нас, Артур. Что нам нужно, так это выбраться отсюда и добыть денег, чтобы эти женщины и мужчины нас не сожрали. И маленький Джек…       Артур почесал бороду. Ему следовало наведаться к барберу, привести себя в порядок. Но его последний визит в город закончился дракой с чертовым гигантом, и он до сих пор выковыривал крошечные осколки стекла у себя из спины и затылка. — Я не уверен, что мне нравится дело с этими облигациями, Датч. — Что ты имеешь в виду? — Датч закончил с сапогами, встал, накинул жилет и принялся застегивать пуговицы. — Корнуолл, а? — Артур сунул большие пальцы за пояс и склонил голову на бок. — Я уверен, что видел это имя пару раз… Большая шишка, Датч. — Означает, что он обворовал большое количество людей. Такие как он, Артур, душат эту страну. Такие как он подвели ее к обрыву, на котором мы все сейчас стоим, — Датч закончил с жилетом и теперь застегивал на бедрах оружейный пояс. Молли потянулась, медленно села и принялась расчесывать волосы. — Бросая вызов ему, мы бросаем вызов гнилому порядку, который толкает простых американцев в бездну.       Артур досадливо поморщился. — Что я хочу сказать, так это, — он замялся. — Мы на его территории, Датч. Это безопасно? — Что? — Продавать, что мы украли у него у него под носом. — Что ты предлагаешь, засунуть эти бумажки поглубже в карман? — Датч поднял брови. — затянуть пояса потуже? — Нет. — Тогда реши, что ты хочешь сказать, потому что я тебя не понимаю, сын, — в голосе Датча появилось раздражение, но тут же он смягчился. — Послушай, Артур, это все усталость. Мы потеряли друзей. Гончие дышат нам в спину много недель. Мы начинаем шарахаться от собственной тени. Хозеа знает свое дело… И мы проделывали все эти вещи сотни раз… Что нам нужно, так это успокоиться. Потому что когда мы паникуем, мы совершаем ошибки, и это то, что им нужно. — Ты прав, Датч, — Артур вздохнул, — полагаю, я просто волнуюсь из-за… всей этой…       Всей этой полосы неудач. — Я знаю, — Датч убрал револьверы в кобуры, шагнул к нему и хлопнул по плечу. — Я знаю. Нам нужно держаться вместе. Мы выстоим, если будем держаться друг за друга. — Точно…       Датч доверительно сжал его плечо и отступил. — Ну, незачем тянуть, — он одернул жилет. — Найдешь меня в городе. — Эй, Датч, — окликнула Молли. — Можно я поеду с тобой?       Лицо Датча приняло задумчиво-растерянное выражение, меж бровей залегла складка. — Я не уверен, что это хорошая идея, дорогая, — проговорил он. — Это не увеселительная поездка. Я встречу мальчиков, и потом, вероятно мы с Артуром выполним одну работенку. Тебе будет скучно… Как насчет того, чтобы ты съездила с девочками?..       Лицо Молли дернулось. — Как насчет завтра?.. — Завтра? — Я оставлю вас, — сказал Артур. — Конечно, конечно, — отозвался Датч, рассеянно поправляя манжету. Артур кивнул Молли и зашагал прочь. — О, и Артур? — позвал Датч. — Да? — он обернулся. — Возьми с собой… Ленни? — Ленни восстанавливается, Датч.       Была и другая причина: Ленни в городе скорее запомнят, чем белого бандита. — Билл?       Артур пожал плечами. — Где Майка? — нахмурился Датч. — Без понятия.       После того, как всплыли кое-какие подробности пребывания Ленни и Майки в Валентайне, последний старался не попадаться Датчу на глаза, хотя Датча ситуация волновала меньше, чем Артуру бы того хотелось. Ошивался на задворках лагеря, изредка совершал ночные налеты на пирсоновские запасы бухла; не раздражал других, но и не делал ни черта.       Датч вздохнул. — Что ж. Поищи в городе Штрауса. За две недели он должен был что-то раскопать, Артур. Нам позарез нужны деньги. — Я знаю, Датч! — раздраженно ответил Артур. — Пойду, проведаю паренька. — Отлично, Артур. Увидимся в городе.       Артур махнул рукой. Он обошел лагерь несколько раз. Некоторые еще спали, и он не стал звать Ленни, а найти его в последние дни стало нелегкой задачей. Обнаружился он на самой окраине лагеря, под деревом, глядящим на обрыв. Книга покоилась у него на коленях. Он смотрел вдаль, и по выражению лица Артур мог сказать, что парень и сам находится далеко. Услышав шаги, Ленни вздрогнул и сделал вид, что читает.       