Живу, как Избранный

Кэти Белл всё ещё держали в больнице святого Мунго и выписывать пока не собирались, а значит, многообещающей команде гриффиндорцев, которую Гарри так старательно тренировал с самого сентября, не хватало одного охотника. Гарри всё откладывал поиски замены для Кэти в надежде на её возвращение, но матч против команды слизеринцев, первый матч сезона, неумолимо приближался, и в конце концов ему пришлось смириться с мыслью, что Кэти не успеет вернуться до игры. Гарри чувствовал, что не вынесет ещё одних полномасштабных отборочных испытаний, и однажды после урока Трансфигурации отвёл в сторонку Дина Томаса. Класс уже почти опустел, только под потолком ещё кружили несколько щебечущих жёлтеньких птичек — результат волшебства Гермионы; никому, кроме неё, не удалось сотворить даже пёрышка. — Тебя ещё интересует возможность сыграть за охотника? — Чего? А, ну да, ещё бы! — разволновался Дин. У него за спиной Симус Финниган с кислым видом запихивал учебники в сумку. Гарри ещё и потому не хотелось приглашать Дина на игру, что он знал — Симусу это не понравится. С другой стороны, нужно было в первую очередь думать о пользе для команды, а Дин на испытаниях летал лучше Симуса. — Тогда считай, что ты в игре, — сказал Гарри. — Тренировка сегодня в семь. — Понял, — сказал Дин. — Ура, Гарри! Ух ты, скорей расскажу Джинни! Он вылетел из комнаты. Гарри и Симус остались вдвоём. Момент был неловкий, и им не стало легче оттого, что одна из Гермиониных канареек, пролетая, какнула Симусу на голову. Не только Симус был недоволен выбором замены для Кэти. В гостиной гриффиндорцев многие ворчали, что Гарри взял в команду уже двух своих однокурсников. Гарри это не особенно беспокоило — за время учёбы ему случалось слышать о себе кое-что и похуже, но всё же такие разговоры сильно давили на психику. Матч со слизеринцами нужно было выиграть во что бы то ни стало. Гарри знал, что, если Гриффиндор выиграет, все тут же забудут свои критические настроения и будут готовы клясться, что всегда знали, какая у них великолепная команда. А вот если проиграет… Ну что же делать, невесело думал Гарри, ему приходилось слышать о себе кое-что и похуже… В тот вечер Гарри не пришлось пожалеть о своём выборе: Дин отлично сработался с Джинни и Демельзой. Загонщики, Пикс и Кут, с каждой тренировкой играли всё лучше и лучше. Единственной проблемой оставался Рон. — Я нечаянно, прости, Демельза, прости меня, пожалуйста! — кричал Рон ей в спину, пока она зигзагами спускалась на землю, вся в крови. — Я просто… — Распсиховался, — сердито закончила Джинни, приземляясь рядом с Демельзой и осматривая её распухшую губу. — Придурок ты, Рон, посмотри, в каком она состоянии! — Я сейчас поправлю! — выкрикнул Гарри. Он приземлился рядом с девочками, нацелил волшебную палочку в лицо Демельзе и сказал: — Эпискеи! А ты, Джинни, кончай обзывать Рона придурком, ты не капитан команды! — Ведь только капитаны могут оскорблять других игроков! — подняв вверх указательный палец, произнёс Сириус с улыбкой на губах. — Так ведь ты у нас очень занят, всё никак не соберёшься ему сказать, что он придурок, должен же кто-нибудь… — Джинни права, — заметил Сириус. — Рон ужасно играет. «Я вижу, но с Роном нужно помягче, я же знаю, как он сильно нервничает из-за предстоящего матча, и я как друг должен ему помочь, а не отругать его. Я так могу и без друга остаться, и без вратаря». — Все по мётлам, продолжаем! — воскликнул капитан. Уже после тренировки в раздевалке Гарри раздумывал, что же сказать команде. «Вообще-то эта была чуть ли не самая неудачная тренировка за всё время, и это в преддверии матча!» — Скажи им, что они отлично поработали! Гарри вздрогнул и быстро посмотрел вверх — над ним завис ухмыляющийся Сириус. — Я же правильно угадал твои мысли, Гарри? Знаешь, честность не лучшая политика. Лучше похвали их, и они уйдут довольные собой, а если скажешь им правду, то играть лучше