Красногорская Повесть

18 декабря 201Х года

Будущим утром Илья чувствовал себя омерзительно: не выспался, да ещё и был выжат как лимон после вчерашнего. Проснувшись по утру, он долго тёр руками опухшие глаза и ничего не отвечал на любкино «доброе утро». Есть не хотелось, спать не хотелось даже несмотря на явный недосып, говорить с сестрой тоже не было желания. До Любы это быстро дошло, и она вскоре отстала от Илюхи, отвернувшись лицом к стене. Вроде не плакала, но Илюше было всё равно. Впервые, наверное, за всю его жизнь ему было не до сестры и её чувств. Хотелось только одного - свалить ото всех на улицу, пройтись в одиночестве и подумать. На Илюшино счастье ему в тот день предстояла вылазка наружу - нужно было поискать инсулин для Сони Тучко, да и не помешало бы пополнить запас его собственных таблеток. Илюша торопливо собрался, не глядя лишний раз на сестру и вышел в коридор в сопровождении Пса - его верный напарник был наготове с самого илюшиного подъёма и терпеливо ждал команды. В коридоре Илью ждал неприятный сюрприз. Глеб Гордеев, уже одетый и умытый, ожидал его подъёма за утренним кофе. Чёрт возьми, почему сейчас? Илюхе тут же вспомнилось, как на вчерашнем собрании настаивали, чтобы он не ходил на разведки один, а брал напарников. Сегодня ему в напарники достался Глеб. Илюша был не рад. Нет, он не имел ничего против Глеба лично, но идею парных разведок он встретил скептически, да и сейчас ему больше всего нужно было погулять одному в своих мыслях. Чтобы не обидеть Глеба, Илья старательно удерживал нейтральную мину на своём лице и подал руку для приветствия: - Доброе утро, Глеб. Я вполне пойму, если ты вдруг не хочешь идти, так что... - О чём ты? - Глеб удивлённо нахмурился, - мне и самому интересно! Обувайся и пойдём, чего сиськи мять? Только такого активиста ему тут не хватало. И так настроения нет, так ещё и этот теперь будет над ухом звенеть. Возможно, оно и к лучшему - такие активные быстро перегорают в делах и отваливаются. Быть может, и этот разок-другой сходит на разведки и бросит, а от Илюши отстанут с напарниками. Но сейчас делать было нечего - пришлось идти втроём: Илья, Глеб и Пёс. Перед самым выходом в коридоре появилась заспанная Ритка - проводить вышла: пожелала удачи, коротко обняла обоих и кивнула на прощание. Выйдя из общежития на двор, парни встали на месте. Требовалось обсудить план действий. Глеб ещё в подъезде приготовил сигарету и уже на улице предложил и Илье покурить. Илья не отказался - по этикету не откажешь, да и в его состоянии и некурящему посмолить охота. Прикурили и затянулись первый раз. - Ну, куда нам сегодня? - обстоятельно спросил Глеб, внимательно глядя на Илью. Глеб был выше Ильи на целую голову, если не на полторы, и заметно шире - тощий Илюха казался ребёнком рядом с ним. Илья глядел на него снизу вверх и видел его точно и чётко. Внешность Глеба на первый взгляд можно было охарактеризовать как вполне обыкновенную - эдакий среднестатистический пацанистый парниша чуть за двадцать. Но при дальнейшем рассмотрении нетрудно было заметить - а вернее, ощутить - его особенность. За непримечательной обыкновенностью Глеба выступала его статная твёрдость. Его серые глаза смотрели прямо, не бегали и моргали нечасто. Взгляд у него был умный, изучающий. Над глазами высился широкий лоб, уходивший под аккуратный полубокс. Особенно примечателен был его рот: не широкий и не узкий, безо всякой кривизны и поджатости губ. Словом, лицо у Глеба было как с картинки: простое на первый взгляд, почти безукоризненное - на второй. Вдобавок, Глеб был прямой как струна, но при этом ловкий и аккуратный в движениях - аршин не глотал, но спина его держалась как следует. Всё это внушало увесистость и авторитет, и вглядевшись, Илюша слегка устыдился, что подумал было о Глебе легкомысленно. - Главная цель на сегодня - это аптека. Я проведу. Нам нужно отыскать для Сони инсулин до 15 часов, чтобы она уколоться успела по графику. Ещё и для дома полезное пособираем. На обратном пути можно зайти за продуктами. Илюша старался говорить обстоятельно и по-мужски, будто подстраиваясь под образ Глеба, который сам же себе и накрутил. Прозвучал он вполне ровно и по-деловому, отчего успокоился, но тут же поймал себя за тем, что безотрывно смотрит Глебу в глаза, а тот - ему. Чего это они так вцепились друг в друга? Может, у мужчин так принято? Илюша как форменная безотцовщина с малых лет имел очень условное представление о мужестве: что-то помнил от батьки, которого было не застать с его вахтами и шабашками, что-то углядел у тех соседских дядек, кого уважал. Но целостной картины у Ильи пока не складывалось - вот и двигался он в жизни как считал правильным с переменным успехом. - Сделаем, - одобрительно кивнул Глеб и выпустил дым изо рта, - я слышал, у вас в районе есть радиорынок. Давай зайдём на обратном пути? - А что там нужно? - Я хочу поискать радио на батарейках. Вчера оказалось, мы ничего не знаем о мире, так что хоть будем радиочастоты слушать. Авось, что-то услышим. - Добро. И туда зайдём, - согласился Илья. Парни докурили, кинули бычки в сугроб и отправились в путь. Пёс бежал лёгкой рысцой чуть впереди них, старательно ища глазами что-то одному ему известное. Илья вышагивал по улице, крепко сжимая в руках свой багор. Он старался шагать крепче, чтобы ноги не поехала на льду. Глеб не отставал ни на шаг. Выбирали улицы почище - район университета стоял на холме, отчего на многих его улицах было не так уж и много снега в сравнении с низинами, тем не менее, даже по университетскому району двигаться было непросто: снег то и дело засыпался Илюше в кроссовки, но он старательно игнорировал холод. Надо отметить, тем утром Илья стал видеть мир иначе. Выйдя на улицу, он про себя отметил, что всё вокруг посерело и помрачнело. Небо, которое ещё вчера виделось ему жизнерадостно-голубым, теперь было сизым и скучным. Высотки, попадавшиеся ему по пути, теперь уже не радовали глаз своей внушительностью и разнообразным окрасом, а давяще нависали холодными скалами. Морозный ветер уже не бодрил, разгоняя сон, а налетал ледяным шквалом, царапал кожу иневатыми лезвиями. Солнца, казалось, и вовсе в тот день не было - тусклый свет откуда-то шёл, но как бы понарошку, для галочки, в то время как солнце взяло отгул и не наблюдалось на небе. Оттого и сам Илья был мрачен: шёл молча и только считал шаги. Глеб же иной раз на него задумчиво поглядывал, думая, что сказать. - Как спалось? - вдруг спросил Глеб. - Мало. - Заметно. Первый контакт не сложился. Глеб поспрашивал о том о сём, а Илюша отвечал коротко и без конкретики - затем и Глеб замолчал. Вскоре дошли до аптеки, оборудованной на первом этаже непримечательной панельки на краю района. Зелёный крест-лампочка над входом в аптеку давно висел обесточенный, но всё равно выделялся на фоне бетонной стены и был заметен со ста шагов. Первым аптеки достиг Пёс - ещё за пару минут пути он перешёл на бег, ловко перепрыгивая сугробы, и замер на вытяжку на крыльце аптеки перед дверью из мутного стекла. Подняв ушастую голову, он звонко пролаял, подавая голос хозяевам. Всю дорогу Глеб наблюдал не только за Илюшей, но и за Псом - блохастый выглядел чересчур толковым и самостоятельным. Даром что зверь - соображение в нём было вполне человеческое. Ещё в свой первый вечер в квартире Глеб про себя удивился, как Пёс реагирует на человеческие слова. Было раз: при Псе сказали, что неплохо было бы сейчас пойти покурить, так тот спокойно поднялся, пошёл ровным шагом в