Живу, как Избранный

Гарри, застонав, засунул кровоточащие руки в карманы мантии и со злостью ударил по двери ногой. Двери распахнулись и ударились об стену, он и не подумал их закрыть, угрюмо направился в сторону Подземелья. Сириус, тяжело вздохнув, полетел следом за крестником. Гриффиндорец открыл двери апартаментов и тут же устремился в гостиную. Она была пустой. — Когда Снейп нужен, то его нигде нет, а когда не нужен, то он чуть ли не с потолка появляется, — недовольно пробормотал Блэк. — И как это у него получается? «Я надеюсь, что он в лаборатории, иначе придётся тащиться к мадам Помфри…» Гарри встал перед дверью, ведущей в лабораторию, и начал осторожно вытаскивать руку из кармана. — А ногой не хочешь открыть? — ехидно заметил Сириус. «Чтобы я потом неделю не смог сидеть…» Гарри охнул от боли и надавил на ручку двери. Внизу слышался шум. «Фух! Северус здесь! Сейчас он мне поможет. Вот бы ещё шрамов не осталось. Мне и одного будет достаточно!» — Папа! — позвал Гарри, осторожно спускаясь вниз, держась за перила винтовой лестницы. Снейп как раз стоял над котлом, из которого шёл серебристый пар, и тут же обернулся на зов. — Гарри? — удивлённо произнёс отец. — Что-то случилось? Я думал, что ты будешь праздновать… — он осёкся, увидев руку сына. — Кто это сделал?! — гневно воскликнул Снейп, тут же взметнув мантией, и чуть ли не бегом поднялся к гриффиндорцу. — Какая прыть! — восхитился Блэк. Северус бережно взял руку сына и внимательно осмотрел полученные травмы. — Кто это сделал?! — сурово повторил отец, внимательно смотря на сына. — Гермиона… — тихо пробормотал подросток и опустил голову. — Гермиона? — удивлённо переспросил Снейп. — Не помню, чтобы у неё были такие острые ногти… — Это не совсем она, а её птички… — не поднимая головы, сообщил гриффиндорец. — И что же ты натворил? — тут же нахмурившись, спросил отец. Сириус рассмеялся своим лающим смехом. — С чего ты взял, что я что-то натворил? — возмущённо воскликнул Гарри, тут же подняв голову. — Твоя опущенная голова говорила сама за себя, — произнёс Снейп. — Ладно, поднимайся наверх, я сейчас возьму всё необходимое. Гарри тяжело вздохнул и, развернувшись, пошёл обратно. Снейп тем временем вытащил волшебную палочку, одним взмахом заставил зелье исчезнуть из котла и начал спускаться обратно. Сириус посмотрел на удаляющуюся спину крестника, но всё же любопытство взяло верх, и он поплыл вслед за Снейпом. Гарри тем временем поднялся обратно в гостиную и угрюмо плюхнулся на диван. «Как же теперь помириться с Гермионой? Карты же мне показали в прошлом влюблённых. Неужели это всё? Гермиона не сможет меня простить? Теперь я точно чувствую себя шутом в настоящем…» Гарри услышал, как открылась дверь лаборатории, и повернул голову. Северус закрыл за собой дверь, не видя, что Сириус прошёл сквозь стену. — Что же между вами произошло? — спросил отец, подходя к дивану и присаживаясь рядом с сыном. Гарри тяжело вздохнул, а Северус взял руку подростка и, снова внимательно её осмотрев, произнёс: — Такое впечатление, что ты поругался с Буклей, а не с Гермионой. Сириус снова засмеялся, а Гарри угрюмо на него посмотрел. — Вот так шутка… — Блэк сделал вид, что вытирает слёзы из глаз. — И как ты отбился от этих птичек? — спросил Северус, отпустив руку подростка и вытащив из кармана пузырёк. — Гермиона отменила заклинание и убежала… — ответил гриффиндорец и тяжело вздохнул. — Это эссенция растопырника, — пояснил Снейп и начал втирать жидкость золотистого цвета