Доктор Пингвин

В субботу Миша проснулся в семь утра. Это уже было плохим знаком. — Мам. Аня сонно приоткрыла глаза. — М-м? — А когда мы пойдём гулять? — Куда?.. — С доктолом Женей. Она окончательно проснулась. Точно. Вчера вечером Женя всё-таки написал. Коротко спросил, как Миша себя чувствует, а потом разговор перешёл на парк возле дома и уток. И теперь в два часа дня они должны были встретиться. Просто погулять. Совершенно обычная прогулка. Почему тогда Аня уже полчаса не могла выбрать свитер — хороший вопрос. — Мам, ты клалсивая. Она повернулась к Мише. — Это ты сейчас что задумал? — Ничего. Подозрительно невинный взгляд говорил об обратном. К двум часам май наконец стал похож на май. Тёплый ветер, солнце и зелёные деревья, которые только-только распустились. Женя уже ждал у входа в парк. Без халата, без больничной усталости и очередей за дверью кабинета он выглядел непривычно… обычным. И от этого ещё более привлекательным. Аня мысленно запретила себе продолжать эту мысль. — Пливет! — Миша сразу помчался к нему. — Привет, герой. Женя легко поймал его за капюшон прежде, чем тот влетел в лужу. — Осторожно. — Я видел уток! — Уже? — Ещё нет, но увижу. Женя тихо рассмеялся и перевёл взгляд на Аню. — Привет. — Привет. И почему-то это короткое слово прозвучало слишком мягко. Первые минут двадцать говорил в основном Миша. Про садик. Про мальчика Игоря, который ест пластилин. Про то, что пингвины вообще-то могут прыгать. Про выпускной в садике. — Мне дадут диплом! — гордо сообщил он. — Серьёзно? — удивился Женя. — Да. Потому что я уже большой. — Тогда поздравляю заранее. — А ты плидёшь? Аня чуть не подавилась воздухом. — Миша! — Что? — На выпускной нельзя приглашать всех подряд. — Почему? Я хочу. Миша совершенно искренне посмотрел на Женю, а тот неожиданно присел перед ним на корточки. — Это важное мероприятие? — Очень. — Тогда я подумаю. — Ула! — Миш, — устало сказала Аня. — Доктор Женя вообще-то работает. — Иногда у врачей бывают выходные, — заметил Женя, поднимаясь. И посмотрел на неё с лёгкой улыбкой. Как будто ему совсем не мешала эта ситуация. Как будто ему нравилось быть рядом с ними. От этой мысли у Ани опять опасно потеплело внутри. Они медленно шли по дорожке парка. Миша носился впереди, собирал палки, считал голубей и каждые пять минут прибегал обратно. — Он всегда такой активный? — спросил Женя. — Когда не болеет — да. Иногда мне кажется, у него встроенный мотор. — Это хорошо. — Даже когда он в шесть утра прыгает по дивану? — Особенно тогда. Аня тихо засмеялась. И вдруг поняла, насколько давно не разговаривала вот так — легко, спокойно, без напряжения. Не про работу. Не про счета. Не про лекарства и температуру. Просто разговаривала. Миша тем временем завис возле пруда. — Смотлите! Утка! — Вижу, — улыбнулся Женя. — А вон ещё! — Их тут целая банда. Миша довольно засмеялся. Аня остановилась чуть позади и вдруг поймала себя на странной картине. Женя стоял рядом с её сыном, что-то ему объясняя, а Миша смотрел на него снизу вверх с абсолютным доверием. Будто так и должно быть. Будто Женя давно часть их жизни. Эта мысль одновременно испугала и согрела. — О чём задумалась? — негромко спросил Женя, подходя ближе. Она вздрогнула. — Ни о чём. — Врёшь. Аня удивлённо посмотрела на него. — Ты всегда так уверенно это говоришь пациентам? — Только тем, кто явно о чём-то переживает. Она отвела взгляд. — Просто… Миша к тебе очень привязался. Несколько секунд Женя молчал. — А ты? Сердце предательски сбилось. Совсем чуть-чуть. Но достаточно. Аня быстро посмотрела вперёд, где Миша пытался разговаривать с утками. — Женя… — Извини. Рано. Он сказал это спокойно, без давления. Но от его тихого «рано» внутри стало ещё тревожнее. И почему-то совсем не хотелось, чтобы было поздно.