Прятки

      Профессор Снейп... Профессор Снейп... Профессор Снейп...       Как же он меня бесит! И чем дальше, тем сильнее, если честно. Сначала, когда я впервые увидела своего будущего декана, сердце преисполнилось таким огнем, какой никогда ранее не бушевал в груди.       - София л'Амори... Слизерин! - вырикнула Шляпа на распределении, и моя жизнь окончательно полетела в пизду.       На первом курсе Снейп с удовольствием учил меня новым заклинаниям, а вот к концу четвертого начал отказываться хотя бы подробнее объяснить тему занятия, если мне что-то было не понятно. Я была уверена, что Снейп хранит множество удивительных тайн, но он точно не станет ими со мной делиться. А я хотела большего.       Тем не менее, он был мне нужен. Желание стать мракоборцем вопреки доли, уготованной мне моими драгоценными родителями, было сильнее гордости и предпочтений. Эдакий шаг в пропасть, верхняя нота протеста - способ закричать на весь мир, что среди чистокровных аристократов есть те, кто способен на сострадание, кто хочет помогать людям и ловить преступников. Но чтобы мои шансы на службу во благо мира были выше, мне необходимы лучшие оценки. По другим предметам проблем не возникало ни разу за все время учебы. Мою силу признавали буквально все профессоры, а вот с зельеварением была беда.       Чем старше и красивей я становилась, тем больше мне благоволил Снейп-декан, и тем больше я огребалась от Снейпа-профессора зельеварения. Словно два разных человека, честное слово! На собраниях так называемой правящей верхушки факультета, куда меня периодически звали, как заместителя действующего старосты Слизерина, Снейп прислушивался к каждому моему слову и вердикту, неоднократно превозвышая мои заслуги. Но стоило хоть немного ошибиться в приготовлении чертового зелья на уроке...       - Мисс л`Амори, вы меня разочаровываете...       Или так:       - Мисс л`Амори, вы заставляете меня начать сомневаться в ваших умственных способностях...       Иногда мне очень хотелось вызвать зельевара на дуэль и хорошенько надрать ему задницу, а еще подпалить дурацкую черную мантию, чтоб полыхала на весь зал. Но куда там... У меня получалось взгреть каждого противника в Клубе Дуэлянтов, но точно не получилось бы взгреть Снейпа. А как бы хотелось посмотреть, как полыхает его мантия! Или хотя бы услышать похвалу...       Как бы там ни было, а с зельеварением было не очень. Конечно, на оценку "выше ожидаемого" я претендовала уверенно. Но для увеличения шансов на аврорат мне нужно было добиться от Снейпа оценки "превосходно".       Сначала я пыталась самостоятельно изучать его предмет, но оказалось, что зубрежка без практики - это пустая трата времени. Да, новые знания в чем-то помогали сотворить правильное зелье. Но зельеварение относилось к той категории предметов, где зубрежка и личная сила волшебника занимали довольно посредственное место. Здесь нужен был талант, нужно было уметь чувствовать зелья, ингредиенты, складывать в голове уравнения, где место цифр, букв и символов занимали травы, камни и всякие магические артефакты. Моих навыков для этого не хватало.       Возможно, поэтому я, снова засидевшись допоздна в библиотеке, решилась на отчаянный шаг: заявиться к Снейпу и попросить его о дополнительных занятиях. В конце концов, не просто же так он благоволит мне на сборах верхушки, вдруг и сейчас его расположение сыграет мне на руку? И пусть декан отказывался объяснять мне темы на уроках, может, при очной ставке он поменяет мнение?       Затея, конечно, отличная, но проще сказать, чем сделать. Черт знает, на что может потянуть Снейпа, и что он может потребовать в качестве оплаты. В конце концов, декан был близким другом моего ненавистного папочки, который, хоть и не смел больше поднимать на меня руку, вполне мог организовать подлость другого масштаба.       Ох. От мыслей об отце, кулаки сжались сами по себе, а губы растянулись в кривой ухмылке. Гарольд л`Амори - ничтожный червь, самый отвратительный представитель побочной ветви моего рода, которому по каким-то совсем неясным причинам благоволила моя могущественная матушка Елизавета. Женщина, которая когда-то своими собственными руками прогнала с наших земель Темного Лорда, безмерно любила и уважала ничтожество, которое считалось моим отцом.       Божечки-кошечки, да лучше бы она зачала меня от какого-нибудь оборванца, чем от этого...       