Глаза ворона

Ощущение реальности медленно возвращалось. Сначала пришло осознание, что он лежит на чём-то гладком. А чуть сверху медленно капает некая слизь. Стоило одной большой капле упасть на обнажённую грудь, и тело невольно вздрогнуло, покрываясь гусиной кожей. Наконец юноша открыл глаза и сделал первый глубокий вдох. Воздух оказался настолько спёрт, что глаза, только открывшиеся, едва опять не потеряли способность видеть от подступивших слёз. Парнишка было потянулся протереть их, но с ужасом осознал тот факт, что все руки его были в этой злополучной жидкости и теперь она была размазана и по его лицу. Тот невольно скривился от отвращения. В конце концов, проморгавшись, мальчишка огляделся вокруг. Пространство оказалось гораздо меньше, чем он предполагал. Тот едва мог подтянуть колени к животу. К тому же было довольно темно, стенки этого кокона были тёмно-зелёного цвета, настолько тёмного, что казались даже почти чёрного. Лишь подняв голову к немного просвечивающимуся потолку, который по сравнению со стенками казался совсем тонким, можно было разглядеть зелёный цвет. Посидев на месте ещё немного, юноша попытался вспомнить, как он вообще здесь оказался. Но, пошарив ещё немного по закоулкам своей памяти, пришло кошмарное осознание: он не может вспомнить не только как здесь оказался, это было уже неважно. Что страшнее — тот не мог вспомнить даже себя самого, ни воспоминаний, ни предпочтений, что уж там говорить. От бедного парнишки ускользало даже собственное имя. Сердце бешено заколотилось в груди. Ему здесь явно не нравилось, надо было выбираться. Юноша, стараясь вложить как можно больше силы в сжатый кулак, врезал по тонкому потолку. Но тот оказался крепче, чем выглядел на первый взгляд. Костяшки болезненно заныли. Парень с досадой прикусил губу. Сдаваться он и не думал. Один за другим тот наносил удары, пока кожа на одном из кулаков не содралась и тёплая кровь не потекла по локтю. Недовольно зашипев от боли, парень решил действовать немного иначе, и в ход уже пошли практически все части тела. Когда кокон наконец дал трещину, он сосредоточился на ней, стараясь расковырять дырку достаточно широкую, чтобы пролезть Пыхтя и кряхтя, юноша наконец смог выбраться из заточения, лишь слегка поцарапав плечи и бока. Холодный воздух неприятно окутал тело. Парень находился словно у входа в какой-то храм. Его гигантские стены величественно возвышались на фоне темного неба. Окинув взглядом место, в котором теперь находился, он заметил на полу похожие на его капсулу сооружения. Только на вид они были словно сгнившими. Пнув одну такую ногой, тот убедился, что они не представляют из себя совсем ничего интересного. Грянул гром. Это было знаком зайти внутрь здания, а иначе куда? Не в открытое поле ведь. Человек поспешил проскользнуть внутрь. Ветер, словно подгоняя, дунул ему в спину. Зайдя в помещение, он, приложившись спиной, закрыл высокие двери. Всё снова погрузилось во тьму. Парень чертыхнулся про себя. Неужто здесь даже окон нет? — с досадой подумалось ему. Пришлось продвигаться на ощупь. Юноше хотелось найти что-нибудь, чем можно было бы прикрыться, и желательно какой-нибудь источник с водой, дабы промыть рану. Странно, но сейчас он не испытывал ни жажды, ни голода. Ну да ладно. Это сейчас было не столь важно. Паренёк уже совсем потерял счёт времени, пока бродил в поисках чего-нибудь подходящего. Ему казалось, что он споткнулся не меньше двадцати раз, пока глаза полностью не привыкли к темноте. Всё же он смог найти какую-то пыльную ткань. Она была явно не новой, и пришлось знатно повозиться, чтобы та не спадала после пары шагов. Юноша понимал, выглядит он сейчас, мягко говоря, не слишком элегантно, но выбирать не приходилось. За дверью был отчётливо слышен неслабый ливень. Очень некстати заныла рука. Парень вспомнил, что так и не обработал рану, а ведь в такой антисанитарии в неё легко могла бы попасть инфекция. Он тяжело вздохнул. Выходить сейчас на улицу в поисках чистой воды решительно не хотелось. Ему в голову не пришло ничего лучше, кроме как попытаться уснуть, пережидая непогоду.