Девиации: дисциплина

      Наконец-то, наступила пятница. В последнее время Ной чувствовал, что живет только ради выходных; он жаждал времени, проведенного с Тобиасом без помех, со своим Господином, в безопасном месте. И после той недели, что они оба пережили, Ною действительно нужно было все это. Ему нужно было выкинуть Фана из головы.       Он всё ещё испытывал собственнические чувства к Тобиасу, и ему это очень не нравилось. Они с Фаном были не просто приятелями, теперь они были друзьями. Они много чего вместе обсуждали, и Ной хотел ему доверять. Более того, сам Ной на этой неделе пережил настоящий ад - напряжение было гораздо хуже проблем, которые они с Тобиасом пытались решить вместе. Всю неделю Ной не мог сосредоточиться ни на чём другом, пытаясь решить, как лучше поступить с нынешними отношениями Фана и Тобиаса. Он постоянно возвращался к мысли, что дружба с бывшим любовником Тобиаса - не самая мудрая затея.       Однако, с неохотой, он должен был признать, что сейчас уже слишком поздно поворачивать назад. Фан нуждался в нём. Он нуждался в них всех.       Когда машина остановилась на небольшой проселочной дороге, ведущей к ферме, Ной сказал себе, что пора отпустить ситуацию.       Тобиас не хотел бы, чтобы его что-либо отвлекало сегодня вечером. Завтра в «безопасной» комнате будет достаточно времени, чтобы всё обсудить. Когда машина остановилась, он вышел, перекинув сумку через плечо. Он улыбнулся миссис Миллер, махавшей ему рукой через стекло на двери, где, как он надеялся, было гораздо теплее, чем на улице, и поднялся по ступенькам. Она приоткрыла ему дверь, и он распахнул её до конца.       - Здравствуйте, миссис М. - Ной улыбнулся и поцеловал её в щёку. В последнее время он видел её лишь короткое время, обычно, когда она садилась в машину сразу после того, как он выходил. Но она совсем не выглядела готовой покинуть дом. Это его немного беспокоило. - Всё в порядке?       - Всё хорошо, мой дорогой, - сказала она, провожая Хорхе. - У Тобиаса экстренный вызов, и он будет примерно через час. Роберт приедет за мной чуть позже. - Она улыбнулась ему. - Чаю?       - О. О, ну, с одной стороны, жаль, но с другой, чай с вами звучит очень заманчиво, спасибо. - Кто-то, должно быть, внял его надежам отвлечься. Он поставил сумку и закрыл дверь, чтобы защититься от прохладного вечера.       - Льстец - обвинила она, всё ещё улыбаясь. - Хорошо, тогда заходи. Скажи, ты уже пробовал готовить пудинг? Это непросто.       - Очень непросто. Я его сжег, - признался Ной, следуя за миссис Миллер на кухню. - Эллисон покачала головой.       - Нечего ей качать головой, - съязвила миссис Миллер, наполняя чайник. - Иногда пудинг живет своей собственной жизнью. Тем не менее, однажды мы сможем его им угостить. - Она потянулась к большой банке, наполненной, как прекрасно знал Ной, печеньем с шоколадной крошкой. - Убедись, что он этого заслуживает, прежде чем снова пытаться, слышишь? - поддразнила она.       - Он хороший человек, он заслуживает десерта, - сказал Ной с улыбкой.       Она закатила глаза.       - Конечно, он хороший человек - я же помогала его воспитывать, верно? Это не значит, что он должен получить десерт просто за то, что он такой. - Она властно указала на стол. - Садись. Расскажи, как дела, как прошла неделя, дорогой. Ешь печенье.       Ной сел, как ему и велели. Он и близко не собирался ослушаться той единственной женщины, которой Тобиас тоже не мог отказать.       Он взял печенье. Только тема разговора мешала ему улыбнуться.       - Вообще-то, это была тяжёлая неделя, - вдруг произнёс Ной, и тут же пожалел об этом. Как он собирается ей всё это объяснить, и стоит ли вообще, он понятия не имел. - Я с нетерпением ждал выходных, чтобы уехать из города.       Он откусил кусочек печенья. Оно было восхитительно; кусочек мягкого, тягучего, шоколадного рая.       - Значит, это хорошее место, - сказала она, отодвигая стул. - Ты в порядке? Может, тебе нужен отпуск?       