Ты не моя история, ты - мой самообман

Утро наступившего понедельника нельзя было назвать обычным. В этот день Катя впервые опаздывала на работу. Ей следовало бы поторопиться, но она не спеша шла через сквер им. Багратиона в сторону офиса «Зималетто» (напрочь забыв о том, какая она ответственная и пунктуальная).           Небо радовало чистыми оттенками лазури и полным отсутствием облаков. Над головой трепетала разноцветная осенняя листва, рассеивая вокруг переливчатые блики света. Под ногами шуршали листья, ещё не убранные дворниками. Терпкий пряный воздух проникал в лёгкие…      Но Катя ничего не замечала вокруг.      В голове по-прежнему стоял хаос, порождённый сумятицей мыслей. Даже её трезвый аналитический ум (в сложившейся ситуации) оказался бессилен.      А всему виной был Андрей Жданов!!!      Вернее – Андрей Павлович, Катин непосредственный начальник. Человек с непревзойдённо бесцеремонной манерой поведения, ходячее самодовольство, эгоист, сноб, бабник…      И нечаянно услышанный (в загородном клубе) обрывок разговора.      «Итак! Что мы имеем? – устав от бесконечного диалога с самой собой, решила подвести итог Катя, - предположение Малиновского (и не только его) о том, что Жданова потянуло на экзотику!»      На последнем слове лицо её искривилось в кислой ухмылке.      Ещё бы!!!      Не прошло и пятилетки, как её в статусе повысили: от серой закомплексованной мышки до экзотики!      «По сути то верно! – прерывисто вздохнув, признала она, - для Андрея я и есть нечто необычное, из ряда вон выходящее. Ни томного взгляда, ни ослепительной внешности, ни модельных параметров… Ничего, к чему он так привык!      Да и не важно!!!      В любовницы к нему я не набиваюсь! Пожалуй, он тоже не горит желанием…».           Катя внезапно остановилась.      Данная антиномия не поддавалась осмыслению.      Внутри вспыхнула запоздалая, а от того ещё более сильная злость.      «Малиновский! – сжав кулаки до хруста костяшек, эмоционально, во всеуслышание, произнесла она, - какого черта ты это сказал?».      Некоторые из редких прохожих обернулись и посмотрели на неё с нескрываемым любопытством. В этот момент Кате больше всего захотелось провалиться сквозь землю. Так как рассчитывать на это было глупо, пришлось растянуть губы в улыбку.      «Спокойнее! – приказала она себе, прибегая к дыхательной технике «по-квадрату» (всё на 4 счета: вдох, задержка, выдох, пауза), - на самом деле может оказаться, что вся эта история не стоит выеденного яйца! Ну, брякнул и брякнул! С кем не бывает! Забудь!!!».      Но сказать было легче, чем сделать. Особенно когда прекрасно знаешь – на пустом месте у Малиновского предположения не рождаются!      У лифтов Андрей нервно переминался с ноги на ногу. Недовольство явственно читалось на его лице. А всё потому, что желание как можно быстрее скрыться у себя в кабинете (по возможности не привлекая внимание подчинённых к своей персоне) разбивалось о чудовищную медлительность лифта, спускающегося вниз.      Внезапно за его спиной послышался отчётливый звук шагов. Андрей инстинктивно обернулся и… попал под лучи пристального, просто-таки сканирующего взгляда.           «Пушкарёва… - мысленно простонал он, - только не это…».      Уж кого-кого, а свою помощницу встретить Андрей никак не ожидал. Катерина Валерьевна отличалась исключительной пунктуальностью – будь то приход вовремя в офис или выполнение работы в срок. И вдруг, немыслимое дело – она опаздывала! Впервые, со дня их совместной работы!      «Ну почему именно сегодня?» – чуть не слетел с языка неуместный вопрос. Когда он в каком-то опрокинутом мире, в полном раздрае чувств и хаосе мыслей. - Добрый день! – промямлил Андрей, прерывая напряженное молчание. - Здравствуйте! – последовал сухой односложный ответ. - Вот, возьмите! – протянул он ей папку с документами, - вы так торопились уйти, что оставили их на столе! - У меня для этого появился серьёзный повод. Или Вы так не считаете?      Карие глаза его помощницы сузились, губы сжались в тонкую линию.      «Ни дать, ни взять взгляд убийцы, тщетно скрывающего желание завершить задуманное!», - ехидно ухмыльнулся про себя Андрей. - Ещё раз – простите! – выдал он лаконичный ответ (не совсем, правда, в тему). - Бросьте! Похоже – это у Вас в крови!      Заметив недоумение на лице Жданова, Катя добавила: - пунктик по поводу одежды! - Поясни… те!      Стремление прояснить ситуацию взяло верх над осторожностью. Андрей прекрасно понимал – ему это выйдет боком. Он и его помощница (с первого дня знакомства) находились в вечном антагонизме друг с другом. Её едкие слова и колкие замечания легко попадали в цель, заставляя его испытывать чувство неловкости, а порой и вгоняли в бешенство.      Но какой у него был выбор? - О Ваших кобели… - осознав, что переходит черту разумного, Катя издала непонятный звук, что-то между попыткой откашляться и прочистить горло, - простите, любовных похождениях легенды можно слагать! Стремление избавить очередной предмет страсти от одежды со временем переросло в привычку и стало неотъемлемой частью Вашей натуры. Так что у Вас сработал условный (приобретённый) рефлекс. Мозги в этом участие не принимали.      Андрей побагровел от негодования, судорожно подыскивая достойный ответ. Но нужные слова, как назло, терялись и никак не желали складываться в предложения. Он лишь открывал рот как рыба, выброшенная на берег. - Лифт! – указала глазами на открывающуюся дверь кабины его помощница, - Вы едете?      Андрей шагнул внутрь и с силой ударил по кнопке одиннадцатого этажа.      «Что за цирк ты опять устроила, Пушкарёва? – мысленно возмутилась Катя, - хватило бы единственного слова – «принято»! Но, нет! Тебе же необходимо было довести Жданова до белого каления!».      Она прислушалась к себе…      Так и есть!      Ни капли сожаления! Лишь какое-то злорадное удовольствие от достигнутого.      Андрей стремительно вошёл в кабинет, будто вихрь ворвался. Буквально плюхнулся в любимое кресло, и потянулся к шкафчику, за бутылкой виски. Но, в последний момент передумал. Нервы его и без того были в очень возбуждённом состоянии. - Почему я до сих пор её ещё не уволил?! – выжидающе уставился он на Романа (тот сидел в кресле для посетителей и молча наблюдал за другом).      «Разъярённый взгляд хищника, вновь загнанного в ловушку! – констатировал про себя Малиновский, - видели! Знаем!».      Только один человек в «Зималетто» мог довести Жданова до такого состояния. - С Катюшкой схлестнулся?! И когда ты только успел? - Минут пять назад, у лифтов! - Неожиданно! – в глазах Романа зажегся проблеск интереса, - сам собой напрашивается вопрос – уж не вместе ли вы приехали? - Порознь! Но у лифтов оказались почти одновременно! - И что не поделили? - Ни за что не угадаешь! – губы Андрея едва заметно изогнулись, наметив ироничную ухмылку, - я всего лишь попросил прощение за субботний инцидент! - Ииииии… - И меня низвели до собаки Павлова! Видите ли, раздевать женщин – это у меня в крови, условный рефлекс, сформированный на основе жизненного опыта. Мозги, с точки зрения Пушкарёвой, в этом не участвуют! А значит и обижаться на таких не стоит! - Гениально! – восхищённо присвистнул Роман, - кому ещё могло прийти такое в голову! - Да уж! Катерина Валерьевна языком пользуется как орудием изощрённой пытки, чтобы непрестанно измываться надо мной. Надо с этим кончать! Иначе, боюсь, совсем слечу с катушек!      