от этого всё равно не станут. Но решать тебе, ты же капитан… Гриффиндорец кивнул головой и откашлялся, привлекая к себе внимание. Тут же все повернули головы в его сторону. — Отлично поработали, все молодцы! Я думаю, мы размажем слизеринцев по стенке! — воодушевил он игроков, и в результате охотники и загонщики ушли из раздевалки вполне довольные собой. — Я играл, как мешок с драконьим навозом, — глухо сказал Рон, когда за Джинни закрылась дверь. — И это правда! — донесся сверху голос Сириуса. — Поддержи его, Сохатик! Сейчас не время раскисать! — Ничего подобного, — твёрдо ответил Гарри. — Ты лучший вратарь из всех, кого я видел на отборочных испытаниях. У тебя единственная проблема — нервы. — Точно единственная? — усмехнулся Блэк. Гарри проигнорировал крёстного и без устали подбадривал Рона всю дорогу до школы, и к тому времени, как они поднялись на третий этаж, Рон самую чуточку повеселел. Но когда Гарри отвёл в сторону гобелен, чтобы, как обычно, подняться в башню Гриффиндора напрямик по потайной лестнице, они обнаружили перед собой Дина и Джинни, тесно обнявшихся и слившихся в неистовом поцелуе, как будто склеившихся друг с другом. «Я рад, что Джинни отвлеклась на кого-то другого…» — Эй! — раздался рядом с ним гневный возглас Рона. — Кажется, сейчас будет драка… — прокомментировал Блэк. Дин и Джинни отскочили друг от друга и оглянулись. — Что тебе? — спросила Джинни, нахмурившись. — Я не желаю, чтобы моя родная сестра лизалась с парнем прямо при всех! — заявил покрасневший от гнева Рон. — Между прочим, в коридоре было пусто, пока вы сюда не влезли! — сказала Джинни. — Верно подмечено, — прокомментировал Сириус. — А Рону всё не так, сам не целуется и другим не даёт. «А Дин выглядит смущённым! Ну ещё бы! Я бы и сам разнервничался, если бы у Гермионы был брат и он бы нас так застал». Дин трусливо улыбнулся Гарри, и тот ободряюще улыбнулся ему в ответ. «Не дрейфь! Если Джинни тебе действительно нравится, то мы с Гермионой тебя поддержим». — Э-э… пошли, Джинни, — пробормотал Дин, — давай вернёмся в гостиную… — Ты иди, — ответила Джинни. — А я скажу пару ласковых слов моему дорогому братцу! — Будет драка, — резюмировал Сириус. «Надеюсь, что нет, не хочется мне попасть под Летучемышиный сглаз, которым Джинни в совершенстве владеет!» Дин, явно радуясь возможности уклониться от скандала, быстро сбежал, а Гарри с завистью посмотрел ему в след. — Так, — сказала Джинни, отбросив с лица длинные рыжие волосы и гневно глядя на брата, — давай-ка, Рон, договоримся раз и навсегда: тебя не касается, с кем я встречаюсь и чем я с ними занимаюсь… — Нет, касается! — Рон разозлился не меньше неё. — Думаешь, мне хочется, чтобы в школе говорили, что у меня сестра… «Ну-ну, Рон! Они же, в конце концов, только целовались…» — Кто?! — завопила Джинни, выхватывая волшебную палочку. — Ну, говори — кто? — Я бы на его месте ничего не говорил… — протянул Блэк. — Джинни, он ничего такого не хотел сказать, — встрял Гарри, пока Рон не заработал Летучемышиный сглаз. — Нет, хотел! — сказала она, сверкнув глазами на Гарри. — Только потому, что сам ни разу в жизни ни с кем не целовался, потому что никто не станет с ним целоваться, кроме нашей тётушки Мюриэль… «Ну почему же… Лаванда уже заинтересовалась. Нужно только Рона подтолкнуть в нужном направлении…» — Да замолчи ты! — заорал Рон. Он был уже не красным, а бордовым. — Не замолчу! — вне себя от злости кричала Джинни. — Я видела, как ты пялишься на Флегму, всё надеешься на поцелуй в щёчку, смотреть противно! Пошёл бы да сам с кем-нибудь полизался, тогда хоть не будешь так переживать, что все остальные это делают! — Отличный совет, Джинни! — похвалил Сириус. — Давай, Рон, поблагодари сестру, и пойдём искать мисс Браун… Рон тоже выхватил волшебную палочку; Гарри быстро встал между ними. — Много ты понимаешь! — вопил Рон, пытаясь прицелиться в Джинни из-под подмышки Гарри, который заслонил от него