Моя ненависть была объяснима. Круциатус - одно из трех запретных заклинаний - был частым методом воспитания в моем детстве. Стоило матери отвернуться, как Гарольд применял его на мне. Он заставлял меня убивать котят, щенков и прочую мелкую живность, которую дарили мне-ребенку сердобольные гости нашего замка. Хотя иногда папаша и сам притаскивал новый милый комочек шерсти, которому была уготована довольно непродолжительная жизнь.       Я отказывалась убивать. Упрямо терпела каждый круциатус и беспомощно смотрела, как Гарольд сворачивает шею очередному котенку. Я проклинала собственное бессилие. Потом начался Хогвартс, и с каждым годом моя волшебная мощь все росла и росла... Не знаю, сколько бы продолжались пытки. Когда мне исполнилось 16 лет, Гарольд решил, что котят будет слишком мало и решил пойти на риск. Это стало его самой большой ошибкой.       Он приволок за шкирку моих любимых домовичек Бонси и Тонси и приказал мне прикончить любую. Естественно, я отказалась и мысленно сжалась, ожидая пытки. Но на этот раз Гарольд начал пытать не меня. Его круциатус вонзился в тельце Тонси, и несчастная домовичка начала корчиться от боли. Следующее заклинание врезалось в Бонси...       Не знаю, сколько это продолжалось. По моим внутренним часам - вечность. И вот, наконец, мои руки дрогнули. Внутри словно сломался какой-то внутренний стопер, который мешал действовать. Я выхватила из ножен волшебную палочку и, не колеблясь, запустила в Гарольда заклинанием. Даже не сформулировала толком, если честно, действовала исключительно по наитию. Впрочем, отец был садистом, но отнюдь не слабаком. Поэтому мое заклинание было с легкостью отбито. Но поражением это не было.       Мы схлестнулись в жестокой схватке. Я вкладывала в заклинания весь свой гнев и желание защитить своих преданных слуг, а Гарольд смеялся мне в лицо. Тот бой я проиграла, но он раскрыл мне сам факт того, что моему папаше можно противостоять. Это было воистину мощное открытие. От восторга слегка кружилась голова.       С тех пор место пыток занял бой. Один проигрыш, второй, третий... Рано или поздно, я должна была одержать верх, и, наконец, моя мечта осуществилась. В начале летних каникул перед предпоследним курсом Хогвартса и торжественным отбытием моего возлюбленного семейства в северную резиденцию, мое заклинание сломало Гарольду пару костей и с такой силой впечатало его в стену, что кровь от его разбитого затылка потом отмывали домовики.       Следующая стычка произошла перед самыми проводами на учебный год, когда я прибыла в северную резиденцию для пополнения своего личного бюджета. Тогда Гарольд вновь попытал свои силы и вновь с треском проиграл. Думаю, ему было тяжело объяснять моей матери, как он умудрился "упасть с лестницы" в заколдованном от несчастных случаев особняке.       Последнюю попытку он предпринял, стоило мне только переступить порог северной резиденции на рождественских каникулах. Жаль, что я так и не смогла как следует разгуляться - мое ликование прервал Люциус Малфой, который прибыл со своим семейством к нам в гости. Блондин случайно вышел на балкон, когда мое очередное заклинание выворачивало Гарольда на изнанку. Думаю, Малфой-старший вмешался далеко не сразу - его семейству благоволила только мать, а папаша их резко недолюбливал, хоть и скрывал свои истинные чувства за маской благосклонности.       Месть пришлось отложить. Радовало только то, что Гарольд больше не смел ко мне лезть. Он на собственной шкуре прочувствовал, что может случиться, если он вновь поставит нас в условия изолированности. И если раньше мой глупый папаша упивался собственной властью, то теперь явно боялся потерять остатки достоинства. В конце концов, ведь я тоже могла наслать на него круциатус. Кто знает, сколько пыточных заклинаний он смог бы выдержать?       И с таким ублюдком дружил декан Слизерина, великий и неподражаемый Северус Снейп. Естественно, ни о каком доверии к зельевару и речи идти не могло. Какое нахрен доверие? Пусть Гарольд и затихал перед и во время визитов Снейпа в наши замки, но это ни разу нельзя было считать показателем. Тем не менее, мне нужна была помощь декана, и прямо сейчас я была готова воспользоваться своим родством с Гарольдом, чтобы оказать чуть больше влияния на неприступного профессора. С этой мыслью я покинула библиотеку.