Ной тихо рассмеялся.       - Возможно. - Он посмотрел на неё, решив быть по большей части честным и просто не вдаваться в подробности. - У меня всё хорошо. Фантом переживает трудные времена, и с помощью Тобиаса начал ходить на терапию. А я пока держусь на волоске.       Она долго смотрела на него и, наконец, вздохнула.       - Опять его родители? - спросила она, потянувшись за своим печеньем.       Ной пожал плечами.       - Ну, думаю, в конце концов, всё сводится к его родителям, не так ли? Печенье очень вкусное.       - Спасибо. И да, с этим мальчиком именно так. - Она снова вздохнула и пошла проверить чайник. - Должно быть, у Тобиаса всё очень плохо, раз он снова в это ввязался. Не позволяй ему пренебрегать тобой, Ной. Теперь его партнёр - ты, а не Фантом.       Ной улыбнулся.       - О, мы уже обсуждали это на неделе, - сказал он, вздыхая. - Я чувствовал себя неуверенным щенком.       - Ах, но ты и есть щенок. - Она улыбнулась ему. - Проблема Тобиаса в том, что у него огромное сердце. Он очень заботливый и ему очень трудно отпускать. Но если чувствуешь, что тебе нужно от него больше - или что он должен меньше отдавать Фану - просто скажи об этом. - Она пронзительно посмотрела на него. - Он очень тебя любит и не хочет, чтобы тебе было больно.       Ной долго смотрел на нее. Ей, может, и за восемьдесят, но она была умна и знала Тобиаса лучше, чем он, вероятно, хотел, чтобы она его знала.       - Я знаю, что он меня любит. Он очень хорошо старается, чтобы я это знал. И я бы не променял его большое сердце ни на какой китайский чай, - сказал он ей, кивнув в сторону кипящей воды на плите. - Правда в том, нравится мне это или нет, Фан сейчас в нем нуждается. Я не хочу усложнять ему жизнь. Мы все уладим.       Она улыбнулась ему и кивнула.       - Именно так. У тебя такое же большое сердце, дорогой. Ну, скажи, что я могу сделать для нашего Фана. Торт или печенье? И не говори, что ему нельзя давать сахар, потому что я этого не потерплю.       - Тогда печенье. Шоколадное, конечно. - Ной тихо рассмеялся. - Он будет в восторге.       Она улыбнулась и снова кивнула.       - Я позабочусь, чтобы он его получил. - Она закончила заваривать чай и принесла его к столу. - Что планируешь на ужин сегодня? Я могу помочь?       - Я планировал приготовить лосося, которого просил вас купить, и немного пасты, - сказал он. - Это не должно занять много времени, так что, думаю, я справлюсь. Спасибо вам. - Он подождал, пока она нальет ему чаю, затем взял свою чашку, подул на нее, чтобы немного охладить, прежде чем сделать глоток. - Итак, расскажите мне, - сказал Ной, ставя чашку, еще слишком горячую, чтобы пить. - Как дела?       Она пожала плечами.       - Лучше, чем могло бы быть, честно говоря. Немного медлительная, но я заслужила возможность отдохнуть. Приятно, когда в понедельник утром в доме чисто, - сказала она, подмигнув.       Ной рассмеялся.       - Я стараюсь изо всех сил, знаю, вы строгий критик.       Она усмехнулась.       - Открою секрет - ты поддерживаешь порядок лучше, чем я. Зайди в среду, и увидишь. Только не говори об этом Тобиасу, ему нужно немного страха в жизни. Это моя работа.       - Нет! - Ной закрыл уши. - Ла-ла-ла... Я не слышал, - сказал он со смехом. - Не разрушайте образ перфекционистки, какой он вас считает.       Она рассмеялась, звуча совершенно восхищенно.       - Признаюсь, я была строга с ним, когда он был молод. Мне приходилось быть такой и его матери тоже. Мы понятия не имели, что делать с парнем, когда он был подростком, и Роберт ничем не помогал. Однажды он зашел сюда, когда Тобиасу было около семнадцати, и просто стоял, глядя на меня и бедную мать Тобиаса. Роберту тогда было почти тридцать, заметь. «Тобиас, - сказал он нам, - Тобиас… ну, Джеймсу следует идти домой, иначе они нанесут травму лошадям». Мэри покраснела, и мне пришлось слать этих мальчишек куда подальше. Бедняжка так и не сказала Тобиасу, что знает.       