Джинни, широко расставив руки. — Если я не занимаюсь этим на публике… Джинни пронзительно захохотала и попыталась оттолкнуть Гарри в сторону. — С кем же это ты целовался, со своим Сычиком? Или, может, у тебя под подушкой хранится фотография тётушки Мюриэль? — Во даёт! — Сириус засмеялся. «Хорошо хоть она не упомянула Коросту, а то было бы совсем уж неловко…» — Ах ты… Струя оражневого света ударила из-под левой руки Гарри и чуть-чуть промахнулась мимо Джинни. Гарри прижал Рона к стене: — Слушай, не дури… — Гарри с Гермионой встречаются! — выкрикнула Джинни, чуть не плача. — Один ты, Рон, ведёшь себя так, будто целоваться — это какая-то гадость, а всё потому, что опыта у тебя, как у одиннадцатилетнего! — С этими словами она кинулась прочь. — А у меня в одиннадцать, между прочим, уже был большой опыт! — возмутился Сириус. Гарри отпустил Рона; лицо у того было, как у человека, готового совершить убийство. Они стояли, тяжело дыша, и тут из-за угла показалась Миссис Норрис, кошка смотрителя Филча. Её появление разрядило атмосферу. — Пошли отсюда, — сказал Гарри. — Пока Филч не поделился с нами своим опытом… — засмеялся Блэк. За углом уже раздавались шаркающие шаги школьного смотрителя. Рон и Гарри бегом взбежали по лестнице и помчались по коридору восьмого этажа. — Кыш с дороги! — рявкнул Рон на какую-то малявку. Девочка подпрыгнула от испуга и выронила бутыль с жабьей икрой. «Не нужно сгонять нервы на других!» Гарри починил бутыль и протянул её девочке, та не поблагодарила и недовольно посмотрела на него, словно это он на неё рявкнул, а не Рон. «Ладно, неблагодарная девочка, я вижу, что ты со Слизерина и уже, возможно, меня ненавидишь, но я всё-таки помогу тебе и убрать эту жабью икру». — Сразу видно, что девочка со Слизерина — ни «спасибо», ни «пожалуйста», — хмыкнул Блэк. — Гарри! — недовольно позвал Рон. — Иду! — буркнул Поттер и тут же, развернувшись, направился к другу, спиной продолжая чувствовать неприязненный взгляд девчонки.

***

Гарри долго лежал без сна, уставившись на полог над кроватью. «Мне так хочется выиграть матч со Слизерином. Это же мой первый матч в должности капитана, и я не хочу опозориться. Я хочу победить хорька в квиддич, раз уж не получается доказать свои подозрения против него. Ну почему мне никто не верит? Я уверен, что Волдеморту плевать, сколько ему лет. Главное, чтобы кто-то ответил за промах Люциуса в Министерстве, и это будет в назидание остальным. «Не справитесь, за вас будут отдуваться ваши дети», — это же как раз в стиле Волдеморта. Дамблдор же говорил, что у него никогда не было друзей, только приспешники. Ну да ладно, Малфой пока подождёт, а мне нужно придумать, что же делать с Роном. Если он будет играть, как на последней тренировке, шансов на победу у нас совсем мало… Если бы можно было хоть как-нибудь добиться, чтобы он взял себя в руки… Чтобы он сыграл в полную силу своих возможностей… Хоть что-нибудь, чтобы ему выпал по-настоящему удачный день… Удачный! Да! Феликс! Настал твой выход!» Завтрак следующим утром, как всегда в день матча, проходил бурно. Как только кто-нибудь из гриффиндорской команды появлялся в Большом зале, слизеринцы начинали громко свистеть и улюлюкать. Гарри бросил взгляд на потолок и увидел ясное голубое небо — хороший знак. Гриффиндорцы в красном с золотом встретили Гарри и Рона дружными приветственными криками. Поттер, улыбнувшись до ушей, помахал рукой. Уизли через силу скривил лицо и покачал головой. — Держись, Рон! — крикнула ему Лаванда. — Я знаю, ты сыграешь блестяще! Рон не реагировал. «Молодец, Лаванда!» — Я полностью согласна с Лавандой! — вклинилась Гермиона. — Я уверена, что вы сыграете блестяще! Хочешь гренку, Рон? Рон хмуро надкусил гренок. — Чаю? — предложил ему Гарри. — Кофе? Тыквенного сока? — Всё равно, — угрюмо ответил Рон. «Тогда, пожалуй, держи тыквенный сок, надеюсь, что Гермиона сделает всё как нужно. Я не стал предупреждать её