Одинокий волк, чёрный феникс, хитрый лис

С самого утра лил дождь, грохотал гром, сверкали молнии. Ветер поднимался настолько сильный, что офицеры Вонголы с опаской смотрели на наклоняющиеся деревья и шептались, надеялись, что те выдержат. Такеши и сам на это надеялся, пока наблюдал за непогодой и стекающими по стеклу каплями. На душе тоже бушевала гроза. Он вернулся с удачных переговоров поздно вечером и не стал тревожить Тсуну, решив порадовать позже. А сегодня утром прошёл в кабинет и сразу заметил отсутствие Хаято. Тогда-то он и узнал про яд. Настроение испортилось мгновенно, голос во время доклада явно звучал серо и убито, поскольку Тсуна подошёл к нему с натянутой улыбкой, похлопал по плечу и сказал, что теперь всё хорошо. Хаято получил противоядие, но всё ещё оставался в постели из-за слабости. Детали его самочувствия Тсуна не раскрывал, а Такеши и не лез. Только прокручивал в голове все события прошедших лет: все битвы, все потери, все полученные раны. Рука коснулась груди. Благодаря Бьякурану там не осталось шрама, но время от времени память подкидывала ему ощущение той боли — как физической, так и внутренней от предательства… Он не мог ничего забыть и вспоминал каждое событие каждый раз, когда кто-то возвращался с задания раненым. Тсуна знал, догадывался, но молчал. Нет, в начале пытался поговорить и даже как-то помогало… Но потом… — Дождик сегодня грустный, как дождик за окном, — пропел сбоку слегка хрипловатый голос, и Такеши повернул голову. Медленной походкой, как крадущийся хищник, к нему направлялся Ларс, смотря на погоду за окнами. — Что в этот раз тревожит мой любимый Дождик? — Как будто ты не знаешь сам, — бросил Такеши и вновь перевёл взгляд на окно. Почти сразу он ощутил лёгкий прилив тепла и медленно вдохнул, прежде чем выдохнуть. Вот оно. То, что могли чувствовать не все, но почему-то хорошо ощущали носители пламени Дождя. Магическое влияние, которым Ларс окутывал сознание и тело, особенно сердце, заставляя его успокоиться и вернуться в свой ритм. Мысли не исчезали, но затухали, уходили куда-то глубоко внутрь, хотя… он же мог их и вытащить, помочь проработать — Такеши каждый раз отказывался и сам не знал, почему. А Ларс не давил. — Хаято чувствует себя хорошо, — продолжил с весёлыми нотками Ларс и встал рядом, едва касаясь своим плечом чужого. — Уже рвался в работу. Пришлось погрузить в сон. — Он подпалит тебе хвост, — не сдержал смешка Такеши и припомнил, как однажды Хаято от угроз про это и вправду почти перешёл к действиям. Гонялся по особняку с зажигалкой и грозился кинуть её прямо в пушистый лисий хвост, который Ларс, словно специально, не прятал в издевательство и махал из стороны в сторону. Причины никто толком не знал. Они спокойно сидели в столовой, переговаривались, а потом сорвались на бег. Возможно, зная неумение держать язык за зубами, Ларс что-то такое сказанул, что вызвало реакцию у Урагана. Только подошедший Тсуна успокоил обоих и разогнал в стороны. Такеши не смог сдержать улыбки, когда понял, что уловка Ларса сработала — переключить внимание на что-то другое, даже если это не было задумано изначально. На душе стало поспокойнее. Этот хитрый лис умело находил подход и мог подобрать слова в любой ситуации, что иногда радовало, иногда напрягало, иногда пугало. Возможно, поэтому Такеши не спешил принимать предложение о… личной терапии. Он не до конца понимал, какой может быть исход, когда Ларс залезет настолько глубоко в душу… — Я понимаю тебя… — раздался уже приглушённый голос, прерванный раскатом грома. Взгляд скользил по окну, пока Такеши не заметил отражение Ларса. На нём сияла улыбка, но такая тусклая, безжизненная. Миг, и видение исчезло. — Я тоже многих терял. Такеши моргнул и припомнил тот день, когда Тсуна притащил непонятно откуда грязного, покрытого кровью и мелкими царапинами по всему открытому телу Ларса. Почти без одежды… если те рваные лохмотья можно было назвать одеждой. Без вещей, только маленький кошелёк с банковскими картами, что сразу дало понять — перед ними не бездомный, не пострадавший от воров человек. Хаято напрягся, но молчал, поскольку Тсуна дал понять, что найденный остаётся в Вонголе, пока не очнётся. Он не объяснял, даже когда к нему подошёл хмурый Реборн и попытался устроить допрос. Тсуна молчал. Хмурился, повысил голос, что делал крайне редко, и приказывал не трогать, не задавать вопросы. Причина поведения выяснилась позже, когда Ларс очнулся и пояснил, кто он на самом деле. Божественный лис из другого мира, который погиб там и возродился здесь. Тсуна чувствовал в нём магию с самого начала благодаря гиперинтуиции, поэтому и помог, а после предложил остаться. Вонгола узнавала нового члена семьи постепенно, шаг за шагом, помогала адаптироваться к новому миру и как-то привязалась. Но они до сих пор не особо знали его прошлое. Ларс списывал всё на частичную потерю памяти, а у него