прихожую и принёс в зубах сигаретную пачку, вежливо уложив её рядом с просителем. Псу тихо поражались в команде - у каждого было своё разумение о нём, но обсуждать пока стеснялись. Тем не менее, даже Глеб, хотя и был человеком новым, уже замечал, что Пёс не прост. Вот и теперь Пёс бежал сам по себе, будто бы не просто знал, что и где находится, а в точности понял, что именно Глеб с Ильёй обсуждали перед разведкой. Поглядывая на Илью же, Глеб не замечал в нём никакого удивления этому. В аптеке же разделились: Илья отправил Глеба в дальнюю часть аптеки собирать всякую полезность для команды, а сам взялся поискать инсулин по запросу Сони Тучко. За поисками Илья вдруг мысленно обратился ко Псу: - Чего же ты не защитил меня вчера? Пёс, сидевший тогда смирно на полу, не ответил, а только склонил голову на бок. Видать, прикинулся, что не понял. - Чего молчишь-то? - беззвучно негодовал Илья. - А ты? Сам мог, - прозвучал в его голове обрывистый говор Пса. - Да как же?! - Она владеет тобой. Борись. Илюша разочарованно глянул на Пса. - Это сестра моя так-то. Как мне с ней воевать? - Не воевать. Сопротивляйся, где не права. - А ты мне на что? - Ты сам должен. Илюша не ответил и продолжил в мрачной тишине искать на полках инсулин. Нужного всё не было. Пока Илья копался в ящичках этажерки, сзади подошёл Глеб. - Оно? - Глеб протягивал стопку из заветных пачек, - на моей стороне было. Илья вгляделся подслеповатыми глазами и нехотя признал поражение коротким кивком. Внутри него что-то сжалось от зависти - не хватало ещё, чтобы кто-то был полезнее него на разведках. Так и отставят его, и что же Илья будет делать? Откуда значимость черпать? Затем Глеб открыл рюкзак и продемонстрировал улов: бинты, вата, обезболивающее, всякая всячина от респираторных и далее по списку заказанного. Постарался, надо сказать, на славу. - Молодец, - сухо похвалил Илья, - пойдём теперь далее. Следующим пунктом был продуктовый н противоположном краю двора. Илюша оставил свой багор у кассы и прошёл с Глебом вглубь торгового зала. Оказалось, что в этом маленьком магазине дворового значения едва ли не половину ассортимента составлял алкоголь самых различных видов, в то время как все прочие категории товаров были представлены скудно, а многого и вовсе не было. Приехав в Красногорск летом, Илья был удивлён таким магазинам - даже в его родной Ивантеевке - Богом забытой стремительно вымирающей деревне - был сельпо, где жратвы было побогаче. Общеизвестно, что в русской деревне от беспросветно скучной жизни без намёка на светлый финал крепко любят беленькую. Не исключение и илюшина Ивантеевка, в чей сельпо, следуя основному закону капитализма, исправно завозили самый продаваемый товар, но даже там батарея бутылок-снарядов на полках едва ли занимала четверть ассортимента, в то время как здесь - ровно половина. - Что нам в продуктовом нужно? - Глеб вдруг пробудил Илью от разглядывания ассортимента. - Люба говорила, хлебу надо. Собрали несколько пачек деревянного от холода хлеба: и белого, и чёрного. Затем упаковали себе так же и сахару - он, оказалось, не бывает лишним. Вспоминалось, что после недавней разведки Ильи с едой в доме был порядок, но раз уж зашли, можно и пополнить запас чем-то эдаким. Неторопливо прохаживаясь по залу, Илья вдруг заметил любкины любимые конфеты - вафельные в шоколаде - задумался: брать или нет. С одной стороны, ему явно было не жалко бесплатного, да и пару килограмм полупустой рюкзак не перетянут, с другой - после вчерашнего радовать сестру особо не хотелось - уже нарадовалась так, что теперь Илья без настроения ходил. С другой стороны, Пёс прав - Илья мог бы закончить это всё, не начиная, будь он твёрже. При его явном нежелании Любка бы ничего не смогла сама, но раз уж получилось, то тут и Илья поспособствовал. Как-то неправильно выходило: вроде он и не хочет, а делает. Или хочет? Или хочет, но не с Любкой? - Если нравится, то бери. Ща всё бесплатное, - Глеб заметил его размышление над лотком конфет. Илья упаковал конфеты себе и потянулся к аккуратному строю пивных банок - ровных как на подбор. Он принялся укладывать к себе в рюкзак банки одну за другой. - Пьёшь? - поинтересовался Глеб. - А? Нет, не особо. Это я ребятам. Особенно Ритке понравится, думаю. - Угадал, её любимое. - Ага, обычно я приношу с разведок пиво на всех, в том числе и для неё. - Пусть будет двойная порция, - Глеб поравнялся с Ильёй и так же стал собирать пиво к себе, - тебе нравится Рита? Илюша напрягся. Время для него замерло, в горле тут же собрался ком, на лбу под козырьком кепки выступил холодный пот. Он осторожно скосил глаза на Пса - тот сидел в конце зала и гипнотизировал стеллаж с собачьими лакомствами. Багор же Илья по своей дурости оставил при входе уже в который раз - зачем вообще таскать с собой оружие, если постоянно его откладывать. Глебов вопрос прозвучал как гром среди ясного неба. Теперь понятно, зачем он пошёл с Ильёй на разведку - хочет убрать конкурента. Илья уже слышал, что Глеб - бывший парень Риты. Очевидно, он попытается её вернуть, а Илья в этой ситуации - лишь легко устранимый конкурент. Чтобы не молчать, Илья начал: - Ну, она хороший капитан... да и сейчас она много чего делает для нас всех... - Да расслабься ты, - посмеялся Глеб, - чего так затрясся? Ты не думай, мы с ней уже разошлись, я не ревную. У Ильи отлегло от сердца. Потребовалось срочно выдохнуть как следует, для чего он отошёл ко Псу и стал упаковывать к себе собачьи лакомства, а одну из упаковок тут же открыл и дал зверю - Пёс вскочил на лапы и принялся жадно уплетать кушанье. - Рита мне говорила, ты ей тоже нравишься, - спокойно продолжил Глеб. - Правда?! - удивился Илья. Сердце у Илюши забилось чаще. Во дела! Он понравился Рите. Не просто кому-то, а именно Рите! Совершенно удивительно было это слышать - вот уж от кого, а от себя Илья такого не ожидал. Казалось бы, Рите мог понравиться кто угодно, ведь, например, Андрей красивый и весёлый, а Глеб крутой и мужественный, да даже Коля - будь он не ладен - и тот умный и образованный, а тут вдруг ей понравился именно он. Ошалеть, и что же теперь делать? - Только она говорит, что не понимает, что ты чувствуешь, - подметил Глеб, - ты там давай поконкретнее с ней что ли. Она девка прямая и без заморочек: сама скрывать ничего не станет, но и неопределённость долго терпеть не будет. - А как за ней ухаживать? - Да так же, как и за другими девчонками. Я не скажу, что она требовательная или капризная, особенно, если ты ей не безразличен. Илья замолчал в задумчивости. - А, не хватает опыта? - участливо поинтересовался Глеб. - Ну да, - сдался Илья, - особо не за кем было ухаживать всё это время. - Ну тогда позови её на свидание куда-нибудь. Погуляйте и пообщайтесь наедине. Весь город в вашем распоряжении теперь. А там уж будет видно, - Глеб протянул ему банку шоколадной пасты, - вот, её любимый деликатес. Илья принял банку с благодарностью и так же отправил её в рюкзак. - Ой, а можешь её в таком-то часу попросить прийти на место? Я всё подготовлю, - Илья оживился необычайно для себя. - Э-не, брат, тут ты уж сам давай. Это всё-таки ваше свидание. Я тут помогать не буду. Собрав в рюкзаки ещё немного всякой всячины, парни выдвинулись на следующую точку их разведки - к радиорынку. Шли они втроём по дворам, вёл Илюша по памяти. Теперь Пёс не бежал впереди, а двигался рядом с той же скоростью, что и хозяева - видимо, слово «Радиорынок» ему ничего не говорило. Шли спокойно, обходя сугробы, чтобы не