сначала в одну руку, а потом и в другую. Затем, убрав один флакончик и достав другой, он начал втирать другую жидкость коричневого цвета. — Это душица, и благодаря ей у тебя не останется шрамов. — А теперь помажь и его, — Гарри слабо улыбнулся и ткнул пальцем в лоб, где был его знаменитый шрам в виде молнии. — Этому уже ничем не поможешь… — Снейп большим пальцем провёл по шраму, словно желая его стереть. — Не так страшен шрам, как события до него… — тихо пробормотал Сириус, но крестник его не слышал, так как был поражён действием зелья на его руках. — А мне действительно намного лучше… — удивлённо пробормотал Гарри, наблюдая за тем, как исчезают глубокие царапины с его рук. — Ничего себе, даже следов не останется, а ты хотел идти к мадам Помфри… — пожурил крестника Сириус. — Спасибо, — поблагодарил подросток, когда отец закончил. — Пожалуйста, Гарри, — Снейп, вставая, похлопал сына по плечу. — Я сейчас помою руки, а когда вернусь, надеюсь услышать, что же послужило такому наказанию со стороны Гермионы… — Оценка её актёрских способностей… — съехидничал Блэк. Гарри недовольно уставился на крёстного. — Разве я сказал что-то не то? — Сириус развёл руками. Гарри угрюмо посмотрел на него и сложил руки на груди. — Так что у вас случилось с Гермионой? — спросил отец, снова опускаясь на диван рядом с сыном. — А почему сегодня не было Малфоя? — спросил Гарри, стараясь оттянуть неприятный разговор. — Мерлиновы подштанники! — воскликнул Сириус и ухватился за голову. — И снова Малфой! Ты подумай лучше про Гермиону, а о Малфое и мадам Помфри позаботится! — И снова ты переводишь тему на Драко, — нахмурился отец и сурово посмотрел на сына. — Чем ты обидел Гермиону? «Ладно, отец сейчас не настроен обсуждать Малфоя». Гарри тяжело вздохнул и рассказал всё, начиная с идеи воспользоваться зельем удачи и заканчивая тем, как Гермиона отменила заклинание и сбежала. — Хитро ты придумал с зельем удачи, — похвалил отец. — Но ты совершенно не учёл чувств Гермионы, она переживала, что ваша победа незаслуженная, а ты сыграл на её чувствах. Да ещё и Рон на неё обиделся. — Но я же не виноват… — начал было Гарри. — Если Гермиона знала бы изначально про твою идею с зельем, то ничего бы этого не произошло. Ты воспользовался ею, чтобы Рон поверил, что ты ему что-то там подлил… — А Рон только через три года понял, что это был «Феликс Фелицис»… — хмыкнул Блэк. — Но Гермиона не умеет играть, она бы сделала это чересчур наиграно и всё было бы насмарку, а я хотел выиграть! — Чувства Гермионы важнее квиддича? — Снейп приподнял левую бровь. — Тем более ты наговариваешь на Гермиону, она бы справилась. — Вот именно! — подтвердил Сириус. — Но я хотел подбодрить Рона, чтобы он увидел, что действительно хорошо играет и никакие зелья ему для этого не нужны… — пробормотал подросток. — Рону нужна успокоительная настойка и вера в себя, а тебе нужно запастись извинениями и поговорить с Гермионой. — Это да, но ты не считаешь, что птички — это уже чересчур? — Я думаю, что она тоже извинится, но уже после того, как извинишься перед ней ты. Вот что ты ей скажешь? — отец положил руку ему на плечо. — Что я был не прав… — неуверенно пробормотал Гарри. — И это всё? — отец приподнял левую бровь. — Что я был дураком? — нашёлся гриффиндорец. — Дорогая моя Гермиона, я был дураком, что не посоветовался с тобой и не посвятил тебя в свой план, — нарушил молчание крёстный. — Капитанство вскружило мне голову, и я хотел как лучше, но получилось совершенно не