Операция "выживи в качестве злодея"

*Через неопределённый период времени* Точка зрения Лу Фена: Спустя неопределенное время тьма в сознании Лу Фена начала медленно рассеиваться. Возвращение в реальность было мучительным, словно он пробивался сквозь толщу вязкой, ледяной воды. Первым, что он ощутил, были запахи: густой, многослойный аромат подсыхающих трав, терпкая горечь полыни и едва уловимый дым целебных курений. Его веки, казавшиеся неподъемными, дрогнули и наконец приоткрылись. В ту же секунду резкий луч света прорезал полумрак комнаты, заставив мальчика инстинктивно зажмуриться. Лишь мгновение спустя он снова рискнул открыть глаза, постепенно привыкая к яркости. Сквозь узкие щелки век начали проступать очертания незнакомого места. Лу Фен лежал на жесткой кушетке в просторном светлом павильоне. Вместо привычных стен его окружали изящные деревянные ширмы, обтянутые тонкой бумагой, сквозь которую мягко сочилось дневное солнце. Взгляд, еще затуманенный слабостью, скользнул по рядам крошечных ящиков аптекарского шкафа и остановился на серебряных иглах, разложенных на столе. Они тускло мерцали в том самом луче, что пробудил его. Вокруг царила глубокая, почти торжественная тишина, нарушаемая лишь мерным сопением. Лу Фен не сразу почувствовал тяжесть в ногах — нечто ощутимое пригвоздило его ноги к кровати, не давая пошевелиться. Опустив взгляд, он увидел Лянь Вань. Девочка мирно спала, удобно устроившись прямо у него в ногах. Теплые лучи солнца падали на её миловидное личико, высвечивая на щеках едва заметные дорожки от высохших слез. Волосы цвета спелой пшеницы были небрежно рассыпаны по простыне. Глядя на эту картину, Лу Фен невольно улыбнулся. Превозмогая слабость, он поднял руку и осторожно погладил Лянь Вань по голове. Вдруг тишину прервал неторопливый стук шагов. Кто-то вошел в лазарет. Размеренная поступь заполняла пустоту павильона, приближаясь к его ложу. Незнакомец, заметив, что больной пришел в себя, негромко произнес: — Наконец-то ты очнулся. — На его лице играла легкая, едва уловимая улыбка. Лу Фен оторвал взгляд от Лянь Вань и перевел его на вошедшего. Перед ним стоял величественный молодой человек, на вид которому было не менее двадцати пяти лет. Его ханьфу цвета глубокой болотной зелени было украшено искусной золотой вышивкой, мерцающей при каждом движении. На поясе покоилась нефритовая пластина — символ достоинства старейшины. Как ни пытался Лу Фен разглядеть выгравированное на нефрите имя, буквы расплывались перед глазами. Русые волосы незнакомца, собранные в простую, незамысловатую прическу, слегка покачивались в такт его шагам. Подойдя вплотную к кровати, мужчина протянул руки — в них он держал исходящую паром чашу. В нос Лу Фену ударил резкий, концентрированный запах лечебного отвара, от которого во рту заранее разлилась горечь. — Пей, — незнакомец поднес чашу ближе, и его голос, глубокий и спокойный, не допускал возражений. — Тебе нужно восстановить ци. Твоя подруга выплакала все глаза, пока ждала твоего пробуждения. Не заставляй её горевать снова, когда она проснется. Лу Фен сделал осторожный глоток. Отвар оказался обжигающе горьким, с резким привкусом хвои и чего-то металлического, но почти сразу по телу разлилось живительное тепло, прогоняя ледяное оцепенение в конечностях. — Меня зовут Люй Мин, — представился незнакомец, заметив немой вопрос в глазах мальчика. — Я один из старших лекарей ордена Хайфен. Тебе повезло, что ученики тебе помогли. Лу Фен слышал это имя раньше — Люй Мин славился как один из лучших