На лице Малиновского промелькнуло озадаченное выражение. - Только не говори, что для этого и предпосылки имеются! - Хотелось бы сказать – «нет!», но к сожалению… - развёл руками Андрей. - Выкладывай! - Она меня преследует! - В натуре? - Боже упаси! Вот здесь… - выразительно постучал согнутым пальцем себе по лбу Андрей. - Это как? – не понял Роман. - Взгляд её карих глаз: то проницательный, то ироничный, иногда и снисходительный въедается в память, невольно предстаёт перед мысленным взором… Её голос с хрипотцой - в ушах, произносящий очередную колкость… Последние пару ночей она стала являться ко мне во снах… - Эротических? - Малиновский! Ну что за больная фантазия эротомана?! Мне вот совсем не до смеха!      Андрей оскорблённо насупился, явно досадуя на излишнюю легкомысленность друга. - Ладно тебе! Не обижайся! – примирительно вздохнул Роман, - так что за сон? - Жуткий!      Неприятное воспоминание заставило Жданова передёрнуть плечами. - Там, во сне, Пушкарёва обматывает мою шею тканью от своей юбки. Я чувствую, как задыхаюсь. А ей смешно! С заливистым смехом она бежит по гравиевой дорожке, таща меня за собой, как щенка на поводке. Ткань растягивается… петля на шее затягивается… – Андрей резко откинулся в кресле и в порыве отчаяния обхватил голову руками.      Воцарилось сдержанное молчание. - Что скажешь? – первым не выдержал Андрей. - Скажу, что каждый из нас, из ночи в ночь, пересекает границы сумеречного царства, чтобы окунуться в океан эфемерной реальности, в надежде обрести кратковременный покой, избавляющий наше тело и сознание от хаоса бесконечных будней. Но невзирая на жажду умиротворения, наш разум проецирует нашу реальность в безграничное пространство снов. - Малиновский! Психолог доморощенный! – резко подхватился с кресла Андрей, - хватит заниматься словесной эквилибристикой! Давай по существу! - Хорошо, - согласно кивнул Роман, здраво рассудив, что Жданову в таком состоянии лучше не перечить, - да сядь ты уже!      Тот вновь плюхнулся в кресло. - Ну… - В общем, во сне происходит зацикленное проигрывание реального стресса либо обидной неудачи, с которыми не может справиться наша психика, - произнёс Роман, чётко проговаривая слова, - в твоём случае – разочарование от реакции Катюшки на твою выходку. Явно ты не на это рассчитывал. Она для тебя – крепкий орешек! Вот подсознание твои отрицательные эмоции не просто воспринимает, а переносит в сновидения! Я так думаю!      «А ещё я думаю, что на лицо все признаки одержимости! Той, которая сродни любви! – в упор глядя на Андрея, мысленно продолжил Роман, - Ты этого ещё не понял! Да и я о своих подозрениях ничего тебе не скажу! Всё равно не поверишь! Я бы тоже не поверил! Полюбить Катю Пушкарёву…». - И что мне теперь делать? - Записываться на приём к психиатру! - А если серьёзно? - Перестань так эмоционально реагировать на Катюшку. Воспринимай её как штатного сотрудника, которых в «Зималетто» десятки. Сведи к минимуму непосредственные контакты, для этого есть секретари. И добавь в свою жизнь положительных эмоций! - Не легче ли её просто уволить? Как говориться: «с глаз долой…»! - Уволь! – полунасмешливо произнёс Роман, - Катерина Валерьевна от этого только выиграет: и сумму, оговорённую Зорькиным получит, и карьеру в какой-нибудь крупной компании, где дорожат ценными кадрами, сделает. Визиток у неё за последнее время скопилось немало! А вот «Зималетто» проиграет! Найти равноценного сотрудника будет ой как нелегко, если вообще возможно! - Осталось наполнить свою жизнь приятными моментами и впечатлениями! – проговорил Андрей, прикидывая в уме, с кем бы из моделей Милко он смог реализовать задуманное.