провалиться. Илья опирался на свой багор как на трость, а Глеб шагал налегке, поправляя на плечах лямки рюкзака. Вскоре разведчики вышли из дворов и оказались на обочине широкой дороги. Дорога справа и слева от них была завалена гусеницей из металла, припорошённого снегом - Илья не сразу догадался, что это. - Вот это гармошка! - ахнул Глеб, - это ж сколько здесь тачек?! На десятки метров простиралась монолитная, смёрзшаяся груда обломков столкнувшихся машин: чёрных, синих, серых, красных. Десятки и десятки машин, столкнувшихся друг с другом на полном ходу - первые из них были смяты настолько, что в их останках тяжело было определить, чем это раньше было. - Видать, когда люди исчезли, машины остались без управления, - размышлял Глеб, - вот и результат. Небывалых масштабов День Жестянщика, а его в смене нет! - Значит, исчезновение произошло одномоментно? Типа раз и всё? - спросил Илья. - Видать так. Ехали себе люди по делам, затем бац и нет их. Даже на тормоз никто нажать не успел. А машины себе летят, пока не столкнутся. Илюша прошёлся мимо раскуроченных тачек, разглядывая ущерб. В одной из машин ему вдруг привиделось что-то. Илюша напряг глаза и тут же пожалел - при виде покойника его пустой с утра желудок свернулся в трубочку, забросив в пищевод жгуче-гумозную жёлчь. Зажмурившись, Илюша тут же отвернулся, через силу сглотнув подступившую рвоту. Нужно было идти дальше, а не блевать здесь при виде трупа. Выдвинулись далее к радиорынку. Вскоре рвотные позывы у Илюши успокоились, и он смог поразмыслить спокойно. Выходит, исчезновения произошли настолько мгновенно, что никто даже пикнуть не успел. Так ещё страннее - что же это могло быть? Какая сила могла такое устроить? Ведь должно же быть какое-то объяснение. Спустя неделю после Того Самого Дня ответы даже не наклёвывались, даже не близко - это уже начинало беспокоить. Странный апокалипсис им достался - фильмы, книги и игры не готовили ребят к такому. Бродили бы на улицах зомби, или инопланетные захватчики бороздили бы небо, или, на худой конец, выедала бы остаток человечества эпидемия - всё было бы проще и понятнее. Не хотелось Илюше помирать, так и не поняв, что произошло с миром. Это всё равно как тот несчастный в раздавленной машине - он не исчез, пережил апокалипсис, но на считанные секунды. Должно быть, он не осознал, что людей вокруг не стало. Страшно это всё. По пути до радиорынка, проходили мимо церкви. Неожиданная находка: миниатюрная белая церквушка с одним ярким золочёным куполом, почти часовенка, за изящным кованым заборчиком расположилась внутри района панельной застройки. Кипенно-белые стены церкви ярко контрастировали на фоне панельной серости и сизо-грязного городского снега. Заметив церковь, Глеб вдруг застыл на месте и тут же позвал Илюшу войти внутрь. Тот нестойко отказывался, звал дойти до радиорынка побыстрее, но Глеб был неумолим. Глеб широким шагом дошёл до церковной оградки, остановился у калитки, обстоятельно крестясь. Затем он шагнул на церковный дворик и поманил Илюшу: - Ты только кепку сними - не положено. Илюша скромно следовал за ним по аккуратной и прибранной территории церкви - небольшому зимнему скверу с изящными берёзками, с укрытыми на зиму кустами, с бревенчатыми бытовыми пристройками. Здесь ему было так же, как и в родной Ивантеевке - привычно и понятно. Всё-таки не успел он до конца привыкнуть к городу. Может, оно и к лучшему. Глеб тем временем уже открывал тяжёлую дверь церкви, проникая внутрь и вновь крестясь. Илюша решил не отставать и робко проследовал за ним внутрь. Глеба он нашёл стоящим перед образом Христа в центре иконостаса. Глеб читал «Отче наш», сопровождая молитву поясными поклонами, и крестился. Чтобы не мешать ему, Илья тихо встал у дверей внутри церкви. В полумраке святые внимательно глядели с икон, видя самую его душу. В одних ликах Илюше виделось учительское осуждение, в других - строгий надзор, в третьих - благопристойная простота. В подсвечниках перед образами виднелись прогоревшие свечи в воске, но в воздухе уже ничем не пахло - только морозом разве что. Запаха ладана очень не хватало. Илюша нечасто бывал в церкви. В течение его жизни он успел креститься в незапамятные времена, потому что так принято. За свои восемнадцать лет он раз тридцать-сорок побывал в ивантеевской бревенчатой церкви - Марфа Васильевна, его мама, сама нечасто собиралась в церковь, но если выбиралась-таки, то обязательно брала детей с собой. Илюше в церкви нравилось - очень ему нравился тамошний запах, да и в образах было что-то особое: написаны они вроде и просто, почти по-детски, но что-то в этих изображениях было, что отличало их от обычных рисунков и даже от картин. Будто некая сила незримо просачивалась сквозь темперу, наполняя зрителя Божьим чудом, которое Илюша никак не мог себе назвать и определить. Тем не менее, верующим Илюша себя назвать не спешил - Бога он никогда не отрицал, но и всерьёз о Боге не думал. Как-то не приходилось ему определяться в этом, да и знаний бы не хватило, если бы он взялся. Вот и теперь Илюша скромно стоял в стороне. Пёс же лежал на крыльце, не касаясь пространства внутри храма ни когтем, ни шерстью, но так же с интересом наблюдал за Глебом. Помолившись, Глеб подошёл к церковной лавке, положил на сиротливо-пустой прилавок всю свою немногочисленную мелочь из кармана и взял свечку, которую поставил перед образом Богородицы и засветил его своей зажигалкой, вновь перекрестившись. Глянув на Илью, он вдруг сказал: - Как думаешь, может это и есть Судный День? И сейчас души тех, кто исчез, отвечают перед Господом на Страшном Суде? Приехали, только религиозного психоза не хватало. Оставаясь приличным, Илюша ответил: - Ммм, не знаю. Вряд ли. Где же Пришествие? - Думаю, Пришествие просто не у нас, а на Земле Обетованной. Но всё же вопрос, чего же мы ещё тут, если Страшный Суд вершится. - Видать, не хотят нас забирать пока. Может, ещё дела у нас тут есть какие-то, - предложил Илья, - только интересно, почему же с тем парнем в пробке так вышло. Пережил исчезновение, но на секунду. - Значит, так ему суждено было. Не нам судить, - отрезал Глеб, - наше дело - жить праведно. Нас так мало осталось - видать, хотят от нас чего-то особенно. Может быть, человеческий род сейчас на нас всех возлагается. Илюше стало неприятно от этой мысли. Это как же, на одиннадцать студентов возложили судьбу человечества? Да быть того не может - поглядите, кто они есть из себя, и поймёте. А первее всех - сам Илья. Уж он-то определённо надежда человечества, как же! Да и как ему человеческий род восстанавливать? Неужели с сестрой?! Илюша поморщился - мерзко стало. Чтобы скрыться от неприятных мыслей, он поторопил Глеба до радиорынка. Радиорынок располагался в получасе ходьбы от университета в крытом рынке образца поздних девяностых - жестяной ангар со стенами из гофрированного железа накрыли крышей, поделили внутри на одинаковые павильоны, уставленные простенькими стеллажами, и сдавали их частникам для продажи всякой электронной всячины: качественной и не очень. Получился лабиринт прилавков, где знающий человек мог подобрать всё нужное для ремонта домашних приборов или увлечения радиоэлектроникой и даже поторговаться при должном умении. Поговаривали, что где-то на рынке мрачные дядьки скупали краденые телефоны и перепродавали побыстрее и подешевле. До Того Самого Дня Илюша бывал на радиорынке всего раз: однажды у Любки порвалась зарядка для телефона - в пору было искать новую, желательно, подешевле. Илюше здесь