Няня для мафии

Хенджин не спал почти всю ночь. После того звонка ему назначили краткое онлайн-собеседование на утро. Он перебирал свой гардероб, хотя знал, что на видеозвонке увидят только лицо и плечи. Но почему-то было важно выглядеть достойно. Последние три недели после банкротства компании, где он проработал всего два месяца, превратились в ад. Резюме разослано в сорок мест — откликов ноль. Деньги таяли, как лёд на солнце. И тут — это объявление. «Требуется няня-омега для присмотра и уходом за ребенком пяти лет с особенностями речи». Хенджин никогда особо не возился с детьми, но он был терпеливым, аккуратным и отчаянно нуждался в деньгах. К тому же его лучший друг Феликс, который работал в какой-то крутой фирме и жил с мужем-бизнесменом, постоянно твердил: «Ты такой заботливый, Джинни! Ты бы отличным папой стал». Может, это знак? Утром, ровно в десять, раздался звонок. На экране появился строгий мужчина с безупречной причёской и чёрными глазами-угольками. Представился: «Со Чанбин, помощник главы семейства». Говорил вежливо, но по-деловому, без лишних эмоций. Спросил про опыт, образование, причины ухода с предыдущей работы. Хенджин честно рассказал про обанкротившуюся компанию, про то, что детей не нянчил профессионально, но «готов учиться и очень ответственно подходить к делу». Чанбин кивнул, что-то пометил в своём блокноте. — Ваша кандидатура нас предварительно устраивает, господин Хван. Завтра в семнадцать часов вечера вас ждут по адресу, который был указан в объявлении, но я ещё раз продублирую его на ваш номер в сообщении. Будет встреча с главой семьи и ребёнком. Если всё пройдёт хорошо, вы приступите к работе на следующий день или через один день, как договоритесь с отцом мальчика. Хенджин чуть не подпрыгнул на стуле от радости, но сдержался. — Да-да, конечно! Я приеду. Спасибо большое! Звонок завершился. Хван откинулся на спинку дешёвого офисного кресла и издал счастливый выдох. В его голове было облегчение того, что он наконец-то нашел будущую работу и пускай это даже будет няней. Хван пошел переоделся в домашнюю одежду и схватил телефон и набрал Феликса. Трубку взяли не сразу, но на третьем гудке раздался звонкий, с лёгкой хрипотцой голос: — Хенджи-и-ин! Ты чего так рано звонишь? Что-то случилось? — Феликс, я, кажется, нашёл работу! — выпалил Хенджин, зачем-то вскакивая и начиная ходить по комнате. — Няней! В богатой семье! Завтра встреча! На том конце повисла секундная пауза, а потом раздался визг, от которого Хенджин отодвинул телефон от уха. — Серьёзно?! Поздравляю, милый! Это же отлично! — Феликс говорил с таким воодушевлением, будто сам получил работу, они всегда с Хенджином называли друг друга ласково, ведь их дружба прошла уже столько разногласий и медных труб, что если посмотреть назад на их путь дружбы – можно ужаснуться. — Надо отметить! Давай завтра, после твоей встречи, встретимся? Погуляем в том торговом центре, где фонтан? Я соскучился! — Давай, — улыбнулся Хенджин, чувствуя, как внутри разливается тепло. Феликс был тем редким другом, который умел заряжать оптимизмом. — Только мне ещё ехать в пригород на встречу, если я буду опаздывать, то я обязательно тебе отпишу! – Хорошо, буду знать Джинни, – Феликс говорил по-утренние лениво, но был очень рад за друга. Они договорились на завтрашний вечер, и Хенджин, отключившись, принялся искать в интернете адрес, который прислал Чанбин. Карта показывала элитный район в получасе езды от города. Дороговато на такси, но разовая поездка — переживёт. Остаток дня он провёл в нервных сборах: перегладил единственную приличную рубашку (нежно-голубую, под цвет глаз), начистил туфли, даже купил по дороге из магазина маленькую коробку конфет — вдруг в этой семье любят сладкое? А потом долго вертелся перед зеркалом, разглядывая своё отражение, которое вроде бы ему и нравилось, а вроде и уже не было таким красивым. Двадцать пять лет, омега. Волосы — когда-то платиновый блонд, теперь отросшие на пару сантиметров тёмные корни придавали ему небрежный, но стильный вид. Пряди доходили до плеч, он часто убирал их за уши. Глаза тёмно-синие, с поволокой, нос с небольшой горбинкой, губы пухлые, всегда чуть приоткрытые, будто он собирался что-то сказать. Телосложение — среднее, но под рубашкой проглядывались накачанные руки: в университете он ходил в секцию плавания, и привычка к спорту осталась. Сегодня он надел чёрные брюки и тот самый голубой топ, сверху — бежевый тренч. Выглядел дорого, хотя всё это было куплено на распродажах. — Ну, Хван Хенджин, — сказал он своему отражению, — завтра либо пан, либо пропал.