Встречайся со мной, Малфой!

На аукцион Мальсибера попасть можно было только по именному приглашению с плюс один. Старый особняк в викторианском стиле встречал гостей приглушённым светом магических канделябров и ароматами дорогих духов и вина. В его залах собрался цвет чистокровной аристократии – те, кто уцелел после войны, и те, кто предпочёл вовремя сменить сторону. На Драко смотрели с привычной смесью любопытства и настороженности: Малфой, который пришёл не один. Малфой, который держится так, будто имеет на это право. Малфой, чей спутник – сам Гарри Поттер. Гарри, надо отдать ему должное, выглядел безупречно. Тёмно-синяя мантия сидела по фигуре. Очки сегодня были новые, в тонкой серебристой оправе, и волосы были почти приглажены. Почти. Пара прядей всё равно торчала у висков, но это была та самая небрежность, которая делала его живым, а не картинкой из журнала. Они прошли в главный зал, где уже выставили первые лоты. Драко держался свободно, чувствуя себя в своей стихии. Здесь он был не изгоем, а наследником одного из старейших родов, и это знание придавало его осанке ту особую, врождённую уверенность, которую не могли отнять ни суды, ни Надзор. Первым к ним подошёл Теодор Нотт – один из немногих слизеринцев, кто не отвернулся от Драко после войны. Он был в строгой серой мантии, с неизменной ироничной полуулыбкой на губах. – Малфой, – он кивнул и перевёл взгляд на Гарри. – Поттер. Не ожидал увидеть вас здесь вместе. Хотя, учитывая последние новости, стоило бы. – Нотт, – Драко коротко пожал протянутую руку. – Ты, как всегда, в курсе всего. – Стараюсь, – Теодор чуть склонил голову. – Вы смотрите лоты или просто публику развлекаете? – И то, и другое, – ответил Гарри, и в его голосе прозвучала лёгкая усмешка. – Что скажешь про тот кинжал? Стоит внимания? – Гоблинская работа, семнадцатый век, – Теодор бросил взгляд на стенд. – Цена взлетит до трёхсот, не меньше. Но если у вас есть лишние галеоны – почему бы и нет. Они обменялись ещё несколькими фразами, и Нотт отошёл, пообещав «держаться поблизости на случай, если понадобится совет по антиквариату». Следующей была мадам Забини, вдова, пережившая семерых мужей с той же элегантной невозмутимостью, с какой сейчас разглядывала пару Малфой-Поттер. Гарри абсолютно спокойно держал одну руку на сгибе руки Драко, а во второй крутил бокал с вином. Вот только ладонь чуть сжалась на локте, когда к ним подошли. Поттеру явно было не так комфортно в этой всей атмосфере, как ему самому. – Драко, дорогой, – она протянула руку для поцелуя, и Драко почти коснулся её пальцев губами с той отточенной вежливостью, которую в него вбивали с детства. – Ты выглядишь... значительно лучше, чем в прошлый раз, когда мы виделись. Сам Драко категорически не мог вспомнить, когда в принципе с ней пересекался. – Благодарю, мадам Забини. Позвольте представить: Гарри Поттер, мой бойфренд. – Я знаю, кто это, – она окинула Гарри оценивающим взглядом, задержавшись на его лице чуть дольше, чем требовал этикет. – Вы ещё красивее, чем на колдографиях, мистер Поттер. Драко повезло. – Это мне повезло, – ответил Гарри, и это прозвучало так естественно, что Драко на мгновение забыл, что это игра, потому что сердце больно ударилось о ребра. Рука на локте сжалась еще сильнее. Мадам Забини улыбнулась уголками губ и удалилась, шурша платьем. Драко проводил её взглядом и заметил, как она переглянулась с каким-то волшебником у соседнего стенда – кажется, из Отдела магического правопорядка. Очередные слухи пойдут уже сегодня. – Она тебя оценивала, – негромко заметил Гарри, расслабляясь. Драко тоже выдохнул, мысленно благодаря магию за разжавшиеся тиски. Он не удивится, если обнаружит вечером на локте синяк. – Она всех оценивает. Это