заранее, а то у неё актёрское мастерство оставляет желать лучшего». — Что это ты задумал? — прищурившись спросил Сириус, следя за манипуляциями крестника. — Держи, Рон. Выпей, — сказал Гарри, пододвигая другу стакан тыквенного сока. Уизли поднёс стакан к губам, но тут вдруг Гермиона резко сказала: — Рон, не пей! «Есть! Она заметила!» Гарри и Рон оглянулись на неё. — С чего это? — спросил рыжеволосый. Гермиона смотрела на Гарри, словно не верила своим глазам. — Ты что-то добавил в стакан! — А по-моему, не добавил… — усмехнулся Блэк. — Что ты сказала? — спросил Гарри, делая удивлённое лицо. — Что слышал! Я видела, ты что-то подлил в сок. Пузырёк и сейчас ещё у тебя в руке! — Не понимаю, о чём ты говоришь, — буркнул Гарри и быстро сунул флакончик в карман. «Ну же, Рон! Теперь выбор за тобой!» — Рон, я тебя предупреждаю, не пей! — повторила Гермиона в тревоге, но Рон схватил свой стакан и залпом проглотил сок со словами: — Нечего тут командовать, Гермиона! «Есть! Гермиона сделала то, что должна была!» Гермиона смотрела на них, потрясённая до глубины души. Наклонившись к уху Гарри, она зашипела: — Тебя за такие дела надо бы исключить! Не ожидала от тебя, Гарри! «Шипит, как змея! Может, ей на парселтанге ответить?» — Кто бы говорил, — шепнул он в ответ. — Давно ни к кому не применяла заклятие Конфундус? «Как тебе такое?» — Ну, знаешь ли, Гарри! — сердито произнесла Гермиона и резко поднявшись зашагала прочь. — План, конечно, хорош, но кое-чего ты не учёл, Гарри… — прокомментировал крёстный, смотря вслед уходящей Гермионе. «Ну да! Попал я в переделку, но надеюсь, что в конце Гермиона всё поймёт! Хотя она никогда не понимала, какая важная вещь — квиддич, но надеюсь, что она быстро отойдёт!» Гарри оглянулся на Рона — тот облизывал губы. «Хороший знак». — Уже почти пора, — подмигнул ему Гарри. Заиндевевшая трава похрустывала под ногами, когда они шли на стадион. — Удачная сегодня погода, правда? — сказал Гарри. — Ага, — отозвался Рон. Он был бледен и, похоже, его подташнивало. Джинни и Демельза дожидались в раздевалке, уже одетые в спортивные мантии. — Погодные условия идеальные, — сказала Джинни, не глядя на Рона. — Представьте себе, слизеринский охотник Вейзи вчера на тренировке получил бладжером по голове и теперь не может играть! А ещё того лучше — Малфой тоже заболел! — Что?! — Гарри круто повернулся, уставившись на неё. — Заболел? Что с ним такое? «Как это он заболел? Я собрался его разгромить на поле, а он заболел… Что-то тут нечисто. Раньше его интересовал квиддич, а теперь заболел… И домашку перестал делать… Нужно расспросить Северуса, неужели он не заметил изменений у своего слизеринского принца?» — Пойдём проведывать? — сухо спросил Блэк. — Понятия не имею, но для нас-то это здорово, — радостно ответила Джинни. — Вместо него выпустят Харпера, он на том же курсе, что и я, полный идиот. «Словно Малфой блещёт умом! Хотя если он хуже хорька, то я надеюсь, что он сможет хоть найти квиддичное поле». Гарри рассеянно улыбнулся в ответ, натягивая через голову красную мантию. «Однажды Малфой уже притворялся, будто не может играть из-за травмы, но в тот раз он добился того, чтобы матч перенесли на более удобное для слизеринцев время. Что же теперь он хочет провернуть, пока все пошли на матч?» — Странно как-то, правда? — тихо спросил Гарри Рона. — То, что Малфой не играет? — Гарри, слизеринцы тоже болеют… — Сириус закатил глаза. — Ну, давай его проведаем после матча, если ты за него так переживаешь. — Я бы сказал, удачно, — слегка оживился Рон. — И Вейзи не будет, он у них лучший бомбардир. Я и не надеялся… Эй! — воскликнул он вдруг и замер, не натянув до конца вратарские перчатки и вытаращив глаза на Гарри. — Что? — Я… ты… — Рон понизил голос; вид у него был одновременно испуганный и взбудораженный. — Мой стакан… Тыквенный сок… Ты же… Не может быть?! — А Рон не шибко умный… — Сириус тяжело вздохнул. Гарри поднял