Плохой знак. — Эй, Ленни, дружище, как дела? — с деланной бодростью спросил Артур. — Эй, Артур, — Ленни улыбнулся улыбкой, не коснувшейся глаз. — Отлично, отлично. Скоро буду на ногах, — вялый смешок. — Рад это слышать. Что-то интересное? — Артур кивнул на книгу. — А? О, да, — Ленни опомнился. — Хозэа дал почитать. — Хорошо, хорошо, — кивнул Артур. Книга была открыта на четвертой странице. Ленни отложил ее, и Артур узнал обложку. Похоже, за четыре дня Ленни не сдвинулся с места. Раны паренька заживали хорошо. Он был молод, другого Артур не ждал. Но в его глазах после этой чертовой поездки появилась нехарактерная мрачность, и черт бы побрал Артура, если ему не был знаком этот взгляд. Взгляд Джона после этого проклятого парома, о котором никто не хотел говорить. Эти молчанки, утайки и недомолвки сидели у него в печенках. — Возражаешь, если я присяду? — Нет, конечно, — Ленни подвинулся, освобождая место, но Артур отмахнулся, смахнул пыль с камня и сел. Коленки и позвонки его при этом хрустнули; старый ублюдок. — Ну так, — Артур почесал бороду, глядя вдаль. — Что тебя гложет, парень? — Ничего. — Окей, — Артур кивнул. — Не хочешь рассказать, что там такое у вас стряслось, что у Пирсона похлебка скисает, когда ты проходишь мимо?       Ленни моргнул. — Это так заметно? — Прости, — Артур усмехнулся.       Ленни поскреб затылок, отвел взгляд и выдохнул. — Просто… Смесь усталости, нервов и… того что случилось с этой девушкой, я полагаю, — он потер шею. — И все, а? — Артур поднял брови.       Ленни погладил себя по подбородку и глянул на него исподлобья. — Я не собираюсь разбалтывать наш разговор, Ленни. Ни Датчу, ни Майке. Можешь говорить. Если случилось какое-то дерьмо, о котором мне следует знать…       В глазах Ленни что-то промелькнуло. Он сглотнул и снова отвел взгляд, надолго уставившись вдаль. — Он сделал что-то, да? — тихо сказал Артур. — Ну, ты знаешь его, — Ленни избегал прямого взгляда. — Просто… типичный Майка. Думаю, после этой поездки наши отношения… совсем того.       «Тогда почему ты покрываешь его?» — Артур хотел спросить, но сказал: — Это же твоя идея была, а? Привезти ее.       Майка бросил бы ее где-нибудь на дороге. Или хуже. Ленни покосился на шатер Датча. — Ну… В общем… Да, наверное. — Она говорила, есть у нее родные, друзья? — Нет. Не знаю, — рука Ленни вновь взлетела к затылку. — Она хотела поехать с нами. Думаю, может, у нее проблемы с законом. Мутное дело, Артур.       Артур кивнул. Ленни покусал нижнюю губу и поднял взгляд. Брови его страдальчески сошлись вместе. — Я зря привел ее в лагерь, Артур? — Что? Нет. Конечно нет. — У нас появился еще один голодный рот. — Пфф. Ты сделал, что должен был. Остальное — наша забота. Не бери в голову. Поставим девку на ноги и что-нибудь придумаем. Знаешь, скольких горемык Датч пригрел и выходил? Черт, он даже меня подобрал, хе-хе, а я был тем еще тупым, уродливым и злобным сукиным сыном.       Ленни слабо улыбнулся и потер нос рукой. Миллер повезло, что с Майкой был Ленни. Они больше не были в холодных, замерзших горах Гриззли. Артур оставил бы ее в офисе врача или при церкви. Проблема таких как Лора и Сэди заключалась в том, что их нельзя было просто отпустить; они знали имена, лица, местоположение лагеря, а женщин легко заставить говорить. Фактически, они были почетными заложниками лагеря — два взрослых человека, которых нужно кормить, а они потеряли четырех добытчиков.       Но юному Ленни не нужно было слышать всю эту циничную брехню. Майка, несомненно, влил в его уши достаточно яда. Банда позарез нуждалась в юношеском идеализме, которого в них самих, старых, осатаневших ублюдках, давно не осталось. В нежной наивности, отделявших их от зверей.       Ленни не договаривал. Что-то глодало его; но если продолжить расковыривать рану, парень захлопнется как книжка, в которые он любит зарывать нос. — Парень? — А? — Улыбнись. И брось хандрить. Или я тебе ноги переломаю.       Ленни издал нервный, но искренний смешок и покачал головой. — Окей, Артур.       Артур подумал немного. — Хочешь поехать со мной в город? — Конечно, — неуверенно протянул Ленни и поерзал. Пару недель назад он бы подорвался с места. Артур изучил его лицо. Под запавшими глазами залегли синяки. Скулы заострились. — Знаешь что? Обожди. Пусть рана еще заживет. — О, я в п-порядке, Артур! — Конечно, — Артур поднялся на ноги. — Заканчивай ныкаться по углам, Ленни… И напомни через пару дней взять тебя в город выпить.       Лагерь неохотно оживал. Его наполнили голоса девушек и резкие окрики Гримшоу. Для женщин начинался рабочий день. Артур остановился у костра, налил еще кофе, отхлебнул, поднял взгляд, увидел Сэди Адлер, и его брови поползли наверх. Осторожными, неуверенными шагами, как дикое животное, Адлер двигалась к центру лагеря, где Гримшоу что-то втолковывала смурной Тилли Джексон. Гримшоу увидела Сэди и всплеснула руками. Они проговорили около минуты, затем Адлер кивнула, поджала губы и направилась на кухню вместе с Тилли.       