Пуская по сердцу сильный яд

      После разговора в отеле Чи Чен будто испарился. Он не приходил в клуб, не отвечал на сообщения и звонки и не пытался связаться сам. Даже Го Чен Юй не мог сказать что-то конкретное, находясь в таком же неведении.       Это были долгие пять дней тишины, из-за которых У Со Вэй не находил себе места. Ко всему прочему ещё и Шуай написал короткое сообщение, что пропадёт на некоторое время, и отключил телефон, даже не объяснив толком, что произошло. Казалось, что весь мир Вэй Вэя вдруг разрушился, оставляя в холодном одиночестве, и он ничего не мог с этим сделать. Всё, что ему оставалось, это покорно ждать, когда его тишина будет нарушена привычными для него звуками жизни.       Сегодня был выходной, поэтому он решил провести весь день в кровати, размышляя о том, каким будет его следующий шаг. История о лабиринте не была рассказана до конца, в этом не было и капли сомнения. У Со Вэй слушал очень внимательно, подмечая несколько заминок. Вероятно, причина была в остаточном эффекте, поэтому заваливать Чи Чена вопросами он не спешил. Да и маловероятно, что удалось бы получить на них ответы. Не все разговоры должны быть полными, чтобы суметь отпустить часть боли. Тем более узнать даже урезанную версию прошлого было невыносимо тяжело, и У Со Вэй ценил то, что Чи Чен позволил прикоснуться к его душе. Прикоснуться к той части, которая давно не видела света.       —Вэй Вэй, — донёсся из кухни мягкий и отчего-то взволнованный голос матери, — тут к тебе пришёл какой-то мужчина.       На его лице мгновенно расцвела широкая улыбка. Прийти к нему могли только два человека, и Шуая мама знала очень хорошо, потому что он бывал тут настолько часто, что стал уже практически вторым ребёнком. Оставался только Чи Чен, для которого узнать его адрес было бы настолько же легко, насколько и узнать про магазин.       Подорвавшись с места, будто заведённая игрушка, он выбежал из своего убежища. Даже если сейчас он мог показаться Чи Чену глупым или нелепым в его домашних шортах в цветочек, ему всё равно хотелось увидеть его как можно быстрее. Хотелось почувствовать этот аромат дорогих сигарет и успокоить бушующее всё это время волнение.       —Где ты пропа... — начала он, останавливаясь на полуслове, когда перед его взором предстал совершенно другой человек. Улыбка моментально слетела с его лица, покрывая тело мелкой дрожью. — Цзинь Лун? — времени в запасе ещё было более, чем достаточно, поэтому увидеть его на пороге своего дома Со Вэй точно не ожидал.       —Давно не виделись, — от одного его голоса внутри уже всё переворачивалось. Не дожидаясь приглашения, он прошёл внутрь и сел на деревянный стул возле кухонного стола.       У Со Вэй подошёл к окну, осматривая периметр. Не заметив больше ни души, он с облегчением выдохнул. По крайней мере, Цзинь Лун пришёл сюда один, значит особых проблем быть не должно.       —Будете чай? — решила всё же женщина проявить своё гостеприимство, хоть и поведение незнакомца было крайне неприятным.       —Не будет, — ответил за него Со Вэй, всем своим видом показывая, что эта встреча ему совсем не по душе. — Он ненадолго. Мы только обсудим детали, и он уйдёт.       Эмоции переполняли его, то и дело норовя вырваться наружу, но он крепко сдерживал их внутри, понимая, что сейчас и правда находится в опасности. Даже без своих людей Цзинь Лун выглядел устрашающе. Да и заставлять свою маму лишний раз волноваться У Со Вэй не хотел.       —Сынок, что происходит? — заметив его помрачневший взгляд, поинтересовалась она.       —Всё хорошо, просто забыл, что мы договорились встретиться сегодня.       —Точно всё в порядке? — в её взгляде читалась тревога, и от этого на душе самого У Со Вэя будто скребли кошки. Если бы только он был чуточку смелее или нашёл хорошую работу, быть может всего этого и не произошло бы.       —Это мой новый коллега по работе, — заверил он её, заключая в тёплые объятия. — Нам просто нужно обсудить некоторые дела.       И пусть его слова звучали правдоподобно, материнское сердце не обманешь. Она чувствовала, что что-то не так, но настаивать на своём не стала, решив довериться своему сыну.       —Тогда я пойду пока ненадолго прилягу, — она искоса посмотрела на Цзинь Луна, который будто и не замечал её вовсе. — Если что-то будет нужно, позови меня.       Одолеваемая сомнениями, она тяжело вздохнула и всё же оставила их одних, надеясь, что предчувствие её подвело и это правда деловой разговор.       —У тебя очень милая мама, — закинув ногу на ногу, произнёс незваный гость.       Его надменный взгляд скользил по прикрытой серой майкой фигуре У Со Вэя, чьё сердце защемило от душащего чувства загнанности. Окажись он сейчас где-то в запертом ящике, дышалось бы значительно легче, чем на собственной кухне перед Цзинь Луном.       —Срок ещё не прошёл, — его сердце бешено колотилось, но он старался сохранить хотя бы призрачный намёк на то, что они были на равных. — Чего ты хочешь?       Цзинь Лун кивнул на стоящий рядом стул, приглашая присесть. Со Вэй выполнил безоговорочный приказ, скрывая за наигранной улыбкой желание выбить ему пару зубов, невзирая на собственный страх. Наверное, будь здесь сейчас Чи Чен, одними зубами дело не обошлось бы.              —Появились непредвиденные обстоятельства, поэтому срок придётся немного сократить, — он достал из кармана фотографию, на которой был привязанный к стулу мужчина с торчащим из груди кинжалом, и положил её на стол. У Со Вэй перевёл на неё взгляд, чувствуя, как тошнота подступает к горлу. Он не стал всматриваться в детали, практически сразу отворачиваясь. — Это последняя жертва Чи Чена, — с холодом в голосе озвучил Цзинь Лун то, что и так уже промелькнуло в голове Со Вэя, сопоставившего недавние события в клубе и это фото. — Ты можешь мне не верить, но он опаснее, чем можно только представить. Человеческие жизни для него лишь разменная монета. Он уже давно перешёл черту, убивая всех подряд, как будто они представляют для него угрозу, — он указал пальцем на фото Хичоля. — Знаешь, за что Чи Чен убил его?       Этот вопрос мучил У Со Вэя с того самого дня, но он боялся узнать правду. Часть его всё ещё не могла принять эту реальность, в которой человеческая жизнь и правда не имела никакой ценности. Он просто позволил себе спрятать это где-то на дне своей души, потому что так было спокойнее. Потому что правда может оказаться разрушительной. И он совершенно точно не готов был услышать её от Цзинь Луна, чьим словам верить он не имел права. Если эта история и должна быть озвучена, то только самим Чи Ченом. Однако, как оказалось, если откладывать что-то в долгий ящик, оно само найдёт тебя, не оставив никакого выбора.       —А это должно иметь для меня значение? — он перевернул фото и пододвинул к Цзинь Луну. — Насколько я помню, мне нужно забрать карту памяти. Прошлое и настоящее Чи Чена меня не интересует, да и не имеет никакого отношения к делу, — Со Вэй старался звучать как можно правдоподобнее, чтобы не выдать уже вспыхнувшее внутри чувство привязанности.       —Вдруг ты начнёшь колебаться, — это было лишь предположением, но по тону его голоса стало понятно, что он о чём-то догадывался. — Если я не смогу получить информацию, трупов станет значительно больше. Кто знает, может быть среди них будешь и ты, когда в его голове щёлкнет очередной тумблер, — с насмешкой продолжил Цзинь Лун. — Для него нет такого понятия, как дорожить кем-то. Не надейся, что станешь исключением.       