Бардак в офисе

Начало мая в этом городе всегда было пшиком. обещали тепло, а лило с неба так, будто кто-то наверху решил устроить потоп за нецелевое использование солнечных дней. Ипатова влетела в офисный вестибюль, отряхиваясь, как мокрый воробей, и чертыхнулась так громко, что охрана на ресепшене привычно сделала вид, что ее не существует. но отсутствие пропуска записали. — Какой же это колхозный май, — резюмировала она, хлюпая носом. Черная рубашка промокла у воротника, но красный галстук остался при нём — символ её личного бунта против дресс-кода, который она носила с гордостью. браслеты на запястьях жалобно брякнули. Саня поправила хвост, выудив из-за уха мокрую прядь длинной чёлки, и зашагала к лифтам. в лифте было подозрительно тихо. и пахло кофе и почему-то пирожками. скука, подумала Саня. скука смертная. Офис располагался на двадцать седьмом этаже стеклянной башни, откуда в ясную погоду был виден весь город. в пасмурную — виднелось только хмурое небо и собственное отражение уставшего человека. Саня протиснулась мимо своего стола, заваленного стикерами и кружками, бросила взгляд на место Сени. пусто. ну конечно. этот вечно либо уже здесь, завис в какой-то неведомой глубине кадровых архивов, либо растворился в пространстве. как обычно, не работает. — Ипатова, не стучи копытами, — донеслось от мимопроходящего начальства. Физик, он же Михаил Борисович, прошел к дверям своего кабинета с портфелем в руке. он наградил Саню взглядом, поправив прямоугольные очки, и подозрительно принюхался. — от вас мокрой псиной несёт. — А вы не нюхайте, — жизнерадостно отбросила Саня. — и вам доброго вечера, Михаил Борисович. отличное утро, правда? Физик только крякнул и удалился в свою стеклянную клетку, где уже восседала Ванигина — его супруга и заместитель, сегодня в платье цвета засохшей вишни и с привычным выражением лица «кругом идиоты». Саня мысленно послала ей жест свободного шага нахуй, который никто не увидел, и плюхнулась в кресло. Карина, сидевшая напротив с вечно серьёзным лицом, подняла взгляд поверх очков. — Драсьте, — кивнула Саня. — а где моя тушканская радость? Сеня пропал. не умер ли он в архиве? — Жив. он встречает нового сотрудника. — Карина чуть заметно улыбнулась. — тебе подопечный. на замену той, что сбежала в декрет. Саня замерла. в это самое мгновение в двери офиса просочился… нет, не Сеня. просто Сеня был где-то на периферии. а впереди него шла она. Саня потом не могла вспомнить, как именно это произошло. внутри что-то щёлкнуло, как затвор фотоаппарата. Девушка была маленькой, чуть выше самой Сани, и вся какая-то светлая, несмотря на тёмные волосы. каштановые локоны лежали по плечам мягкими волнами, словно она только что вышла из салона, а не с улицы, где лило как из ведра. на ней была свободная бежевая рубашка, короткая юбка, тонкие колготки и туфли-лодочки, которые, казалось, никогда не знали луж. она держалась прямо, но мягко, как цветок на стебле. и улыбалась. улыбка была той ещё штукой. открытой, чуть удивлённой, с ямочками на щеках. на её лице идеальный макияж, ресницы как у куклы, и такой взгляд, будто она видит в этом сером мире одно хорошее. — …по связям. Кристина Птушко, — донеслось до Сани как сквозь вату. это Сеня говорил. Сеня подошёл к её столу и легонько постучал костяшками. — Сань. все хорошо? Саня моргнула. — А? Да. Чего? — Я представил Кристину. твоя задача — ввести в курс дела. покажешь базу, клиентов… ну и всё. Сеня стоял в своей вечной рубашке в мелкий цветочек, очки на цепочке висели на груди, а без них лицо