No Romeo. No Juliette.

Деньги для Мо — и крест, и стимул, и головная боль одновременно. Сегодняшний день казался не таким страшным, если в кармане всё ещё хрустела пара купюр. Но между исполосованными тяжёлым трудом пальцами, между мозолями на рабочих ладонях поганые деньги никогда не задерживались. ᅟ Единственный сын, единственный кормилец, материнская надежда — Мо жил так, как умел. Ребёнок, который стал взрослым не потому, что хотел, а потому, что кроме него — некому было. Детство украли вина, долг и обстоятельства. ᅟ Сколько Мо было лет? По меркам социума совсем ещё желторотый птенец, едва продравший глаза. И на жизнь бы ему смотреть через стёкла розовых очков, но на широких юношеских плечах уже лежала вальяжно ответственность — не только за себя, но и за мать. Как ржавый гвоздь, Гуань Шань вбивал себя в реальность — сам, без отца, без чьих-либо наставлений и помощи. ᅟ Хватался за все возможности, когда эти возможности пинали его в солнечное сплетение. Зубами вгрызался, оставляя печать своего существования — Мо кусал жизнь в ответ, но у той зубов было больше. И стерва-жизнь не просто кусала, а откусывала. ᅟ В рыжих висках уже давно кололась депрессия. Мрачная печать легла на лицо вместо обычного настроения, а ведь кто-то ещё смел спрашивать, почему у Мо плохое настроение. Будешь тут весёлым, когда на счету одни нули. ᅟ Когда занят выживанием, когда мечты и юношеские грёзы выжжены и отравлены ранним взрослением, то откровенно плюёшь на чужие мелочи по типу разбитых сердец. У парней вроде Мо нет роскоши быть «добренькими» — они не могут позволить себе эту слабость. Когда боишься, что у мамы не хватит денег на оплату счетов, как-то не хочется вникать в чьи-то смехотворные драмы. ᅟ Потому что когда выживаешь — нет места жалости даже к самому себе. Продираясь через тернии, Гуань Шань не видел звёзд. Мама говорила, что всё у них хорошо, пыталась сгладить острые углы их плохой жизни, а Мо, пусть и улыбался ей показательно доверчиво, не мог не вскипать внутри. Слепым щенком он барахтался в болоте, но скулить не мог, сосредоточив всего себя на том, чтобы не захлебнуться грязью. Разве это честно? Почему одним всё, а другим ничего? Почему махина системы движется, а он, винтик, вынужден быть там по чьей-то задумке, а не потому, что хочет? ᅟ К нехватке времени, сил и денег шутница-судьба подбрасывала проблемы и со сверстниками. Будто мало Мо от неё получил издевательств, будто бы мало ей того, что он пытался не дотлеть жалкой свечой на ветру? ᅟ Например, Ше Ли. И вроде бы отстала эта гадюка на приличные полгода, но вскоре вновь нарисовалась на пороге чужой жизни незваным гостем. Такие разные, такой разительный контраст был между ними: Ше Ли в шелках, но с гнилой душой, а Мо в рубище, но с чистой совестью и со стойким утверждением не упасть, не ударить лицом в грязь и не запятнать репутацию. ᅟ Светлые ресницы содрогнулись — снова гнусная пасть распахнулась в сторону Мо, обнажая змеиные клыки. Яд сочился, грозился парализовать последние нервы. Будни вновь стали помятой черновой бумагой, спокойствие — скомкано и швырнуто в оплёванную корзину. Ли умел портить всё одним касанием. ᅟ Каждый новый день дарил Мо новые возможности, чтобы найти повод умереть. Стерильность мыслей давно запачкалась привычной тревогой, лёгшей на языке уже ставшей родной горечью. Мо давно бы погиб, но Мо умел жить вопреки всему. ᅟ Щелчок зажигалки прозвучал как щелчок затвора — Ли со своими дружками окружили Мо. Пламя безумным танцором фламенко заплясало под порывом ветра, и Змей затянулся сладко, выдохнул жадно дым. ᅟ Горькая сигарета отдавала сладким вкусом триумфа — ну наконец-то Мо попался, а то ходил бок о бок со своим прилипчивым дружком, завёл себе привычку прятаться. Плохая привычка, не нравится она Ли. ᅟ Впрочем, Змей и сам был занят. Возился с тобой, нервы свои об твои точил, себя изводил нежеланием сознаться, что по уши в тебя влюблён. ᅟ Не мог. Не мог он принять это светлое чувство, оно для его грязной душонки было слишком чистым, нежным, потому и рвало Ли от одной мысли, что он на подобное способен. ᅟ Облачил в колючие доспехи те неловкие искренние чувства, на которые способен, наматывал на палец шёлк твоих волос, чтобы никогда не сказать — сердце щемит от того, как ты ему нужна. Только вот уродливо он любит. Это его холера, а тебе этого не понять. ᅟ Взбеленившийся от неопределённости, от самого себя же, от одиночества — ты под рукой, но ведь душой ты не связала себя с ним. Потому что презирала. У Ли в горле болью жглись невысказанные вслух слова, а в кулаках — едва подпалённая искра агрессии: сам виноват, сам ничего не может сказать, сам довёл всех и вся. ᅟ Это была