Инстинкт выжившего

30 августа 1995 года. 2:17 ночи. Гарри сидел на подоконнике, прижав колени к груди, и смотрел, как дождь размывает очертания уличных фонарей внизу. Шум капель заглушал скрипы старого дома — скрипы, которые раньше казались ему просто голосами древней магии, а теперь звучали как предупреждения. Он думал о Томе. Странно. Раньше он старался не думать о Волдеморте. Или думал как о враге — абстрактном, почти нереальном, как дракон на картинке. Но теперь, когда холод внутри него стал постоянным спутником, Гарри вдруг понял одну простую вещь. Том Реддл тоже когда-то сидел в чулане. Только не у Дурслей, а в приюте. Тоже был голодным. Тоже боялся и ненавидел. И никто его не спас. Гарри провёл пальцем по стеклу, рисуя закорючку. А меня спасут? Он уже знал ответ. Нет. Дамблдор не спасал — он использовал. Сириус хотел бы спасти, но у него не хватало сил и влияния. Рон с Гермионой... они были хорошими друзьями, когда это было удобно. Когда дело касалось школьных проблем. Но сейчас? Гарри видел, как Рон отворачивается, когда тема становится серьёзной. Как Гермиона уходит в книги, лишь бы не смотреть правде в глаза. Гарри не злился. Злость была слишком горячей, слишком яркой эмоцией. А он сейчас чувствовал только холод и пустоту. Но в этой пустоте, как крошечные искры в темноте, всё ещё теплились кое-какие чувства. Например — к Сириусу. Гарри знал, что крестный любит его по-настоящему. Вопрос был в другом: сможет ли Сириус что-то сделать? Или к тому, кто прислал то письмо — без подписи, с одной фразой. Гарри всё чаще возвращался к нему мыслями. Кто-то во внешнем мире знал о нём. Кто-то, кто не был частью Ордена. Возможно, этот «кто-то» был тем, кто покажет ему другую дорогу. --- 31 августа 1995 года. Вечер. Гермиона позвала его на «серьёзный разговор». Они встретились в библиотеке Гриммо — мрачной комнате с книгами в кожаных переплётах, которые пахли кровью и пылью веков. Гермиона сидела за столом, сложив руки перед собой. На её лице застыло выражение «я заботливый друг». — Гарри, садись, — сказала она мягко. Он сел напротив. — Я хотела поговорить о твоём поведении в последние дни, — начала она. — Ты стал каким-то... отстранённым. Ты почти не общаешься с нами. Сидишь в своей комнате часами. Рон волнуется. — Рон волнуется? — переспросил Гарри без выражения. — Да. И я тоже. — Гермиона подалась вперёд. — Мы понимаем, что тебе тяжело. Каникулы были ужасными. Дурсли... мы знаем, какие они. Но ты должен помнить, что у тебя есть мы. И Дамблдор. Он говорит, что очень важно, чтобы ты сохранял позитивный настрой. — Позитивный настрой, — повторил Гарри. — Да. Для защиты. Для твоей же безопасности. Тёмные мысли привлекают тёмную магию. — Гермиона говорила так, будто цитировала учебник. — Тебе нужно быть сильным. Гарри посмотрел ей в глаза. — Гермиона, — спросил он тихо. — Если бы ты узнала, что Дамблдор использует меня как приманку... что бы ты сделала? Она моргнула. — Что? Гарри, что за глупости? Альбус Дамблдор — величайший волшебник нашего времени. Он не стал бы... — Я не спросил, стал бы он. Я спросил: если бы узнала, что он это делает. Что бы ты сделала? Гермиона замолчала. На её лице мелькнуло что-то — растерянность? Страх? — Гарри, это гипотетический вопрос, который... — Это простой вопрос, — перебил он. — Ответь. Она отвела взгляд. Взяла со стола книгу, открыла её, закрыла. — Я... наверное, поговорила бы с ним. Попыталась бы понять, почему он так поступил. Наверняка у него были бы веские причины. Гарри кивнул. — Понятно. Он встал. — Гарри, куда ты? Мы не закончили! — Закончили, — сказал он, не оборачиваясь. — Я понял всё, что хотел. Он вышел из библиотеки, оставив Гермиону с открытым ртом. В коридоре он остановился, прислонившись спиной к стене, и выдохнул. Тест пройден. Она выбрала Дамблдора. Не её вина, — подумал Гарри почти спокойно. — Она просто не умеет выбирать иначе. Она всегда выбирала авторитеты. Сначала профессоров, потом Дамблдора. Я для неё — не друг. Я — проект. Больно не было. Только пустота. --- 1 сентября 1995 года. Хогвартс-экспресс. 10:47 утра. Платформа 9¾ кипела народом. Гарри шёл сквозь толпу, ощущая на себе взгляды. Люди оглядывались, шептались, показывали пальцами. «Вон он... Мальчик-Который-Выжил... Участвовал в Турнире... Видели его шрам?» Раньше это его раздражало. Теперь — нет. Теперь он просто отмечал факты. Люди смотрят. Люди боятся. Люди надеются, что он их спасёт. Никто не спросит, хочет ли он спасать. В купе было тесно. Рон, Гермиона, Невилл, Луна. Гарри сел у окна, ближе к выходу. Рон сразу начал рассказывать о новой метле, которую «почти купил отец». Гермиона читала «Историю магии» — подготовку к Н.И.Т.О., хотя до экзаменов был ещё год. Невилл перебирал травы в маленьком горшочке. Луна смотрела в окно на пролетающих за окном химер. Гарри слушал вполуха. — ...