непривычно открытое и усталое, под глазами явные синяки. на вид — молодой, но такой древний душой. он перевёл взгляд с Сани на Кристину и обратно, и что-то в его серо-голубых глазах блеснуло: то ли интерес, то ли предчувствие. — Ипатова, — сзади прошипела Ванигина, выходя из кабинета. — надеюсь, вы не будете учить новенькую своим манерам. Кристиночка, — голос её стал приторным, как сироп, — если что, вы всегда можете обратиться ко мне. — Спасибо большое! — Кристина, нет, мысленно Саня уже назвала её по-другому, улыбнулась Ванигиной так искренне, что даже каменное лицо заместителя дрогнуло. «Ванигина её обожает», — с ужасом поняла Саня. — «Через неделю они будут вместе пить чай с безе и обсуждать, какая я невоспитанная». Саня откинулась в кресле, сложила руки на груди. сердце колотилось где-то в горле, а в животе… в животе было странно. будто кто-то запустил туда рой маленьких, абсолютно идиотских созданий с крыльями. «Бабочка, — подумала она, глядя, как Кристина оглядывает офис с восхищением ребёнка в кондитерской. — чистая Бабочка. порхает, улыбается… и откуда такие берутся?» она назвала её так сразу, за секунду до того, как Сеня закончил представление. просто увидела — и щёлкнуло. но само сочетание букв озвучилось в голове лишь сейчас. Кристина подошла к её столу, протянула руку. тонкие пальцы, идеальный маникюр, от неё пахнет чем-то цветочным и дорогим. — Очень приятно, Софья. Антон много о вас рассказывал. говорит, вы лучшая. Саня хотела брякнуть что-то вроде «он пиздит, не верь ему», но вместо этого взяла её руку, осторожно и как-то немнивычео неуверенно, будто стеклянную, и сказала: — Для своих — Саня. а вы… Кристина, да? — Можно Кристина. или… — девушка хохотнула, и смех у неё оказался звонким, как колокольчик. — как удобно. — Садись вон туда, — она кивнула на соседний стол, который пустовал две недели. — сейчас я тебе покажу, где у нас слоны зарыты. ты чай пьёшь? с сахаром? с мёдом? с ромашкой? у Феи найдется любой. — С ромашкой? — Кристина округлила глаза, и в них заплясали смешинки. — Саня, вы меня бабушкой сделаете. — Я тебя кем хочу, тем и сделаю, — выпалила Саня и тут же смутилась собственной грубости. — в смысле….ээ..не подумай неправильно. Карина сделала вид, что углубляется в соцсети, но уголки её губ подрагивали. Саня встала, чуть не опрокинув стул. надо было двигаться, говорить, занимать руки — чтобы не думать о том, как эта Кристина смотрит на неё своими карими глазами в солнечном макияже. как локон упал на плечо. Бабочка. её прибить захотелось. и обнять. и прибить. — Пошли, — сказала Саня, одёрнув галстук. — покажу тебе серверную. там «мультики» про Физика и Ванигину показывают. пострашнее «пилы». — Чо серьёзно? — Кристина не испугалась, а, наоборот, подобралась с любопытством котёнка. Саня потянулась было к её локтю, чтобы подтолкнуть в нужную сторону, но в последний момент отдёрнула руку. слишком горячо. слишком. она обернулась на Сеню. тот стоял у своего стола, задумчиво постукивая пальцами по столешнице. коротко-длинно-коротко, словно морзянка. — Ладно. первый день — самые жёсткие, но основные правила. если Физик скажет «доброе утро», не верь и отвечай «добрый вечер». он кровь пьёт из молодых специалистов через соломинку. идёт? — Идёт, — легко согласилась Бабочка и шагнула следом, чуть не касаясь плечом Саниного плеча. в животе снова затрепыхалось. рой сумасшедших насекомых. «бляя, — с отчаянием подумала Саня, которая подстрекала всех и каждого, но никогда не верила в сопли. — ёбаный в рот. кажется, меня сейчас стошнит бабочками».