***

      Я положила ладонь на дверную ручку, но замерла, услышав голоса. Вот это уже интересно. С кем Снейп может спорить на ночь глядя? Судя по голосу, это был Люциус Малфой. И он явно пытался что-то доказать.       - Ты же понимаешь, что происходит? Ты чувствуешь это? - голос Малфоя-старшего дрожал от напряжения. - Нам нужны... кадры. Подающие надежды. Ты знаешь, о ком я говорю, Северус.       - Ты несешь чепуху, Люциус, - процедил Снейп сквозь зубы. - Она еще ребенок.       - Тем не менее, девчонка обладает особенной силой, талантом, если хочешь. Не прикидывайся, что не заметил это, Северус...       Малфой сделал многозначительную паузу, а я затаила дыхание. Подслушивать - не хорошо, но только если не интересно. А мне сейчас было ой, как интересно, о чем спорят мужчины. Вдруг это можно было бы использовать, чтобы убедить Снейпа давать мне дополнительные уроки? Тем временем, Малфой продолжил:       - Из нее получилась бы отличная союзница. Ему она пришлась бы по вкусу. Пылкая, расчетливая, сильная, да еще и из такого рода... Ты сам знаешь, насколько Он ценит эти качества. Особенно если вспомнить Его отношения с ее матерью.       Сердце слишком громко стукнулось о ребра. Я с трудом подавила желание тотчас сбежать - на всякий случай, пока не узнала слишком много. Шестое чувство подсказывало, что дело дрянь, и мне самой бы хотелось знать, почему. Почему мой организм внезапно ощутил страх? Я помотала головой. Чушь какая-то!       - Я... помню эту историю, - медленно произнес Снейп. - Мне придется согласиться с твоими доводами на счет некоторой специфики ее характера и силы, но все же я полагаю, что она еще слишком юна для того, чтобы примкнуть к Нему.       - Я точно знаю, что Он скоро возродится, Северус, - голос Малфоя-старшего снизился до благоговейного шепота. - И я не в том положении, чтобы ждать. Мне нужно доказать свою пользу, понимаешь? И я уверен, что наша талантливая прелестница сможет мне в этом помочь.       - Каким образом? - холодно поинтересовался Снейп. - И с чего ты взял, что Он в скором времени собирается возродиться? В последние годы наступило затишье, и новых попыток никто не предпринимал.       Шаги Снейпа раздались совсем рядом с дверью, и я невольно отпрянула назад, чудом не издав ни единого звука. Не хотелось бы, чтобы меня спалили на подслушивании. Уж больно занимательный диалог. Чертовски занимательный. Но я бы не успела слиться со стеной, чтобы без последствий подслушивать дальше. Трусливое сердце предлагало отступить и свалить по-быстрому, но разум упрямо гнул свою линию и умолял остаться. Кто я такая, чтобы игнорировать здравый смысл во имя спасения собственной задницы?       - Я сделаю ее своей женщиной и через нее смогу усилить свои позиции. Я же вижу, как она смотрит на меня, - даже находясь за закрытыми дверьми, я явно почувствовала самодовольство Люциуса Малфоя и сразу вспомнила Драко. Да уж, яблочко от яблоньки упало крайне близко.       И все же... Что за студентка такая изумительная, раз на нее положил глаз влиятельный блондин, а Снейп ее защищает? И перед кем хочет выслужиться Малфой, раз даже такой человек, как он, аж дрожит?       - Хочу напомнить тебе, Люциус, что ты уже женат на Нарциссе, - если бы Снейп разговаривал таким тоном со мной, то я бы, наверное, умерла бы от обморожения. Даже холодок пробежал по спине.       - Не помню, чтобы Он запрещал своим верным слугам иметь сразу несколько женщин, - заметил Малфой-старший. - Ты должен помнить, что данная тема ни разу не поднималась, иначе мы бы оба...       - Можешь не продолжать, - небрежно заявил Снейп, а мне стало куда любопытнее, чем раньше. Если судить по словам Люциуса Малфоя, то времяпрепровождение у них было сильно далеко от благодетельного. Конечно, до меня доходили разные слухи об этой парочке, но лично я не засвидетельствовала ни одного прямого доказательства.       Ох, что за слухи ходили! Загляденье! Жестокость, сила и вседозволенность были постоянными спутниками Люциуса Малфоя. Я знала, что он часто заводит интрижки, подбирая себе симпатичных студенток-выпускниц Слизерина. Учитывая, насколько близко Снейп общался с Малфоями, раз даже стал крестным отцом Драко, было бы глупо предполагать, что он никак не был замешан в развлечениях дружка.       Возможно, поэтому Гарольд и недолюбливал Малфоя-старшего. Блондин с рождения купался в роскоши, был на короткой ноге с верхушкой магического мира и мог позволить себе почти все. Гарольд же был выходцем из семьи цыганского барона из Югославии, причём, насколько я помню, его деда выгнал из табора родной брат за связь с маглом. Мой папаша рос в бедности и сдох бы в нищете или сгнил в Азкабане, если бы моя мать не влюбилась в него и не приняла бы в семью.       Тем временем, Снейп продолжил. Теперь в его голосе ощущалось предвкушение расправы. Похоже, этот Малфой здорово надоел нашему декану.       - Однако... Помни о Беллатрисе. Она с большим наслаждением убьет тебя, если узнает, что ты настолько открыто изменил Нарциссе.       - Беллатриса в Азкабане. И она не станет убивать меня за интрижку на стороне. Иначе меня бы давно не было на свете.       Голос Малфоя звучал примерно так же, как декана, когда он приказал белобрысому аристократу "не продолжать". Люциус Малфой отмахивался от неизвестной Беллатрисы, как он назойливой мухи. Очень интересно, кто эта женщина, и почему она должна прикончить папашу Драко за интрижку. Да ещё и в Азкабане дни коротает. Наверняка неординарная личность.       - Разве ты говорил не о браке? - как мне показалось, Снейп задал вопрос для галочки, просто чтобы прояснить ситуацию. Я успела достаточно изучить декана Слизерина, чтобы понять - спрашивая у Малфоя про брак, у него и в мыслях не было, что ответ может быть положительным.       - Северус, ты же не думаешь, что я бы развелся с Нарциссой? Зачем? Чтобы поставить пятно на репутации чистокровной семьи? Нет, что ты. Но у этой девчонки тоже древний влиятельный род. Думаю, коллеги простят мне, если я вдруг не удержусь и решу воспитать в ней настоящую женщину...       Я тихо хмыкнула. О ком бы ни говорил Малфой-старший, этой несчастной точно несдобровать. Ей будет чертовски трудно удержаться от напора рокового красавца. Да, тут надо быть совсем непробиваемой. Уж насколько меня не интересовали всякие дурацкие воздыхания, грезы и сопли, регулярно наматываемые на кулак, но от взгляда белобрысого папаши Драко становилось не по себе. Его глаза цвета пасмурного неба смущали и заставляли краснеть, чего я принципиально не любила, и потому каждый приезд аристократа старалась находиться подальше. И все же во время официальных визитов его семейства в замок л'Амори сбегать не получалось.       