не понравилось: атмосфера давила на него, продавцы активно его заманивали к своим прилавкам в попытке впарить что-то, а с продавцом еле удалось договориться - языковой барьер серьёзно мешал. Вроде и городское заведение, а атмосфера та же, что и в базарный день в Ивантеевке - по вторникам, когда в деревню приезжала автоколонна торгашей из райцентра, Илюша старался лишний раз не появляться на деревне, чтобы не оказаться в центре шумной торгующей толпы, где каждый что-то ему громко предлагал. Теперь же радиорынок стоял пустой и тихий, а все товары были в их с Глебом распоряжении. Оказавшись среди торговых рядов, Глеб тут же зашагал энергично и принялся внимательно оглядывать ассортимент в поисках нужного. Илюше же здесь мало что было знакомо: если с переходниками для розеток, проводами, батарейками и зарядками для телефонов всё было понятно, то на прилавках с деталями для радио, с объективами и линзами для камер, и с платами для электроники уже мало что он мог назвать в точности. А вот Глебу тут было где разгуляться - он с интересом копался на прилавках, собирал в карманы пуховика всякую электронную мелочовку и подбирал батарейки по одному ему понятному принципу, пока Илья в тишине сопровождал его, постукивая багром о плитку полов. Пёс же шагал рядом, цокая когтями о кафель. Наконец, Глеб отыскал своё - ему на глаза попал милый радиоаппарат со скруглёнными углами в жизнерадостно-оранжевом корпусе. В миниатюрной машинке наблюдался круглый динамик, несколько ручек-крутилок, внизу корпуса был даже дисковод с кнопками перемотки, а к верху отходила телескопическая антенна из ясного алюминия. Но главное его достоинство заключалось в батареечном питании - электричества теперь не было, но батарейки будут в доступе ещё пару лет так точно. Глеб тут же заправил батарейки в гнездо и с неподдельным интересом принялся крутить настройки приёмника, вслушиваясь в шум радиопомех. Он даже еле заметно высунул язычок в углу рта. Илюша же торопил его - не хотелось попадать под собиравшуюся метель. Нехотя, Глеб убрал приёмник в рюкзак и пошёл за Ильёй. На улице уже действительно всё помрачнело - небо заволокло тяжёлыми свинцовыми тучами. День преждевременно сменился на вечер, а стремительный ветер проносился по улицам между домов с разливистым завыванием. Ещё немного, и первые снежинки уже приземлятся на землю, наращивая и без того внушительные сугробы. Похолодало. Ребята заспешили домой к университету. Путь их лежал мимо торгового центра «Красная Горка». Стеклянная махина была центром притяжения молодёжи со всего района. Студенты КГПУ проводили здесь обеденные перерывы и прогуливали пары. В богатстве местных магазинов нетрудно было потеряться, только вот цены здесь были отнюдь не студенческие - вот и ходили поглядеть, а не покупать. Зато мороженое там отменное подавали - в центре зала первого этажа стоял розово-сиреневый лоток на колёсиках, где продавали мороженое самых разнообразных вкусов, какие только можно было вообразить. Интересно, в лотке осталось что-то? Из размышлений о лакомстве Илюшу вырвал резкий толчок в холку - Глеб крепко надавил ему на загривок, пригибая к земле. Напарник тут же шикнул на него, взглядом указывая куда-то в сторону входа в ТЦ. Ребята находились за промёрзшей машиной на другой стороне улицы от «Красной Горки» - Глеб настаивал спрятаться за машиной. Прятаться имело смысл - в десятке метров от разведчиков перед входом в торговый центр дымила выхлопной трубой грязно-чёрная Газель. Парни затаились и принялись ждать, что будет. Пёс так же разместился за укрытием и ждал, навострив уши. Вскоре из дверей торгового центра вышла троица приблатнённого вида дядек с хмурыми лицами: в центре шёл кабанистый и лысый мужик лет пятидесяти со злым лицом, по бокам от него топали стереотипные русские гопники в Адидасах и с рубленными топором мордами. У гопников в руках были калаши, а центровой шёл с пустыми руками, но на поясе у него виднелась кобура. Ребята замерли, затаили дыхание и молились, чтобы их не заметили. Неморгающим взглядом они следили за неизвестными дядьками, стараясь ничего не упустить. Дядьки пока их не замечали, а только подошли к заведённой Газели и стали обсуждать что-то с водителем, ожидавшем прежде за рулём. Слова их терялись в завываниях ветра, и до слуха ребят доносился только невнятный бубнёж. Дядька с пистолетом потом подал знак своим напарникам, и те открыли кузов грузовика и принялись разгружать деревянные ящики, повесив автоматы за спину. Ящики выглядели солидно - это определённо были не продуктовые короба. Они более походили на контейнеры с военным оборудованием: из крепких досок, сбитые и усиленные жестяными скобами. Да и судя по напряжению гопников, весил груз немало. Ящики относили внутрь «Красной Горки». Ну и дела - в двадцати минутах пешком от КГПУ, под носом у команды разместилась вооружённая группа неизвестных. Уже, видать, богатство своё перевозят на постоянное место жительства. И ведь скоро они узнают про студентов в общежитии - встреча будет вопросом времени - и как быть? Выглядели незнакомцы опасно, да и автоматы у них явно не для красоты. Зачем они вообще им? Ни войны, ни монстров нет - против кого столько огнестрельного? Так ещё видать новое подвезли. Илюша мысленно перебирал варианты как быть с новыми соседями - всё-таки ему на разведки мимо них ходить, и надо как-то не попадаться им на глаза. Может пора переезжать? Дождавшись, пока все глаза будут обращены в противоположную сторону, Глеб жестом скомандовал двигаться. Неслышно ребята проскользнули за угол и скрылись во дворах. Скоро Глеб с Илюшей уже были дома. Команда с охотой разбирала их рюкзаки, рассовывая находки по местам: еду сразу определили к обеду, лекарства собрали в отдельный ящик на кухне, пиво тут же поделили между собой. Уставший и набегавшийся Илья сел пить чай на кухне, а Глеб немедленно удалился в комнату парней - ему не терпелось поковыряться в приёмнике. И хоть и в работе радиоприёмника вскоре обнаружились нестройности, требовавшие починки, Глеб ничуть не расстроился, а принялся тут же его чинить, расположившись за журнальным столиком. На обед в тот день Люба наготовила картофельного пюре с сосисками - ещё предыдущая илюшина разведка продолжала кормить команду. Поев как следует и запив пивом, ребята в весёлом настроении переместились в комнату парней, где принялись играть в крокодила, весело смеясь и совсем забыв про апокалипсис на дворе. Так-то оно и правильно - нужно иногда отвлекаться от тяжёлого, раз есть возможность. Ребята разместились кто где: некоторые сидели на кроватях сверху и снизу, кто-то - на диване, кто-то уселся на пол. Всех веселил Андрей Гусарский: он смешно показывал слова, корчил рожицы, отчего всем было очень весело. Глеб, желавший прежде позаниматься с приёмником, всё-таки отвлёкся и присоединился к общему веселью. Илья же присутствовал среди своих друзей, иногда посмеивался, но особо внимания к себе не привлекал - его занимали мысли о свидании с Ритой. Наконец, у него появилась идея, только вот подойти и пригласить Риту, тем более - при всех, он не решался. Улучив момент, он еле упросил Глеба передать Рите его приглашение - по началу Глеб крепко отказывался, но в конце концов сдался. Вскоре Илья по-тихому пошёл собираться: надел чистое после вчерашней стирки, причесал свои патлы как смог, протёр подмышки и шею влажными салфетками. Пока собирался, думал о Любке: как бы ей это объяснить, как она отреагирует. Очевидно, ей будет неприятно, но Илюше же