врачевателей, способный вернуть человека с того света. Теперь, глядя на его спокойное лицо и уверенные движения, мальчик понимал, почему о нем ходили такие легенды. — что произошло? — голос Лу Фена прозвучал хрипло, едва узнаваемо. Люй Мин поставил пустую чашу на прикроватный столик и внимательно посмотрел на пациента. Его взгляд был серьезным, лишенным недавней мягкости. — Ты едва не перешагнул порог вечности, Лу Фен. Твое сражение с Цзян Шенем было... опрометчивым. Ты потерял много крови. Когда тебя принесли сюда, твоё лицо было белее этих простыней. Мальчик попытался восстановить в памяти обрывки боя: свист стали, яростный взгляд противника и резкая, ослепляющая боль. Последующие события тонули в густом тумане. — Тебя доставили в лазарет в срочном порядке, — продолжил лекарь, поправляя одеяло, чтобы не разбудить Лянь Вань. — Мне пришлось повозиться с твоими ранами, останавливая кровотечение и запечатывая раны. Ты был без сознания ровно два дня. Лу Фен вздрогнул. Два дня? Ему казалось, что прошла всего пара минут с того момента, как тьма поглотила его. Он снова посмотрел на спящую у ног девочку. Теперь дорожки от слез на её лице приобрели для него новый, болезненный смысл. — Цзян Шень... — начал было Лу Фен, но Люй Мин прервал его коротким жестом. — Сейчас не время для разговоров о врагах и поединках. Твоё плечо всё ещё не зажило. Хоть, твоя рана и не смертельна ты всё ещё не можешь приступить к тренировкам. Лекарь поднялся, его ханьфу тихо зашуршало. — Отдыхай. И постарайся не делать резких движений. Девчонка почти не спала эти двое суток, позволь ей отдохнуть еще немного. Люй Мин кивнул на прощание и так же бесшумно, как вошел, направился к выходу, оставив Лу Фена наедине с тяжелыми мыслями и мерным дыханием спящей подруги. Мальчик опустил голову и не произвольно сжал кулаки до такой степени что его костяшки побелели. А в глазах блеснул огонёк, (может быть недобрый?). *** «Последние два дня Цзян Шэнь провел, мечась из угла в угол. В отличие от оригинальной новеллы, на подобную жестокость закрывать глаза не стали, и посему бедный юноша мучился пуще прежнего. Волей-неволей Цзян Шэню пришлось откинуть мысли о кровавой бойне, произошедшей два дня назад. Хоть к помощи пика Ханьшуань решили не прибегать, ему всё равно пришлось принять наказание от своего наставника. Его Шифу, узнав об инциденте, лишь махнул рукой, приказав ученику отбывать наказание на пике Чань Чунь. Но проблема была в том, что главный — черт его дери! — герой был именно там! Эта мысль заставляла Цзян Шэня обливаться холодным потом». --- На пике Чань Чунь воздух был пропитан тяжелыми ароматами кипящих зелий и едкой пыльцой высушенных лечебных трав. Его наказание было простым на бумаге, но унизительным на деле: он стал «мальчиком на побегушках» при алхимических лабораториях и лазарете. — Эй, старший ученик Шень! — окрикнул его один из младших учеников-лекарей, нагруженный охапкой грязных бинтов. — Ступки в третьем зале нужно почистить к часу козы. И не забудь про корень «морозного дыхания» — его нужно растереть в мелкую пыль, иначе старейшина Люй Мин спустит с тебя шкуру! Цзян Шэнь стиснул зубы так, что заскрипели челюсти. Ему оставалось только смериться со своей участью «мальчика на побегушках». Он смиренно кивнул направляясь в комнату с лекарственными травами. Каждый удар пестика о камень отдавался в голове Цзян Шэня тревожным набатом. Его руки некогда чистые руки сейчас же были покрыты зелеными пятнами от сока трав и серым налетом золы. Но физический труд