и вправду было сотрясение мозга. Поэтому сейчас услышать такое… Такеши даже замер, не дыша. — Я… не помню этого. Но я знаю… Знаю, что у меня были родители, тётя, брат… друзья и наставники, — продолжил тихо Ларс и усмехнулся. — Жаль, я не помню, какими они были… наверное, добрыми?.. Заботливыми?.. Тсуна говорил, что из всех хранителей… только у тебя был хороший отец… Тсуна и вправду так сказал? Такеши закрыл глаза, когда сердце резануло. Прошло… года два? Три? Его отца убили. И самое болезненное в том, что это не были вражеские семьи, как было в первом будущем. Нет. Это оказались простые воры, забравшиеся в их заведение за выручкой. Отец вышел на шум не в то время, не в тот момент, не успел среагировать. А Такеши в этот момент находился на встрече в Италии, поэтому ему сообщили не сразу. Прощание было долгим, спокойным. Каждый вспоминал его отца добрыми словами. Он и вправду был самым лучшим… — Он готовил лучшие суши… Был всегда гостеприимным и добрым, — выдавил из себя Такеши и позволил себе вспомнить все те счастливые моменты, все просьбы быть осторожнее и даже одну единственную ссору, когда… всплыла информация о мафии. Отец недолюбливал это, но смирился, понял, что ничего уже не сделать. — Я уверен, что и твой отец был хорошим человеком… Ларс ничего не ответил, только протянул руку и похлопал по плечу. Некоторое время они стояли в приятной тишине и наблюдали за уже успокаивающимся дождём. Возможно, Такеши всё же стоило поговорить с Ларсом насчёт своего психического состояния. Он уже развернулся, чтобы спросить об этом, как заметил в конце коридора идущих Хром и Мукуро. Они тоже вернулись?.. И, вероятно, только что. Потому как на плечах улыбающейся Хром лежала покрытая каплями куртка Мукуро, пока он сам шёл в мокрой, прилипающей к телу рубашке и хмурился. Кажется, они о чём-то говорили. И явно о чём-то личном, так как, заметив «чужие уши», Мукуро тут же закрыл рот, а Хром только пожала плечами и подошла к Такеши. — Выглядишь как мокрый ворон, — прокомментировал с ворчанием Ларс и подошёл к недовольному Мукуро, после чего немного оттянул рубашку и отпустил её со слегка скривившимся лицом. — Ку-фу-фу… а ты выйди на улицу без зонтика. Посмотрим, каким мокрым лисом станешь ты, — с ехидством в голосе и дёргающейся бровью произнёс Мукуро и прищурился, пока Ларс недовольно посмотрел в окно. — Воздержусь, — выдавил тот сквозь зубы. — А ты бы шёл и переоделся… Что? Иллюзии не спасли от ливня? Такеши прям видел, как Мукуро скрипит зубами и пытается держать улыбку на лице, пока взглядом пронзал Ларса. Эти двое всегда вели себя… странно. Вроде бы ругались, вроде бы просто подкалывали друг друга, вроде бы местами даже заботились, на взгляд со стороны… а вроде бы порой хотели прибить друг друга или вовсе вели себя так, словно играли в хищника и добычу — только кто из них кто не понятно. Прикосновение заставило Такеши отвернуться от этих двоих и посмотреть на улыбающуюся Хром. Куртку она держала уже в другой руке и прижималась к нему. Но на тихий вопрос «Замёрзла ли?» она покачала головой… — Зануда! — повышенный голос Мукуро вызывал дрожь по телу. Ещё один из их семьи, кто редко переходил на крик. Такеши повернул голову и посмотрел на то, как Ларс буквально тащит упирающегося иллюзиониста. — Я сама решу! — Да-да. Всё сам, всё сам! Я уже понял! А теперь пошли переодеваться! Я не собираюсь тратить силы ещё и на твоё исцеление! — в ответ зафырчал Ларс, и его слова вызвали эффект. Поскольку Мукуро мгновенно изменился в лице и теперь хмурился. Уже тише он начал что-то расспрашивать, на что ему отвечали с явным вызовом и раздражением… И так они шли по коридору, бросали друг в друга какие-то фразочки, которые Такеши не мог разобрать, кривились, махали руками… Вроде бы ругаются, а там не разобрать. Их не понять. Но Такеши видел это. То, каким становился Мукуро рядом с Ларсом. Более… живым? Эмоциональным? Прямо, как Хибари, правда тот умело держал себя в руках. — Интересно… когда Мукуро-сама поймёт всё… — как-то странно протянула Хром и хихикнула в ладонь. Такеши приоткрыл рот, чтобы спросить о чём она, но луч скользнул по лицу и заставил его отвлечься от мыслей, от ситуации, чтобы посмотреть в сторону. Хром же уже отошла к окну, за которым среди туч выглядывало солнце. Погода наконец-то разгулялась, ветер стих. А вместе с ним унеслись все лишние мысли. Такеши ещё раз посмотрел на конец коридора, где… Мукуро и Ларс стояли друг на против друга со скрещёнными руками и молча смотрели друг на друга… не хватало только молний или искр, как в каком-нибудь мультфильме Ламбо. Такеши сам не понял, почему у него вырвался смех, но… он смотрел на этих двоих и не мог поверить в то, что иллюзионист, который когда-то грозился убить их семью… теперь вёл себя так с кем-то, кого едва знал. Хром рядом тоже засмеялась в кулак. Что же… Такеши было даже интересно узнать, чем всё закончится…