Выпускник

—Д-Дарья Олеговна. — Шепчет Александр, убирая её руки со своей груди. Очередное утро в этой квартире, квартире с плотно занавешенными окнами и широкой двуспальной кроватью, оказалось реальностью, а не предметом чьей-то ночной поллюции. Женщина в ответ невнятно сопит и кутается в одеяло. Александр вздрогнул от прикосновения чужого обнажённого бедра к своему.  —Саша-аа. — Дарья Олеговна сквозь сон тянет его имя, как пастилу. Только она одна называет его Сашей. Для всех других Александр всегда был Александром, даже для родителей и близких знакомых. И только для неё — Саша. Саша наклоняется к ней и быстро касается приоткрытых губ. От Дарьи Олеговны пахнет не как от ровесницы, и дело не в духах. Просто она взрослая, другая. Александр чувствует, как кровь приливает к его члену, а по телу расходится знакомый жар. —Дарья Олеговна. — Он краснеет. Хорошо, что шторы занавешены. Полоски солнечного света лишь слегка проникают в комнату и танцуют на женских щиколотках. Красиво! —Саша, ну я же тебя просила много раз, не называй меня Дарьей Олеговной, — Дарья Олеговна жмурится, сильнее кутаясь в одеяло, — мы теперь не в школе, ко мне можно и без поднятой руки обращаться. —А я много раз говорил, Дарья Олеговна, что не могу называть вас по-другому. — Саша кладёт ладонь на её плечо, Одними пальцами, едва прикасаясь, идёт дальше. — Так уж меня воспитали. К заслуженным педагогам на «вы» Дарья Олеговна вздыхает и поворачивается к Саше спиной, но и так ей не удаётся избежать настойчивых прикосновений. —Значит, лезть в бюстгалтер заслуженному педагогу тебе воспитание позволяет? — Дарья Олеговна не сопротивляется, совсем нет. Она заводит руку за спину и расправляется с застёжкой лифа. —Ладно, но только один раз. Саша взволнован, будто впервые. Он забирается на Дарью Олеговну, а та в ответ переворачивается на спину и широко разводит бёдра. Её тело несовершенно: небольшие складки у живота, лёгкие отпечатки целлюлита на бёдрах. Наверное Саша совсем сошёл с ума, раз его это заводит только сильнее. Трусов на нём уже и так не было, а те что остались на ней, он сдвинул в сторону — слишком невтерпёж, чтобы снимать. Он входит в неё мягко, почти без сопротивления. Сказывались остатки вчерашнего лубриканта и естественная влага влагалища. Дарья Олеговна не подаёт вида: лежит на спине, закрыв глаза, в полном молчании. И только тяжёлое дыхание, стиснутые губы и сырость между ног выдают её возбуждение. —Гхм! — Вдыхает Саша. Дарья Олеговна ― опытная любовница, но в постели изображает недоступность. Словно секс ей совсем не интересен, и она занимается им от скуки и в одолжение партнёру. Это не было правдой, и Саша знал правила этой взрослой игры. Сегодня он с ходу взял хороший ритм: не слишком медленный, и не рваный. Его узкий таз ходит взад-вперёд как механический станок, чуть под углом, задевая наиболее чувствительные точки женского организма. Сначала Дарья Олеговна задышала чаще, затем сорвалась на первый стон. —Чуть выше, Саша! — Да, вот так...ахх. У тебя хорошо получается, совсем не то что в первый раз. Ахх...не сбивайся, держи ритм! В первый раз, в ночь после выпускного, Саша кончил, едва раздевшись. Об этом было трудно не вспоминать со стыдом, с тех пор он многому научился. Саша чуть ускоряется, по его спине течёт пот, но он не сдаёт оборотов, и это приносит результат. Дарья Олеговна прогибает поясницу и выдыхает, хватается пальцами за спинку кровати. —Мм, мой хороший! Молодец...ахх! Пять с плюсом, Саша, пять с плюсом! Дарья Олеговна сжимает пальцы до побелевших костяшек и едва успевает продохнуть. По её спутанным чёрным волосам скользят капли пота, её ноги подбрасывает вверх каждый новый толчок. Под Сашей ей тесно, он наседает на неё своим телом. —Ахх, хорошо...да, да...да! Быстрее, жёстче! Да! Он не может сдерживаться, всё происходит само с собой. Саша выходит из Дарии Олеговны и сливает ей на живот. Капли семени блестят на коже, Саша падает на кровать рядом с Дарьей Олеговной и обмякает. —Это было...ахх, неплохо. — Дарья Олеговна убирает локон за ухо и поднимается с кровати. Раздаётся скрип матраса. — Ты был ближе к моему оргазму, чем мой бывший муж за десять лет брака. —Надеюсь, я первый, кому вы так говорите, — лёжа в этой постели после классного утреннего секса, Саша не мог чувствовать себя по-настоящему разочарованным, и всё же его усилий вновь оказалось недостаточно. —Это нормально, даже не думай расстраиваться, — Дарья Олеговна повернулась к Саше и одарила его самой мягкой и понимающей улыбкой, на которую была способна, — ты молод, это физиология. Научишься ещё всему. Я тебя всему научу. Дарья Олеговна наклонилась вперёд и аккуратно стащила мокрые трусы вниз по бёдрам и щиколоткам. Затем сунула руку в шкаф и достала новый комплект белья и полотенце. Развернулась на пятках и отправилась в душ. Всё это время Саша лежал на спине, подложив руку под голову и смотрел в потолок. О чём думалось? Нет, не о родителях, не о будущей учёбе, не о своей маленькой лжи относительно места своего проживания. И даже не об обнажённой преподавательнице, женщине обучившей его отличать дактиль от хорея и вагинальному коитусу. —Взрослость, — какое странное это слово... Телефон Дарьи Олеговны на тумбе жалостливо пиликал. Около сотни пропущенных.