Цена фамилий

Распределение прошло как и каждый год: новая песня от шляпы, которая, наверное, только то и делает, что их придумывает (или, в чем девочки были уверены, вспоминает, какую песню пела 20 лет назад на распределении), новые ученики на каждом факультете, аплодисменты, наставления и напоминания куда можно, а куда нельзя от Дамблдора... Ну, короче говоря, как и каждый год... Ничего не изменилось вообще, только ученики... Потому что некоторые выпустились, кто-то повзрослел, кто-то только начинает свой путь... Как только Дамблдор закончил величественно произносить свою ежегодную речь (которую он, вероятно, не менял с тех пор, как стал директором) — от которой, конечно, большинству учеников (в том числе девочкам и мародерам) только сильнее захотелось нарушить правила, — подали еду. За ужином Эмили своими светлыми волосами то и дело щекотала Регулусу нос, когда тот отвлекался на разговоры с семикурсниками. Позже Пандора слегка толкнула Регулуса локтем и кивнула на Гриффиндорский стол, где Сириус пялился на стол Слизерина. Регулус хитро улыбнулся. — Из, похоже, мой брат в тебя влюбился, — протянул он. — Вон на тебя смотрит. — С чего ты взял, что на меня? — удивилась она. — Вообще-то ты рядом со мной сидишь, так что он может на тебя смотрит. Или он жалеет, что пошел на Гриффиндор, а не как все Блэки на Слизерин. Эмили скептически глянула на Изу, а затем пригрозила Сириусу кулаком. Блэк быстро принялся вглядываться в потолок, будто бы это не он смотрел на Изу несколько секунд назад. Регулус взглянул на Эмми и шепнул, чтобы та, если угрожает кулаком, делала это хотя бы под столом или не в таком людном месте, на что та только закатила глаза. Джеймс заметил, что его друг рассматривает потолок, да настолько внимательно, что казалось, хочет продырявить его взглядом. Поттер начал расспрашивать друга, чего это он так пристально смотрит (он ведь даже на уроках никогда ничего так сосредоточенно не изучал). И вот через несколько минут Джеймс воскликнул: — Да, Бродяга, что ты там на потолке высматриваешь?! Вот лучше бы посмотрел хотя бы, как первокурсники за столами выглядят! Все взгляды, от первокурсников до учителей, перевелись на стол Гриффиндора, а точнее на Сириуса Блэка. Сам же Блэк бросил на Поттера взгляд, в котором смешались обида и, на удивление, стыд. К счастью, ужин тогда уже закончился, и ученики начали возвращаться в свои гостиные. — Из, — обратился к ней Барти. — Идешь в гостиную? — Вы идите, я догоню, — ответила та. — Над Блэком поиздеваться? — с огоньком в глазах поинтересовался Эван. Она кивнула. — Я с тобой. Они быстро обошли первокурсников и побежали догонять мародеров. Они бежали, перепрыгивая через ступеньки, но в трех метрах от парней остановились и пошли тихонько, как мышки. И вот, как только они с ними поравнялись, Эван шепнул Сириусу на ухо: — Нашел на потолке то, что искал? — Нет, — спокойно ответил Сириус... А уже через мгновение вздрогнул, поняв, что это не Джеймс, не Римус и даже не Питер. Сириус повернул голову в сторону слизеринцев. — Опять вы? — Ну, как видишь, не Северус, — отрезала Иза. — А жаль, что не Снейп, — в тон девочке отозвался Блэк, закидывая прядь волос назад. — У него ворчание выходит куда профессиональнее. Поттер, скажи им! Джеймс, который до этого злорадствовал, тут же подключился: — Ага, Лестрейндж, вы что, следите за нами от самого Большого зала? Бродяга, берегись, твои фанатки становятся опасными. Изабелла лишь презрительно фыркнула, а Эван похлопал Сириуса по плечу: — Мечтай, Поттер. Мы просто пришли проверить, не свернул ли ваш Блэк себе шею, пока изучал архитектуру потолка. Ну что, Сириус, звезды сегодня благосклонны? Сириус покраснел, а Римус позади тихо засмеялся в кулак. — Ладно, Эван, пошли в подземелья? — предложила девочка. Эван кивнул и, по-дружески закинув руку на плечо Изе, пошел с ней.