Повернись

Сколько уже прошло лет? Десять? Двенадцать? Может больше уже, я и не помню. С того момента, как я услышал звук уезжающего автомобиля, все эти годы я пытался жить. Пытался справляться.   - Тэхён, сынок, ты чего плачешь? Почему ты не попрощался с Чонгук-и?    Слова матери вошедшей в квартиру, я повторял каждый раз, когда приходил на встречу к психотерапевту.  Я повторял их с насмешкой и издевкой, как будто вопрос мамы был глупым и оскорбляющим. Пытаясь найти виноватых в твоих действиях, я забыл, что сам позволил тебе со мной так поступить.  Ты ведь считал меня лучшим другом, ты ведь любил меня. Разве так поступают с людьми которых любят?  Те, которые любят не скрывают годами влечение к объекту своей симпатии. Те, которые любят, не трахают тебя при первом удобном случае и после этого не сбегают поджав хвост, пряча свои чувства за маской безразличия и агрессии. И в конце концов, те, которые любят, не врут тебе в лицо и не улетают в другую страну, сообщив тебе это за день до отъезда, предварительно переспав с тобой в душной комнате какой-то тусовочной квартиры.    - А это нормально мужчине любить мужчину?  Ещё один частый вопрос, который я задавал своему врачу, в самых разных интерпретациях. Я приплетал сюда разные примеры, о которых зачем-то читал в интернете. Даже о Хосоке, доктор знал уже все вдоль и поперёк. Я правда хотел излечиться. Мне нужно было искоренить болезнь в виде тебя.  Ведь ты болезнь, Чонгук. Вспоминая это имя, у меня начинало жечь в солнечном сплетении и кружиться голова. Твоё имя для меня, звучало как Волан де Морт. То, что нельзя произносить. Я ругал родителей, которые хоть иногда вспоминали о тебе. Они не заслужили моей агрессии, из-за тебя. Я тоже её не заслужил.     - Со временем чувства остынут, Тэхён. Несмотря на такой бурный эмоциональный всплеск, всё имеет свойство притупляться. Кем бы ни был Чон …    - Не говорите его имя, - меня начинало выворачивать и бесить, когда кто-то говорил о тебе. Даже несмотря на то, что все мои проблемы крутятся вокруг тебя, твоё имя табу, - я понимаю.    - Вы отпустите, - доктор говорил так спокойно, что я невольно ему верил. Я хотел верить, так как хотел отпустить, - время пройдёт и вы снова влюбитесь. Это прекрасное чувство, не подавляйте его в себе, из-за поступка одного человека. Разве я влюбился? Нет, это ты привязал меня к себе. Сначала дружбой с ранних лет. Ведь ты и я были всегда вместе. А потом и своим признанием. Именно ты заставил меня так сильно полюбить себя. Твой эгоизм замучал одну невинную душу. А может и не одну. Ведь ты уехал. Ты просто сбежал и за всё время, ты ни разу не вышел на связь. Хотел ли я этого? Если бы меня спросил врач, я бы строго ответил - нет. А если спросить у самого себя, то ответ будет уже другим.  Мои попытки убежать от тебя ни к чему не привели. Я нашел твои соц сети. Наблюдать за тем, как ты осваиваешься в другой стране было интересно и невыносимо больно. Каждый раз открывая страничку и видя новую публикацию, моё сердце сжималось так, что приходилось принимать холодный душ, дабы успокоить своё сумасшедшее состояние.  На фотографиях ты был с новыми людьми. Друзья ли это? Или те, которым ты тоже как и мне признаешься в любви? Я не знал, и не хотел знать. Я смотрел твои истории, со своего основного акаунта, желая, чтобы ты заметил и соизволил хоть что-то мне сказать.  Да я сам, начал их выкладывать. Там были какие-то глупости: ужин с родителями, фотографии природы и прочая хрень. Мне нужно было увидеть тебя в «просмотревших». Мне необходимо было знать, что тебе не всё равно.  Конечно тебя там не было. Ты продолжал жить и наслаждаться новой жизнью, а я делал тоже самое, надевая маску безразличия и счастья, только делая всё это исключительно для тебя. Всё это в скором времени переросло в паранойю. Невозможно было продолжать жить дальше, когда я обновлял твою страничку по десять раз на дню и обнаруживая новые фотографии, истории с твоей счастливой улыбкой с новой девушкой. Я сам себе причинял боль сохраняя фотографии и пересматривая их по ночам.  Кто-то бы сказал: «Мужчины не плачут». О, нет, такое вранье. Мужчины ещё как плачут.  Апогеем стал момент, когда я сильно напился и написал тебе короткое «Привет», а на утро обнаружил, что ты даже не прочитал, но опубликовал несколько новых историй.  В итоге я всё-таки начал тебя искоренять из себя. Я удалил все фотографии, пошёл на терапию. Только не на общую, а именно один на один с врачом. Никто не должен был знать, что я уже несколько лет веду себя как девчонка в пубертате, убиваясь по первой «настоящей» любви.  Твоё имя со временем стерлось. Ты стал так называемым «табу».  Я вставал утром, работал, приходил домой и ложился спать. А что делал ты я не знал и не хотел знать.  Мое зло по отношению к тебе приобрело настоящую форму, когда я с помощью доктора понял, что ты один из тех, после которых многие не оправляются.  Чонгук, ты та самая травма, после которой в старости говорят: «Если бы не он, я бы прожил жизнь по-другому».  