ALL FOR LOVE

На следующий день погода кардинально изменилась. Небо очистилось, и деревушку городского типа залило яркое, по-настоящему летнее солнце. Юнджи проснулась раньше обычного. Первым делом она вышла в свой небольшой сад за домом. Воздух еще хранил вчерашнюю влагу, а на лепестках блестела роса. Напевая под нос ту самую мелодию LP, которая заела в голове со вчера, Юнджи аккуратно срезала самые красивые, свежие цветы. Букет получился пышным, нежным в приглушённый и нежных тонах — совсем не похожим на те несчастные яркие герберы. Вернувшись в дом, она долго крутилась перед зеркалом, что было ей совершенно несвойственно. В итоге Юнджи решилась на эксперимент со своим стилем, вдохновившись вчерашней гостьей. Она надела легкое кружевное ретро-платье, но под него натянула привычные удобные джинсовые шорты, на талии был коричневый ремень. На голову она надела коричневую ковбойскую шляпку — почти такую же, как у Эври. Придя в «Vinyl & Beans», Юнджи не могла найти себе места. Внутри всё так же пахло свежим кофе, на проигрывателе крутилась легкая музыка, но мысли Юнджи были заняты только одним. Точнее одной. Она то и дело подходила к окну, протирала и без того чистую стойку и подпирала музыку под своё настроение. Каждый шорох старых шин по дороге и каждый силуэт вдалеке заставляли её сердце пропускать удар. В кафе заходили люди, пили кофе и уходили, как всегда. Эври все никак не заходила... Юнджи сжимала пальцами край своего легкого платья, чувствуя, как внутри нарастает приятное, волнительное предвкушение. Она ждала. Тишину улицы нарушил мерный, четкий стук копыт. Юнджи тут же прильнула к окну и замерла: к магазинчику уверенно рысила высокая чёрная лошадь. На ней, идеально держась в седле, восседала Эври. В лучах утреннего солнца, со своей неизменной шляпой и в расстегнутой чёрной рубашке. Она выглядела невероятно эффектно. Было видно, что лошади и конный спорт — это вся её жизнь. Эври ловко соскочила на землю, привязала поводья к деревянному столбику у входа, ласково похлопала коня по шее и толкнула дверь кафе. Колокольчик звякнул. Юнджи, стоявшая за стойкой, не смогла сдержать эмоций. На её обычно серьезном и строгом лице расцвела широкая, искренняя улыбка, а глаза заблестели от радости. — Эври! — вырвалось у неё прежде, чем она успела себя проконтролировать. Эври сделала пару шагов внутрь и остановилась, удивленно разглядывая Юнджи. Она явно не ожидала такого весёлого приветствия, но сразу заметила хорошее настроение девушки и это легкое платье поверх шортов, и ковбойскую шляпку, которая Юне безумно шла, и, самое главное, — этот сияющий, счастливый взгляд. — Привет, — Эври подошла ближе к стойке, поправляя ремень за спиной. — Я ненадолго, нужно спешить. Тренеры мне голову оторвут, если опоздаю. Юнджи почувствовала легкий укол разочарования от того, что у них мало времени. Она потянулась под стойку, достала приготовленный букет и на секунду замешкалась. Ей было ужасно важно, чтобы Эври не подумала, будто эти цветы - просто выполнение вчерашнего обещания. Ей хотелось подарить их от чистого сердца. Как особенный подарок для особенного человека. Для девушки, которая за один вечер перевернула весь её уединенный, серый мир. — Ах, ладно... — Юнжи тихо выдохнула, — Значит, ты будешь тренироваться? Где проходят ваши сборы? Эври бросила взгляд на цветы, и её глаза на мгновение расширились от удивления. Букет из сада Юны был невероятно красивым и нежным. Эври осторожно коснулась пальцами нежных лепестков.. Она явно оценила и букет, и то, как сильно Юна изменилась после вчерашней встречи. — Ага, на старом ранчо за холмом, — ответила Эври. — Кажется, я поняла где это. Она аккуратно взяла букет, прижав его к себе. — Спасибо, Юна. Они... потрясающие. Серьёзно. Это лучший букет цветов, который я видела. Мне нужно будет их сохранить подольше, — тихо сказала Эври, бережно перехватив стебли. Она уткнулась носом в букет, вдыхая аромат свежих садовых цветов, и на секунду прикрыла глаза, искренне улыбаясь. Юнджи, заметив её трепетное отношение, тут же включила свой привычный серьезный тон и перевела тему — так ей было проще справляться с волнением, которое накатывало каждый раз, когда Эври оказывалась слишком близко. Она быстро, но четко проговорила инструкции: — Подрежь стебли наискосок перед тем, как поставить в воду. И лучше выбери прохладное место, подальше от прямых солнечных лучей. Так они простоят намного дольше. — Поняла, шеф! Она сделала шаг назад, к выходу. Время поджимает — конь за окном нетерпеливо перебирал копытами, а на ранчо её, скорее всего, уже заждались. Юнджи посмотрела на то, как Эври спешно разворачивается, и внутри неё что-то отчаянно закричало. Не хотелось отпускать Эври. Преодолевая внезапную робость. Юнджи подалась вперед, опираясь ладонями о стойку. — Я... я могу прийти посмотреть на то, как ты тренируешься? — выпалила она. Эври остановилась у самой двери. Колокольчик над её головой тихо звякнул. Она обернулась. — Хочешь посмотреть? — Эври хмыкнула, поудобнее перехватывая букет. — Юнджи, для тебя я выбью лучший пропуск на трибуны. Тренировка начинается через час, но я буду там до самого вечера. Приходи, если хочешь. Я покажу тебе, на что способен настоящий ковбой.