брови, но сказал только: — Обувайся живее, через пять минут начинаем. Они вышли на поле под оглушительный рёв трибун и свистки болельщиков команды противника. Одна половина стадиона была красной с золотом, другая — сплошь зелёное с серебром. Многие пуффендуйцы и когтевранцы тоже болели за ту или другую команду. Среди воплей и хлопков Гарри ясно различил рычание знаменитой шляпы Полумны Лавгуд в виде львиной головы. Гарри подошёл к судье матча, мадам Трюк. Она стояла на поле, готовая выпустить мячи из ящика. — Капитаны, пожмите друг другу руки, — сказала она, и пальцы Гарри хрустнули в мощной лапе Урхарта, нового капитана слизеринцев. — Все на мётлы! По свистку… три… два… один… «Пальцы вроде не сломаны, и на том спасибо». Прозвучал свисток. Гарри и другие игроки с силой оттолкнулись от мёрзлой земли и взвились в воздух. Гарри кружил над стадионом, выискивая снитч и заодно приглядывал за Харпером, который выписывал зигзаги далеко внизу. И вдруг раздался голос, настолько непохожий на привычный голос их бессменного комментатора, что это просто резало слух. — Ну вот, игра началась, и, я думаю, нас всех удивил состав команды, которую Поттер собрал в этом году. Многие считали, что Рональд Уизли не войдёт в команду, учитывая его крайне неровные выступления в качестве вратаря в прошлом сезоне, но, конечно, тут сыграла свою роль давняя дружба с капитаном… «Кто это там такой умный?!» Слизеринская половина трибун встретила эти слова издевательскими выкриками и аплодисментами. Гарри вытянул шею, стараясь рассмотреть комментаторскую площадку. Там стоял высокий худой светловолосый мальчик со вздёрнутым носом и говорил в магический рупор, ещё недавно принадлежавший Ли Джордану. «Это же Захария Смит! С квиддичем не срослось, и он ушёл в комментаторы? Как он мог вообще оказаться в Пуффендуе? Он такой противный, что ему самое место на Слизерине с остальными змеями». — А вот и первая атака слизеринцев, Урхарт мчится через поле и… У Гарри ёкнуло под ложечкой. «Давай, Рон!» — Уизли берёт мяч. Что ж, должно же ему когда-нибудь повезти… «Ужасный комментатор! Профессор, дайте ему подзатыльник!» Через полчаса после начала игры Гриффиндор вёл в счёте: шестьдесят — ноль. Рон несколько раз красиво брал голы, иногда дотягиваясь до мяча самыми кончиками пальцев, а Джинни забила четыре гола из шести. После этого Захария перестал громко спрашивать, не присутствуют ли брат и сестра Уизли в команде только благодаря своей дружбе с Поттером, зато теперь он взялся за Пикса и Кута. — Разумеется, у Кута не самое подходящее телосложение для загонщика, — свысока заметил Захария, — как правило, у них мускулатура более развита… — Врежь ему бладжером! — крикнул Куту Гарри, пролетая мимо, но Кут, широко улыбаясь, направил очередной бладжер в Харпера, который только что разминулся с Гарри. Гарри с удовольствием услышал глухой удар, говоривший о том, что бладжер попал в цель. Можно было подумать, что гриффиндорцы сегодня просто не могут сделать ни одной ошибки. Снова и снова они забивали, а на противоположной стороне поля Рон снова и снова легко и как будто без усилий брал мячи. Теперь и он начал улыбаться, а когда толпа встретила особенно эффектный его бросок хоровым исполнением любимой старой песенки: «Рональд Уизли — наш король», он сделал вид, что дирижирует, зависнув в воздухе. — Гарри, осторожно! — предупредил Сириус и прошёл сквозь подлетевшего к нему незаметно Харпера. Слизеринский ловец дёрнулся от холода и недобро посмотрел на гриффиндорского капитана. «Он намеревался меня толкнуть! Спасибо, Сириус!» — Воображает о себе невесть что, — ехидно пробормотал слизеринский ловец. — Твой дружок, предатель чистокровных… — Иди снитч поищи, знаешь, такой золотой мячик с крылышками… — Гарри с улыбкой для наглядности помахал руками. — Или тебе картинку нарисовать? — Да пошёл ты, — скривился Харпер. — И тебе того же! — крикнул ему в спину Гарри. — А Рон сегодня в