то, что я хотел… «Мы выиграли в квиддич… Этого я и хотел». — Во-первых, Гарри, почему ты до сих пор не записываешь, — нахмурился Сириус, сложив руки на груди, — а во-вторых, ты точно хочешь помириться с Гермионой? «Хочу!» — Гарри, не нужно называть себя дураком, но ты был не прав, что не доверился Гермионе, — нахмурился Снейп. — Нужно было этот план обсудить с ней, и у вас бы точно всё получилось. — Рон всё-таки не шибко умный, до него аж на стадионе дошло… — отмахнулся Сириус. — Я помогу тебе заказать цветы для Гермионы, я знаю одну экспресс-доставку и цветы будут уже завтра утром, — нашёлся Снейп. — У меня в комнате есть их каталог, сейчас принесу, — он встал и направился в свою комнату. — Цветы, конечно, неплохо будет подарить ей завтра, но извиниться стоит всё-таки сегодня, — настоял Сириус. — Девушки любят, чтобы парни совершали ради них подвиги, добивались их, и я кое-что придумал… — крёстный заговорщически подмигнул Гарри. — Только не говори, что я должен залезть на стену замка и постучать в окно её спальни, держа в зубах розу… — нахмурился гриффиндорец. — Тоже неплохо, у тебя же есть «Молния»! — подмигнул Блэк. «И Северус, с ремнём поджидающий меня внизу». — У меня есть идея, как пробраться в спальню к Гермионе незамеченным… — Мантия-невидимка же… — перебил крёстного Гарри. — Лестница реагирует, даже когда ты в мантии-невидимке, — отмахнулся Блэк. — Я знаю один тайный проход, который ведёт в спальни девочек… — Я никакого тайного прохода в девчачьи спальни не видел на Карте Мародёров… — удивлённо произнёс Гарри, поглядывая на дверь комнаты, за которой скрылся отец — Точно! — Сириус хлопнул себя по лбу. — Мы не успели нанести этот проход на Карту, как Питер потерял её… — А я всё думал, как эта Карта оказалась у Филча… — Она была у Филча?! — воскликнул Сириус. — Вот же подлая крыса, оказывается, у него Карту отобрал Филч, а он нам так и не признался, сказав, что где-то её потерял… «Точно крыса!» — Гарри, с кем ты там говоришь? — дверь распахнулась, и на пороге появился Снейп с каталогом в руках. — С Гермионой, — тут же нашёлся Гарри. — Я репетирую наш разговор… — Я прощу тебя, Гарри, если ты придёшь ко мне через тайный проход… — Сириус произнёс это девичьим голоском и томно захлопал глазами. Гарри не удержался и хмыкнул от смеха, но сразу же закашлялся. — Ты не заболел? — заботливо спросил отец, подходя ближе. — Какая же он наседка! Я раньше этого и представить себе не мог… — Сириус закатил глаза. — Что-то в горле запершило… — Гарри встретился взглядом с крёстным. — Я сейчас сделаю нам какао, или, может быть, ты хочешь сливочного пива? — спросил отец. — Давай отметим твою победу вместе. Ты показал себя отличным капитаном, команда играла как никогда хорошо. Я очень горжусь тобой, сынок, — Северус крепко обнял сына, а Гарри почувствовал, что на глаза набежали слёзы. «Как мне не хватало этих слов, что мной кто-то гордится…» — Спасибо, папа… — ломким голосом пробормотал гриффиндорец, зарываясь лицом в отцовскую мантию. — Что-то мне подсказывает, что, пока ты не выпустишься, кубок будет оставаться у МакГонагалл… — грустно улыбнулся Северус, поглаживая сына по спине. — Она каждый день натирает его своим хвостом… — хмыкнул Сириус. Гарри почудилось, что у крёстного что-то с голосом. «Он сказал это с наигранной весёлостью, но в голосе чувствовалась грусть. Сириусу тоже никто не говорил, что гордится им. Я горжусь тобой, Сириус! Ты остался здесь ради меня. Я как якорь притянул тебя обратно в этот