Розовая нить

С того вечера, когда Пикачу дал своё молчаливое благословение, Грениндзя словно сбросил последние оковы. Его поведение, прежде просто настойчивое, превратилось в нечто, что Клемонт, вооружённый покедексом, классифицировал как «полноценный ритуал ухаживания второй стадии». — Первая стадия была тактильной, — объяснял он, пока компания шла по прибрежной тропе. — Маркировка, постоянный контакт, устранение конкурентов. Вторая — это демонстрация ресурсов. — Что значит «демонстрация ресурсов»? — спросил Эш, чувствуя, как язык Грениндзя лениво обвивается вокруг его запястья. — Он тебя кормит, — коротко ответил Клемонт. И это было правдой. Утром, когда Эш проснулся, рядом с его спальником лежала горка свежих орехов. Пикачу, потянувшись, удивлённо пискнул — орехи были аккуратно очищены от скорлупы. Грениндзя сидел в углу палатки и смотрел на тренера выжидающе. — Это ты… собрал? — спросил Эш. Грениндзя гордо кивнул и легонько подтолкнул угощение ближе. — А себе? Язык покемона лизнул руку тренера и указал на орехи: «Это — тебе». Пикачу, который тоже получил свою порцию, одобрительно кивнул. — Пика-пи (Неплохо).   Днём разразился скандал. Они вышли к озеру, чтобы пополнить запасы воды. Эш присел на корточки у кромки, зачерпывая флягу. И в следующее мгновение вода взметнулась фонтаном, а чьи-то сильные лапы обхватили его за пояс и утянули вглубь. — Грениндзя!!! — выкрикнула Серена, когда Эш исчез под водой с весёлым визгом. На поверхности остались только пузыри и лениво покачивающаяся фляга. Клемонт бросился к берегу, но Бонни остановила его, схватив за рукав. — Не лезь, брат. Это часть ритуала. — Какого ритуала⁈ — О котором ты сам нам рассказал, помнишь? Грениндзя — водный тип, — вздохнула Бонни с видом человека, уставшего объяснять очевидные вещи. — Он хочет показать Эшу свой мир. Искупать его в своей стихии. Это романтично. — Это безумие! — заорала Серена, хватаясь за покебол Брейксен. Хотя это был больше жест отчаяния, чем спасения. Из воды показалась голова Эша. Он смеялся, отфыркиваясь, и пытался удержаться на плечах у Грениндзи. Покемон нёс его на себе, как на постаменте, разрезая гладь озера. — Круто! — крикнул Эш. — Там рыбы! Они светятся! Серена опустила руку с покеболом. — Я с ним живу, — прошептала она. — С ним и его… этим. — Смирись, — посоветовала Бонни.   «Территориальные демонстрации» вышли на новый уровень. Грениндзя больше не ограничивался тем, что просто сидел рядом. Теперь он патрулировал периметр стоянки, оставляя метки — не запаховые, нет. Тёмные типы пользовались иными сигналами. Он проводил когтями по стволам деревьев, оставляя глубокие, параллельные борозды, и всякий раз, когда какой-нибудь дикий покемон приближался слишком близко, Грениндзя выходил из тени. Молча. С горящими глазами. С неподвижным языком. Никаких угроз. Никаких звуков. Просто присутствие, которое говорило громче любых слов: «Занято. Это — моё». — Ого, — выдохнул тренер, с которым они пересеклись на привале. У него был Люксио и буквально стая Рокраффов. — Твой Грениндзя… он что, отмечает тебя? — Да, — ответил Эш, чувствуя, как язык обвивается вокруг его талии в тысячный раз за день. — Зачем? — Долгая история, — отмахнулся Эш, а Грениндзя гордо вскинул голову. Люксио чужого тренера осторожно обошёл их стороной. Его инстинкты подсказывали, что связываться с этим тёмным ниндзя — не лучшая идея.   Вечером Эш сидел у костра и сушил волосы. Грениндзя примостился у его ног, положив голову на колени. Его язык ползал по спине Эша, распутывая узлы и расправляя складки на куртке — ещё один новый ритуал, который он освоил. — Тебе не кажется, что он… говорит с тобой? — спросил Клемонт, наблюдая за парочкой через объектив покедекса. — Он всегда говорит, — пожал плечами Эш. — Просто не вслух. — Я имею в виду... прямо. Он использует язык для… ну… — Для всего, — закончил Эш. — Да. И мне это нравится. Серена, сидевшая на другом конце бревна, громко отхлебнула чай и уставилась в темноту. — Он вчера принёс мне перо Хо-Оха, — продолжил Эш мечтательно. — Представляешь? Нашёл где-то в скалах. И положил мне под подушку. — Это невозможно, — тут же отреагировал Клемонт. — Хо-Ох — мифический покемон. Считается, что его перья... — … очень красивые, — Эш вытащил из кармана переливающееся всеми цветами радуги перо. — И тёплые. Клемонт потерял дар речи. — Я говорила, — прошептала Бонни. — Профессионал. – Постой, Эш, откуда ты вообще знаешь, что это именно перо Хо-Оха? – Ну, это долгая история… – пробормотал тренер из Канто, вспоминая начало своего пути уже много лет назад.   Ночью, когда все уснули, Эш лежал в спальнике и гладил Грениндзю по голове. Покемон свернулся у его бока, язык обвивал талию тренера, пульсируя в такт дыханию. — Ты серьёзно всё это делаешь, да? — тихо спросил Эш. — Орехи. Озера. Подарки. Всё это — чтобы я… чтобы я знал? Грениндзя поднял голову. В темноте горели его глаза — два спокойных огня. «Чтобы ты знал, что ты — единственный». — Но мы же не можем… ну… в смысле… ты покемон. А я человек. «А разве это важно?» — Для других — важно. «Для нас — нет». Эш замолчал. Ветер шевелил полог палатки. Где-то вдалеке кричал один из ночных покемонов. — Ты прав, — наконец сказал Эш. — Для нас — не важно. Он притянул Грениндзю ближе и уткнулся носом в его тёмную, пахнущую водой и лесом грудь. — Но если ты ещё раз утащишь меня в воду без предупреждения, я обижусь. Язык покемона дрогнул и быстро облизнул ухо тренера. «Обещаю предупреждать». — Вот так. А теперь спи. Грениндзя закрыл глаза. На его губах застыла тень улыбки.   — Клемонт, — позвала Бонни из своей палатки. — Что? — Запиши в исследование: «Ритуал ухаживания Грениндзи включает систематическую порчу причёски объекта. Требуется дополнительное изучение». — Бонни, спи. — Я записываю научное наблюдение, — парировала она. — И завтра начну брать уроки у Грениндзи. Хочу научиться так же заботиться о будущем партнёре. — У тебя нет партнёра! — Пока нет, — сонно пробормотала Бонни. — Но Грениндзя — отличный учитель. В соседней палатке Серена лежала с открытыми глазами и слушала, как Эш возится в спальнике. Потом тяжело вздохнула, перевернулась на другой бок и закрыла глаза. Смириться — не значит проиграть. Но сейчас… сейчас она просто устала бороться с водным ниндзя, который, кажется, выиграл эту войну ещё до её начала. А Грениндзя, охраняющий сон своего тренера, в темноте снова улыбался шире, чем когда-либо.