ударе, он действительно хорошо играет, ты помог ему поверить в себя… — прокомментировал крёстный. — По-моему, Харпер из команды Слизерина заметил снитч! — сказал Захария Смит в мегафон. — Да, он определённо что-то увидел, пока Поттер хлопает ушами! «Он действительно увидел снитч! Вот чёрт!» Высоко над ними яркой искоркой на фоне чистого голубого неба стремительно летел снитч. Гарри поддал ходу. Ветер засвистел в ушах, заглушая комментарии Смита и вопли толпы на трибунах, но всё-таки Харпер опережал его, а преимущество Гриффиндора составляло пока всего лишь сотню очков. Если Харпер успеет первым, Гриффиндор проиграет… Харперу оставалось до снитча каких-нибудь несколько футов, он уже протянул руку… — Эй, Харпер! — заорал в отчаянии Гарри. — Сколько Малфой тебе заплатил, чтобы ты сыграл вместо него? Харпер словно споткнулся в воздухе; снитч проскочил у него между пальцами, Гарри рванулся вперёд и схватил крохотный крылатый мячик. — ЕСТЬ! — завопил Гарри. — Молодец! — прокричал Сириус. «Сработало! А я наобум ляпнул. Неужели Малфой ему действительно заплатил?» Сделав разворот, Гарри устремился к земле, держа снитч в высоко поднятой руке. Когда зрители осознали, что произошло, их рёв почти заглушил финальный свисток. — Джинни, ты куда? — крикнул Гарри, на которого набросилась с объятиями вся команда, не дав ему спуститься на землю. Но Джинни пролетела мимо и с жутким треском врезалась в площадку комментатора. Под визг и хохот толпы команда гриффиндорцев приземлилась возле кучи досок, под которыми слабо барахтался Захария Смит. Гарри слышал, как Джинни преспокойно объясняет разгневанной МакГонагалл: — Извините, профессор, забыла затормозить. — Молодец, Джинни, и комментатор своё получил, — ехидно прокомментировал Блэк. Задыхаясь от смеха, Гарри хлопнул по плечу ликующего Рона. Всякие внутренние распри были забыты, команда Гриффиндора ушла с поля в обнимку, радостно потрясая в воздухе кулаками и махая своим болельщикам. В раздевалке царила приподнятая атмосфера. — Будем праздновать в гостиной, Симус мне сказал! — вопил Дин, не находя себе места от избытка чувств. — Пошли, Джинни, Демельза! — Молодец, Гарри! Ты отличный капитан! Гарри посмотрел вверх и увидел довольное лицо крёстного отца. — Вот видишь, Гарри, команду нужно хвалить! — Сириус подмигнул ему. «Это точно!» Рон и Гарри задержались позже других. Они уже собирались уходить, когда в раздевалку вошла Гермиона. Она нервно теребила гриффиндорский шарф, вид у неё был расстроенный, но решительный. «Всё-таки пришла поздравить!» — Гарри, мне нужно с тобой поговорить. — Она глубоко вздохнула. — Зря ты так поступил. Ты же слышал, что сказал Слизнорт, это незаконно. «Значит, всё-таки не поздравить…» — И что ты сделаешь — донесёшь на нас? — с вызовом поинтересовался Рон. — Ребята, вы о чём? — улыбаясь, спросил Гарри. — Ты прекрасно знаешь, о чём! — пронзительно вскрикнула Гермиона. — Ты за завтраком добавил Рону в стакан зелье, приносящее удачу! «Феликс Фелицис»! — Не-а, не добавлял, — Гарри покачал головой. — Нет, ты добавил, Гарри, поэтому всё и шло так замечательно, и у слизеринцев двое игроков заболели, и Рон брал все мячи! — воскликнула Гермиона. — Ничего я туда не наливал! — сказал Гарри, улыбаясь во весь рот. Он сунул руку в карман и достал флакончик, который Гермиона видела у него утром. Флакончик был полон золотистой жидкости, и залитая воском пробка была нетронута. — Я хотел, чтобы Рон подумал, будто я так сделал, вот я и притворился, когда увидел, что ты подходишь. — Он посмотрел на Рона. — Ты брал все мячи, потому что был уверен в своей удаче. А на самом деле ты всё сделал сам! Гарри снова спрятал флакончик в карман. — На самом деле я пил простой тыквенный сок? — спросил ошеломлённый Рон. — А как же хорошая погода… И Вейзи не смог играть… Ты правда не давал мне никакого зелья? Гарри покачал головой. Рон смотрел на него разинув рот, потом повернулся к Гермионе