"Игра на Грани"

      Рассвет в резиденции Чжун Ли наступал вкрадчиво, просачиваясь сквозь тяжелые портьеры тусклыми полосами стального цвета. В комнате царила та особая тишина, которая бывает лишь после долгого, изнурительного разговора, когда все слова сказаны, а эмоции выжжены дотла. Чжун Ли начал просыпаться не от света, а от настойчивой, сухой вибрации телефона на прикроватной тумбочке. Звук отдавался в дереве гулким рокотом, ввинчиваясь в остатки сна. Аякс почти полностью лежал на нем, придавив своим телом, словно пытаясь даже во сне создать живой щит. Рыжий затылок упирался в подбородок продюсера, а горячее дыхание щекотало кожу на шее. Юноша тихонько посапывал, иногда дергая плечом, будто продолжал спорить с призраками прошлого в своих видениях. Чжун Ли невольно улыбнулся, глядя на эту беззащитную позу человека, который на экране казался воплощением дерзости и уверенности. Аккуратно, стараясь не потревожить желанный «плен», он высвободил руку и нащупал гаджет. На экране светилось имя Гуй Чжун. Чжун Ли медленно переложил голову Аякса на подушку, дождался, пока тот поудобнее устроится во сне, и бесшумно вышел из спальни, на ходу набрасывая шелковый халат. – Говори, – произнес он, едва закрыв за собой дверь и прижав телефон к уху. Голос после сна звучал непривычно низко и хрипло. – Она в городе, Ли, – голос Гуй Чжун был собранным, лишенным утренней неги. – Мои люди засекли её полчаса назад. Вчера вечером она умудрилась просочиться на съемочную площадку. Представляешь, в наглую расхаживала между павильонами, втиралась в доверие к техникам. Расспрашивала про тебя и Чайлда. Пыталась выяснить, где вы живете, есть ли у вас общие маршруты после смен. Чжун Ли замер у окна в коридоре, глядя на пустой сад. Пальцы сильнее сжали корпус телефона. – И что наши? – спросил он. – На площадке про вас никто ничего не знает, к счастью. Там все уверены, что вы едва терпите друг друга из-за рабочих моментов. Она ушла ни с чем, но выглядела взвинченной. Я распорядилась, чтобы за ней следили круглосуточно. Сейчас она в отеле «Гранд», но вряд ли задержится там надолго. – Спасибо, – Чжун Ли выдохнул, чувствуя, как внутри нарастает решимость, которой не было еще вчера. – Знаешь, дорогая... мне кажется, нам пора прекращать весь этот фарс. Мы слишком долго играли в идеальную чету для заголовков. Мы заслужили право на открытую, честную жизнь. Мы уже достаточно крепко стоим на ногах, чтобы не оглядываться на гнев отцов или шепот за спиной. Мы можем постоять за себя и за тех, кого любим. На том конце провода повисла тяжелая, звенящая пауза. Чжун Ли слышал лишь её ровное дыхание. Наконец Гуй Чжун тихо, почти с облегчением, произнесла: – Знаешь, Ли... я ждала этого. Сама как-то не решалась начать разговор, боялась подвести тебя или разрушить наши деловые связи. Но ты всегда был смелее. Да, я согласна. Как только мы разберемся с этой ненормальной и проведем презентацию нового сезона, давай официально освободим друг друга. Я подготовлю все бумаги для развода и раздела активов. Обещаю, это будет самый мирный процесс в истории нашего города. – Спасибо еще раз, – Чжун Ли почувствовал, как с плеч свалился невидимый груз. Он позволил себе слабую, искреннюю улыбку. – Я всегда знал, что моя жена – самая умная и понимающая женщина на свете. – Да ладно тебе, не льсти, – в голосе Гуй Чжун послышались привычные ироничные нотки. – Ты сам не хуже. Как говорится, муж и жена – одна сатана, только мы с тобой какой-то совсем уж особый, дефективный случай. Ладно, иди уже, утешь своего ненаглядного, а мне пора к Нин Гуан, она уже косо смотрит на мой телефон. Если будут новости – сразу наберу. Когда экран погас, Чжун Ли еще несколько минут стоял в полумраке коридора, восстанавливая внутреннее равновесие. Теперь, когда тылы были прикрыты, а будущее обрело четкий контур, он чувствовал себя способным остановить саму бурю. Он вернулся в спальню и замер у порога. Аякс уже не спал. Он лежал на спине, закинув руки за голову, и неподвижно смотрел в потолок. В его глазах, обычно таких ярких и живых, застыла смесь тоски и липкого страха. По