Осколки нашей зимы

Дэвин медленно листал полицейские отчёты, внимательно вчитываясь в мелкий шрифт. По его просьбе была проведена достаточно объёмная работа; он не любил давать взятки, но от наследника рода Ронан не требовали деньги — лишь статусы. С этим он мог смириться. Имя: Джейн Уинстон Дата рождения: 19.03.****г. Возраст: 25 лет Семейное положение: гражданский брак Серия паспорта: ****** Дети: нет Адрес регистрации: ... Всё это для Дэвина значило мало. То, что он понял — Джейн состояла в гражданском браке с неким Райаном Мауэрсом, была прописана по месту жительства, росла в интернате мадам Хорн. Родители были живы, но в разводе и лишены родительских прав. Если посчитать, можно было выяснить, что с Дэвином вместе в интернате они провели восемь лет. Официально Джейн не работала, на учётах не состояла. Ответ на вопрос, почему Том и Джейн так близки, Дэвину эти вещи не давали. Да, они провели вместе достаточно времени. В очень сложном заведении, насколько он мог судить. Но что могло сформировать настолько сильную связь, что они ежедневно общались часами? За свою жизнь Дэвин имел не очень много друзей, а тем более — близких отношений. Он понимал, что иногда хотел этого, но не понимал, как выстраиваются такие связи. Не то чтобы он был бесчувственным; он и вправду иногда тянулся к людям, но раз за разом разочаровывался в этом. Его усилия не окупались, реакция на его слова и действия была не та, которую он хотел, с людьми он часто чувствовал себя ненужным и отвергнутым, но без них такого ощущения у него не было. Поэтому постепенно он постарался замкнуться, ощущая себя гораздо лучшим, чем они, человеком — гораздо менее уязвимым. Над следующим документом полиции пришлось постараться чуть больше — запросить данные у отеля под видом расследования, а потом пробить личность клиента по базе. Имя: Эрик Ханн Дата рождения: 17.06.****г. Возраст: 27 лет Семейное положение: не женат\не замужем Серия паспорта: ****** Дети: нет Место работы: ООО Файр Хост Этот человек не имел ничего общего с интернатом, в котором росли Том и Джейн. Он работал барменом, вырос с родителями, учился в обычной школе. Дэвин немного яснее понимал характер их общения; судя по перепискам, Том не состоял в отношениях, значит, это был кто-то из тех, с кем он встречался на одну ночь. Размышляя об этом, он чувствовал лёгкое разочарование в Томе. Конечно, в абсолютном большинстве связи Дэвина были такими же точно. Однако тратить на подобное первый за два месяца день отдыха казалось для Дэвина чем-то слишком приземлённым. Также он чувствовал нечто неясное и очень неприятное, сопряжённое с желанием найти этого человека и причинить ему сильную боль. Все эти данные Дэвин запросил четыре дня назад. В последнее время Том выглядел отдохнувшим, настроен был положительно, но иногда глубоко задумывался, и Дэвину оставалось лишь гадать, о чём. *** Пока один день сменялся другим, работы по-прежнему хватало; девелопер, с которым Дэвин заключил сделку, продав достаточно перспективный кусок земли, исправно предоставлял Дэвину отчёты об этапах застройки пригородной области. Её спонсировала Джоанна Тригор, получив субсидии от государства. Дэвин проверял отчёты, думая, как дотянуться до малейшей её осечки; это было дополнительным грузом к остальным его обязанностям. Том сопровождал Дэвина в офис и обратно, в рестораны, на встречи, на открытие галереи, приёмы и так далее. Они много разговаривали, и практически никогда не ссорились, хотя иногда ходили по краю. Вместе не пропускали приёмы пищи, в свободное время занимались своими делами, и Дэвин чувствовал некое удовлетворение, привыкая к такой жизни. Тому же явно шли на пользу постоянная крыша над головой, достаточное количество еды, доступ ко всем необходимым удобствам и покрытие всех возможных нужд. Это было заметно по тому, что злился он не так часто, и больше пребывал в спокойствии. — Кстати, — они ехали домой в сумерках мимо уже практически осыпавшихся деревьев; Дэвин открыл глаза, до этого ушедший в себя, и вопросительно посмотрел на Тома. — Какого числа у тебя день рождения? Дэвин улыбнулся краем рта и выпрямился в кресле автомобиля. — Третьего ноября. Том молчал некоторое время, а потом произнёс: — Странно. У меня тоже. — Да, я знаю. Но я старше тебя на год. — Уже через три месяца. Дэвин вздохнул, переводя взгляд на ряды деревьев