и передразнил: — «Ты за завтраком добавил Рону в стакан "Феликс Фелицис", потому он и брал все мячи!» Видишь, я и без посторонней помощи умею брать мячи! — Я не говорила, что не умеешь… Рон, ты же и сам думал, что выпил его! Но Рон уже шагал к двери, вскинув метлу на плечо. «Не совсем такого эффекта я ожидал». — Э-э… — сказал Гарри в наступившей тишине. — Ну что, пойдём на праздник, что ли? — Иди! — сказала Гермиона, смаргивая слёзы. — Почему ты мне сразу не сказал, что планируешь подобное? Я бы тогда всю игру не переживала, что ты нарушил правила, а теперь и перед Роном я опростоволосилась. Он и так недоволен из-за того, что мы идём к Слизнорту на вечеринку. Так теперь он ещё и из-за квиддича на меня будет злиться. Спасибо, Гарри! И она тоже выскочила из раздевалки. «Я так беспокоился из-за квиддича, что совсем забыл про её чувства… Вот же я идиот! Ну ничего, я ей дам время, а потом пойду мириться». — Я же говорил, что план отличный, но ты не учёл один момент — чувства Гермионы, — нарушил тишину крёстный. — Но я думал, что она в конце концов всё поймёт… — сокрушённо произнёс крестник. — Нужно было ей рассказать, — твёрдо произнёс Сириус. — Она бы тогда так хорошо не сыграла, и Рон мог бы не поверить… — Гермиона, она очень совестливая… А Рон не шибко умный, так что всё бы получилось. — После того, как Гермиона применила Конфундус к Маклаггену, я думал, что она всё поймёт… — тяжело вздохнул гриффиндорец. — То совсем другое, испытания были отборочные. Да и Рон тогда хорошо себя показал. Гарри медленно побрёл к замку. Из толпы его окликали, поздравляли, но он шёл с ощущением ужасного провала. Гарри не увидел Гермионы в гостиной. Когда он вошёл, празднование было в самом разгаре. Его встретили новым взрывом приветствий и аплодисментов. Скоро Гарри обступила толпа гриффиндорцев, наперебой поздравлявших его. Гарри хотел пойти поискать Гермиону, но для этого нужно было сперва отвязаться от братьев Криви, требовавших немедленного подробного разбора сегодняшней игры, и от группы девчонок, неустанно хлопавших ресницами и громко смеявшихся самым несмешным его репликам. Наконец он кое-как вырвался от Ромильды Вейн, которая весьма прозрачно намекала, что не прочь пойти с ним на рождественский вечер к Слизнорту. Пытаясь прошмыгнуть к столу с напитками, Гарри столкнулся с Джинни. На плече у неё сидел карликовый пушистик Арнольд, у ног с надеждой мяукал Живоглот. — Ищешь Рона? — спросила она, злорадно усмехаясь. — Вон он, гнусный лицемер. «Вообще-то мне нужна Гермиона…» Гарри посмотрел, куда она показывала. В углу, на виду у всей комнаты, стояли Рон и Лаванда Браун. Они так плотно сплелись в объятиях, что трудно было сказать, где чьи руки. — Молодец, Рон! Наконец-то поверил в себя! — Сириус пару раз хлопнул в ладоши. — Теперь он отцепится от Джинни, да и от вас с Гермионой. Кстати, а где же она? Может, ты пойдёшь её искать? Я думаю, что ты должен перед ней извиниться. «Должен. Но вот где же она?» — Он как будто съесть её хочет, правда? — бесстрастно заметила Джинни. — Ну, наверное, ему нужно на ком-то отрабатывать технику. Хорошо сыграли сегодня, Гарри. — Она похлопала его по руке и пошла к столу взять себе ещё сливочного пива. Живоглот трусцой следовал за ней, не сводя жёлтых глаз с Арнольда. «Где же твоя хозяйка, Живоглот?» Гарри отвернулся от Рона, явно не собиравшегося в ближайшее время выныривать на поверхность, и успел увидеть, как закрылся проём в стене. Со сжавшимся сердцем он заметил, как в проёме метнулось и исчезло что-то очень похожее на непослушную гриву каштановых волос. Гарри бросился вперёд, вильнул в сторону, обходя Ромильду Вейн, и распахнул портрет Полной Дамы. В коридоре никого не было видно. — Гермиона? Он нашёл её в первой же незапертой классной комнате. Гермиона сидела на учительском столе, совсем одна, только над головой у неё кружила стайка щебечущих жёлтеньких птичек, которых она, по-видимому, только