а потом Дамблдор сказал, что это гениально, — Рон жевал лакричную палочку. — Ну, я имею в виду, не мне, а маме. Но он сказал, что Орден никогда ещё не был так хорошо организован. — Дамблдор много чего говорит, — заметил Невилл тихо. — Чего? — Рон уставился на него. — Ничего. — Невилл покраснел и уткнулся в горшок. Гарри посмотрел на Невилла внимательнее. В прошлом году они почти не общались — Невилл был слишком тихим, слишком незаметным. Но сейчас Гарри заметил в его глазах что-то... знакомое. Ту же пустоту. Тот же холод. Значит, не только я, — подумал Гарри. Он открыл было рот, чтобы заговорить с Невиллом, но в купе ворвался Драко Малфой. — Поттер, — Малфой стоял в дверях, его обычная наглая усмешка сияла во всей красе. — А я слышал, ты всё лето прятался у своих драгоценных гриффиндорцев. Неудачно сходил за покупками? Рон вскочил, хватаясь за палочку. — Сиди, Рон, — сказал Гарри. Рон замер. — Что? — переспросил он. — Сиди, — повторил Гарри и перевёл взгляд на Малфоя. — Спасибо за беспокойство, Драко. У меня всё отлично. Как твой отец? Малфой опешил от такого спокойного ответа. — Мой отец... — Передавай привет, — перебил Гарри. — И закрой дверь снаружи. Сквозит. Малфой стоял с открытым ртом секунду, потом развернулся и вышел, громко хлопнув дверью. — Гарри, ты чего? — Рон смотрел на него как на сумасшедшего. — Это же Малфой! Ты должен был... — Что я должен был сделать? — спросил Гарри тихо. — Устроить дуэль в поезде? Чтобы Дамблдор потом меня отчитывал за несдержанность? Рон замолчал. Гермиона подняла голову от книги. — Он прав, Рон. Гарри проявил зрелость. «Зрелость», — мысленно повторил Гарри. — «Или просто перестал тратить энергию на тех, кто этого не заслуживает». Он посмотрел в окно. За стеклом проплывали поля, леса, реки. Вдалеке уже виднелись башни Хогвартса. Сколько ещё я здесь продержусь? — подумал Гарри. — И что будет, когда я перестану притворяться? --- 1 сентября 1995 года. Хогвартс, Большой зал. Вечер. Пир был пышным, как всегда. Золотые тарелки ломились от еды. Свечи парили под потолком, отражаясь в чёрном небе — заколдованное стекло показывало звёзды, которых на самом деле не было. Гарри сидел за гриффиндорским столом, между Роном и Гермионой, и почти не ел. Он смотрел на учительский стол. Дамблдор сидел в центре, в своих ярко-лиловых мантиях с серебряными звёздами. Улыбался. Кивал. Был само радушие. Но Гарри видел другое. Он видел, как Дамблдор смотрит на него. Быстро. Оценивающе. Как на шахматную фигуру, которую нужно поставить в нужное место. Снейп сидел рядом и сверлил Гарри взглядом. Обычно это бесило. Теперь Гарри просто отметил, что в глазах Снейпа нет ненависти — есть страх. Чего он боится? Что Гарри узнает правду? МакГонагалл выглядела уставшей. Трелони как всегда носилась со своими предсказаниями. Флитвик беседовал с мадам Хуч о квиддиче. Ничего нового. Кроме одного человека. В конце стола, почти в тени, сидел новый учитель Защиты от Тёмных Искусств. Женщина с короткими чёрными волосами и пронзительными глазами. Гарри не узнал её, но что-то в ней казалось знакомым. Она поймала его взгляд и чуть заметно кивнула. Гарри не отвёл глаз. Он смотрел на неё, пытаясь вспомнить. И вдруг понял. Это не новый учитель. Это кто-то из Пожирателей. Под оборотным зельем. Он не знал, как это понял — может быть, холод внутри него стал острее, чувствительнее к магии. Но он был уверен. В зале было как минимум три Пожирателя под личинами. И Дамблдор об этом знает, — подумал Гарри. — Или он их не видит, или они работают на него. Второе казалось страшнее. Гарри отвернулся к тарелке и заставил себя съесть кусок хлеба. Ему нужно было сохранять силы. Скоро начнётся новый учебный год. И, возможно, это будет последний год, когда он играет по чужим правилам. --- 1 сентября 1995 года. Спальня гриффиндорцев. 23:47. Гарри лежал на кровати, укрывшись одеялом, и слушал, как Рон и Симус спорят о квиддиче. Дин Томас рисовал что-то в блокноте. Невилл уже спал, тихо посапывая над учебником по травологии. Гарри повернулся на бок и достал из-под подушки маленький клочок пергамента. Тот самый — с письмом без подписи. «Жди. Скоро заберут». Он провёл пальцем по буквам. Почерк был аккуратным, с нажимом, но без излишних завитушек. Уверенный. Мужской. Или женский — сложно сказать. Кто бы это ни был, он знал, где Гарри находится. Знал, что его держат в неволе под видом защиты. И обещал забрать. Гарри спрятал письмо обратно. Он не знал, кому верить. Дамблдору? Тем, кто прислал письмо? Сириусу? Себе? Одно он знал точно. Он больше не будет ждать. Скоро он сам начнёт искать ответы. И горе тем, кто встанет на его пути. За окном башни ветер завывал, раскачивая ветви Запретного леса. Где-то там, в темноте, бродили существа, о которых даже Дамблдор не знал всего. Гарри закрыл глаза. — Посмотрим, — прошептал он. — Кто кого. Холод внутри него пульсировал в такт сердцу. Он был готов.