греховный и жестокий мир. Но я всё же хотел бы, чтобы ты не оставался, лучше бы ты отправился на покой. Ты заслужил это!» После сливочного пива и обсуждения квиддичного матча Северус уговаривал сына остаться переночевать в своей комнате, но гриффиндорец был непреклонен. Он заинтересовался планом крёстного и хотел испробовать тайный проход для того, чтобы помириться с Гермионой. — Я вижу, Гарри, что ты что-то задумал, — серьёзно произнёс Снейп, когда Гарри уже собрался прощаться. — Имей в виду, что если нарушишь школьные правила, то будешь наказан… — Северус строго посмотрел на сына и не сильно, но ощутимо шлёпнул его по заднице. — Эй! — возмутился подросток, потерев задницу. — Я ничего такого не задумал… «Вот как он это понял?!» — Я тебя предупредил, — строго произнёс Снейп, погрозив ему пальцем. — Никаких необдуманных поступков, букет придёт завтра утром, я даже думаю, что он подоспеет к завтраку. Ты меня понял? — Да, папа… — Гарри тяжело вздохнул. — И как это он ещё не привязал тебя к кровати? — Сириус сложил руки на груди и закатил глаза. В гриффиндорской гостиной всё ещё было шумно, гриффиндорцы продолжали праздновать победу. Гарри не обнаружил ни Рона, ни Гермиону, потому направился изучать камин, так как именно за ним, по утверждению Сириуса, был спрятан тайный проход. Гарри присел на корточки и принялся рассматривать декоративную лепнину. Мрамор казался гладким, но гриффиндорец не спешил его трогать пальцами, так как боялся обжечься. Дрова в камине, видимо, недавно подкидывали, так как толстые поленья лизало пламя. — Замёрз? — спросил сзади знакомый голос. Гарри обернулся и увидел, что прямо за ним на диванчике сидит Джинни с бутылкой сливочного пива в руке. Нога её была закинута одна на другую. — Будь осторожен, Гарри, подвыпившая влюблённая в тебя девушка только может добавить проблем, — прокомментировал крёстный. «Судя по её взгляду, это далеко даже не вторая бутылка. А где же Дин? Не хотелось бы мне оставаться с подвыпившей Джинни наедине. Надеюсь, что она не знает, что мы с Гермионой поссорились…» — Вы поссорились с Гермионой? — спросила Джинни. «Об этом что, уже в «Пророке» написали, или она научилась читать мысли?!» Гарри выпрямился, но не спешил подходить к девушке. — Не то чтобы поссорились… — Гарри неопределённо махнул рукой. — Она плакала… — произнесла Джинни, внимательно следя за его реакцией. — Они с Роном немного повздорили… — Гарри неопределённо махнул рукой. — Малыш Ронни сегодня в ударе, — усмехнулась рыжеволосая и сделала глоток сливочного пива. — Ну да… Ну ладно, я пойду, что-то я устал. Спокойной ночи… — неловко произнёс Гарри и, ускоряя шаг, направился в сторону спальни для мальчиков. — Спокойной ночи… — донёсся до него томный голос Джинни. «Лучше я отсижусь в спальне, пока все не улягутся, а после отправлюсь на разведку». Гарри зашёл в спальню и никого в ней не обнаружил. «Хорошо, что никого нет. Я уже наобщался за сегодня!» Приняв душ, Гарри немного взбодрился и, выйдя из ванной комнаты, обнаружил Дина. Тот грустно кивнул капитану, а затем, забросив полотенце на плечо, поплёлся в ванную комнату. «Неужели они с Джинни расстались? Надеюсь, это не из-за того, что мы с Гермионой поругались, и таким образом она показывает, что свободна… Но я занят! А Рона всё ещё нет… Ну хоть у кого-то сегодня вечер удался!» Гарри плюхнулся на кровать и, задёрнув полог, поманил крёстного к себе. «Нужно ещё всё подробненько обсудить». Сириус сел в изножье кровати, а Гарри вытащил Карту