надо проявить свою волю, показать, чего он хочет, а чего нет. Но и гнева или слёз сестры он боялся как огня. Когда он надевал кроссовки в коридоре, за спиной послышался родной голос: - Далече собираешься? У Илюши душа ушла в пятки. Легка на помине, получается. Он медленно повернулся на месте: - Пойду погуляю. - Темень не дворе, какое тут гулять? - Любка возвышал над ним всей своей мощной фигурой. Илюша замялся. Надо было что-то придумать, но любой ответ звучал бестолково или опасно. Похоже, других вариантов кроме правды не было: - Иду на свидание с Ритой, - на выдохе сообщил Илья и прищурился, ожидая бури. Любка же ответила удивительно спокойно: - Понятно. Ну иди, да. Удачно вам погулять. Она вдруг потянулась к его шее, отчего Илья сжался и зажмурился, но Люба просто брызнула воротник его рубашки своими духами. - Вот. Это для очарования, - хихикнула Люба. Илья глядел на неё с удивлением - а где скандал? Где ревность? Что происходит вообще?! Люба же выглядела вполне обычно для себя: просто смотрела на брата с лёгкой улыбкой. В полном непонимании Илья накинул куртку и кепку, коротко обнял сестру и вышел за дверь, сжимая багор. Пёс выскочил за ним. Любка же отошла в их с братом комнату, легла на постель и обняла плюшевого кота Барсика. Ну ничего - сходит братец на свидание разок-другой, а потом перестанет. Она вполне чётко и без прикрас видела Илью - было очевидно, что городская цаца типа Риты отошьёт его на раз-два, а Любка уже будет тут как тут: утешит, успокоит, обогреет. И будут они дальше вдвоём. Это всего лишь вопрос времени.

Илюша стоял на краю университетского двора, нервно переминаясь с ноги на ногу. Вокруг было уже темно, тишина и мрак окутывали его со всех сторон. Разве что свет луны, отражённый от снега, серебрил очертания домов. Илюша то и дело проверял время на еле живом телефоне - чудом спустя неделю без электричества, его телефон ещё держал последние проценты - было без пяти десять вечера. С минуты на минуту Рита должна была спуститься. А вдруг не спустится? Вдруг решит не идти? Да нет, быть такого не может - по словам Глеба, Рита сама говорила, что ей Илья нравится - чего же не пойти. Илюша волнительно лизал обмётанные губы и старался дышать ровнее. Он не сводил взгляда с крыльца корпуса-общежития, ожидая увидеть Риту. Пёс же спокойно лежал на снегу, разместив голову на лапах. - Как думаешь, спустится? - спросил Илюша у Пса. - Да, - гавкнул Пёс, - она хочет. - А как пройдёт, как думаешь? - не унимался Илюша. - Подумай лучше, зачем. - То есть как это? Она мне нравится, а я ей. Пёс издал гавкающий смешок. Затем он поднялся на лапы, подошёл к Илюше и ткнулся ему носом куда-то в пах. - Зараза, - послышался голос Пса у Илюши в голове. Илюша потупил взгляд. Действительно, зараза. Зачем пытаться добиваться Риты, если полноценных отношений у них не сложится. Или сложится? - Используешь девку, - отрывисто сказал Пёс. И как это ещё назвать, если не так? Да, Илюшу интересовала Рита, но это было далеко не первой причиной свидания - гораздо важнее было то, что он нравился ей. Он шёл на это свидание не столько для того, чтобы дать шанс любви, а чтобы доказать - самому себе в первую очередь, и Любке во вторую - что он вполне может понравиться кому-то кроме сестры, что вцепилась в него и не отпускает. Рита здесь была скорее разменной монетой, доказательством, что Илюша состоятелен как личность, и Любке следует умерить свой пыл и разглядеть в нём отдельного от неё человека, а не вечного младшего брата. А вдруг Рита взаправду влюбится в него после свидания? Тем более, фундамент для этого уже был заложен. Что будет с ней тогда? Куда вообще такое годится? Илюша в растерянности отвёл взгляд - плохо дело. Может, отменить планы? Подняться в дом и сказать Рите, что сегодня никуда они не пойдут?   Было поздно - дверь общежития открылась, и на крыльце показалась Рита. Она не шла, а плыла, легко вспорхнув с крыльца. Рита успела даже где-то помыть голову, пока Илюша готовил свидание, и теперь её локоны наполнялись воздушным объёмом и поблёскивали призрачными искорками в свете луны. Вскоре Илюша различил и лёгкий макияж - заметный, но ничуть не лишний. Грациозная как лань она подбежала к Илюше, чиркнув снег подошвами кроссовок. Аура тонкого аромата парфюма коснулась его носа, услаждая вкус. Теперь Рита стояла перед ним такая воздушная и неосязаемая, отчего у Илюши приоткрылся рот. - Привет! Не замёрз меня дожидаться? - звонко спросила Рита. - Нет, - отмер Илюша, - пойдём. Илюшу ненадолго выбило из колеи - так было ему неожиданно видеть Риту сейчас. Да, Ритке было не занимать обаяния все эти месяцы, но в тот вечер она выглядела просто сногсшибательно. - Куда пойдём? - спросила Рита. - Скоро увидишь, - Илья повёл её с территории универа. В сопровождении Пса они вышли на улицу и потопали по дороге, стараясь обходить сугробы, только подросшие после дневного снегопада. Илюша шёл своим обычным сельским шагом: перебирал ногами без особой торопливости, вразвалочку, глядя под ноги. Рита же двигалась грациозно и едва ли не вприпрыжку, ставила ноги неслышно и, казалось, плыла над асфальтом. Опомнившись, Илюша спустил с плеча рюкзак и вытащил термос с чаем, который он благоразумно взял с собой из дома: - Будешь? - осторожно спросил Илья. - Ого! - удивилась Рита, - пивко? - Обижаешь - чай. - Эх, - Рита в шутку изобразила разочарование, - ну что ж, пойдёт и чай. Рита приняла термос и отпила пару глотков, не замедляя шаг, и вернула термос Илье. - Куда пойдём? - вновь спросила Рита. - На крышу. - А прыгать с парашютом будем или своим ходом? - хихикнула Рита. - На камень-ножницы-бумага решим, - добил Илья. Ребята тут же, не сговариваясь, остановились и скинулись на кулачки: - Бу-ци-фа! - хором прокричали они, потрясая кулачками между собой. Ритка выбросила ножницы, а Илюша - бумагу. - Эх, придётся тебе уступить парашют, - вздохнул Илья, - зато я раньше приземлюсь! Оба рассмеялись. - Чего же это «уступить»?! Я вполне честно я его выиграла! - смеялась Рита. Между тем, ребята дошли до высотки в паре кварталов от университета. Илюша дёрнул на себя промёрзшую дверь подъезда, открывая путь внутрь. Рита вошла первой. - Ну, теперь нам пятнадцать этажей вверх. Осилим? - спросил Илья. - Догоняй! - хихикнула Рита и понеслась вверх по ступенькам. Илюша припустился за ней. Он удивлялся, как легко Рита неслась по ступеням вверх. Вот она уже скрылась за поворотом лестницы, вот уже стучат её кроссовки над головой Илюхи, а он только на первые ступени забрался. Чтобы не опозориться, он собрал волю в кулак и заторопился вслед за Ритой. Первые четыре этажа дались легко - Рита ничуть не отрывалась от него, затем стало сложнее - дыхалка у Илюши выбилась в ноль, спина взмокла, а ноги загудели. Рита же, казалось, совсем не уставала и всё неслась вверх по ступеням, заливисто смеясь и подгоняя Илюху. Прибежал Илья сильно позднее неё: сердце его бешено стучало в висках, а сам он еле держался, чтобы не пыхтеть с рёвом как загнанный конь. Крыша встретила его морозным ветром и холодом, обжигавшим лёгкие. - Ну, дождалась! Как ты, дедок? - В порядке, - приосанился Илья и тут же поспешил скинуть с плеча рюкзак. Из рюкзака он достал банку шоколадной пасты и ложку. - Это ж моя любимая! Откуда узнал? - Есть источники. Как только Илюша открутил крышку, Рита тут же выхватила из его рук банку. - Задубела, сволочь, - тихонько ругалась Рита, ковыряя твёрдую от мороза пасту ложкой, - ничо, не пальцем деланные. Рита потянулась за зажигалкой и