Спаси меня от самой себя

Дни превращались в недели, недели — в месяцы. Поместье Бабочки стало для Эри не просто убежищем, а настоящим домом, где она медленно, но верно, училась жить заново. Дыхательные практики, которым её обучала Шинобу, стали частью её повседневной рутины. Она всё ещё слышала голоса, но теперь они не были оглушающим рёвом. Они стали похожи на отдалённый шелест ветра, который она могла игнорировать, сосредоточившись на своём дыхании. Но самым большим её прогрессом была не способность заглушать голоса, а её общение с Гию. Он по-прежнему был молчаливым и отстранённым, но их связь стала сильнее. Иногда, когда Эри было особенно тяжело, она просто брала его за руку, и это простое прикосновение было для неё мощнее любых лекарств. Однажды, когда Гию вернулся с миссии, их встретили не только Шинобу, но и Столп Ветра, Санеми Шиназугава. Его лицо было, как всегда, перекошено от гнева, а его взгляд был устремлён на Гию. — Томиока, — прорычал Санеми, его голос был резким и грубым, — ты мне что-то должен объяснить. Мне сказали, что ты до сих пор водишься с какой-то девчонкой. Неужели ты забыл, кто мы такие? Гию молчал. Он приблизился. Его взгляд был спокойным, но в нём была какая-то сталь. Санеми подошёл ближе. Его взгляд скользнул по Эри. Он увидел её серебристые волосы, её большие, необычные глаза. И он почувствовал этот запах. Запах, который он так хорошо знал. Запах демонов. — Что это такое, Томиока? — его голос стал ещё громче, а его рука, сжимающая рукоять катаны, задрожала. — Это демон?! Гию медленно встал перед Эри, загораживая её своим телом. Он не говорил. Он просто стоял, готовый защитить её. — Нет, Санеми-сан, — тихо сказала Шинобу, выходя вперёд. — Это Мацумото Эри. Она человек. — Человек? — рассмеялся Санеми, его смех был резким и злым. — Тогда почему от неё так воняет?! Почему от неё исходит такая сила? — Она не демон, — повторила Шинобу, её улыбка была спокойной, но в глазах читалась твёрдая решимость. — Её кровь… её кровь особенная. Она привлекает демонов, но она не демон. Санеми посмотрел на Шинобу, затем на Гию, который стоял как стена, защищая Эри. Его гнев, который всегда был его главным оружием, медленно угасал, уступая место чему-то другому. Чему-то, что было очень похоже на удивление. Он не мог понять. Он никогда не видел Гию таким. Он никогда не видел Гию, который готов был пойти против всех, особенно Санеми, чтобы защитить какую-то девчонку. Он посмотрел на Эри, которая всё ещё держала руку Гию, её взгляд был испуганным, но в нём не было паники. Она не дрожала. Она не кричала. Она просто смотрела на него, и в её взгляде была вера. Санеми замолчал. Он стоял, не двигаясь, и смотрел на эту странную, непонятную картину. Молчаливый Столп, который защищает хрупкую девочку. И эта девочка, которая нашла в нём своё спасение. В этот момент Санеми понял. Что-то очень важное изменилось в мире Гию Томиоки. И это было то, что он не мог понять. — Хорошо, — прорычал Санеми, его голос был всё ещё грубым, но в нём не было больше того гнева. — Я поверю вам. На время. Санеми грубо ткнул пальцем в грудь Гию. Он просто повернулся и ушёл, оставив Гию, Эри и Шинобу в тишине. Когда тяжелые шаги Санеми Шиназугавы наконец затихли вдали, тишина, повисшая в воздухе, была настолько плотной, что казалась почти осязаемой. Эри всё ещё стояла за спиной Гию, вцепившись в край его хаори. Её маленькие ладошки дрожали, но страха, который она чувствовала от одного лишь присутствия Столпа Ветра, больше не было. Гию защитил её. Он медленно повернулся к ней, его лицо, как всегда, было непроницаемым. Но в его глазах, в его взгляде, было что-то, что заставило её сердце забиться сильнее. Это было не просто сочувствие. Это было беспокойство. Гию медленно, очень медленно, опустился на колени, чтобы быть с ней на одном уровне. Он наклонил голову, и Эри увидела в его глазах отражение своей собственной испуганной, но уже не сломленной, фигуры. — Он… — начал Гию, его голос был тихим, почти шепотом, что было для него очень необычно. — Он не обидел тебя? Не причинил вреда? Эри покачала головой, её серебристые волосы мягко зашевелились. Она посмотрела на его лицо, на его глаза. Она знала, что он не просто спрашивает. Он был действительно обеспокоен. Ей было непривычно, но в то же время невероятно приятно, что кто-то так заботится о ней. Что кто-то, кто казался таким холодным и отстранённым, мог проявить такую нежность. — Нет, — прошептала она, её голос был слабым, но твёрдым. — Я в порядке. Гию облегчённо выдохнул. Это был едва заметный жест, но Эри увидела его. Она увидела, как напряжение, которое было в его плечах, медленно ушло. Он протянул руку и осторожно, очень осторожно, погладил её по волосам. Этот жест был для него абсолютно нехарактерным. И Эри почувствовала, как её щёки покрылись румянцем. Ей нравилось. Ей нравилась его забота. Ей нравилось, как он смотрел на неё. Когда Гию вернулся в комнату, он почувствовал себя... странно. Он сел на футон, но не мог найти покоя. Его мысли постоянно возвращались к Эри. К её испуганным глазам. К её маленькой, дрожащей руке. К её голосу, который был таким слабым, но в то же время таким сильным. Он поймал себя на мысли, что его сердце, которое он считал замороженным, начало... оттаивать. Он почувствовал, как что-то внутри него начало расти. Что-то, что было очень похоже на привязанность. Он всегда считал, что его долг — это защита. Защита от демонов. Защита слабых. Но теперь он понял, что его долг — это нечто большее. Это была защита её. Её улыбки. Её смеха. Её надежды.