Мародёров и обнаружил, что Гермиона как раз сейчас заходит в спальню для девочек. «Интересно, а где же Рон? На кухне?! Покушать им с Лавандой, что ли, захотелось… Ну дают!» Гарри почувствовал, что на него кто-то смотрит и, подняв глаза увидел насмешливый взгляд Сириуса. — Ты так похож на Джеймса, — пояснил Блэк. — Он всегда любил перед сном листать карту, даже если ничего не замышлял. — Может быть, он проверял, где мама? — Может быть, — Сириус пожал плечами. — Я никогда не спрашивал. Между прочим, его кровать тоже была здесь, а моя там, где Ронова. На месте Невилла спал Римус, рядом был Хвост, а кто был ещё с нами в комнате, ты знаешь, я даже и не вспомню. — Вот как бывает… — пробормотал Гарри. «А через столько лет я вспомню, кто жил со мной в одной комнате?» — Сириус, а чем ты занимаешься, когда я ложусь спать? — неожиданно спросил Гарри. — Остаюсь здесь, рядом с тобой… — просто ответил крёстный. — Ты всё это время находишься рядом? — удивлённо пробормотал крестник. — Но Сириус, это же очень… скучно. Я знал, что ты рядом, когда я засыпаю и просыпаюсь, но я не думал, что ты всё время рядом… — Гарри, ты теперь известен как Избранный, мало ли что может случиться, а я всегда на страже, — серьёзно произнёс Блэк. — Сириус, но перед сном я же всегда накладываю на полог защитные заклинания, и ты мог бы заняться какими-то своими делами… — Гарри неопределённо махнул рукой. Ему было очень жаль Сириуса, одиноко парящего рядом с его кроватью. — Жизнь призрака не очень-то и весёлая, учитывая, что меня, кроме тебя, никто и не видит, но твоя безопасность для меня важнее — заклинания же легко можно и снять, а ты даже и не заметишь этого. У меня есть долг перед тобой и твоими родителями, и я вернулся, чтобы его заплатить. — Сириус, ты мне ничего не должен! — Гарри протестующее замахал руками. — Ты должен был жить, а не… — Это мой выбор, Гарри! — твёрдо произнёс крёстный. — Я бы никогда не смог остаться в безопасности, зная, что ты или кто-то другой рискует своей жизнью. Я ошибался насчёт Снейпа, он оказался лучше, чем я когда-либо думал о нём… «Северус смог заменить мне отца, которого я никогда и не знал». — Спасибо, Сириус, но я… я… — Гарри почувствовал, что его глаза увлажнились. — Давай закроем эту тему, — попросил Сириус, и голос его дрогнул. — Я сделал свой выбор. Гарри смотрел в грустные глаза крёстного. Он ещё много чего хотел сказать о том, как несправедлива жизнь и как безжалостна смерть, но крёстный снова заговорил. — Так вот, вход в тайный проход открывается через камин, перед тем, как открыть люк, наложи заклинание тишины, иначе там будет такой лязг, что ты всех перепугаешь. У меня уже было так один раз, так что пришлось затаиться, пока все переполошились, а я ещё потом нескоро смог выйти. «Ого! К скольки же девушкам он так ходил?» Около двенадцати ночи Гарри при помощи Карты Мародёров убедился, что внизу в гостиной уже никого не было. Рон к тому времени уже храпел у себя в кровати. Гарри в сопровождении Сириуса спустился вниз и присел на корточки возле камина. Дрова уже догорели, и теперь лишь тлели угли. Он снова принялся пальцами исследовать декоративную лепнину. Мрамор был гладким, и пальцы скользили по нему, как по морской гальке. Сириус рядом сосредоточился и старался припомнить в подробностях, когда ему пришлось пользоваться этим путём. — Столько времени прошло, что я даже не помню, когда в последний раз пользовался им и к кому вообще ходил… — Мой отец тоже им пользовался? — Конечно, — усмехнулся