её хобби. – И как, мы прошли отбор? – Спроси у неё сам, – Драко позволил себе лёгкую улыбку. Аукцион набирал ход. Аукционист объявлял лоты один за другим. Кинжал, как и предсказывал Нотт, ушёл за триста двадцать галеонов. Драко сделал ставку на старинный фолиант по алхимии, но передумал, когда цена перевалила за четыреста. Гарри, кажется, вообще не интересовался торгами – он смотрел только на Драко. И в его глазах было невысказанное ожидание. Драко сам находился в состоянии легкого предвкушения и возбуждения. Пальцы Гарри весь вечер касались Драко: талия, спина, плечо, предплечье, запястье. Привычные жесты, которые раньше были частью игры. Но сегодня в них поселилось трепетное волнение, маскирующееся под тактильный фон. Драко пару раз ответил – поправил воротник Гарри, коснулся его локтя, когда они переходили к другому стенду, незаметно переплел пальцы, когда Гарри напрягся перед проходящим мимо Олдертоном. Жесты выходили машинальными, без видимого расчёта. Гарри молчал, принимая их, но был слишком напряжен в целом, чтобы оценивать чужую игру. Зато Драко был собой доволен – ему с каждым разом удавалось выглядеть все естественнее. Позже, когда они стояли у стенда с коллекционными магическими существами, Гарри вдруг наклонился к его уху и сказал негромко: – Кстати, я попросил Робардса поставить на твой кабинет дополнительные чары. Не стандартные министерские, а старые родовые, такие сложнее обойти. Следилки совсем незаметные, если кто-то посторонний зайдёт или оставит что-то. И свои про них тоже не знают, не выйдет обнаружить так легко. Драко поднял бровь. Но внутри забилась птицей благодарность. Гарри слишком заморачивался и, похоже, беспокоился больше него самого. И это было приятно настолько, что отзывалось в душе. Драко ухмыльнулся мягче, чем хотел. – Робардс? Твой начальник Аврората? – Он мне должен, – коротко ответил Гарри. – Записки не прекратились. Вчера опять была одна на столе, я зашёл утром перед сдачей дежурства специально, чтобы проверить. Решил перестраховаться и не прогадал. – Ты мог бы сказать мне раньше. – Я говорю сейчас, – Гарри посмотрел на него прямо. – Ты не один в этой игре, Малфой. Драко отвёл взгляд. Гарри слишком часто начал про это напоминать. Это все еще не давило, но уже начинало становиться проблемой. Намеком на проблему. А проблемы всегда требовали решения. В зале появился Джордж. Он возник как-то незаметно, будто всегда здесь был: в простой, но достойной мантии тёмно-бордового цвета, с аккуратно причёсанными волосами и выражением лица, которое Драко про себя называл «режимом наблюдателя». Он не подошёл к ним сразу – остановился у соседнего стенда, делая вид, что изучает какой-то кубок. Драко оценил деликатность. Через несколько минут, когда толпа немного рассосалась, Джордж приблизился. Кивнул обоим. – Ты всё-таки решил прийти, – заметил Драко, невольно улыбаясь. – У меня было отдельное приглашение, – Джордж пожал плечами. – Решил, почему бы и нет. Давно не был на таких мероприятиях. Он помолчал, а потом вдруг прищурился, глядя куда-то за плечо Гарри. – Это что у тебя? – Где? – Гарри обернулся, и движение сдвинуло воротник мантии, открывая заднюю сторону шеи. Там, у самой линии волос, темнел засос. Свежий. Аккуратный. Слишком удачно расположенный, чтобы не быть не замеченным при определённом повороте головы. – А, это, – Гарри поправил воротник с невинным выражением лица, но засос при этом остался на виду. – Ничего особенного. – «Ничего особенного» размером с галеон, – прокомментировал Джордж. – Драко, твоих губ дело? – Мы договаривались о контролируемых следах для публики, – ответил шепотом Драко, как сплетница-заговорщица прикладывая ладонь ко рту и наклоняясь к уху рыжего. – Поттер