Если конечно доживают до старости. Особенно впечатлительные не выдерживают и избавляются от этой боли крайним способом. Тебя бы привлечь по статье «Доведение до самоубийства». Но ты же вроде ничего такого не сделал, ты же сказал, что любишь.  Так я себя успокаивал до последнего. Теперь нет, сейчас я другой.  Был другим. До вчерашнего дня, пока не вспомнил.  А забывал ли я когда-то по-настоящему?  И вот сейчас я сижу и слышу этот голос набатом отбивающем у меня в голове. Ты ли это? Может это другой Чон Чонгук? Нет, я не могу поднять глаза и посмотреть.  Меня мигом вернуло в то время, когда я стоял у тебя в комнате и умолял не уезжать. Сейчас я не взрослый мужчина, а тот самый маленький мальчик, которого обидел злой дядя.    - Ещё раз повторите ваше имя, - надеюсь этот человек не заметил мой севший за секунду голос. Мне просто надо было убедиться, что я услышал именно это имя. Может быть это бессонница после вчерашнего всплеска эмоций так повлияла, что я ошибочно слышу давно забытое имя. - Не могу найти документ.  Я всё мог найти. Я просто не решаюсь посмотреть на имя и на людей сидящих передо мной. А вдруг я там увижу тебя? Или наоборот не увижу. Даже не знаю чего я боюсь больше. Пожалуйста не молчи, пускай эта девка ответит за тебя. Просто прервите кто-нибудь это ужасное молчание.    - Чон Чонгук, мой документ следующий, просто переверни эту страницу.  Я резко оторвал взгляд от бумаг и посмотрел вперёд. Это произошло так быстро и из-за сильного давления в головне, я не сразу смог сфокусировать взгляд.    - Привет, - мужчина сидевший напротив меня произнес это с легкой улыбкой, как будто мы с ним вчера пили виски и сегодня договорились о встрече.  Сидевший передо мной человек был хорошо одет, прекрасно сложен. Его чёрные волосы были зачесаны назад, а две сережки в ухе поблескивали отражая свет от солнца. Мы сидели друг напротив друга. Две противоположность.  Я - уставший, недовольный утренним кофе и ночной бессонницей, стареющий мужик, который будет тем самым дедом, которого соседские дети будут бояться и называть «злодеем».  И напротив меня мужчина. С легкой улыбкой, прекрасной кожей и невероятной красоты невестой. Мужчина у которого сложилась жизнь, который в будущем будет жить в своем двухэтажном доме и наслаждаться плодами достижений своей жизни. Мы две противоположности друг другу. Только я слепленный поступками прошлого, к которым не был готов.  И виновник произошедшего, спустя столько лет, спокойно восседает передо мной.    - Что, простите? - я не мог понять, мне что-то подсыпали в кофе? Или это на самом деле происходит? - Вы мне говорите «привет»?  Хочется надеяться, что это какой-то вселенский розыгрыш или ночной кошмар. Я готов ко всему, но только не к тому, что это окажется реальностью.     - Я думаю вашими документами может заняться кто-то другой, - я встал со стула и начал нервно стучать по карманам пиджака, имитируя поиск телефона. - Пожалуйста, покиньте мой кабинет.  Мне хочется уйти, убежать, улететь. Что угодно, чтобы не видеть его здесь. Я не хочу чувствовать его запах одеколона, ощущать его улыбку адресованную мне.  Ты не можешь этого делать. Чонгук, ты не имеешь права.     - Но Чонгук говорил, что вы его друг и поможете быстро сделать документы и подготовить регистрацию.  Что она несет? Какой друг? Мне срочно нужно выйти на свежий воздух. Я не могу находиться в этом помещении, оно душит меня.  Не став дожидаться ответа и не отвечая на слова девушки, я схватил сумку и выскочил из кабинета.  Пронесясь пулей между непонимающей Че Рин и другими работниками, я выбежал на улицу и глазами начал искать место где можно спрятаться. Спасением стала та самая кофейня, где меня утром напоили мерзким кофе с корицей. Она мне испоганила утро, но сейчас она стала моим островком успокоения. Плевать, что скажут на работе. Останься я там, может быть из кабинета меня бы уже выводили сотрудники полиции. Я не знаю на что был бы способен останься там ещё хоть на минуту.    - Можно мне … - попытаясь скрыть дрожь в голосе, я предпринял попытки сделать заказ, но меня прервала тяжелая рука опустившаяся мне на плечо. - Что?      - Я почувствовал у тебя в кабинете запах корицы, - непринужденный голос и рука, сжавшая моё плечо, заставили меня резко обернуться. - Ты же его ненавидишь. Или твои вкусы с возрастом поменялись?      - Ты… ты… да и как ты… - слова путались у мен в голове. Я хотел вырваться и уйти, но тело стало ватным. - Как ты смеешь?      - Можно просто латте мне и моему другу, но только без корицы.  Какая к черту корица? Какое латте? Ты вообще здоров, Чонгук?  Столько вопросов в голове физически не могло возникнуть у человека за секунду. Но у меня получилось.  Сейчас я не человек, а просто масса, не способная даже пошевелиться и оттолкнуть незваного гостя.      - Сегодня тоже прекрасная погода, - Чонгук смотрел не на меня а на бармена, орудующим над нашим кофе. - Как и вчера, да?  Что? Почему…      - Ты ведь вчера согласился с этим.