Сириус. — Он частенько наведывался к Лили… «Сразу как-то неловко стало…» — А Римус? — Нет, — фыркнул Бродяга. — Он всегда был скромнягой и ни с кем не встречался… Гарри наложил заклинание тишины, а потом прошептал: — Диссендиум. Почти сразу вслед за его словами щёлкнул механизм, и рядом с камином отъехала часть стены, скрытая гобеленом. Пахнуло холодом и запахом сырой земли и камня. — Люмос, — прошептал Гарри, но тёмный провал точно пожирал малейшие крупицы света, и свет от палочки просто потонул в вязкой черноте. — Я буду лететь впереди и светить тебе собой, — усмехнулся Сириус, облетая крестника. «И правда, Сириус светится лучше любого фонарика, а толстые стены Хогвартса словно и были созданы для подобных лазеек. Сколько ещё есть всего неисследованного?» Гарри увидел металлическую винтовую лестницу, шаткую и непрочную на вид. «Надеюсь, что она меня выдержит…» Гарри рукой попробовал лестницу. На пальцах сразу же осела пыль и клоки невесомой, но очень липкой паутины. Он быстро вытер руки об штаны. «Здесь явно давно никого не было». — Идёшь? — обернулся Сириус. — Не переживай, она с виду такая шаткая, а на самом деле двоих спокойно выдерживает. Гарри едва не вскрикнул, когда на нос ему приземлился маленький паучок. Он вовремя сдержался и стряхнул с себя незваного гостя. «На этом бы приключение Рона и закончилось бы. Он бы перепугал замок своим криком». Гарри поднимался вслед за крёстным. Длинный узкий лаз походил на давно пересохший колодец. Гарри задумался и чуть ли не прошёл сквозь остановившегося крёстного. Сквозь него он увидел узкую деревянную дверь, а лестница слилась с небольшой монолитной площадкой. — Вот здесь как я помню должна и быть комната шестикурсниц, — ткнув пальцем в дверь, сообщил Сириус. Гарри посмотрел вверх и увидел, что лестница ведёт дальше. — Хочешь к семикурсницам? — подмигнул Блэк. — Нет-нет, — гриффиндорец быстро помотал головой. — Тогда я сейчас проверю, что там… — сообщил крёстный и вмиг прошёл сквозь дверь. Гарри нетерпеливо переступал с ноги на ногу. «А вдруг она не захочет со мной говорить? Сейчас призовёт своих птичек, и я скачусь вниз по лестнице, копчиком пересчитав все ступеньки». — Твоя красавица тебя ждёт… — произнёс Сириус, снова пройдя сквозь стену. — Все спят, а она одна читает. «Читает — это хорошо. Книги её успокаивают». — Ты откроешь дверь и окажешься в шкафу с одеждой, — предупредил крёстный. — Удачи тебе, Гарри. Советую оставить дверцу шкафа открытой, вдруг придётся быстро уходить…. «Хорошая идея! Но я всё же надеюсь, что мне не придётся убегать». — Я подожду тебя здесь, — смущённо произнёс Блэк. — Сириус, не нужно, я… — Я не буду подслушивать, но я хочу убедиться, что с тобой будет всё в порядке. — Ну ладно… Открыв дверь, гриффиндорец и вправду оказался в шкафу с одеждой. Удушающе пахло духами, и Гарри, узнав запах, понял, что он оказался в шкафу Лаванды Браун. В носу защипало, и гриффиндорец с ужасом зажал нос рукой, боясь чихнуть. «Не хватало ещё обчихаться». Пару раз приглушённо чихнув, он осторожно приоткрыл дверцы шкафа и увидел перед собой чью-то зажжённую волшебную палочку. — Гермиона, это я… — прошептал Гарри, опасаясь последствий в виде заклинаний. — Гарри? — удивлённо переспросила Гермиона, шире раскрывая дверцы. — Извини меня… — прошептал гриффиндорец. — А я думала, что у Лаванды завёлся боггарт… — Гермиона выдохнула и отступила в сторону, а Гарри вышел из шкафа. «Лаванда может об этом не переживать, никакой боггарт не сможет