настоял. – Разумеется, настоял, – Джордж покачал головой, но в его голосе не было осуждения, только лёгкая ирония. – Ладно, я вас предупредил: завтрашний «Пророк» будет в восторге. Или в ужасе. Зависит от того, кто это напишет. Вы хоть представляете, что теперь начнётся? Еще осталось, чтобы вас засняли с руками друг у друга в штанах на каком-нибудь министерском приеме. – Мы рассчитывали на реакцию, – отозвался Гарри. – И, кстати, Джордж, прекрасная идея! – О да, реакция будет, – Джордж взял с подноса проходящего мимо официанта бокал с вином и тут же сделал глоток. – Кстати, я забыл предупредить: я уезжаю завтра. – Куда? – спросил Гарри. – Во Францию. Меня пригласили погостить на недельку – развеяться на день рождения. Повисла короткая пауза. Это был не просто день рождения. Это была дата, которую невозможно больше отмечать. Драко нервно сглотнул. – На наш день рождения, – добавил Джордж тихо, подтверждая прорвавшуюся боль. – Но в этот раз меня хотя бы не будет в Лондоне. Смена обстановки – это неплохо. – Понимаю, – сказал Гарри с облегчением. – Тебе не помешает хорошенько проветриться. – Вот и я так подумал, – Джордж перевёл взгляд на Драко. – Кстати, Малфой. Мне, может, стоит что-то передать леди Блэк? Она все еще живёт во Франции в том же городке, про который ты говорил? Могу передать ей письмо или привет – что угодно. Мне не сложно заскочить по пути. Драко на мгновение замер. Вопрос был задан так буднично, так невинно, что он почти не заметил подвоха. – Ты знаком с моей матерью? – Лично – нет, – Джордж пожал плечами. – В любом случае, я буду во Франции в том же месте. Могу зайти с визитом вежливости. Если ты, конечно, не против. Драко помолчал, обдумывая. С одной стороны, это было странно: Уизли, пусть и отщепенец от семьи, предлагает навестить Нарциссу. С другой – так можно было передать что-то интересное, не боясь за то, что это кто-то перехватит. Пока ещё ничего не перехватывали, конечно, но самую важную информацию они при переписке все равно шифровали родовыми приемами. Мало ли. – Я напишу ей хорошее письмо без цензуры, – сказал он наконец. – И духи ее любимые тоже упакую, побоялся отправлять почтой. Закинешь в почтовый ящик перед домом. – Договорились, – Джордж кивнул и, сделав глоток вина, растворился в толпе. Аукцион продолжался. Драко поймал себя на том, что считает минуты до его окончания. *** Дверь в комнату Гарри была приоткрыта. Драко вошёл без стука. Гарри стоял у кровати в одном полотенце, низко сидящем на бёдрах. С его волос ещё капала вода, стекая по плечам и груди, оставляя влажные дорожки на коже. В свете камина его тело казалось золотистым, и Драко на мгновение застыл, разглядывая его. Он видел это тело раньше, но и теперь находил что-то новое: ветвящийся на плече старый тонкий шрам, пикантную родинку на боку. Находки ему тоже нравились – они дополняли сложившуюся картину, меняли понемногу восприятие, заставляли присмотреться еще внимательнее. – Я думал, ты уже уснул за своим письмом, – сказал Гарри, оборачиваясь. Он мягко улыбался, не спеша одеваться, но и не делая шаг навстречу. – Мы же договорились вчера. – О, сегодня, как помнится, все запланировано с твоим активным участием? – Именно. Драко шагнул ближе сам. Он положил ладони на плечи Гарри и мягко развернул его к кровати. Полотенце соскользнуло на пол. Гарри уперся в край постели, глядя на Драко снизу вверх, и в его зеленых глазах плясали отблески камина. Внутри предвкушающе все сжалось, а сердце ускорило ритм. Драко понимал, что реагирует слишком сильно, но ничего не мог с этим поделать. Разум сдавался под гнетом проснувшегося либидо. – Ты хорошо смотришься в этом свете, – сказал Драко. Это вырвалось само, неспособное больше таиться в мыслях. Драко