Перед моими глазами предстал образ Люциуса Малфоя: тонкий профиль, мужественные черты лица, холодный взгляд, светлые, почти белые волосы, чувственный изгиб губ. А еще уверенность в каждом движении, длинные пальцы рук, явно атлетическая фигура... Да-а-а. Если такой мужчина решил тебя соблазнить, то нужно иметь стальные яйца, чтобы не поддаться уговорам. Я бы даже не пыталась, а сразу бы сдалась. Конечно, воспринимать всерьез Малфоя-старшего - это такая же глупость, как всерьез воспринимать его сына, но... Я неосознанно начала завидовать той неизвестной особе, на которую нацелился этот горячий блондин.       Хотелось бы мне завести такую интрижку, чтобы не париться на счет серьезных отношений. А что? Очень удобно: от учебы не отвлекает, эмоции тратить не надо, время тоже. Захотела удовлетворить тело - договорилась, приехала, получила все, что нужно, и уехала. Идеально!       Знала бы моя бедная матушка ход логики любимой дочери, то, наверное, стерла бы меня в порошок, а затем собрала бы его и слепила себе новую дочь. Девочки из таких семей, как л`Амори, обычно старались сохранить свою честь как можно дольше и выйти замуж "не порченой", как минимум, испортиться с тем, с кем собираешься создать семью. Мне такое положение дел претило.       Любовь и все подобные штучки только занимали драгоценное время, которое можно было бы провести с куда большей пользой. Столько разных вариантов, чем занять себя, и выбирать стоны и слезы по возлюбленному для меня было как-то глупо, что ли. Но и отказываться от удовольствий, которое могло принести тело, тоже не хотелось. Благо, в фамильном замке л`Амори было достаточно самых разных книг, из которых я подчерпнула и некоторую информацию о телесной чувственности. Да и с возрастом появились определенные желания.       К тому же... Вряд ли кто-нибудь смог бы меня полюбить, раз даже родной отец пытал, а мать делала вид, что ничего не замечает. Да и в школе меня скорее боялись и избегали, чем стремились к близкому знакомству. Для такой, как я, воплощение грез о взаимной любви и крепкой семье невозможно. Поэтому мечтать о таком я перестала еще лет в 15.       - Мне противно тебя слушать, Люциус, - голос Снейпа прервал мои мысли. Декан будто чеканил каждое слово, мысленно ставил точку после каждого. - Я не потерплю грязных игр на моем факультете.       - Хочешь помешать мне привести Ему новую соратницу, Северус? Не боишься, что Он может неправильно понять твои действия? - Малфой сделал паузу, а затем ядовито добавил: - Или, может, эта девчонка напомнила тебе ту рыжую грязнокровку, жену Поттера, и ты сам хотел ее соблазнить, а теперь боишься, что я тебя опережу?       Так, стоп. Рыжую грязнокровку? Какую еще рыжую грязнокровку? Жену Поттера? Гарри же еще мелкий, какая может быть жена? Или он про его мать, которую убил Волдеморт? Но тогда при чем здесь профессор Снейп? И... рыжая? У нас не так много рыжих на факультете... Я и... и еще четыре девочки, по одной на третьем и первом курсах и две на втором. Малфой решил в педофилы заделаться?       В Хогвартсе так-то были рыжие девчонки, просто именно на Слизерине нас было мало. Основную часть рыжих забрали к себе Гриффиндор и Пуффендуй. Возможно, речь бы шла о девочке с другого факультета, но здесь Снейп явно дал понять, что речь идет именно о Слизерине.       Мысль о педофилии Люциуса Малфоя была спасительной, но она не могла заглушить внутренний голос, который истошно вопил, что речь, скорее всего, идет обо мне. Зато эту мысль смог заглушить Малфой-старший, буквально вылетевший из кабинета. Я еле успела вжаться в стену и выставить руки вперед, чтобы дверь ударилась о них, а не вмазала мне по лбу. Черт! Не успей я вовремя, пришлось бы Снейпу волочить мое бездыханное тело в обитель мадам Помфри.       