что создала прямо из воздуха. «Вау! Даже расстроенная, Гермиона всё равно чётко выполняет заклинания». — Я упражняюсь, оставь меня… — сказала она ломким голосом. — Они… э-э… здорово у тебя получаются, — сказал Гарри. — Согласен, птички получились просто отличными, и была бы здесь МакГонагалл, то подкинула бы баллов Гриффиндору, но пора бы, Гарри, и извиниться… — серьёзно произнёс Сириус. — А Рон там с Лавандой… Видела? — ляпнул Гарри. — Да только слепой их не видел, — тяжело вздохнул Блэк. — К делу, Гарри. Дверь у них за спиной с грохотом открылась, и в класс вошёл Рон. Он со смехом тянул за руку Лаванду. «Чёрт! Принесла нелёгкая! Вам и в общей гостиной вроде было комфортно!» — О, — сказал он, резко остановившись при виде Гарри и Гермионы. — Ой-ой! Здесь уже занято! — сказала Лаванда и, хихикая, выскочила из комнаты. Дверь за ней захлопнулась. Наступила жуткая, давящая тишина. Гермиона смотрела в упор на Рона. Рон старательно отводил от неё глаза, но сказал со странной смесью смущения и бравады: — Привет, Гарри! А я всё думал, куда ты запропастился. Гермиона соскользнула со стола. Стайка золотистых птичек по-прежнему порхала у неё вокруг головы, словно странная оперённая модель Солнечной системы. — Напрасно ты заставляешь Лаванду ждать в коридоре, — тихо проговорила Гермиона. — Девушка будет удивляться, куда это ты подевался. Рон не говоря больше ни слова, вышел. Гермиона тоже медленно пошла к двери, держась очень прямо. Гарри удержал девушку за руку. — Гермиона, прости меня, я был дураком, успех на поле затмил мне глаза… — Гарри развернул подругу к себе, пытаясь заглянуть ей в глаза. — Просто твои актёрские способности не самые лучшие, и я боялся, что Рон может тебе не поверить… — Зря ты это сказал, — пробормотал Сириус, прикрыв глаза ладонью. — Ах вот, значит, как! — воскликнула Гермиона и тут же выдернула свою руку. — У меня, значит, плохие актёрские способности?! Ну так иди к Ромильде Вейн, у неё с этим всё в порядке! — Она зло уставилась на гриффиндорца, а потом быстро вытащила волшебную палочку. Гарри в ужасе отшатнулся. «Только не Летучемышиный сглаз!» — Оппуньо! — выкрикнула Гермиона, направив на него свою волшебную палочку. Жёлтенькие птички ринулись к нему, словно толстенькие золотые пульки. — Твою мать! — в ужасе воскликнул Гарри и закрыл лицо руками, но птички набросились на него, клевали и рвали коготками везде, где только могли достать. — Гермиона! — завопил он. Девушка в ужасе прикрыла рот ладонью, только сейчас осознав, что же она наделала, а затем быстро взмахнула палочкой и птички исчезли. Гарри медленно убрал руки, всё ещё опасаясь нападения, и увидел перед собой застывшую в ужасе подругу, по её лицу текли слёзы. — Я не… — Староста замотала головой, а потом в порыве отчаяния дёрнула дверь и выскочила в коридор. — Гермиона! — только и успел выкрикнуть гриффиндорец, как дверь снова закрылась. — Мда, Гарри… — пробормотал крёстный, рассматривая кровоточащие раны на руках крестника. — Они тебя обклевали, как свежий батон… — Спасибо за сравнение… — скривился гриффиндорец, руки которого нещадно саднили. — Не умеешь ты просить прощения, — покачал головой Сириус. — Нужно было просто извиниться, а не говорить про плохую актёрскую игру… — А она хорошо поступила? — Гарри вытянул вперёд свои истерзанные руки и тут же скривился от боли. — Гермиона тоже была не права, но видно было, что она не ожидала, что птички будут такими свирепыми, и тут же отменила заклинание, — заметил крёстный. — Иди к Снейпу, пускай тебя полечит и заодно поучит, как нужно просить прощения, если сам научился, конечно. — Может, лучше к мадам Помфри? — задумчиво произнёс крестник. — Хочешь заодно проведать Малфоя в Больничном крыле? — усмехнулся Блэк. «Только не это! Даже если он действительно в Больничном крыле, в чём я, собственно, сомневаюсь, проверять не буду. Пойду к Снейпу, так надёжнее, надеюсь, что шрамов не останется».