Волки сыты и овцы целы

      Дикий лес, обступавший долину со всех сторон, дышал первобытной угрозой. В его непроглядной чаще таились опасные хищники, голодный рык которых по ночам заставлял сжиматься сердца травоядных. Однако обитателей фермы этот пугающий мир не беспокоил. Их дом защищал высокий, неприступный и прочный забор — надежная преграда между безопасностью и суровым диким законом природы. Жизнь на ферме казалась идеальной: здесь всегда в избытке была сочная, свежая зелень, а в загонах ждали мягкие, теплые подстилы. Ни один из здешних обитателей никогда бы не согласился покинуть это благословенное место.              Вот и сегодня день выдался на редкость умиротворенным. На залитой солнцем лужайке безмятежно отдыхала четверка друзей.              — Эй, Гоша, лови! — звонко крикнул Стёпа.              Самый младший и миниатюрный из компании, этот молочно-белый барашек буквально фонтанировал энергией. Он резво скакал вокруг молодой яблони — единственного деревца на пастбище — и с разбегу бодал податливый ствол неокрепшими рожками. Сверху, один за другим, сыпались спелые плоды.              — Поаккуратнее там! — недовольно буркнул Гоша.              Упитанный золотистый баран упрямо проигнорировал чужую гиперактивность и сосредоточенно уплетал упавшие яблоки. Из-за своей комплекции он двигался нехотя, лишь изредка и весьма неуклюже уворачиваясь от пролетавшего мимо Стёпы.              Чуть поодаль, утопая в густом разнотравье, растянулся Гена. Самый высокий среди друзей, рыжий барашек сейчас казался просто горой пушистой шерсти. Он полностью расслабился, прикрыл глаза и лениво шевелил ушами, наслаждаясь звонким пением птиц и ласковым теплом полуденного солнца. На его доброжелательной мордашке застыла сонная, мирная улыбка.              В отличие от остальных, Ваня не мог расслабиться. Кутаясь в свои русые кудри, он тихо сидел на траве, поджав ноги. При каждом его движении на шее тонко звенел маленький начищенный колокольчик — неизменный атрибут вожака. Как лидер, Ваня привык отвечать за безопасность своей маленькой отары, и сегодня его интуиция буквально кричала об опасности.              Он медленно оглядывался по сторонам, вглядываясь в просветы между деревянными досками забора. По спине пробежал неприятный холодок. Шестое чувство подсказывало, что за ними наблюдают. Из темной, непроглядной чащи леса, прямо сквозь щели ограждения, на него смотрел чей-то чужой, тяжелый и пристальный взгляд. Ваня замер, содрогнувшись от внезапного чувства непреодолимой тревоги.              Ваня зажмурился и крепко протер глаза ладонью. Когда он снова посмотрел на изгородь, пугающие сверкающие огоньки в темноте чащи исчезли, словно их и не было. Русый барашек шумно выдохнул. Значит ли это, что ему просто показалось? Скорее всего, это была лишь игра света и тени. Но даже если в лесных зарослях действительно кто-то затаился, вряд ли этот хищник осмелится пробраться на охраняемую ферму. К тому же, крепкие рога даны баранам не только для красоты. В случае опасности такое грозное оружие может оказаться куда эффективнее и опаснее любых клыков. Списав всё на излишнюю мнительность и усталость, Ваня поправил звенящий колокольчик и заставил себя расслабиться, подставляя лицо теплому ветру.              Тем временем по другую сторону высокого забора, в самой глубине дикого леса, жизнь текла по своим суровым законам.              У входа в мрачную скалистую пещеру располагалось логово волчьей стаи. Атмосфера здесь была ленивой и сонной: одни хищники неторопливо догрызали кости, оставшиеся от вчерашнего ужина, другие вальяжно грелись на массивных, нагретых солнцем валунах. Идиллия нарушилась в одно мгновение, когда из густых прибрежных кустов с шумом выпрыгнул запыхавшийся волк. Это был Петя.              — Вы видели?! Вы это видели?! — оглушительно закричал он на весь лагерь.              Его коричневая шерсть взъерошилась, бока тяжело вздымались от долгого бега, но он не желал тратить ни секунды на передышку. От возбуждения Петя так сильно размахивал руками, что едва не сбил с ног сидящих рядом товарищей.              С камня в тени деревьев лениво поднялся Рома. Его черная холеная шерсть безупречно лоснилась и ярко блестела на солнце. Обведя нарушителя спокойствия высокомерным взглядом, правая рука вожака недовольно поморщился:       — Чего ты разорался на весь лес? Что ты там такого увидел?              — Да там, на поляне у фермы, барашки пасутся! Айда на охоту! — Петя аж подпрыгнул на месте, предвкушая легкую добычу.              Из глубины пещеры послышался низкий, вибрирующий рык. На свет медленно вышел Тарас. Огромный вожак стаи, чьи длинные черные волосы тяжело спадали на плечи, смерил Петю грозным и уставшим взглядом. Одного этого звука хватило, чтобы все волки замерли.              — Петь, ну куда ты опять лезешь? — тяжело вздохнул Тарас, скрестив руки на груди. — Чего тебе спокойно-то не живется? Пойди поймай себе зайца в малиннике и успокойся.              Из самого дальнего угла лагеря раздался спокойный, хладнокровный голос Левы. Он даже не пошевелился, лишь слегка приоткрыл один глаз:       — Тебе, Петя, вообще лучше с рогатыми не связываться. Память короткая?              Вся стайка, за исключением самого виновника торжества, дружно захихикала. Волки мгновенно вспомнили прошлую осень, когда их дикий и импульсивный друг попытался в одиночку завалить взрослого лесного оленя. Та охота закончилась потерей одного из его главных верхних клыков.              — Да ладно вам! Хватит ржать! — обиженно огрызнулся Петя, непроизвольно прикрывая ладонью рот, где теперь сияла заметная щербина. — На моем месте тогда мог оказаться каждый!              Рома самовлюбленно усмехнулся, демонстрируя идеальный оскал:       — Вот именно поэтому, мы и не хотим оказываться на твоем месте.              — Тц, да ну вас, — Петя досадливо махнул рукой, но его глаза снова азартно блеснули. — Но в этот раз всё по-другому! У меня есть стопроцентный, беспроигрышный план!              Тарас устало потер переносицу и обреченно выдохнул, понимая, что просто так этот волк не отвяжется:       — Ох... Ну и что за бред ты придумал на этот раз? Выкладывай.              — Короче, слушайте сюда, — Петя придвинулся ближе, заговорщицки понизив голос. — Их там всего четверо. Как раз на каждого из нас хватит, голодным никто не уйдет. И к тому же, они вообще не похожи на тех, кто сможет дать нам хоть какой-то отпор. Неженки! Лежат себе на травке да яблоками объедаются. Главное в этом деле — отвлечь их вожака. У него на шее блестяшка металлическая висит и звенит постоянно. Так вот, отвлекаем главного барана, втихую воруем остальных, а с ним одним потом справиться будет легче легкого!              Волки озадаченно переглянулись. Идея звучала заманчиво, но в ней явно не хватало деталей.              Тарас тяжело оперся ладонями о колени и наклонился вперед, сверля Петю тяжелым взглядом:       — Ну, допустим. И как именно ты собрался отвлекать их вожака, гений?              — Мы используем маскировку! — гордо объявил Петя и победно выпрямился. — Один из нас проберется на ферму под видом барана. Он втерется к ним в доверие и уведет их главаря подальше от остальных. И бам — наш выход! Забираем тех троих тепленькими. А когда этот дурачок с колокольчиком опомниться не успеет, мы и его скрутим. Ну как?              Рома, сидевший на камне, прыснул кулак и из всех сил попытался подавить приступ смеха, посчитав затею полным абсурдом. А вот Тарас неожиданно замолчал. Вожак задумчиво почесал подбородок, глядя на густые кроны деревьев в стороне фермы. Мясо домашних барашков определенно стоило того, чтобы рискнуть.              — Ладно, — наконец глухо рыкнул Тарас, поднимаясь во весь свой огромный рост. — Давай попробуем.              Рома от неожиданности даже подскочил на месте, а его блестящая черная шерсть встала дыбом:       — Чего?! Тарас, ты серьезно? Это же абсолютно бредовый план!              Вожак медленно повернул голову к своему помошнику. На его морде промелькнула едва заметная, хитрая ухмылка. Он решил взять гордого и самовлюбленного Рому на слабо:       — Может, план и правда бред. А может... ты просто боишься, что красивое личико пострадает, если прилетит копытом в лицо? М?              Рома глухо и яростно рыкнул. Гордость и тщеславие не позволили ему смолчать — он мгновенно купился на эту простую провокацию вожака. О том, чтобы отступить или показать слабость перед стаей, не могло быть и речи.              — Никого я не боюсь! — отрезал черный волк, хищно оскалив зубы. — Я в деле!              Обратного пути не было. Усмехнувшись, Тарас хлопнул Рому по плечу, и стая тут же приступила к подготовке своей самой безумной и дерзкой вылазки.       

🐏🐏🐏🐏🐺🐺🐺🐺