вскоре уже нагревала стенки банки над нестройным огоньком. Твёрдый шоколад начал поддаваться. Насладившись первыми ложками кушанья и шумно дыша от удовольствия, Рита нагребла в ложку ещё немного пасты и сунула под нос Илюше: - И тебе чуток! Илюша принял угощение. Действительно, вкуснятина. - Ща бы ещё пивка! - мечтательно протянула Рита. - Не взял. - Эх, зря, - картинно вздохнула Рита, - ну ничо, как спустимся, зайдём за ним. Насладившись пастой, Рита подошла к ограде на крыше. Илюша последовал за ней. Пёс остался сидеть у дверей. Перед ними расстилался весь Красногорск - город широкий, но малоэтажный, отчего теперь, стоя на пятнадцатом этаже, ребята находились чуть ли не выше всего города. В ночной тьме, кварталы панелек были едва различимы и сливались друг с другом по мере отдаления. Разделявшие их широкие улицы и шоссе раньше были вены мегаполиса, но теперь давно обескровели и покрылись нечищенным белым снегом. В воздухе стояла мёртвая тишина: ветер давно уснул и не носился теперь над крышами в своей хаотичной гонке; машины на дорогах молчали, незаведённые; всякое электричество иссохло и более не гудело в проводах. Полная тишина. - Какая же жижа тут будет весной! - тихо удивилась Рита. - Ага... ну, всё в реку сойдёт, думаю, - подметил Илья. - А у вас в деревне как с этим? - Ну как... земля вся влажная, грязь повсюду. У кого есть, те в сапогах ходят до суха. А местами - так вообще, на тракторе только и проедешь. - Ужас какой! А мы по весне же собрались из города двинуть. Не завязнем, как думаешь? - Можем. Возможно, надо подождать хотя бы мая. Но тогда можем не успеть посадку засеять на новом месте. - Да ладно, всё успеем, - махнула рукой Рита, - торопиться надо не спеша. Рита с ласковым уважением глянула на Илюшу. Нравилось ей в нём это странное сочетание: вроде и маленький такой весь из себя, что аж жалко на первый взгляд, а всё-таки и разумение хозяйственное в нём есть, и воля какая-никакая. По опыту, Рита понимала, что Илюша не так-то и прост - нечасто удавалось находить в парнях её возраста такую смелость и трудолюбие. - Илюш, а вот что бы ты делал, если бы полностью один остался? Илья ответил не сразу: - Хм. Одному мне точно нечего делать. Думаю, останься я полностью один в нашей ситуации, я бы с окна вышел. - А чего же? Столько же всего можно поделать, раз ты один. - Например? - Ну, можно на любой тачке покататься, можно где угодно гулять, можно... да что угодно можно! - Хм, сейчас мы почти одни. Ограничений нет, - возразил Илья, - делай, что хочется. Только чего-то никому ничего не хочется. - Холодно потому что, плюс ещё не отошли от шока, - говорила Рита, - зато представь, какое раздолье весной и летом начнётся. - Ну да, будет полегче. - Вот! Просто представь: всей командой поедем на природу, будем жить в избах или в палатках, а то и без них. Будем в речке купаться, у костра сидеть. Красота же! - А то. Ну, доживём - будет. Рита вдруг хитро сузила глаза и наклонилась над ухом Илюши: - А ещё представь, можно будет без проблем голыми ходить, - шептала она ему на ушко, - своих-то чего стесняться, а чужих нет. Особенно там, на природе: ночь, костерок, озерцо серебрится, мы с тобой совсем без одежды, - она взяла паузу, томно дыша, - а дальше представляй, что хочешь! Илюша смутился. Щёки его загорелись и залились краской, низ живота напрягся. Илья сглотнул комок в горле. - Как думаешь, как скоро наши привыкнут друг к другу настолько? - вкрадчиво спросила Рита. - Ох, не знаю. Да и это точно не про всех, - Илья волнительно хихикнул. - Ну ничего, за компанию подтянутся. Илья глянул на Риту, скосив глаза. Она обычно виделась ему такой взрослой, но теперь он видел в ней обыкновенную девочку-подростка: игривую, смешливую, слегка пошлую. Нельзя сказать, что ему не нравилось - видно, дело с Ритой пойдёт просто: без лишних затруднений и напускной скромности. Высокая, стройная, вполне красивая и вкусно пахнущая Рита нравилась Илюше, а её сладкие речи возбуждали его член. Но не сводить же всё к этому? - Уф, холодно... - поёжилась Рита. - Я... я могу тебя обнять, будет теплее, - осторожно предложил Илья. Рита глянула на него строго, сверху вниз. Понятно, поторопился. Илюша напугано опустил глаза под её стальным взглядом. Рита же вновь наклонилась к его уху и прошептала: - А может, это Я могу обнять тебя? - она тут же стиснула его в объятьях настолько сильно, что чуть не выжала из него кишки. Илюше не осталось ничего, кроме как обнять её в ответ. - Надушился? Вкусно, - отметила Рита. - Ага, Любка меня своими духами брызнула. Ритка последний раз крепко тискнула Илюху и отпустила. - Чайку? - Илюша тут же достал термос. - Наливай в крышку, - кивнула Рита. Она взяли горячую крышку-чашку замёрзшими руками и охотно обняла её окоченевшими пальцами. С шумным прихлёбыванием, она прикоснулась к чаю. - Замёрзла? - участливо поинтересовался Илья. - Ага, - выдохнула Рита, - а ты? Она потянулась к его руке: - Ох, да ты ледяной совсем! А ну иди погрею! Всучив ему пустую чашку - ещё тёплую - Рита тут же схватила илюшины ладони, поднесла к своему лицу и начала нежно дуть. Илюша скоро опомнился и принялся согревать дыханием и её руки. Ребята игриво поглядывали друг на друга, поглаживаясь. Наконец Рита задержала свой взгляд, дождалась, пока их взгляды встретятся в очередной раз, и неожиданно чмокнула Илюшу в губы. Илья глядел на Риту, в удивлении приоткрыв рот. Она не была первой, с кем он целовался, но это было совсем иначе, чем с той же Любой. Да, с Любой они творили и не такое - на фоне их игр, быстрый поцелуй в губы мог ощущаться простым и постным - но даже такое простое дело отразилось салютом в его душе. Рита же подмигнула глазом и еле слышно хихикнула. - Первый раз? Илюша промямлил что-то нечленораздельное - оно и к лучшему. - Погнали вниз? А то зябко тут, - позвала Рита. Резко обернувшись, она тут же устремилась к двери на лестницу, дёрнула на себя ручку и исчезла в тени под крышей. Опомнившись, Илюха поспешил за ней, наскоро убрав термос в рюкзак. Рита была уже где-то на пару этажей ниже него - слышалось её задорное хихиканье. - Не отставай! Илюша припустился - бежать вниз было намного проще, чем вверх - теперь он точно не отстанет. Где-то позади скакал Пёс, догоняя напарника. К середине дистанции вновь обозналось отставание. Известное дело - у Риты ноги сильно длиннее, чем у Илюши. Вот уже Илюха добежал до пятого этажа, в то время как Ритка уже была на втором - слышалось даже, как она иной раз спрыгивала через две-три ступени для экономии времени, а Илюша уже вновь вспотел, и сердце его билось в висках. Ритка выскочила на улицу, толкнув плечом подъездную дверь, и чуть не поскользнулась на обледенелом крыльце. Слева послышался рык мотора - это было не то, что она готова была услышать. В десяти шагах от неё мимо высотки двигалась тёмная «Газель» с выключенными фарами - должно быть, водитель полагался на отблески лунного света. Стоило Рите показаться на улице, как машина тут же остановилась, а из кузова выскочили двое дядек с автоматами за плечами. Рита сжалась от страха - дядьки бежали точно к ней. В подъезде спрятаться не удалось - пока ритины кроссовки скользили на крыльце, незнакомцы уже подбежали к ней в упор. - Илюша-а! - только и оставалось кричать изо всех сил, пока Риту волокли в машину. Бойкая Рита отчаянно вырывалась, но справиться с двоими ей было не под силу. Словно мешок с картошкой, её закинули внутрь кузова «Газели» - Рита больно приложилась локтями и коленями о металлический пол. В