слишком ценил эстетику момента. – Спасибо, – Гарри чуть покраснел. – Ты тоже прекрасен. Он сделал вид, что не заметил этой характеристики. И тем более не выдал своей реакции, хотя дико хотелось улыбаться. Улыбаться так, чтобы свело скулы. Чтобы лопнула нижняя губа. Чтобы вдыхать стало больно. Но Драко лишь скользнул ближе и наклонился, касаясь губами губ Гарри. Тот довольно выдохнул, но поцелуй углублять не спешил, помня об условиях. Его руки легли на пояс Драко, развязывая халат. Они полностью забрались на кровать. Драко склонился над Гарри, начиная покрывать его ключицы поцелуями. Гарри дышал открытым ртом, ловя всем телом чужие прикосновения, впитывая их до каждой клетки, втираясь в каждое движение. Он был слишком отзывчивым. Драко провёл ладонями по бокам Гарри, спускаясь все ниже к нежно выступающим тазовым косточкам. Тело Гарри тут же покрылось мурашками. Безумно отзывчивый, да. – Ты можешь быть влажнее, Малфой. Я не твоя брезгливая задница, помнишь? Или от самого себя тебе тоже противно? Драко хмыкнул, но последовал совету. Его язык прошелся по груди Гарри, оставляя влажный след, как ответ на заданный вопрос. Нет, самого себя он не брезговал. Гарри тут же тихо застонал. Этот звук отразился где-то внутри, раздробился на осколки и пронял до самых кончиков пальцев. Он понял, что долго так не выдержит. – Где смазка? – спросил Драко, выпрямляясь. – В ящике, – Гарри кивнул на тумбочку. – Возьми зеленую упаковку с анестетиком. Драко достал флакон и поставил на тумбочку, но открывать пока не спешил. Вместо этого он снова склонился над Гарри, упираясь коленом в матрас рядом с его бедром, и медленно, изучающе провёл ладонью по его груди. Гарри вздохнул и прикрыл глаза. Драко наклонился ниже. Его губы коснулись грудины Гарри с лёгким движением языка, оставляя едва заметный след. Гарри дёрнулся, но не отстранился. Его дыхание стало чаще. В этот раз он сдержался и не издал ни звука. Драко двинулся дальше: прошёлся чередой легких поцелуев по груди, обвёл языком сосок, чуть сжал его зубами — ровно настолько, чтобы Гарри выдохнул сквозь зубы и чуть выгнулся навстречу. Губы начинало покалывать от насыщенности чужих реакций. Одна рука Драко скользнула вниз, пальцы легко, почти невесомо прошлись по животу, по косточкам таза, по паху, пока не касаясь члена. Гарри снова застонал — тихо, сдавленно, словно сам не ожидал от себя таких звуков. Собственное дыхание сбилось. – Хорошо? – спросил Драко, отрываясь от его груди и заглядывая в лицо, чтобы только дать себе маленькую передышку. – Продолжай, – выдохнул Гарри. Драко продолжил. Он целовал его рёбра, живот, спускался ниже, но не касался ртом члена — только пальцами, которые теперь скользили по стволу, едва сжимая, изучая, лаская. Гарри дышал всё тяжелее, его бёдра чуть подрагивали, руки сжимали простыню. Он не просил большего — просто позволял Драко вести. И тот с удовольствием следовал этому желанию. Когда Драко почувствовал, что Гарри уже на грани, он отстранился и потянулся к флакону. – А теперь, – сказал он, выдавливая смазку на пальцы, – потерпи. Я постараюсь быть нежнее, как ты и просил. Палец невесомо скользил вокруг кольца мышц, чуть надавливая, но не проникая. Гарри вздрогнул. Драко расцеловывал внутреннюю часть бедер, отвлекая и увлекая. Кожа под губами была нежная, тонкая. Очень хотелось прикусить чувствительно, оставить след, но Драко сдерживался, памятуя об условиях. Да и напугать Гарри не хотелось подобными порывами. Рано, слишком рано срываться. Гарри выгибался навстречу и снова лишь слишком глубоко дышал. Первый палец вошёл мягко. Гарри напрягся, но тут же начал расслабляться, ощущая, как Драко ласкает пальцами второй руки его член. Медленно, вверх и вниз, на всю