был лишь половиной беды. Самым страшным было то, что павильон, где он трудился, находился всего в сотне шагов от того самого места, где лежал Лу Фен. «Если Лу Фен узнает, что я здесь... интересно убьёт ли он меня если увидит...» — Цзян Шэнь невольно втянул голову в плечи. В оригинальной новелле главный герой всегда находил способ изощренно отомстить своим обидчикам, когда те находились в уязвимом положении. Его размышления прервал голос старшего помощника, который выставил на стол поднос с дымящимися чашами. — Цзян Шэнь, бери это. Отнесешь в западное крыло. Лекарь Люй Мин велел доставить отвары лично в руки пациентам. И смотри не пролей ни капли — это редкие восстанавливающие эликсиры! Цзян Шэнь почувствовал, как спину пробили мелкие мурашки. Западное крыло. Именно там, по слухам, восстанавливался после ранения Лу Фэн. Немного вспотевшими руками он подхватил поднос, чувствуя что то неладное. Вдруг уже знакомый звон системы раздался в его голове: | Новое задание: «Горькое лекарство» | Цель: вылить восстанавливающее лекарство на Лу Фэна. | Награда: +20 очков | Штраф за провал: 1000 игл | Цзян Шэнь чуть не выронил поднос. «Ну, приплыли... Ты, наверное, так на меня свою злость вымещаешь?» — мысленно саркастически сказал юноша, закатив глаза. | «Нет, пользователь». | Бездушный голос системы дрогнул в хихикающем звуке. «Я думаю, ты наоборот хочешь, чтобы эта чаша с лекарством прилетела мне в голову». Делать было нечего. Штрафы системы в этом мире были куда реальнее, чем его надежды. Западное крыло встретило его тишиной, нарушаемой лишь шелестом бамбука за окном. Возле нужной комнаты Цзян Шэнь помедлил, пытаясь унять беспокойное сердце, которое так и норовило выпрыгнуть из груди. Он толкнул дверь ногой и вошел. В комнате пахло кровью и свежевыстиранным хлопком. На кровати, бледный как полотно, полулежал Лу Фэн. Его глаза были закрыты, но как только Цзян Шэнь переступил порог, длинные ресницы дрогнули, и на него уставился холодный, пронизывающий взгляд. — Я принес лекарство. Распоряжение лекаря Люй Мина, — выдавил Цзян Шэнь, стараясь сохранить холодный тон голоса. — О, так значит старший брат решил в святоши податься? — его слова сочились усмешкой. — Не ожидал. — И это я слышу от человека, который даже встать не способен? — отзеркалил его поведение Цзян Шэнь. Он медленно начал подходить к кровати с чашей отвара, который пах, как болото. «Может быть, и хорошо, что он это пить не будет?» — подумал про себя Цзян Шэнь, уже стоя около тумбочки. — Если старший брат хочет поиграть в добродетеля, это не стоило бы и минуты его времени. — Прожигая взглядом юношу, Лу Фен продолжил: — Оставь на тумбочке и уходи. «Эх, и зря ты так...». Лу Фэн, отвернувшись, вдруг замер: по его лицу поползли зеленые дорожки чего-то вязкого, закрывая обзор глазам. В немом ступоре он так и застыл. | Поздравляю, пользователь! Вы успешно выполнили задание, вам начисляется 20 баллов. | Цзян Шэнь, глядя на Лу Фэна, почувствовал, как внутри него всё сжимается в страхе. Но сохранив маску холодного злодея он продолжил: — Ты слишком слаб, даже одолеть меня тебе не под силу, — произнес он с усмешкой. — и кстати я в жизни не стал бы тебе помогать. С этими словами он развернулся и вышел из комнаты, чувствуя, как напряжение уходит вместе с ним. В коридоре его охватило легкое чувство облегчения, но в то же время и легкая горечь. От автора: Я запуталась немного с характером гг. он может вам показаться пресным и скучным, но мне действительно хочется сделать его характерным. Извините...