кузове находилось ещё трое - рожи мрачные и диковатые - а предыдущие двое уже залезали следом. В отчаянии Рита обернулась на дверь подъезда - на улице появился теперь перепуганный и красный Илюша в сопровождении ощетинившегося Пса. Тяжело дыша, Рита оттолкнулась мысками кроссовок от пола, чтобы выпрыгнуть из кузова, пока проход был свободен, но один из её похитителей своевременно задвинул дверь кузова, отчего Рита с размаху впечаталась лбом в холодный металл. Водитель надавил на педаль, и машина с рёвом сорвалась с места, брызгая снегом из-под колёс. Илюша, хватая губами воздух, побежал за машиной - «Газель» только ускорялась, стремительно оставляя Илюшу позади. В бессилии он зачерпнул рукой снега, наскоро слепил снежок и швырнул его в след машине - даже тут не достал. Когда ноги загудели от натуги, Илья остановился, посреди дороги, упёршись руками в колени. Лёгкие его разрывались, перед глазами темнело, а ноги ниже колен были готовы отвалиться. «Газель» тем временем уже скрылась за поворотом. - Пёс, хоть ты догони! - выхаркал Илья, - ты быстрее... Пёс не торопился бежать, а только подошёл к Илье поближе, глянул ему в глаза и сказал: - И что тогда? Подмога нужна. - Да куда там?! - пыхтел Илья, - погнали, перехватим быстро! - Ты без оружия, - спорил Пёс, - пойди возьми хоть. Еле отдышавшись, Илья поспешил домой. Вдвоём они добежали до родных корпусов КГПУ и ввалились на двор. На их счастье, на дворе курил Глеб. - Глеб!.. Глеб!!! - Илья прибежал весь красный и мокрый. - Бля, что с тобой?! - Глеб от неожиданности уронил сигарету в снег. Илья, не в силах говорить от нехватки воздуха, активно махал руками: - Там!.. Они... её спиздили блять! - Кто?! Риту? - Да блять!.. те твари из «Красной Горки»! На грузовике своём увезли! Глеб помрачнел и поджал губы. - Глеб, спасать надо! Погнали! - кричал Илюша, бешено тараща глаза. - Багор твой где? - Дома стоит, не взял дурак, - поморщился Илья. - Погнали! - скомандовал Глеб, направившись внутрь общежития. Парни побежали вверх по ступеням до квартиры. На бегу Глеб вдруг сказал: - Ща я зайду в квартиру, возьму багор твой и ножи. И пойдём. - Погоди, ты не позовёшь остальных? - удивился Илья. - Ни в коем случае. Вдвоём всё сделаем. - Глеб, ты чего? Нам толпой надо вломиться и отбить Риту! Глеб тут же обернулся и внушительно навис над Ильёй: - Соображай! У них там неизвестно сколько народу, как минимум несколько автоматов, а у нас ножей на всю команду не хватит, да и бойцы из наших никакие. Нам с тобой только в тихую и работать щас. Стой тихо! Глеб зашёл в квартиру за оружием, а Илья остался на лестнице. С ним был только распушившийся от холода Пёс. Илья глянул на Пса и услышал его голос: - Рискнул девкой? - Да иди ты! - рявкнул Илья, - это не я виноват! - Тут не про вину. Меньше рискуй. Проблем нажил. Илья шумно дышал, глядя в стену - говорить больше не хотелось. Действительно, не поведи он сегодня Риту на свидание, её бы не похитили. Сейчас придётся идти и рисковать и своими жизнями, и жизнью Риты. А может её уже убили? Нет, только не это. Да и зачем её убивать? Похоже её похитили для разного рода грязных дел. В таком случае, Рита будет жива, пока не натворит глупостей. Оставалось надеяться, что Риту увезли в ТЦ «Красная Горка», а не куда-то ещё - если её не будет там, то неизвестно тогда, где её искать. Дверь квартиры открылась, показался Глеб. Глеб выглядел серьёзно и собрано. За поясом у него торчал острый кухонный нож, такой же он вручил Илье, да ещё и в придачу илюшин багор был при нём. - В путь, - коротко приказал Глеб, - пора дело делать. - Хоть предупредил домашних? - Нафиг надо. Ща закатят истерику, а мы время потеряем, - отрезал Глеб и пошёл  к ступеням, - не отставай давай. Быстрым шагом ребята добрались до ТЦ и схоронились за той же машиной, за которой прятались днём. Оглядели подход к зданию: охраны не видать, грузовик стоял перед входом, а в кабине виднелся силуэт водителя. - Пойдём спросим у него, - Илюша подался вперёд, нахмурив брови. Глеб схватил его за шиворот: - Стоять. Не торопись. Жизнь одна - подохнуть всегда успеем. - Как быть-то? - возмущался Илья. - Пойдём вокруг пройдёмся. Посмотрим, где патрули, где входы. В полной тишине обошли ТЦ. Охраны нигде не было, а вот удачный вход нашёлся  - через техническую дверь в задней части здания вполне можно было войти внутрь, не привлекая внимания. Глеб чутко прослушал дверь - за ней не было ни звука. Глеб еле слышно прочитал молитву и потянул ручку двери. Внутри «Красной Горки» было теплее, чем на улице - местные обитатели старательно отапливали свои обширные помещения с помощью электрообогревателей. Освещение состояло из аварийных светильников на высоких штативах, расставленных тут и там. Их расположение было неравномерным, отчего где-то было вполне светло и даже ярко, а где-то царил мрак. Оно и понятно - непросто осветить фонарями целый торговый центр со всеми его павильонами и закутками. Но оно и на руку ребятам - по темноте пробираться будет проще. Было заметно, что «Красную Горку» старательно обживали: во многих местах топились печки, явно утащенные из строительного магазина; в некоторых павильонах скамьи и пуфики передвинули поудобнее и накрыли тканью; виднелись обёртки от еды и пустые бутылки; кое-где горкой были сложены громоздкие деревянные ящики с неясной символикой, которые утром разгружали из «Газели». Разведчики внимательно вглядывались в неясные очертания вдали, стараясь не выходить из тени. Глеб вёл отряд, старательно подбирая маршрут, Илья же держал на изготовку свой багор и старательно щурился, Пёс же по-охотничьи поднял уши и прижался к земле. Местных обитателей не было видно. - Куда нам? - шёпотом спросил Илья. Глеб молча ткнул пальцем в сторону двери в технические помещения. Ребята неслышно пробрались к двери и вытекли в коридор с зеркальной плиткой. - Есть идеи, где её держат? - тихо спросил Глеб. - Никаких. Возьмём языка? - Попробуем. Коридор вёл в запертые на магнитный замок склады магазинов. Около каждой двери ребята прислушивались - ничего. Что ж, в этой части здания было пусто. Вскоре команда вышла к двери, которая вела обратно в основной зал ТЦ. Ребята оказались в узком проходе, где в десяти метрах впереди них стояли двое бритых мужиков и разговаривали. Они пока не видели ребят, стоя спиной к ним - было время на подготовку. - Хороша кобылка, - протянул один мужик. - А то! Молодая, здоровая. Видал, какая бойкая? - Самое то Ему на подкормку. У ребят округлились глаза - они собрались Риту кому-то скормить?! Или это образно? Глеб цокнул языком, чтобы позвать Илью - пока ребята сидели за стопкой ящиков в конце коридора, можно было обсудить план действий. Пёс лежал пластом рядом с ними и не сводил глаз с дозорных. - Придётся прорываться, - еле слышно сказал Глеб, - бери правого на нож, я - левого. Илья испуганно затрясся и открыл было рот, чтобы возразить, но Глеб тут же закрыл ему рот рукой, испуганно оглянувшись на дозорных. - Придётся, - Глеб глядел строго. Делать нечего: взяли в руки ножи и на полусогнутых подкрались к мужикам. Псу же наказали сидеть на месте. Стоя в паре метров позади дозорных, Глеб на пальцах посчитал Илюше до трёх и кивнул - ребята направились к своим жертвам. Илюша трясся, но продолжал красться. А вдруг мужик только делал вид, что не слышал его, и сейчас обернётся и вмажет ему в упор из какого-нибудь пистолета? Да даже если и нет, то как вообще убить человека? Просто взять и зарезать огромного взрослого дядьку? Что ж, оставалось