Где я?

Его объятия были приятными, но слишком крепкими. Чувство, будто я задыхаюсь, не давало покоя. Я слегка дотронулась до его руки и прошептала: — Пьеро, не обнимай так крепко, я сейчас задохнусь. Он ослабил хват, а взгляд выражал грусть. — Прости меня, моя леди… — произнёс он дрожащим голосом. — Всё хорошо! — чуть ли не крича, сказала я, немного подскочив. Пьеро посмотрел на меня с детской радостью. Я слегка улыбнулась, отводя взгляд от него. Я невольно задумалась обо всём, что здесь происходит. И был вопрос: а почему именно я попала сюда? Хотя я навряд ли об этом узнаю. Я сжалась от мысли, что это сон — всего лишь жалкий плод моих воображений. Если это сон, то это самый ужасный сон. Почему это не может быть правдой? Или же это правда, и я просто загоняю себя? Я перестала чувствовать этот мир — будто невесомость или что‑то в этом роде. Перед глазами лишь земля: ни на что другое я не могла сфокусировать взгляд. В голове — одно и то же: «Это сон, это сон, это сон… Это не может быть правдой, это слишком сюрреалистично, этого просто быть не может… Или может?» Голова начала кружиться. Тихо прошептал голос в моей голове: «Почему ты не можешь быть счастлива? Порадуйся хотя бы. Ты ведь рада?» Неожиданно — кто‑то… Кто‑то знакомый, но кто? Это был вовсе не вопрос. Я была рада, но гнетущее чувство пожирало. Руки задрожали, и застрял ком в горле. Я хотела что‑то ответить, но не успела, как почувствовала, что Пьеро взял мои руки в свои и прожигал своим беспокойным взглядом. — Всё в порядке. Можно я пойду? Мне надо успокоиться. Выпить обезболивающее и просто лечь спать. Пьеро кивнул в знак согласия. Я тихонько пошла к выходу из цирка. Уже зайдя домой, дверь заскрипела — это уже не бесило. Гора мыслей… Это чувство было слаще мёда, но было что‑то мерзкое и вязкое в сердце. Это мерзкое чувство… Почему напало именно сейчас? Почему не до этого? Просто за что? Я, может быть, пережила бы это раньше, но сейчас я зависела от него, как от наркотика… Почувствовав резкую боль, я подумала: «Думаю, лучше не думать». Подойдя к тумбе, я взяла аптечку и достала две таблетки. Звон продолжал оглушать. Зайдя на кухню, я взяла кружку, налила холодной воды. В глазах мутнело. Засунув в рот таблетки и залив в рот воду, я проглотила. «Скоро станет лучше, а пока лучше поспать», — подумала я. Я легла на свою мягкую кровать. Провалявшись в кроватке несколько часов, ближе к утру я смогла уснуть. . . . . . . Приподнявшись с кровати, я поняла, что это не моя квартира, а ёбаный шатёр! Опять двадцать пять! И снова я тут. Оглядевшись, я увидела, что снова на цепях.