Treasure of Hogwarts

      — Ох, никогда не думала, что скажу это, но надеюсь, ты живой там.       Гарри, у которого, по ощущениям, сломалось пару рёбер, что-то жалобно промычал. Он поднял вверх большой палец, отмечая, что всё в порядке. Профессор просто смотрел на них, но, в конце концов, тяжело выдохнул и помог девушке подняться. Гарри смог вздохнуть полной грудью, пока Риддл проверял его на наличие синяков и прочих повреждений.       — Тори, что ты здесь делаешь?       — Ты сам дал мне портключ, — она отряхнулась, но тут же накинула капюшон на голову. — Отвернись быстро!       — Чего? Что с тобой? — он, грешным делом, подумал, что она ударилась головой, но Риддл поспешил сдёрнуть с неё капюшон, открывая вид на ярко-зелёные волосы.       Гарри округлил глаза. Глаза были слегка красные, подведённые чёрным карандашом, губа опухла. Девушка в ответ положила ладонь на лоб и тяжело вздохнула.       — Какой позор.       — Не стоит быть столь категоричной, мисс Гринграсс, — вторгся в диалог профессор. Он взмахнул палочкой, и волосы девушки стали прежними.       — Слава Мерлину, — облегчённо выдохнула она.       — Спасибо, но я ещё пока не он, — обольстительно улыбнулся профессор.       Слизеринка фыркнула и оглядела кабинет, а потом присутствующих. Она медленно перевела всё внимание на Гарри.       — Чем вы тут занимались?       Риддл спокойно облокотился о парту, словно его тут не было, а Гарри поднял брови.       — Нет уж, рассказывай, как ты тут оказалась, — глаза Тори сощурились, так и говоря: «Я вас застукала», но после она присела на парту рядом с Гарри.       — Эта конченная сука меня преследовала! — бросила девушка под шокированный взгляд Гарри. Он ещё никогда не слышал, чтобы Гринграсс, да и вообще любая девушка, так выражалась. Помимо смотрительниц приюта. — Извините, профессор.       — Без проблем, — казалось, он тут единственный, кому всё происходящее кажется абсолютно нормальным.       — Паркинсон решила подговорить каких-то парней старшекурсников, чтобы они ей помогли. Она видела нас в библиотеке и думала, что мы встречаемся.       — А вы встречаетесь? — Риддл драматично изумился, получая недовольный возглас от Гринграсс.       — Не дай Моргана.       — Эй, я же такая душка!       — Ага, особенно когда создаёшь проблемы всем, кто хоть раз с тобой поговорил, — фыркнула девушка и спрыгнула с парты. Она завязала волосы в пучок маленьким клинком, который вынула из сумки, запрыгнула на подоконник и достала пачку маггловских сигарет.       Профессор мгновенно стал более серьёзным.       — Астория.       — Извините, — безразлично пожала плечами девушка, даже не заметив подошедшего Риддла.       — В следующий раз получишь по губам, — отчеканил он, подвигая к ней огонь на кончике палочки. Она кивнула и прикурила, грациозно перехватывая сигарету из губ тонкими пальцами.       Гарри же был абсолютно уверен, что всё происходящее ему снится. Почему профессор разрешает своей ученице курить прямо у него в кабинете? Неужели между ними что-то есть? Поттер тут же попытался дышать более ровно, хватаясь за столешницу. Двое у окна тут же повернулись к нему.       — Поттер, всё нормально? Ты слишком бледный.       — Ага…       Он тряхнул головой и взял себя в руки. Все вопросы он потом задаст лично Риддлу. Или Гринграсс-младшей.       — Тори, что там с Паркинсон? — он видел, как на мгновение сжалась тонкая палочка в чужих пальцах.       — Да угрожала она мне. Эти парни меня держали, заранее отобрав палочку, а мопсик хотела вырезать на щеке надпись. Не знаю, что, но что-то неприличное, наверняка. А потом всё твердила, что Гарри Поттер только её, решив покрасить мне волосы в этот ужасный цвет, — Гарри не поверил в такое напускное безразличие. Тори способна себя защитить, но кто угодно бы растерялся, а уж отбиться от парней и подавно тяжело. — Я успела. В последний момент, когда лезвие было уже в дюйме от моей щеки, я резко пнула Панси и вырвала свою палочку из рук какого-то придурка. Твой портключ висел на шее, так что я вовремя ухватилась и перенеслась сюда.       