надеяться на успех или, в крайнем случае, быструю и лёгкую смерть без особых мучений. Слева Глеб сделал выпад на свою цель: левым локтем он взял дозорного на удушающий, задрав ему голову, а правой рукой вонзил нож между рёбер. Дозорный захрипел, на лице его изобразилось страдание. Илья тут же налетел на своего - взять высокого и широкого дядьку на удушающий Илюха не мог, поэтому он напрыгнул ему на спину, вцепившись в шею. Правая рука замахнулась для удара в ключицу, но мужик вдруг стал отбиваться: заблокировал илюшину правую руку и всеми силами теперь сбрасывал его с себя. Увидев борьбу, Глеб поспешил побыстрее разделаться со своим, чтобы помочь Илье - его жертва уже валилась на пол, получив уже пятый тычок в печень - можно было сменить цель. Илюша не удержался на спине дозорного и свалился навзничь на кафельную плитку - мужик уже повернулся для добивания, замахнулся, но тут вдруг из глубины коридора выскочил Пёс и повис на его руке, доворачивая мужика прямо под нож Глеба - сверкающее лезвие легко пробило вязаный свитер на мужике и со смаком вошло в плоть. Глеб шагнул на него, нажимая на нож и вдавливая несчастного в стену. Пара коротких тычков, и уже второй несчастный с бубнежом съезжает по стене на пол. - Живой? - спросил Глеб. Глеб выглядел плохо: глаза его бешено сверкали, грудь вздымалась от сбитого дыхания, по лбу катились крупные капли пота. Илье свело живот, а после первого же взгляда на покойников, расположившихся на полу, ему стало только хуже. Илюша согнулся пополам, зажимая рот ладонью. - Держись! - шипел Глеб, - не пали нас! Илья сглотнул рвоту и страдальчески поморщился. - Эх, не взяли языка! - досадно шептал Глеб, - давай хоть оттащим их в темноту, чтобы не спалиться. Илья тащил того, что поменьше, зажмурив глаза и не дыша. Пёс помогал ему, вцепившись трупу в одежду. Запах крови - душный, прелый и горячий, - стоял в илюшиной носоглотке, отчего его не переставало тошнить. Глеб вытер нож об одежду одного из дозорных и принялся воровато осматриваться. - Ищем дальше, - тихо прокомментировал Глеб. Ребята пробирались по торговому центру всё дальше и дальше, прячась в тени и избегая взглядов местных обитателей. Обитателей, надо сказать, хватало - Илюша насчитал семерых, и это только в первой трети здания: кто-то сидел и разговаривал, кто-то пил пиво на лавочке посреди торгового зала, кто-то спал на матрасах. Ребятам пока улыбалась удача - никто их не замечал, крадущихся по стенам. - Эй, чьих будете? - послышался хрипатый голос откуда-то сзади. - Блять... - прошипел Глеб, - быстро в тот павильон! Звук доносился метров с тридцати - обнаружить их с такого расстояния в местном полумраке было сравни чуду. Тем не менее, у ребят оставалось время для манёвра - они тут же юркнули в двери ближайшего магазина одежды и вскользнули на тамошний склад. На складе было темно, хоть глаз выколи - оно и к лучшему. Парни спрятались среди пушистых шуб и объёмных курток, укрытых целлофановыми пакетами: Илюша спрятался слева от входа и отставил багор в сторону - удобнее было сейчас вытащить нож, Глеб убежал поглубже в темноту, а Пёс же проскользнул куда-то в глубь помещения и затаился под рядами курток. Преследователь скоро появился в проходе - в неясном отблеске дальнего фонаря сверкнул металл пистолета. Мужик остановился в дверях склада, вслушиваясь. Секунды тянулись вечно: вот он - мужик с пистолетом - стоит меньше чем в метре от Илюши, схоронившегося среди шмоток и в ужасе затаившего дыхание. Лицом Илюша ощущал тепло, исходившее от дядьки и слышал его тихое сопение. Илья скосил глаза в поисках Глеба, скрывавшегося где-то поблизости, но в кромешном мраке его не было видно. Что же делать? Похоже, дозорный никого не позвал на помощь - шагов снаружи не было слышно. Может он сейчас уйдёт? Но вряд ли он решит, что ему привиделось. Дозорный тем временем неуверенно шагнул в темноту. Теперь он был в считанных сантиметрах от Илюши и, должно быть, ощущал его кожей - как минимум, Илья уже начал ощущать запах его нечищенных зубов. В звенящей тишине Илюша ждал, что будет, сжимая покрепче рукоять ножа. Мужик резко вдохнул и потянул руку прямо к Илье, вцепившись ему в рукав. Илья дёрнулся было в сторону, но преграда из курток задержала его на месте - он только выдал себя. Оглушительный грохот. У Илюши моментально зазвенело в ушах, а вспышка выстрела отпечаталась на роговице глаза, закрывая бельмом поле его зрения. Сжавшись в комок, Илюша тут же отпружил вперёд и полоснул лезвием ножа по корпусу врага. Мужик взвыл и потянулся назад, а ослепший Илюша в боевом исступлении резанул ножом повыше, целясь в горло. Нож прошёл по воздуху. Пёс с глухим лаем выскочил из темноты и налетел на мужика сзади, вцепившись ему в плечо. Он повалился навзничь, Пёс тут же с чавканьем вцепился ему в глотку, терзая плоть. Мужик бурлил разорванным горлом, мычал, силясь скинуть с себя животное, но стремительно слабел и сдавался. Наконец, он шумно выдохнул и обмяк окончательно, а Пёс тут же отпустил его выпотрошенное горло и со скулежом ткнулся своим запачканным кровью носом в штанину Илье. Тот стоял, опёршись о ледяную стену и пытался восстановиться. В ушах всё ещё звенело, особенно слева, но зрение понемногу восстанавливалось. - Ты там как? - прошептал Глеб из глубин склада. - Жив, - слабо просипел Илья, - но в ушах колокола. Илья наощупь протянул руку к голове Пса и потрепал его макушку. Запах крови только усилился. Пёс вдруг вывернулся из-под его руки, склонил голову и подал ему зубами пистолет покойного. Тяжело дыша, Илья убрал оружие к себе в карман. - Илюх, живо ко мне, - шептал Глеб, - ща сбегутся! Илюша схватил багор и потащился в темноту, ничего перед собой не разбирая и тыкаясь во всё как слепой котёнок. - Тут дверь есть! Открытая! - шептал Глеб. Позади, в центре торгового зала, послышался топот множества ног. Илюша обернулся на дверь в магазин - за витринами, на этаже ТЦ, плясали тени - сюда бежала толпа народу. Неожиданно, прямо под двери магазина одежды прилетело что-то небольшое и цилиндрическое по форме, что-то на манер банки из-под газировки. Илюша прищурился подслеповатыми глазами - баночка тут же оглушительно бахнула, выдав вспышку невообразимо яркого света, взрезавшего несчастные илюшины глаза. Оглушённый, он ощутил, как Глеб потащил его за воротник - из последних сил Илья вцепился в резиновую рукоять багра, чтобы не выронить. Ноги его подкосились, и Илья поволокся как кукла в руке Глеба. Когда зрение начало восстанавливаться, Илья обнаружил себя в техническом коридоре за дверью, которую обнаружил Глеб. Напарник стоял прямо перед ним, вжимая Илью в стену, чтобы тот не упал. - Ты как? - в голосе Глеба слышалось волнение. Илья глянул через плечо Глебу - в дали, через три дверных проёма, виднелись бегущие фигуры в зелёном камуфляже - неужто военные? Со всех сторон послышались раскатистые очереди нескольких автоматов, сотрясавшие стены. - Бегом блять! - крикнул Глеб, толкая Илюшу в сторону. - Где Риту искать?! - на бегу крикнул Илья. - Ща увидишь, - раздался в его ушах гавкающий голос Пса. - Не ебу! Сначала подождём, пока всё утихнет! - скомандовал Глеб. Глеб бежал впереди, Илюша торопился за ним, громко топая по плитке, а Пёс грациозно стремился сбоку, вытягиваясь над полом при каждом шаге. Глебу на глаза попалась дверь с табличкой «Туалет» - найдя туалет хорошим укрытием, он не останавливаясь, чтобы не потерять инерцию, врезал по двери подошвой ботинка. Замок с лязгом разлетелся, а дверь распахнулась внутрь.