самая тёмная ночь в ваших жизнях. Крен нитей судьбы был на пределе, узлы не сплелись, а впились друг в друга — все жизни пересеклись в одной точке и связались в толстую косу. ᅟ Под мостом было грязно и сыро — зима с первых дней не баловала сухими морозами. Под кроссовками зачавкала жадная неприятная кашица — это Мо медленно пятился назад. ᅟ — Чего тебе? — нервно выдал Мо. Его промокший капюшон прилип ко лбу, ограничивая обзор, и он поспешно откинул его хаотичным движением ладони. Не нравилось ему всё это, весь день с самого начала шёл под откос: с Хэ Тянем поругался, потратил денег больше положенного, теперь здесь, совершенно один в окружении стаи. ᅟ Даже дышать от напряжения стало больно: казалось, что вместе с глотками воздуха Мо вдыхал сотни игл. Они впивались в лёгкие, густым ядом растекаясь по суставам. Даже страх замешкался, не зная, что делать: то ли подарить Мо крылья, то ли парализовать и сделать жертвой. ᅟ — Давно не виделись, Мо. Даже соскучился по тебе, друг, — Ли выделил последнее слово с нажимом как-то ожесточённым, выразительным. Грубым. ᅟ Бархат чужого голоса лёг, обвиваясь тугой змеёй, на чужие плечи. Ещё чуть-чуть — к шее подберётся и начнёт душить, но Гуань Шань ещё держится. ᅟ Он уже заранее огляделся, выстраивая маршрут к побегу — тут брешь между парнями, а дальше, к сожалению, тупик. Зато чуть правее можно перемахнуть через маленький забор и дать дёру к станции, где людно. ᅟ На мосту слышен машинный гул, гулко скользят по лобовому стеклу омыватели, фары и фонари нарядно и уютно разгоняют зимние сумерки. ᅟ Совсем недалеко на автобусной станции слышен людской гул, кипит жизнь: смеются школьницы, у кого-то в кармане вибрирует телефон, кто-то шуршит фольгой от шоколадки. ᅟ Мо выдохнул, пытаясь успокоить себя. Холод крупными мурашками пробежался от затылка и ниже по всем позвонкам, дробя их на мелкую костяную муку. ᅟ Перед смертью не надышишься. Один против стаи изуверов — кто победит в этой схватке? Какая, к чёрту, победа? Это была встреча на выживание. ᅟ Да и гадать наперёд Мо не решался, он вообще никогда не любил предполагать. Хочешь жить? Проведи расчёт, держись мало-мальски подходящего плана. Только руки не опускай. ᅟ Вот сейчас нужно было делать то, что диктовал инстинкт. Все внутренние системы верещали об опасности, а воспалённый от усталости мозг гулко и тупо пульсировал одно слово. ᅟ Бежать. Бежать. ᅟ Ше Ли ещё что-то говорил, но Гуань Шань рванул с места, не дослушав. Кроссовок взметнул грязь, окропив каплями штанину. Не было смысла что-то выслушивать этого грёбанного урода. Надо было просто делать то, что Мо делал и всегда делал при встречах с ним — сверкать пятками. ᅟ Но один за всех, все за одного и против одного — игра не честная, правил в ней никогда не водилось. Подлые, с голодным блеском в глазах падальщики с улюлюканьем помчались вслед за Мо. Сам же Ли руки пачкать не хотел, уступая всю грязную работу послушным слугам. ᅟ Беспристрастный судья самосуда, Ли лениво ждал, когда ему на блюдечке преподнесут десерт. Томно перешагнул через слетевший с ноги Мо кроссовок, что теперь белел в темноте обглоданной костью. ᅟ Шуршание, звуки борьбы и пыхтение длились всего пару минут. В глазах Гуань Шаня потемнело слишком резко, будто кто-то накинул мешок на голову. Это был удар со спины — подлый, хлёсткий. Тупая боль вдарила по лёгким и затылку одновременно, заставив парня рухнуть на колени в самую грязь. Она благодарно зачавкала, влажно вгрызаясь в спортивные штаны. Те, что мама стирала и гладила так тщательно накануне… ᅟ Совесть поникла. ᅟ Жалобно битой птицей забился стыд, окропив бледные щёки румянцем — Мо на коленях пред тем, кого искренне презирал и боялся. Пред тем, кому бы плюнул смачно в лицо, кого убил бы, не имей он совести и души. Пред тем, кто посмел считать, что может решать что-то за Гуань Шаня. ᅟ Тупые скоты человека втаптывали в грязь, изгибы грубых ботинок исполосовали ударами этот мясной мешок, что именовался телом. Хрустели рёбра, боль яркими пятнами вспыхивала в глазах. ᅟ Мо ненавидел в те секунды жизнь, и только мысль о матери не давала ему сдаваться. Он боролся, черпал наугад ладонями размякшую почву и камни, пытаясь швыряться в ответ. Падал, пытался встать, пока кто-то давил на затылок подошвой. В ноздри забилась вода из мутной лужи, потом что-то тёплое робко коснулось верхней губы. ᅟ Губы. Губы разбиты. Дёсны ободраны чьим-то ботинком, привкус металла обжёг язык. ᅟ Кровь. Всегда эти игры заканчивались кровью. Будто невозможно жить без жертвоприношения. Приспешники дьявола и их поганые ритуалы… ᅟ Мо жить плохо не боялся, Мо боялся не жить совсем. А Ли казался ему тем, кто может играючи перейти черту.