здесь находиться, даже моль сдохнет». — Как ты сюда попал? — Гермиона сложила руки на груди. Гарри применил заклинание тишины, боясь, что остальные девчонки могут проснуться. Но все кровати были закрыты балдахинами, и никто даже не пошевелился. Он снова перевёл взгляд на подругу и замер. Она была одета в милую розовую пижаму с котятами. — Здесь есть тайный проход… — смущённо произнёс гриффиндорец. — Гермиона, я пришёл извиниться перед тобой… Услышав про тайный проход, староста с интересом посветила в шкаф, но ничего не увидела, кроме одежды. — И давно ты знаешь про этот проход? — Гермиона выгнула бровь. «Только что узнал, но Сириус мог бы и раньше рассказать, тут я с тобой согласен». — Сириус мне рассказывал, но я ещё не решался им воспользоваться, но решился и… — Парень развёл руками, показывая, что вот он стоит теперь перед ней. Гермиона посмотрела на руки парня и задержала свой взгляд. — С твоими руками всё в порядке? — спросила девушка, посветив для надёжности волшебной палочкой. «Уже в порядке…» — Всё хорошо… — губы гриффиндорца растянулись в улыбке. — Северус вылечил меня, и теперь даже шрамов не останется. Гермиона сразу же погрустнела. — Извини меня, Гарри, я не должна была… — начала девушка закусив губу. — Нет-нет, Гермиона, — парень взял её руки в свои. — Это я должен просить прощение, а не ты. Я слишком хотел победить и… Я был дураком, прости меня. Я заслужил, чтобы птички поцарапали меня. Девушка покачала головой, и Гарри увидел на её глазах слёзы. — Гермиона, пожалуйста, не плачь, я не заслуживаю твоих слёз, — Гарри стёр выкатившиеся слезинки со щёк подруги. — Я люблю тебя, Гермиона Грейнджер! Прости дурака! — С этими словами он встал перед ней на одно колено. — Я не должна была насылать на тебя птичек… — Гермиона покачала головой. — Всё хорошо, — гриффиндорец теперь опустился на два колена. — Это теперь будет для меня наука, что если я посмею тебя обидеть, то очень пожалею об этом. Но я и без птичек уже обо всём пожалел. — Гарри, не нужно стоять на коленях, — спохватилась Гермиона и начала поднимать парня с пола. Гриффиндорец поднялся и крепко обнял подругу. Так они и стояли какое-то время, просто обнявшись. Гарри готов был так простоять целую ночь. — Может, спустимся в общую гостиную? — предложила Гермиона. — Я не против выпить сливочного пива, если оно там ещё осталось, а также я сгораю от нетерпения — так хочу пройти по тайному проходу… — Отличная идея! — оживился Гарри. — Я как раз видел на столе несколько бутылок… Увидев Гермиону, а потом и Гарри, Сириус показал два больших пальца крестнику. — Молодец, Гарри, — похвалил Блэк, когда они уже спускались вниз. — Я провожу вас до общей гостиной, а потом пойду… прогуляюсь. «Было бы здорово! У меня как раз хорошее предчувствие на продолжение с Гермионой…» Гарри спускался первым и держал Гермиону за руку. Девушка же с любопытством всё осматривала, по сторонам подсвечивая волшебной палочкой. — Как интересно… — произнесла Гермиона, когда они выбрались. — Как много Хогвартс скрывает секретов. — Не то слово… — произнёс Сириус и, подмигнув крестнику, прошёл сквозь стену. Гарри закрыл проход и, подбросив дров, разжёг пламя Девушка присела возле камина, изучая вход в тайный проход. — И как Сириус о нём узнал? И почему его нет на карте? — На карте прохода нет, так как Хвост потерял её и, представляешь, он никому не сказал, что её Филч забрал, сказал, что потерял… — Гарри с досадой взял две бутылки сливочного пива со столика, на котором