Конечно, Тобиасу бы не понравилось, что миссис М. рассказывала истории о его подростковых похождениях, но даже будучи здесь, Тобиас не смог бы ее остановить. Ной решил поощрять эту линию разговора, это было забавно.       - Он был хулиганом? Нужно было догадаться. В семнадцать он, наверное, был невыносим, ​​даже представить не могу. Если он был хотя бы наполовину таким же упрямым тогда, как сейчас…       - О, упрямым, да, - согласилась она, беря ещё одно печенье. - Но не задира. Скорее… у него была страсть, и порой она выходила из-под контроля. Он всегда рисковал, раздвигал границы дозволенного. Он никогда не был грубым или злым - он слишком скован для этого. Но он делал вещи в неподходящих местах, просто чтобы посмотреть, что произойдёт. Например, целовал Джеймса в сарае, зная, что Роберт увидит. Это было ради Джеймса, и, вероятно, чтобы вызвать реакцию Роберта.       Интересно. Он с трудом мог поверить, с кем ведёт этот разговор.       - Он говорит, его родители не знали, - сказал Ной, подмигнув. - Так, полагаю, его мама знала, и Роберт, конечно… как вы думаете, его отец хоть что-то знал?       - О, да, его мать знала, - фыркнула миссис Миллер. - Она просто не знала, что сказать, и он никогда ничего ей об этом не говорил. - Она отпила глоток чая и улыбнулась. - Он и мне об этом никогда ничего не говорил, но, думаю, теперь всё довольно ясно. Роберт привык только после появления Фантома. А отец Тобиаса… ну, он, возможно, вообще ничего не знал.       - Не хочу вас расстраивать, - сказал Ной, улыбнулся ей и понизил голос до театрального шёпота, - но мы с Тобиасом - любовники. - Он рассмеялся и взял ещё одно печенье. - Как будто кто-то мог что-то от вас скрыть.       Она улыбнулась ему.       - Ты не спишь в гостевой комнате? Я в полном ужасе. Правда. Я думала, это какая-то полицейская программа; отправить офицера за город тренировать лошадей, готовить и убирать для сварливого ветеринара.       Он чуть не подавился печеньем.       - Между прочим, я очень хорошо лажу с лошадьми. - Он похлопал её по руке. - Ну, я рад, что его мама знала. Интересно, хотел бы он знать об этом? - Ной пожал плечами.       - Понятия не имею, - сказала она. - Я никогда особо не затрагивала этот вопрос. А как насчет твоих родителей? Они знают о Тобиасе?       - Ну, не совсем, - вздохнул Ной. - То есть, я рассказал маме, но у нее свой особый способ отрицания. Хотя моя сестра Эмили все о нем знает. Она очень рада за меня.       Миссис Миллер ответила похлопыванием по руке.       - Уверена, семье бывает тяжело. Просто живи для себя, дорогой. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на то, чтобы угождать слишком многим людям.       - Тобиасу повезло, что вы рядом, знаете ли. - Ной не видел причин скрывать нахлынувшие сентиментальные чувства. - Вы очень милы, миссис М. Спасибо вам за вашу доброту, это… это заставило меня почувствовать себя здесь как дома.       Она на мгновение удивилась, а затем широко улыбнулась.       - Спасибо, Ной. Я рада, что ты счастлив, он, конечно, счастлив, и я не могу передать, как приятно это видеть. Ты хороший мальчик, я знаю. И тебе лучше сейчас же приготовить ужин, Тобиас будет уставшим, когда вернется. - Она снова подмигнула ему и встала. - Я скажу ему, что вчера помыла полы, так что у тебя будет немного свободного времени на этих выходных.       - Спасибо, мэм, - сказал Ной, подмигнув, понимая, что она явно знает о характере его отношений с Тобиасом больше, чем показывает. Он не смог сдержать румянец, поэтому встал и отнес помыть чашку в раковине. Он достал из шкафа глубокую сковороду, затем направился к холодильнику и достал лосося.       - Хороших выходных, - сказала она, все еще улыбаясь. - Постарайся не попасть в неприятности. - А потом она ушла, оставив его готовить еду для Тобиаса.       Он услышал, как она поднимается наверх, и как она смеется себе под нос, собирая свои вещи. Ной, несмотря на смущение, усмехнулся и решил, что этот разговор пока останется их маленьким секретом.