Слизеринец стиснул зубы и сжал руки в кулаки. Как они посмели тронуть хрупкую девушку? Да ещё и одну из своих. Риддл долго всматривался в девушку, выискивая малейшие повреждения. Всё-таки ситуация серьёзная: слизеринцы, а возможно, и не только напали на своих, ещё и на младшую Гринграсс.       — Я их уничтожу.       — Не надо, — он уже хотел возразить, но она, докурив до фильтра, сбросила окурок на пол, предварительно спалив, и спрыгнула, добавив: — Я сама. Она заплатит.       — Ну уж нет, я тебе помогу, это неприемлемо! — он положил руку ей на плечо. — Тори, они заплатят. Большая часть вины на мне, Малфою она бы ничего не сделала, за него можно не переживать. А вот тебе — может.       — Я могу и сама за себя постоять, Поттер!       На их головы опустились руки.       — Молодые люди, не занимайтесь самоуправством. Я доложу об этом директору, — он потрепал Тори по голове, — и твоим родителям.       — Им всё равно. Не надо.       — Я в курсе, но таковы правила.       — Тогда мы расскажем, что вы позволили своей студентке курить в кабинете, — оскалился Гарри, а Астория ухмыльнулась. — Или это тоже по правилам?       Риддл взметнул глаза к потолку. Вот паршивцы.       — Мерлин, дай мне сил. Вот угораздило же меня стать преподавателем.       Он бросил на них ровный взгляд и тяжело вздохнул. Гарри уже знал эту реакцию — они своего добились.       — Как знаете. Но! — он прервал всеобщее ликование. — Если кто-то пострадает, в первую очередь вы, я доложу директору.       — Вы этого не сделаете, особенно если это сделаю я, — Тори решительно расправила плечи, скрещивая руки перед собой.       Гарри уставился на неё. Они с Дафной точно сёстры? И это мне ещё говорили про Риддла! Что же тут, в конце концов, происходит? Какова будет реакция? Профессор лишь сощурил глаза.       — Наглая, как и всегда, — слишком спокойный тон обескураживал ещё сильнее. — Тебе не пора в гостиную?       — А что, вас наедине надо оставить? Так сразу бы и сказали! Я бы тут же… — она не успела съехидничать ещё, потому что тёмные всполохи магии закрыли ей рот, сжимая горло. Риддл опустился на уровень её головы, вглядываясь в голубые глаза.       — Астория, ты забываешься, — спокойно сказал профессор, тут же отпуская девушку. Она откашлялась и пригладила выбившиеся пряди, а плечи слегка подрагивали. Гарри понял: она тоже почувствовала магию Риддла. Но эффект оказался даже лёгким, а это значит, что она сталкивалась с этим и ранее.       — Извините.       — Сама дойдёшь? — получив кроткий ответ, Риддл кивнул и левитировал брошенную у окна сумку девушки. — Что за портключ?       — Я отдал ей тогда, в библиотеке. В качестве платы за помощь, — объяснил Поттер, не спеша добавлять что-либо, даже в ответ на приподнятую бровь профессора. Отчитываться он не планировал.       — Поттер, — глухо раздалось сбоку, и они обратили внимание на девушку, — спасибо. Твоими стараниями моё лицо и, возможно, репутация не подпорчены.       Он послал ей мягкую улыбку.       — Не за что, это была плата за информацию.       — Что за информация, я полагаю, вы мне не расскажете, — безрадостно добавил Риддл, глядя на ухмылочку Гарри.       — Правильно полагаете, профессор.       — Прекрасно, отцу привет.       — Ага, — девушка поняла, что делать ей тут больше нечего, и собралась приоткрыть дверь в тот момент, когда её окликнул Поттер.       — Тори, подожди. Во-первых, ты можешь звать меня Гарри, если что, — это её повеселило.       — Ну уж нет.       — Во-вторых, что вас двоих связывает? — Гарри надеялся, что нервный интерес не был так сильно заметен.       Астория тут же опустила голову, пиная ботинком какой-то мелкий камешек на полу. Риддл встал рядом с Гарри, пытаясь вглядеться в глубину изумрудных глаз. Поттер, наученный опытом, тут же отскочил.       — Так! Мысли не читать!       — Больно надо, — фыркнул профессор, сардоническая усмешка тронула его губы, — не навыдумывай там ничего.       — И всё-таки?...       — Профессор Риддл — мой крёстный, — не выдержала этого цирка девушка, прильнув к стене.       В кабинете повисла мёртвая тишина. Гарри некоторое время тупо смотрел в одну точку, пока Риддл не помахал перед его глазами. Что ж, ответ был более неожиданным, чем Гарри вообще мог подумать, но не мог проигнорировать облегчение, тут же поднявшееся где-то в груди.       — Вот оно как, — он потёр подбородок. — Как это вышло?       — Я тебе потом расскажу, об этом никто не знает, — лёгкое предупреждение было предельно понятным.       — Удачи разобраться с этим, а потом вот с этим, — Астория помахала указательным пальцем между Риддлом и Гарри, а потом резко открыла дверь. — Au revoir!       Как только дверь закрылась, тишина снова опустилась на кабинет. Каждый стоял и обдумывал что-то своё. Дел было очень много, мыслей — ещё больше. Они одновременно устало вздохнули.       — Гарри, тебе тоже пора. Слишком насыщенный день для тебя.       У того не было сил, поэтому он лишь подхватил сумку с пола и направился к выходу, останавливаясь для прощания.       — До свидания, профессор, — он снова всмотрелся в тёмные радужки глаз, — и спасибо за доверие.       Риддл медленно поднял обе брови. Уголки губ дрогнули.       — До свидания, наглец, — он усмехнулся, но мягко добавил: — По поводу обучения я подумаю.       Гарри кивнул, поджав губы.       Дверь тихонько закрылась, и Том отчётливо ощутил укол где-то в области сердца, в самой глубине. Неведомое раньше чувство… тоски? Он задумчиво уставился в окно. Слишком тяжёлый и насыщенный день. Слишком много новых чувств сразу.       В конце концов он откинул чёлку и, достав ежедневник со своими инициалами, открыл последнюю страницу. Он сделал короткую заметку: «Занятия с Гарри».       — Что же ты делаешь, Гарри Поттер?       Голова опустилась на подпёртую ладонь, а веки потяжелели. Он закрыл глаза.

***

      Утро воскресенья прошло прекрасно. Как же хорошо становится жить, когда никуда не надо. Вот сейчас Гарри медленно потянется, отходя от сладкого сна. Солнечные лучи одарят своим теплом просторную комнату, птички запоют, а друзья позовут на завтрак. Блаженство, которому не суждено случиться. Гарри подорвался от криков. Он проклинал каждую ночь, когда забывал накладывать заглушающее от внешних факторов.       — Верни мою рубашку! — судя по тону, Малфой метал гром и молнии.       — Тебе жалко, что ли?       — Для тебя — да!       — Драко, какая же ты бука.       — Завалите оба, — только проснувшемуся Теодору это тоже не нравилось.       Гарри выглянул из-за полога и осоловело уставился на полуголого Драко, стоявшего на своей кровати, и смеющегося Блейза. Драко готовился бросить подушку в друга, когда Гарри накричал на них.       — Какого Мордреда?! — он нащупал очки с тумбочки и подхватил палочку, наколдовав темпус. — Одиннадцать утра! Вы в своём уме?       Импровизированная борьба подушками остановилась. Блейз комично спрятал подушку за спину и прыснул.       — Упс, извини. Разбудили?       — Нет, что ты! — количество яда в этой фразе перебило типичную норму Поттера. Он откинул полог и уселся на край, потирая заспанное лицо. — Что успело случиться?       — Блейз спёр мою рубашку!       — Да хватит кричать, я перепутал просто! — Забини кинул рубашку Драко.       Тот со скепсисом уставился на неё.       — А чего не сказал?       — Я не успел, ты же чуть что орать, как банши, начинаешь, — Малфой аж вздохом подавился, но не успел вываливать свою возмущённую тираду. — Да и я просто хотел тебя побесить.       Тео и Гарри тяжело вздохнули и переглянулись. Пока Малфой пытался высказать Блейзу всё, что он о нём думает, Тео кивнул Гарри в сторону ванной комнаты. Как только они зашли, Тео кинул на друга такой уставший взгляд, что Гарри мягко постучал его по плечу.       — Ведут себя как дети, — хохотнул Гарри.       — Согласен, — он склонил голову набок и вздохнул. — С другой стороны, когда ещё ими быть, если не сейчас.       Гарри мягко улыбнулся, разглядывая спокойное лицо друга. Он всегда знал, что и когда сказать, от собственного опыта или нет, но Тео был слишком проницательным для шестнадцатилетнего подростка, а моментами — слишком серьёзным. Гарри мысленно пожелал ему обязательно выиграть в битве, о которой тот старательно молчит.       — Тео, всё в норме? — ненавязчиво спросил Гарри.       — Порядок, — как всегда сурово, но уголок его губ, кажется, дрогнул. Хороший знак. Гарри усмехнулся своим мыслям и пошёл в душ первым.       