за окном. Годы что-то начали лететь слишком быстро, точно так же, как эти самые деревья оставались позади и исчезали совсем. Наконец он произнёс: — Я в любом случае не праздную свои дни рождения. — Я и не сомневался, — Том рассмеялся, и Дэвин тоже машинально улыбнулся, глядя на него. — Представить тебя хотя бы в метре от торта со свечами и становится страшно. Дикая картина. Он сделал паузу, а потом добавил: — Но я, кстати, свои дни рождения не праздную тоже. — И к чему тогда весь этот разговор? — Дэвин вновь устало откинулся назад, прикрывая глаза. — Просто интересно. Родились в один день, а такие разные. Вроде бы астрология говорит иное. Дэвин поморщился. — Психиатрия обрисовывает картину лучше, чем астрология. Нам надо вдвоём сходить и сверить диагнозы, интересно, что получится. Про себя он подумал, что ничего приятного бы из этого не получилось, и постарался убрать это из своей головы, потому что Том ничего не ответил — только неопределённо хмыкнул. *** Когда машина достигла развилки, слева выехал ещё один автомобиль, на который Том внимательно посмотрел в зеркала заднего вида. Он уделял внимание таким вещам не только потому, что был осторожен на дороге. В конце концов, он ехал с Дэвином; пока что охранять его было довольно безоблачным занятием, но он понимал, что это может поменяться в любой момент. Однако сейчас он не сильно переживал. За окном было тихо, в последнее время ничего особенного не происходило, Дэвин был расслаблен и дремал, откинувшись на спинку кресла. Всё казалось нормальным; но ровно до того момента, как машина сзади пошла на обгон. Это вызвало огромный скачок тревоги. Машина ускорилась, и сердце Тома пропустило удар, потому что заднее стекло с грохотом треснуло от выстрела. Дэвин среагировал моментально — пригнулся и достал пистолет; Том только сейчас понял, что, разумеется, без него он всё это время не ходил. Несколько десятков секунд потребовалось Тому, чтобы достать оружие, параллельно следя за дорогой, водителем атакующей машины и управлением собственной. Секунды казались вечностью; руки дрожали. В тот момент, когда он это сделал, стекло с его стороны треснуло и Том почувствовал обжигающую боль в левом плече. Рука заскользила по рулю, и машина сделала резкий виток вправо, однако он быстро выровнялся, нажал на газ, посмотрел налево, и, прицелившись, сделал несколько выстрелов. Дэвин тоже стрелял; стекло с его стороны было опущено, но он укрывался от ответных пуль. Машина отстала. Том испытывал сильную боль — наверное, пока что по градации самую сильную в своей жизни. Ему было неимоверно тяжело держать руль двумя руками, к тому же, сердце билось, как бешеное, будто заставляя ещё больший объём крови вытекать из раны. Она уже успела залить весь рукав. — Том, — Дэвина он сейчас не видел, но в его голосе чувствовал знакомую резкость. — Максимальную скорость, но осторожно. Нам недолго осталось ехать, к особняку подойти они не посмеют. Судя по всему, водитель нападавших тоже был ранен, потому что автомобиль немного вилял, отдаляясь. Том максимально вдарил по педали; он никогда в жизни не ездил так быстро, да ещё и с раненой рукой. Дорога пролетала мимо километр за километром, и в какой-то момент Том решил, что сейчас точно врежется в казавшиеся всё ближе ворота, однако затормозить успел, и, когда ворота открылись, успешно заехал на территорию владений Дэвина. Окончательно остановившись, Том откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и предпринял попытки выровнять дыхание. Однако быстрее, чем у него получилось, дверь с его стороны распахнулась и Дэвин дёрнул его здоровую руку на себя. — Выходи, — коротко произнес он. С трудом поднявшись, Том обнаружил, что ему тяжело стоять на ногах, и он пошатнулся. Дэвин поймал его, обвивая рукой талию. Том почувствовал некое дежавю, но сейчас не хотел об этом думать; в ушах начало звенеть. Он не понял, как они дошли до гостиной и как Дэвин опустил его на диван. Но к этому моменту начал привыкать, и боль казалась уже не такой сильной. Дэвин говорил по телефону — видимо, вызывал врача. Положив трубку, он сел напротив. По первому же его слову Том понял, что ничего хорошего не услышит. — У меня только два предположения, — начал он. — Первое: ты хочешь меня убить. Второе: тебе нравится коллекционировать на себе шрамы. Может, и то, и другое. Насколько я