Малфой снес дверь, впечатался спиной в стену и тут же вскочил на ноги. Его красивое лицо исказила гримаса злобы, волосы растрепались. Мужчина направил палочку в сторону кабинета зельеварения и уже приоткрыл рот для того, чтобы произнести заклинание, но тут его взгляд зацепился за меня. Малфой мгновенно изменился в лице и легко улыбнулся. Отточенным движением, от которого многим девочкам со Слизерина становилось жарко, Малфой-старший поправил волосы и медленно опустил палочку.       Я вздрогнула и умоляюще замотала головой, приложив палец к губам. Малфой секунду смотрел на меня, а затем хитро подмигнул и направился к кабинету. Я вжалась в узкое пространство между стеной и дверью, надеясь, что Снейп не решит выйти в коридор. К счастью, зельевар только подошел ближе ко входу и уставился на Малфоя-старшего. Я видела бледный профиль декана через узкую щелку между досок двери.       - Северус, друг мой, прости, я перегнул палку, - мягко произнес Малфой. И дураку было понятно, что ни о каком искреннем раскаянии речи не шло, но Снейп все же смягчился. Подойдя к зельевару ближе, блондин добавил: - Но я не отступлюсь от своего стремления. Эта будущая женщина вызывает у меня интерес куда больший, чем другие студенты. Речь не только про... - Малфой стрельнул глазами в мою сторону и не стал продолжать.       - Решил проявить благородство, Люциус? - иронично спросил Снейп и приподнял бровь, но тут же вернул себе серьезное выражение лица. - Я тебе помешаю, можешь не сомневаться.       - Ты рассчитываешь быстрее меня завладеть ее сердцем, - понимающе кивнул Малфой. - Значит, это будет гонка на опережение. Если у тебя получится быстрее ее завоевать, я даже не буду слишком против такого расклада. Но приложу все силы, чтобы оказаться первым.       - Я стану единственным, - холодно ответил зельевар. - Ты прав, мисс л`Амори действительно похожа на Лили.       - Так и знал, - Малфой ухмыльнулся и похлопал Снейпа по плечу. - Что ж, думаю, мы договорились. Дальше пусть она сама решает. Так?       Декан кивнул и, смерив блондина задумчивым взглядом, захлопнул дверь кабинета. Коридор погрузился в тяжелую тишину. Люциус Малфой посмотрел на меня, вжавшуюся в стену и пытающуюся переварить то, что только что услышала, тепло улыбнулся и протянул раскрытую ладонь. В создавшейся ситуации молчаливое приглашение на прогулку нельзя было отвергнуть. Поэтому я вложила руку в ладонь Малфоя-старшего и позволила ему увести себя вглубь лабиринта темных коридоров Хогвартса.       - Ай... - тихо зашипела я, когда Малфой-старший сжал мою ладонь чуть сильнее. Сначала я не поняла, чего это вдруг у меня заболели руки, а потом вспомнила, как затормозила ими дверь кабинета Снейпа, и все встало на свои места.       - Дверь? - уточнил Малфой. Я кивнула. Тогда мужчина усадил меня на ближайшую скамью и взял мои руки в свои. Он хмуро провел пальцем по ладоням. - Я не медик, но немного смогу облегчить твою боль.       - Не стоит себя утруждать, мистер Малфой. Травма пустяковая.       - И все же... - мужчина на секунду оторвался от лицезрения моих пострадавших дланей и взглянул в глаза. - Все же, вы пострадали из-за меня. Лечение - меньшее, что я могу для вас сделать.       