~ Она подмигнула Юнджи, толкнула дверь плечом и вышла на улицу. Через минуту за окном послышался удаляющийся стук копыт, а Юнджи осталась стоять посреди своего кафе. Сердце Юнджи бешено колотилось, а на губах всё еще блуждала улыбка. Кажется, её уединенная жизнь в глуши окончательно подошла к концу. Юнджи не стала дожидаться вечера. Впервые за всё время существования «Vinyl & Beans» она пораньше закрылась и перевернула табличку на двери надписью «Закрыто», заперла замок и, даже не став переодеваться, отправилась в сторону старого ранчо. В своей ковбойской шляпке и легком платье, она шла по пыльной дороге, где редко проезжали старые машины. ( А могли бы и подвезти... ) Когда она дошла до ранчо, над огромным песчаным загоном уже стоял гул. Тренеры что-то кричали, у ограды трибун стояли редкие зрители и дети, но Юна сразу выхватила взглядом её. Эври на коне была совершенно другим человеком. Чёрный конь мчался по кругу, поднимая пыль. Эври сидела в седле как влитая, идеально контролируя каждое движение мощного коня. Кудрявые волосы трепал ветер, лицо было сосредоточенным и серьезным, а на руках были видны вены, когда она натягивала поводья, заставляя коня резко менять направление. Юнджи подошла к деревянной перегородке и завороженно уставилась на неё. Эври была невероятно. Запредельно крута. От её дикой, свободной энергетики у Юнджи перехватило дыхание. В этот момент, глядя, как солнце подсвечивает силуэт Эври в воздухе, Юнджи поняла, что окончательно проиграла эту битву самой себе. Она влюблялась в неё всё больше и больше с каждой секундой. Вдруг Эври, делая очередной круг, повернула голову в сторону трибун. Заметив знакомую ковбойскую шляпку и блондинку, она на секунду ослабила хватку, и её серьезное лицо тут же озарилось той самой открытой от которой у Юнджи ухнуло сердце. Эври ловко пустила коня спокойной походкой и направилась прямо к тому месту, где стояла Юнджи, на ходу снимая свои кожаные перчатки. — Жарко, — честно выдохнула Эври, стирая тыльной стороной ладони пот со лба. Она ловко перекинула ногу через седло и спрыгнула на землю, оказавшись лицом к лицу с Юнджи. — Но продуктивно. Этот парень сегодня в ударе. Словно в подтверждение её слов, огромный черный конь потянулся вперед, шумно фыркнул прямо в Юнджи и уткнулся большой теплой мордой в её плечо, требуя ласки. Юнджи от неожиданности слегка отшатнулась. Она аккуратно протянула пальцы и начала робко гладить коня по мягкому носу, а затем между умных, карих глаз. Животное блаженно прикрыло веки, тихонько переступая копытами. Эври, оперевшись локтем о деревянную перегородку загона, с удовольствием наблюдала за этой картиной. — Надо же, ты ему понравилась, — заметила Эври, чуть подавшись вперед. — Его зовут Шторм, и он обычно терпеть не может чужаков. Кусается, если подходят близко. А к тебе сам полез. У него хороший вкус на красивых девушек. Юнджи замерла, продолжая перебирать пальцами короткую шерсть на лбу коня. От этих слов Эври, сказанных так естественно и полушутя, внутри всё перевернулось. — Ты сюда самостоятельно пришла? — Эври удивленно вскинула брови. — Ну да... пешком добралась, — тихо ответила Юна, не прерывая своего занятия. Она уже смелее поглаживала коня, перебирая пальцами его жёсткую темную гриву. — Пешком? — Эври коротко хохотнула, качая. — Сумасшедшая. Тут же три мили по жаре и пылищи. Я отвезу тебя назад после тренировки, — твердо, не терпящим возражений тоном заявила Эври, заглядывая Юнджи прямо под шляпу. — Даже не думай топать обратно по солнцепеку. Шторм как раз разомнется, прокатимся вдвоем. Возражения не принимаются. Юнджи подняла на неё глаза. Близость Эври кружила голову, а мысль о том, что ей придется сидеть позади нее на одном коне, крепко обнимая за талию, отозвалась лёгкой и сладкой дрожью где-то внизу живота. — Хорошо. Я подожду. Эври вернулась в загон, и Юнджи уже физически не могла оторвать от неё глаз. Солнце палило нещадно, и Эври на ходу избавилась от лишней одежды. Её свободная