На завтрак все плелись как сонные мухи, одни Драко с Блейзом выглядели вполне активными. По пути они подхватили Адриана, который куда-то пропал после их возвращения в замок накануне вечером. Попытки узнать, где был друг, не увенчались успехом.       В Большом зале было шаром покати. Студенты отсыпались после выходного, разве что за столом Когтеврана было больше всего людей. За столом Слизерина Гарри заметил знакомые макушки, параллельно выискивая наглую морду Паркинсон. Видимо, та решила скрываться до последнего. Он плюхнулся рядом с Асторией, на что парни недоумённо приподняли брови, особенно Драко, но ничего не сказали. Он кивнул им и повернулся к девушке, которая старательно делала вид, что его тут нет.       — Привет, — на ответную тишину он покачал головой. — Паркинсон не видно было сегодня?       Девушка развернулась так медленно, будто делала ему великое одолжение своим вниманием.       — Поттер, я разберусь, — она закатила глаза. — Тебе вовсе необязательно искать эту сучку, а ещё садиться и делать вид, будто мы лучшие друзья. Малфой вон уже тебе весь затылок мысленно спалил.       Гарри обернулся, и вправду: Драко пилил их недовольным взглядом. Гарри отправил ему воздушный поцелуй, на что парень картинно отвернулся.       — Ты придурок, знаешь об этом? — она уже более спокойно воспринимала присутствие Гарри.       — Ага, просто хотел спросить, как у тебя дела, — лениво протянул он, на что девушка нахмурилась.       — Порядок, — она положила подбородок на подпёртую локтем ладонь, смотря в никуда. — Ты не говорил с Дафной?       — Смотря о чём? Она где вообще? — он проследил за тонким пальцем девушки. Дафна нашлась за одним столом с когтевранцами, а точнее — с Грейнджер.       Гарри присвистнул.       — Так быстро? — усмехнулся он, но на недоумённо выгнутую бровь девушки решил пояснить: — Кажется, у них что-то намечается.       Астория с каменным лицом подняла бровь, надеясь, что это глупая шутка.       — Да ну?       — Ты не знала? — он откинулся спиной на скамейку. — Я думал, что сёстры Гринграсс неразлучны.       — Сам же знаешь, — она отзеркалила его позу. — Мы не особо общаемся, разве что семейные дела, да и всё.       По голосу было тяжело понять, огорчена этим фактом девушка или более чем довольна. Они обе странные. Впрочем, как и все они.       — Вот оно что, — Гарри придвинулся ближе к Астории, теряя былую небрежность. — Если что, я могу помочь.       Она скучающе уставилась на него.       — Не надо. Это точно не твоя забота.       — Хорошо, но ты сообщишь мне имена тех парней, с Панси можешь разобраться сама, — глядя, как Астория вздёрнула брови, он обаятельно улыбнулся.       — Какой ты хитрец, — она устало вздохнула. — Давай потом, я скажу одно место, там и поговорим.       — Ты про Выручай-комнату? — должно быть, сегодня праздник, потому что столько раз за последние десять минут увидеть удивление на лице Астории Гринграсс — это феномен.       — Откуда ты?       — Слизерин, детка, — подмигнул он, на что девушка закатила глаза и встала.       — Ты ужасен. Увидимся позже, — Тори подмигнула в ответ, тут же расслабляя лицо, и убежала из Большого зала.       Гарри фыркнул и подсел к парням.       — И что это было? — Малфой выглядел как строгая мать, заставшая ребёнка на чём-то незаконном.       — А что, ревнуешь? — лукаво уточнил Поттер, тут же теряя всю серьёзность.       — Интересно, кого к кому? — Блейз и Адриан хохотнули.       Поттер многозначительно показал средний палец, не обращая внимания на чужие взгляды, в том числе и профессоров. Один из них, самый загадочный и прекрасный, как раз уже пилил макушку Гарри. Поттер, разумеется, предпочитал это игнорировать.       — Идите вы, — Гарри с ехидной ухмылочкой дал пять Малфою.       — И всё-таки?       — Да я всего лишь поблагодарил её за информацию, — отмахнулся Гарри. Он не знал, поверили ли друзья, но очень на это надеялся.       Малфой пожал плечами. Что бы ни случилось, он доверял Гарри, а последний это ценил. Их взаимоотношения всегда оставались крепкими, что в нынешнее время было большой редкостью.