длину. Член был прекрасен, идеально ровный, четко рельефный – Драко поймал себя на мысли, что он не вызывает ни капли брезгливости. Под движениями пальца мышцы постепенно расслабились, позволяя двигать свободнее. Гарри тихо постанывал в такт толчкам. Но когда Драко попытался добавить второй палец, утопленный в смазке, то Гарри напрягся и выругался. – Стой, – выдохнул он. – У тебя пальцы жёсткие. Один нормально, но два совсем как наждак. – Извини, – Драко нахмурился, не понимая, как реагировать на это откровение. – Ничего. В комоде есть анальная пробка, силиконовая. Она мягкая и подходит для подготовки. Драко нашёл её в указанном ящике – гладкую, словно бархатную на ощупь, с удобным стопором и плавным переходом к перешейку. Он с интересом повертел её в пальцах, прежде чем использовать. Это было в новинку для него – в Хогвартсе он обходился без игрушек, и теперь каждая деталь вызывала любопытство. Пробка была красивая, черная, словно созданная целиком без единого соединения или шва. В этом маглы явно были изощренными изобретателями. Он щедро нанес на нее смазку и медленно начал вводить. Он действовал бережно, наблюдая за реакциями Гарри: как тот тяжело дышит, но старается не напрягаться. Как сжимает зубы, но член остаётся в полной готовности. – Так лучше? – спросил он, когда снаружи остался виден только стопор. – Гораздо, – выдохнул Гарри. – Сейчас привыкну немного и можешь ей двигать. Точно так же, как пальцами, аккуратно. Но Драко не стал двигать пробкой. Вместо этого он склонился над Гарри и чуть влажно чмокнул в губы, а потом принялся покрывать легкими поцелуями все лицо. Его пальцы скользнули вверх по груди, очертили ключицы, вернулись обратно. Драко дошел губами до уха, прикоснулся и вдруг легонько укусил за мочку, но тут же облизал. Гарри вздрогнул со стоном. – Ты чего? – пробормотал он, краснея скулами и немного ушами. – Отвлекаю, – ответил Драко, невольно улыбаясь, но пряча это выражение лица от Гарри. – Ты слишком сосредоточен на том, что у тебя внутри. Это мешает. Он снова поцеловал его — на этот раз в шею, туда, где бился пульс. Язык прошёлся по коже, губы сомкнулись, оставляя влажный след. Драко не торопился, расцеловывая теперь всю шею. Гарри отгибал голову, давая больше доступа к чувствительному местечку. Левая рука Драко легла на живот Гарри и медленно, почти невесомо двинулась вниз, пальцы едва касались кожи, обводили пупок, двигались в сторону паха и обратно. Правой рукой он опирался на кровать. Гарри задышал чаще, размяк, начал подрагивать. Его бёдра чуть подались навстречу, но Драко не позволил ему двинуться дальше, лег телом на тело, снова вырывая из горла Гарри громкий стон, когда их члены соприкоснулись. – Ты вообще планируешь ей двигать? – спросил Гарри, и в его голосе смешались нетерпение и нервный смех. – Позже, – Драко выдохнул ему в ключицу. – Сначала ты перестанешь дрожать и сжиматься. Он двинулся навстречу, увеличивая площадь соприкосновения. Гарри застонал так, будто готов был кончить прямо сейчас. Драко перехватил ладонь Гарри, скользнувшую было к паху. Он укоризненно посмотрел в зеленые глаза, которые сейчас выглядели совсем шалыми. – Не воруй мою инициативу, Гарри. Драко нашёл место у основания шеи, где Гарри вздрагивал от каждого прикосновения, и задержался там еще раз. Гарри стонал уже совсем не сдерживаясь на каждое движение, его пальцы вцепились в простыню, раз ему не разрешали касаться ничего лишнего, бёдра двигались сами. – Теперь можешь вернуться вниз, – выдохнул он наконец. – Теперь я не напрягаюсь. Пожалуйста… – Перевернись, – попросил Драко вдруг. – Мне кажется, что в другой позе тебе будет легче. Драко помог Гарри перевернуться на живот. Тот встал на колени, приподнял бёдра, и уткнулся