щекам, теряясь в рыжих волосах, сбегали тонкие влажные дорожки. Чжун Ли подошел к кровати и медленно опустился на край. Он навис над Аяксом, заслоняя собой весь мир, и внимательно всмотрелся в его лицо. – И кто тут у нас решил устроить потоп в нашей постели? – мягко, почти шепотом произнес он. Его пальцы нежно коснулись щеки юноши, смахивая соленую влагу, а затем он приник губами к мокрому уголку его глаза. Аякс непроизвольно всхлипнул, звук получился надломленным и жалким. Он резко выбросил руки вперед, обхватывая шею Чжун Ли и притягивая его к себе с такой силой, будто пытался слиться с ним воедино. – Ну, ну, тише, – пробормотал Чжун Ли, поглаживая его по спутанным волосам. – Отпусти, не так сильно. Ты же не хочешь задушить своего будущего мужа раньше времени? Аякс замер. Его руки на мгновение ослабли, а затем он резко отстранился, упираясь ладонями в грудь продюсера. Его глаза расширились, в них плескалось такое ошеломление, что Чжун Ли едва удержался от смеха. – Ты сейчас... ты пошутил? – голос Аякса сорвался на высокой ноте. – А разве я когда-нибудь шутил на такие темы? – Чжун Ли сохранял серьезность, хотя в глубине его золотистых глаз плясали искры тепла. – Я только что говорил с Гуй Чжун. Мы договорились. Когда весь этот кошмар с Люмин закончится, мы подадим на развод. Она будет счастлива со своей женщиной, а я... я намерен наслаждаться каждой минутой жизни со своей настоящей половинкой. Он снова склонился, покрывая лицо Аякса невесомыми поцелуями, спускаясь к линии челюсти и переходя на пульсирующую венку на шее. – Но как же контракт? – выдохнул Чайлд, его тело начало мелко дрожать под ласками Ли. – Там же пункт... строжайший запрет... ты же сам его вписывал! – А что контракт? – Чжун Ли на мгновение оторвался от его ключицы, глядя прямо в затуманенные глаза юноши. – В любой документ можно внести правки. Я как продюсер и владелец шоу лично добавлю дополнение. Отныне отношения и браки внутри команды будут не просто разрешены, а приветствоваться, если они не мешают производственному процессу. А учитывая наши рейтинги, нам разрешат даже венчать людей прямо в эфире. – Ты... ты сумасшедший, – задыхаясь, прошептал Аякс. – Ли, я люблю тебя. Слышишь? Люблю так, что дышать больно. Он закрыл глаза, полностью отдаваясь во власть этих рук и этого голоса. В эту минуту все угрозы, фотографии и безумные бывшие любовницы казались чем-то бесконечно далеким и незначительным. Был только этот момент, запах сандала и теплая кожа.       Спустя час, когда первый порыв страсти и нежности утих, они, наскоро одевшись, спустились в кабинет. Атмосфера сменилась с интимной на деловую, но теперь в ней не было гнета обреченности. Чжун Ли включил ноутбук и разложил на столе несколько папок с личными делами сотрудников. – Нам нужно действовать методично, – произнес Ли, жестом приглашая Аякса сесть рядом. – Первое, новая редакция контракта. Это твоя страховка. Второе, Люмин Паймон. Судя по её поведению, она психически нестабильна. Её одержимость тобой переросла в опасную манию. Мы не будем просто прятаться. Мы заманим её туда, где она будет бессильна. Аякс кивнул, его взгляд стал жестким и сосредоточенным. Он больше не был жертвой. – Она всегда была падка на публичность, – задумчиво произнес он, глядя на экран. – Если мы сделаем вид, что у нас намечается грандиозное закрытое мероприятие в студии, она не выдержит. Она захочет триумфально появиться и разрушить всё именно в тот момент, когда я буду наиболее уязвим. – Именно, – подтвердил Чжун Ли, делая пометку в блокноте. – Мы подготовим для неё сцену, Аякс. Но это будет не твое разоблачение, а её финал. Я свяжусь с частной клиникой и юридическим отделом. Мы оформим всё как принудительную госпитализацию на основании её преследований и угроз. Они сидели бок о бок, склонившись над списками приглашенных. Чжун Ли чувствовал, как Аякс постепенно возвращает свою былую искру. Теперь они были не просто любовниками, скрывающимися по углам, а союзниками, готовыми переписать правила игры под себя. И в этой новой версии «Игры на грани» победителем должен был выйти только один союз.