Каждое его слово било по Со Вэю всё сильнее и сильнее. Он прекрасно понимал своё положение, в котором не было места чувствам, но так уж вышло, что они начали загораться. И он знал, что момент, когда Чи Чен его возненавидит, непременно наступит, потому что правда об их встрече рано или поздно выйдет наружу. Только этот день всё ещё казался таким далёким, что и придавать ему значение не хотелось. Единственное, что для У Со Вэя оставалось важным, это жизнь Чи Чена, которую он был не в праве погубить.       —Я не стану рисковать собой ради него, — попытался он подвести тему к её завершению, возвращаясь к самой сути. — Так и какой же теперь у меня срок?       —Они были хорошими друзьями когда-то, — проигнорировал его Цзинь Лун, не отступая от своего намерения. — Для Чи Чена он был даже больше, чем друг. Они были близки настолько сильно, что едва ли не стали парой, — он поднялся с места и подошёл к Со Вэю, заставляя того невольно вздрогнуть. Теперь расстояние между ними было непозволительно малым. — А потом пошла череда паранойи. Чи Чен начал видеть в нём врага, считая, что тот хочет использовать его в своих целях. Только представь, — Цзинь Лун присел на край стола, лёгким движением пальцев очерчивая линию скул Вэй Вэя, — насколько хладнокровным нужно быть, чтобы убить близкого человека, который всегда был на его стороне, — заострив внимание на губах, он провёл по нижней большим пальцем, слегка приоткрывая. У Со Вэй собирался отвернуться, но тот перехватил его лицо, больно сдавливая. — Который поддерживал даже самые безумные идеи, — от его озлобленного взгляда внутри возникало чувство, будто душу вытягивали наружу, подобно дементорам. И чем больше Со Вэй смотрел в эти глаза, тем меньше оставалось сил. — Я просто обязан получить эту флешку и покончить с ним раз и навсегда, пока не стало слишком поздно. Лучше тебе и правда не играть с огнём, иначе я покажу тебе, насколько высоким может быть болевой порог человека перед смертью, — Цзинь Лун, наконец, отстранился, оставляя его щёки в покое.       Змея. Самая настоящая змея в обличии человека находилась сейчас рядом с ним, подумал про себя У Со Вэй. Страх окутал его с ног до головы, выступая испариной на лбу. Вероятно, причина такой ожесточённости крылась в смерти человека на фото, иначе речь о нём и не зашла бы вовсе. С другой стороны, это могло быть не более, чем попыткой раз и навсегда закрепить в голове У Со Вэя образ монстра, способного с лёгкостью отнять чью-то жизнь. Только подобного рода провокации не давали нужного эффекта. Тем, кто втянул его в эту историю, используя в роли пушечного мяса, был как раз Цзинь Лун. И верить его словам Со Вэй не собирался, оставаясь при своём мнении. Ему не нужно было знать обо всём, что таило прошлое Чи Чена, чтобы понять, где ложь, а где правда.       —Я уже сказал, что меня это не интересует, — настаивал он на своём. — Как и не интересует, для чего тебе карта памяти и что вообще на ней находится. Моя жизнь зависит только от неё самой, а не от её содержимого. Как только смогу забрать её, сразу же отдам и смогу вернуться к прежней жизни, поэтому просто назови новый срок.       Цзинь Лун усмехнулся и слез со стола, забирая лежащее на нём фото.       —У тебя есть полгода, — ответил он на поставленный вопрос. — Не заставляй меня прибегать к насилию. И не забывай, что в отличие от Чи Чена тебе и правда есть что терять.        —Не забуду, — он перевёл взгляд на дверь в комнату матери, в очередной раз ощущая себя беспомощным. Какими бы ни были обстоятельства, ему для начала нужно решить вопрос о её безопасности, чтобы она ни в коем случае не пострадала.       Цзинь Лун победно улыбнулся, покидая стены потрёпанного временем дома.