черная рубашка теперь была небрежно повязана на талии, открывая вид на подтянутый живот. Верхние пуговицы расстегнуты, открывая ключицы и шею, по которой стекал пот. Наблюдать за ней было чертовски изнуряюще для разума: Юнджи то и дело сглатывала, чувствуя, как внутри всё плавится от этого зрелища. Эври в этот момент была запредельно сексуальной и красива. Каждый раз, когда Шторм вздымал копытами пыль, а Эври легко и уверенно подавалась корпусом вперед, подстраиваясь под бег коня, Юнджи ловила себя на мысли, что её собственный мир перевернулся окончательно. Ей больше не хотелось прятаться в своём одиноком доме. Ей хотелось быть там, в этой пыли, поближе к ней. Эври сделала финальный, самый быстрый круг, эффектно осадила коня прямо перед Юнджи и, тяжело дыша, спрыгнула на землю. Растрепанные кудрявые волосы и чёлка прилипи к мокрому лбу. — Ну что, Юнджи, — хрипло выдохнула она, подходя вплотную к ограде и облизывая пересохшие губы, — Не скучала тут без меня? — Скучала, — тихо усмехнулась Юнджи, удивляясь собственной смелости. Она потянулась к чистому белому полотенцу, которое до этого оставил на скамейке тренер Эври и аккуратно протянула его девушке, на мгновение коснувшись своими прохладными пальцами её горячей, влажной от пота ладони. Взгляд Юны скользнул по открытому животу. — Ты потрясающая. Ты точно выиграешь этот кубок, — искренне добавила Юна, глядя в потемневшие от усталости глаза. Эври перехватила полотенце, кивнув в знак благодарности, и принялась шумно вытирать шею и лицо. Услышав про кубок, она коротко хмыкнула и опустила полотенце на плечи, упираясь ладонями в бока. — На самом деле больше не из-за кубка, а из-за денег. Их хватит, чтобы съебаться из этой страны. Юнджи удивленно моргнула. — Хочешь уехать? — тихо переспросила Юнджи, чувствуя, как внезапный укол страха кольнул где-то в груди. Мысль о том, что эта невероятная девушка, которая только что ворвалась в её жизнь, может так легко и навсегда уехать, отозвалась неожиданной болью. — Куда? — Туда, где я наконец буду свободна, — коротко ответила Эври. В её голосе в этот момент прозвучала такая твердая решимость, что Юнджи поняла: за этими словами кроется какая-то очень личная, важная и, возможно, болезненная история. Эври смотрела куда-то вдаль, за горизонт, и её обычно задорный взгляд на секунду стал тяжелым. Она явно зарабатывала эти деньги не для того, чтобы просто спустить их на ветер или купить новые шмотки. У неё была четкая, конкретная цель, ради которой она буквально вгрызалась в эти тренировки до пота. Юнджи промолчала, решив не лезть в душу. Эври резко тряхнула мокрыми волосами, прогоняя нахлынувшие мысли, и снова повернулась к Юнджи. — Ладно, — Эври ловко перемахнула через ограду загона и оказалась на трибунах, прямо рядом с Юной. — Дай мне пять минут ополоснуть лицо и переодеться. Жди здесь, сумасшедшая пешеходка. Она слегка приобняла Юнджи за плечо, коротко, по-дружески, но Юнджи всё равно почувствовала, как по телу пробежал мощный электрический разряд. Эври развернулась и быстрой походкой направилась в сторону душевых, оставляя Юнджи наедине с бешено стучащим сердцем. Вдруг тишину ранчо нарушил звонкий, радостный девичий голос: — Эйври! Из-за угла конюшни выбежала невысокая симпатичная девушка с коричневым волнистым каре и плотной челкой. Она двигалась весело, словно делала это сотни раз, и с разбегу уткнулась лицом в плечо Эври, крепко обняв её за талию. — О боже, Ви. Я же вся потная, — со смехом выдохнула Эври. Но вместо того, чтобы отстраниться, она лишь крепче прижала девушку к себе, утыкаясь носом в её волосы, а затем мягко и очень нежно поцеловала её в щеку. Юнджи замерла. Она смотрела на то, как Эври улыбается этой «Ви», как ласково заправляет ей прядь волос за ухо, и в голове Юны один за другим начали рушиться любовные и нежные мысли о Эври. « Получается у Эври есть девушка. И... она лесбиянка? » Все те двусмысленные и внимательные взгляды, разговоры под музыку LP, прикосновения рук на грифе гитары — всё, от чего у Юны последние сутки сладко сжималось сердце, вдруг предстало в совершенно другом свете. Для Эври это было естественным поведением. Она просто была собой — открытой, харизматичной девушкой. А Юнджи... Юнджи, которая всю жизнь бежала от отношений, которая твердила себе « я не лесбиянка », прямо сейчас стояла посреди пыльного ранчо с разбитым сердцем. И разбила его именно девушка. Ви, наконец заметив Юнджи, чуть отстранилась от Эври и с любопытством посмотрела на гостью в ковбойской шляпе и легком платье. — Ой, привет, — дружелюбно улыбнулась Ви. — Эйври, ты не познакомишь нас?