лицом в сложенные руки, судорожно дыша. Его спина открылась полностью — от плеч до поясницы, с красивыми мыщцами, с изгибом талии. И так трогательно оттопыренной круглой задницей, которую венчал виднеющийся стопор. Драко выдохнул сквозь зубы от открывшегося зрелища. И еле удержался от того, чтобы коснуться ладонью собственного члена и в пару секунд закончить. Вместо этого Драко положил ладони на золотистые лопатки и медленно провёл пальцами вдоль позвоночника. Гарри застонал снова. Это был не тот сдавленный, контролируемый стон, что раньше, — а низкий, грудной, полный удовольствия. Его спина выгнулась навстречу ладоням Драко. – Ещё, – выдохнул он. – Прошу. Драко повторил движение, теперь уже в обратную сторону, ощущая как волной пробегают мурашки по предплечьям. Наклонился и коснулся губами поясницы — влажно, с лёгким движением языка. Гарри всхлипнул и подался назад. Его тело отвечало так откровенно, что у Драко перехватило дыхание. – У тебя спина... – начал он. – Очень чувствительная, – выдохнул Гарри. – Я забыл предупредить. – Я уже понял. Он снова провёл ладонями по его спине, теперь уже целенаправленно. Гарри больше не напрягался. Его тело стало мягким, податливым, полностью расслабленным. – Теперь я точно ко всему готов, – сказал он тихо. Драко взял пробку и аккуратно вынул ее — это вышло легко, без малейшего сопротивления. Гарри только вздохнул и потянулся следом, поднимаясь выше в коленно-локтевую, опираясь на руки. Драко нанес еще смазки и вернул пробку на место. Он двигал ей вперед и назад, одновременно выписывая круги пальцами на пояснице, отчего Гарри совсем уже невнятно постанывал и подавался бедрами такт движениям Драко. Каждый звук оседлал внутри, создавая все больше и больше сладкого напряжения в теле. Драко начинало казаться, что он может закончить просто от звуков и чужой реакции на ласки. Даже без рук. – Возьми меня, – выдохнул Гарри. Драко убрал пробку, нанес смазку и вошёл медленно, очень медленно. Гарри издал звук — не стон даже, а какой-то сорванный, грудной выдох. Его пальцы вцепились в простынь. Его бёдра подались было навстречу, но Драко зафиксировал его руками, не давая делать лишних движений. – Ты в порядке? – спросил Драко, замирая, вопреки собственному желанию двигаться. – Более чем, – выдохнул Гарри. – Продолжай. И Драко двигался. Медленно, выверенно, контролируя каждый толчок. Гарри перед ним был слишком громким, слишком живым, слишком прекрасным. Он стонал, вскрикивал, его тело выгибалось навстречу каждому движению, и Драко чувствовал, как его собственный контроль начинает трещать по швам. Он наклонился ниже и поцеловал Гарри сзади в изгиб шеи – влажно, с языком, позволяя себе то, что Гарри не мог позволить с ним и отчего вело только сильнее. Гарри всхлипнул и кончил, не дожидаясь дальнейших ласк. Его тело содрогнулось, а пальцы вцепились в простынь до побелевших костяшек. Драко последовал за ним через несколько секунд – волна накрыла его с головой, и он издал звук, совершенно неподобающий Малфою: низкий хриплый стон, сорвавшийся с губ прежде, чем он успел его подавить. Они лежали потом молча, восстанавливая дыхание. Драко перекатился на спину и уставился в потолок. В голове было пусто и одновременно слишком много всего. Такого секса у него не было давно. Или… никогда раньше не было? Гарри был слишком чувственным и отзывчивым партнером, он отдавался процессу всем телом. И его хотелось доводить до исступления ради таких сладких стонов, неконтролируемо срывающихся с губ. – Я накину на нас очищающие, – пробормотал Гарри, не открывая глаз. – Не хочу сейчас идти в душ. Тёплая волна прошлась по телу, убирая следы. Гарри выдохнул и повернулся на бок, морщась. – Ноет с непривычки, – пожаловался