стояли какие-то закуски и ещё несколько бутылок. — Ничего себе… — удивлённо пробормотала девушка, оборачиваясь к парню. — А почему ты раньше этого не говорил? «Потому что я и сам только что узнал…» — Забыл… — просто ответил Гарри и плюхнулся на диван. — Идёшь? — парень похлопал по дивану рядом с собой. Гермиона поднялась на ноги и направилась к дивану. Гарри перехватил её и усадил к себе на колени. — На мне нет нижнего белья… — прошептала Гермиона ему в губы. «Ах ты проказница!» Гарри не удержался и поцеловал её. Отвечая на поцелуй, она подвинулась, устаиваясь сверху на парне, но наткнулась на его напряжённый пах и тут же замерла. Чуть отстранилась. Закусила губу. — Я хочу тебя, но если только ты этого хочешь… — переводя дыхание, шепнул Гарри. — Никакого продолжения, если ты не готова. — А тебе… не больно? — спросила Гермиона. — Я же сижу… Гарри засмеялся, чуть ли не со стоном. — Мне приятно. Правда. Садись, как тебе удобно. «Какое же это невероятное, но всё-таки мучение. Смотреть, чувствовать, как она сидит на мне…» Гермиона осторожно приподнялась на коленях, придвинулась, опустилась — сначала чуть-чуть, потом смелее… — Вот чёрт… — вырвалось у Гарри. «Как же хочется….» Гермиона обняла его и уткнулась лицом в шею. Бёдра у неё наконец расслабились. «Она вся в моих руках. Это просто невероятно!» — Так хорошо? — спросила девушка. — Угу… — чуть ли не простонал гриффиндорец. Гермиона вся дрожала от возбуждения, и Гарри чувствовал это. Да он и сам был на пике. Девушка осторожно поцеловала его в шею. — М-м-м, — довольно выдохнул парень. И она повторила, а потом ещё, и ещё. Гарри закрыл глаза, отдаваясь этой восхитительной пытке — чувствовать её, держать в своих руках, хотеть её, — но в тоже время сдерживаясь, чтобы не начать срывать одежду с неё и с себя. Тут Гермиона решительно просунула язык между его губ, и он не выдержал и стиснул её. Гарри крепко вжал её в себя, толкнулся бёдрами, чувствуя, как она ему отвечает. Она двигалась вместе с ним и постанывала с каждым толчком, с каждым волнообразным движением бёдер, с каждым всё более глубоким касанием языка. Неожиданно раздался хлопок трансгрессии. Гермиона вскочила, чуть не упав, и принялась поправлять пижаму и растрёпанные волосы. — Кто здесь? — спросил знакомый голос. — Добби… — простонал Гарри. «Твою мать! И почему нам постоянно кто-то мешает?!» Покрасневшая Гермиона посмотрела по сторонам. Гарри закинул ногу на ногу, стараясь скрыть от домовика своё возбуждение. — Сэр Гарри Поттер здесь! — пропищал домовик и выбежал к камину, где его лучше было видно. — Вы отлично играли! Добби так рад, что Гриффиндор победил! — Спасибо, Добби… — сдержанно произнёс Гарри и постарался улыбнуться. — Ну, я пойду… — смущённо произнесла Гермиона, разворачиваясь. — Я тебя провожу! — тут же вскочил Гарри. — И Гермиона здесь! — обрадовался Добби. — А Добби как раз пришёл убирать… Гарри подскочил к подруге и, обхватив её за плечи, повёл к лестнице. — Ещё раз извини меня… — произнёс парень. — И ты меня… — произнесла Гермиона и поцеловала его в щёку. — Спокойной ночи… — Спокойной ночи… — Гарри тяжело вздохнул. «После такого я точно не смогу заснуть!» Гермиона поднималась по лестнице, а он смотрел ей вслед, желая догнать, развернуть и поцеловать. — Гарри Поттер расскажет Добби, как он выиграл сегодняшний матч? — пропищал Добби. — Конечно расскажу… — выдохнул Гарри и поплёлся обратно к диванчику. Возле диванчика стоял Добби и протягивал ему открытую бутылочку сливочного пива.