прав? — Дэвин... — Том постарался выпрямиться и посмотреть на него более ясным взглядом. — Что ты несёшь? Было видно, что Дэвин пребывает в абсолютно разобранном состоянии, хоть и пытался, как обычно, это скрыть Он был зол и сильно встревожен; явно не знал, куда девать руки, но отчаянно старался сохранять внешнее спокойствие. На слова Тома он отреагировал взглядом, в котором открыто читалась ярость пополам с тревогой, но тон его был ровный. — Я хочу сказать, что ты медленно реагируешь. Не забывай, пожалуйста, что ты не просто живёшь за мой счёт. Выполняй свою работу должным образом, чтобы подобного в будущем не происходило, и тогда у меня не будет к тебе претензий. Сейчас ты мог доставить проблемы не только себе, но и мне. Понемногу Том начал закипать; он уже почти не чувствовал боль и встал на ноги. Дэвин встал следом. — Может быть, перед тем, как нанимать себе охрану, ты будешь проверять не то, где сотрудник вырос и жил до восемнадцати лет, когда родился и какой вёл образ жизни, сколько у него денег на счету и сколько долгов, а умение доставать пистолет, управляя на полном ходу автомобилем и наблюдая за преследователями? Не думал об этом? — Сядь, пожалуйста. Скоро приедет врач. — Ну нет. — Том улыбнулся, злясь всё больше; этот вечер начал ему изрядно надоедать. — Давай отвечу на твои вопросы. Нет, Дэвин, я не хочу тебя убить, хотя стоило бы хотеть, потому что это решило бы все мои проблемы. И нет, меня не сильно радуют новые шрамы. Особенно те, которые я получаю в ситуациях, напрямую связанных с тобой. — Ты меня винишь в чём-то? — Тому казалось, что Дэвин вот-вот выпустит эмоции, но он держался, хоть тон его и стал очень резким. — Сядь. Ты кровь теряешь. Том подумал, что если не сядет сейчас, то спокойствие Дэвина точно посыплется осколками. К тому же, кровь с его рукава действительно начала капать на ковер; он решил, что на сегодня хватит переживаний, и сел. Дэвин сделал то же самое, всё так же буравя его взглядом. — Я не виню тебя. — Том устал и хотел завершить диалог спокойно. — Благодарю. Ещё бы ты меня винил. — Дэвин, похоже, придерживался иного мнения; однако их разногласия не переросли в дальнейшую ссору, потому что пришёл врач. Пуля в теле Тома не застряла — только задела. Зашивать его, однако, пришлось. Всё это было не самым приятным процессом, но Том думал только о Дэвине, то и дело кидая на него взгляд. Тот, хмурясь, смотрел в одну точку, но не уходил. Беспокоился ли Дэвин о нём, или о себе самом, или обо всём сразу — Том не знал, но предполагал последнее. Ему начало становиться не по себе от попадания под этот выстрел; в конце концов, Дэвин был прав, когда говорил, что это некачественная работа. Тома понемногу начала подтачивать вина. Дэвину ещё и придётся теперь искать нового охранника на какое-то время... Неудивительно, что этот случай вывел его из тотального равновесия. После перевязки Тома отправили отдыхать, и они с Дэвином расстались, не проронив ни слова. *** Заходя в дверь своей комнаты, Дэвин захлопнул её, пожалуй, слишком громко. Остановившись посередине помещения, он запустил руку в волосы, сначала стоял неподвижно, а потом с размаху ударил кулаком в дверь шкафа. Боль его немного отрезвила. Сейчас у него было желание найти тех, кто приказал на него напасть, и уничтожить. Он готов был умереть хоть сотни раз, но точно не потерять Тома. Вместо ссор Дэвин мучительно хотел выразить свои переживания, но понимал, что так бесполезно и небезопасно — это он прекрасно знал, даже находясь в том состоянии, в котором пребывал сейчас. Надо было возвращать самообладание. Сев за стол, Дэвин принялся думать, привычно взяв в руки ручку. Такт на этот раз был быстрее. Нет ни единого шанса, что целью этого столкновения было его убийство. Попросту нелепо. Скорее всего, придумали это нападение ради самого факта, а в каких целях они хотели это использовать, он узнает совсем скоро. Но сейчас Дэвин решил оставить свой любимый Роллс-Ройс с разбитыми окнами и не поднимать никаких процессов и расследований. Если им нужен был шумный заголовок, его не будет. У Дэвина были транквилизаторы, которые ему выдавал без рецепта семейный врач. Ими он не злоупотреблял, но в таких ситуациях пил, просто чтобы заснуть. Случалось это крайне редко. Запив водой таблетку , он лег в кровать, прикрыл глаза и начал ждать действия препарата. В голове стоял шум.