Малфой прошептал заклинание и провел над моими руками волшебной палочкой. пульсирующая боль из ладоней постепенно начала затихать, а вскоре совсем исчезла. Я завороженно смотрела на то, как мужчина ласково водит по моей коже пальцами, едва касаясь, и думала, что эта передряга, пожалуй, самая странная за мою жизнь. Никто, кроме домовичек, не заживлял мои раны. Никому из людей никогда не было дела до того, что я испытываю. Даже если речь шла о последствиях, которые возникали в организме из-за круциатуса.       Теплое отношение Малфоя ко мне находило отклик в душе. Я поймала себя на мысли о том, что мне хотелось бы испытывать такое почаще. Но произошедший между ним и Снейпом диалог перечеркивал все. Подумать только - Малфой собирается меня соблазнить! Но это меньшее из зол, ведь после свершившегося он планирует преподнести меня кому-то еще, кому-то явно могущественному и не совсем живому, если судить по диалогу с профессором.       Учитывая, что до начала учебного года из Азкабана сбежал соратник Волдеморта Сириус Блэк, сложить несколько фактов воедино и получить ответ - совсем простая задача. К тому же, благодаря своему возлюбленному семейству, я знала некоторые тайны о темном прошлом ряда людей. Например, о том, что Темному Лорду раньше служили и Малфой, и Снейп, и директор Дурмстранга Игорь Каркаров, с которым водил дружбу Гарольд. В создавшейся ситуации просто невозможно было представить какой-то другой вариант.       Происходящее не радовало. Вероятно, моей власти и знаний хватит на то, чтобы не допустить собственное падение на темную сторону. Но Люциус Малфой был чертовски неудобным противником, как, впрочем, и Снейп. Но если декан мог испортить мне только оставшийся год в Хогвартсе, блондин, благодаря связям, вполне мог разрушить мои мечты о вступлении в ряды мракоборцев. И это связывало мне руки.       И что теперь делать? Хотя, ответ на этот вопрос лежал на поверхности - ровным счетом ни-че-го. Пытаться строить планы и думать, как лучше поступить, пока ничего толком не произошло, - дурная и бессмысленная затея. К тому же, мне было крайне любопытно, что дальше предпримут Снейп и Малфой-старший. Очень любопытно.       - Думаю, мне пора вернуться в гостиную Слизерина, - я как можно мягче отстранилась от Малфоя-старшего и поднялась на ноги. - Скоро отбой, а студентам, как вы наверняка помните, запрещено разгуливать ночью по Хогвартсу.       - Конечно, - Малфой выдал очаровательнейшую улыбку и встал рядом со мной. Мне пришлось даже поднять голову, чтобы сохранить зрительный контакт. - Из юной крохи вы выросли в очаровательную леди. Надеюсь, что моя уверенность в беседе с вашим деканом не напугала вас. Мои намерения, пусть и не чисты, но кристально ясны, и скрывать я их не намерен. Вы нужны мне, mon cher, и как женщина, и как соратник. Потому я буду с нетерпением ждать нашей следующей встречи, мисс л'Амори.       А я нет. Но этот ответ остался только в мыслях. Вслух я, конечно, выдала что-то менее лаконичное и более дружелюбное, а затем поспешно ретировалась, пока Малфой не совершил какой-нибудь необдуманный шаг. Мало ли, что от него можно ожидать. Ситуация-то, мягко говоря, щекотливая.       Думать о случившемся не хотелось, уж лучше постараться все осмыслить на свежую голову, а не сейчас, когда мысли разбегаются в разные стороны. Ведь, по сути, диалог Снейпа и Малфоя больше походил на влажный сон девочки-подростка, чем на реальность. Поэтому ну его к черту, утром разберёмся.