Артур допил кофе и покачал головой. Миссис Адлер оказалась сделана из более крепкого теста, чем он думал. Артур ожидал, она не поднимется еще как минимум две недели.       Хорошо.       Он убрал кружку, глубоко вздохнул и направился в конец лагеря. Джон стоял у шатра и курил. Артур глянул было на него, почти открыл рот, в последнюю секунду передумал, сдвинул челюсть, прошел мимо.       ….Эбигейл с воспаленными глазами дежурит у постели, пока Джон мечется в лихорадке.       «Пожалуйста, Артур!»       Внутри вспыхнуло и погасло. Уже не буря чувств, а горький осадок, как старая ржавчина. Едкий и раздражающий язык. Артур почувствовал чужой взгляд на затылке, но не обернулся.       Потрепал по шее упряжную лошадь, прошел мимо тряхнувшей гривой Нейлл, остановился, прислушался. Долго прислушиваться не пришлось. Повезло. Шагах в десяти откашлялись и отхаркнули в сторону. Артур выдохнул через зубы, спустился еще немного, обошел валун и остановился перед Майкой.       Майка вылизывал свои револьверы. И это не была даже хорошая пара револьверов. Артур был уверен: в ближайшие годы они развалятся от старости и износа. Майка чуть приподнял голову. — Что ты сделал с Ленни? — Что ты имеешь ввиду? — Мальчишка сам не свой. Не улыбается, не шутит. Сидит один. Ты его укусил и заразил своей хандрой, или что? — Мальчишка слишком чувствителен, — Майка повертел револьвер, откинул барабан, прищурил глаз, посмотрел на свет. — Он просто не может смириться, что мир таков, каков есть. Самое время ему отрастить шкуру потолще. — Мальчишка справлялся прекрасно до вашей поездки. Холод и голод, О’Дрисколлы, эта история с Блэкуотером, черт, Дженни…       Майка откинул голову назад, хрюкнул и закатил глаза. — … ничто его не сломило, но он проводит неделю с тобой и внезапно его будто подменяют. — Почему бы тебе не спросить его, а? Артур?       Артур поднял подбородок. — Я спросил. Он молчит.       Майка всплеснул руками. — Ну, может ли это значить, что он не хочет разговаривать? М? В любом случае… это не твое дело.       Артур повысил голос: — Это мое дело, если парни уходят с тобой и возвращаются с таким видом, будто на их глазах прирезали родную мать, — Майка криво улыбнулся, убрал револьвер и уставился на него, вытирая тряпкой оружейное масло с пальцев. — И когда ты поднимаешь шум, как с этим тройным убийством в Валентайне! Устраиваешь перестрелки с О’Дрисколлами! — Перестрелки с О’Дрисколлами — теперь проблема? — Да, если один из наших возвращается с дырой в плече. — Это просто царапина, Артур, — Майка опустил взгляд на свои грязные пальцы и шмыгнул носом. — К тому же, это были не О’Дрисколлы. Придурки не смогли бы нас задеть даже если бы постарались… Его подстрелили в Валентайне. Случайная пуля… — О, ну это меняет дело! — прорычал Артур. — Очередной бардак, как с этим чертовым паромом в Блэкуотере… — Ни хрена подобного! — Вставай! — Артур махнул рукой. — Поднимай задницу. Датч тебя ищет. Ты неделю просиживаешь штаны в лагере, ленивый ублюдок. — Ч-что он хотел? — Откуда я знаю? Иди и спроси его! Повынюхивай наводки…или нет, забудь о наводках, иди и ограбь кого-нибудь! Добудь Пирсону жратвы! Начинай приносить пользу, черт бы тебя побрал!       Майка, побагровел, но совладал с собой, перекроил гримасу в подобие улыбки, загыкал, опустил шляпу пониже, шмыгнул носом и пробормотал: — Оке-е-ей, босс…       Прислонился спиной к камню, достал второй револьвер и принялся его начищать. Артур не шелохнулся, и через полминуты Белл поднял на него взбешенный и нервный взгляд. — Я займусь этим, хорошо?! Не жди, что я побросаю все дела! Я не твой мальчик на побегушках, иди поговори с Ленни! У тебя целое бревно в заднице, Морган!       Артур сплюнул в сторону и направился к коновязям. Отойдя достаточно, он обернулся и с удовлетворением отметил, что Майка поджал хвост: убрал тряпку, плюнул на землю и развернулся, чтобы уйти. Артур засвистел.       Нет ответа. — Сукин сын, — Артур вздохнул, прошел мимо Старика и Бейлока и остановился. — Ну?       Его конь повернул голову, глянул на него, фыркнул и задрал верхнюю губу. — Даже не думай об этом, — Артур снял поводья с коновязи. — Пойдем, Марстон. Пора за работу.