он. – Но это не страшно. Просто слишком большой перерыв. – Прости, – сказал Драко, и это прозвучало искренне. Он действительно старался быть аккуратным, но возможно, в какой-то момент все же сорвался. Хотя разум ему твердил, что он все сделал правильно. Просто Гарри был слишком узким. – Не извиняйся. Всё было отлично. Просто надо больше практиковаться. – Может быть, – Драко помолчал. – Но не сегодня, это точно. – Договорились, – Гарри зевнул. – А теперь иди к себе, а то заснёшь тут, и кто тогда будет соблюдать твои условия? Драко послушно поднялся, нашел халат на полу. Гарри уже почти спал, свернувшись калачиком на скомканных простынях, и выглядел до невозможности милым. Драко на мгновение задержался, глядя на него. Потом наклонился и коротко, сухо поцеловал его в висок, а потом накинул сверху одеяло. – Спокойной ночи, Гарри. – Ммм, – промычал тот в ответ. Драко ожидали пять шагов по коридору и холодная постель. *** Утро пришло по-весеннему прозрачным. Драко спустился к завтраку с ощущением той самой приятной усталости в мышцах, которая говорила о хорошо проведённой ночи. Гарри уже сидел за столом – немного боком, опираясь на одну ягодицу, но без явных признаков страданий. – Доброе утро, – сказал он, увидев Драко. – Знаешь, я тут сижу и думаю, вроде ты не такой уж и крупный, по толщине точно меньше меня, хотя выигрываешь в длине, но у меня до сих пор все ноет. – Ты же сказал, что тебе нормально снизу, – Драко сел напротив, берясь за чашку с готовым чаем. – Я не отрицаю! – Гарри поднял руки. – Просто действительно давно не практиковался. Ты уж прости, что я такой чувствительный. – Ничего, – Драко сделал глоток. – Привыкну. – Надеюсь на это, – Гарри улыбнулся широко. – Не очень хочется доставлять тебе дискомфорт. В столовую спустился Джордж. Он был в дорожной мантии, с небольшой сумкой в руке, и выглядел сегодня лучше, чем можно было ожидать. В его движениях чувствовалась какая-то собранность. – Доброе утро, – сказал он, усаживаясь. – Я сегодня отбываю. – Хорошо долететь, – сказал Гарри. – Спасибо, – Джордж перевёл взгляд на Драко. – Малфой, ты написал письмо леди Блэк? Я готов передать. Драко кивнул и протянул Джорджу подготовленный сверток с письмом и духами. – Закинь в ящик, адрес на упаковке. Буду благодарен за доставку. – Мне правда не в тягость, – Джордж взял сверток и убрал его в сумку. Он быстро перекусил, глядя в окно на цветущий сад, и Драко вдруг поймал себя на мысли, что Джордж сегодня выглядит почти умиротворённо, несмотря на утро дня рождения. Гарри попросил его не поздравлять и лишний раз не напоминать – Драко принял к сведению и не делал лишних движений. – Мне пора, – Джордж поднялся. – Вернусь через неделю. Не скучайте без меня. Гарри, не давай Малфою слишком усердствовать, а то ему только дай волю. – Я постараюсь, – отозвался Гарри. Джордж кивнул им обоим и вышел из столовой. Через минуту он отбыл, судя по звуку в холле. Драко посмотрел на Гарри: – Он выглядел... спокойным. – Ему нужно было уехать, – ответил Гарри. – Каждый год эта дата дается ему тяжело. – Понимаю, – Драко помолчал. – Надеюсь, Франция поможет. – Поможет, я в этом уверен, – Гарри отпил чай и посмотрел на Драко поверх кружки, сверкая зелеными глазами за стеклами очков. – Кстати, о планах на выходные – у меня есть идея. – Какая? – Давай устроим день без Министерства, без аукционов и без журналистов. Только ты и я. Прогулка, обед где-нибудь в тихом месте. Никакой сделки. Драко задумался. Это предложение было приятным. Он давно уже не позволял себе расслабиться. Слишком давно. – Допустим, – сказал он. – Но только без колдокамер. – Без колдокамер, – пообещал Гарри. И это обещание звучало настоящим свиданием. А на свиданиях он не был целую вечность.