Шестое измерение

Конечно, Джон не думал, что в такой день будет лить ледяной дождь, будут сверкать молнии, греметь гром, но чтобы так, чтобы издевательски жизнерадостно светило солнце, чтобы мир радовался, когда жизнь самого Джона была полна скорби… Он с трудом отстоял маленькую панихиду у места захоронения, не смотрел на лица друзей и близких, он даже не смог сказать последнее слово, как-то проститься, что-то сделать – губы одеревенели, а в голове был как-то туман и мешанина мыслей: как, почему, зачем? Ведь все уже налаживалось, жизнь заиграла красками, а теперь… Когда гроб опустили, Джон первым подошел к могиле, преклонил колени, подобрал горсть влажной земли и бросил на крышку гроба. Нужно было хотя бы что-то сказать, попрощаться, но… Джон даже не нашел в себе сил отряхнуть колени от земли, когда встал и все так же молча отошел от могилы - Джон, - Кэс тронула его за плечо, но Джон даже не заметил ее жеста, продолжая идти куда-то, куда глаза глядели – все равно, вперед, наискосок, к машине, в соседней могиле. - Кэсси, не надо, - попросил Чарли, придержав девушку. - Я догоню его, - сказал мистер Миллер, ускорив шаг. - Господи, Чарли, да как же так-то? – тихонько взвыла Кэс, обняв друга. – Ну, почему? Почему? - Я не знаю, - наверное, впервые в жизни, Чарли не нашел нужного ответа. Все это выглядело как кошмар, все это и было каким-то тяжелым кошмаром. Джон упал на колени, запнувшись то ли о камень, то ли о корень дерева, он даже не понял, что рухнул как подкошенный, ободрал ладони, сжался в комок и застонал, все еще не имея сил банально заплакать. Жизнь – говенная штука, если даруя одно, тут же отбирает другое. она дала красивую внешность, но отобрала отца, дала омежью натуру, но заставила пережить изнасилование, подарила самого лучшего в мире мужчину, но… - Джон, - раздался тихий голос и на плечи парня легли тяжелые ладони доктора Миллера. - Я не могу, мистер Миллер, - прошептал Джон, не разгибаясь. – Я просто не могу больше. Мужчина присел рядом и подтянул Джона к себе. - Доктор Брент сделал все, что мог, поверь мне, - прошептал Миллер, гладя парня по спине. – Это… Никто даже не думал, что она могла бы пойти на такое, она шла на поправку, не было никаких признаков… - Не надо, - убито пробормотал Джон, сжимая руки в кулаки и до боли впиваясь ногтями в ладони. – Не могу. Пожалуйста, не надо. - Джон, пойдем, сынок, - попросил Миллер, поднимаясь и помогая Джону встать. – Послушай, я понимаю тебя, но мы все рядом, ты не одинок. Родители Кассандры, я и моя жена – мы все твоя семья, ты мне как сын, Джон. Джон поднял голову, взглянув на мужчину больными глазами. - Мой отец – чертов пришелец, - произнес он с убийственным равнодушием. – Мой отец… мой второй отец, муж моей матери, бросил нас, а моя мать повесилась в больнице, ничего не объяснив. За что, доктор Миллер? За что она так со мной поступила? Два слова и… Миллер молча притянул его к себе в объятия, поглаживая и легко похлопывая по спине, позволяя измученному парню закрыть глаза и ткнуться носом в шею. Ничья вина, ужасное стечение обстоятельств. - Мам, - Джон вошел в палату к матери как всегда с букетом цветов. – Привет, мам. - Привет, мой дорогой, - улыбнулась Джоанна, протянув к сыну руки. – Как ты? - В порядке, - Джон положил букет на тумбочку и сел на кровать. – Доктор Миллер сказал, что ты идешь на поправку, скоро обещает выписать. - Доктор Миллер замечательный врач, милый, - согласно кивнула женщина. – А как ты? Ищешь Эрика, да? – она тронула пальцами браслет на запястье сына. - Не ищу, - покачал головой Джон. – И не буду искать. Зачем мне это? - Не знаю, - растерянно улыбнулась Джоанна. – Я хочу в это верить, Джонни. У него тоже был такой браслет, как я помню, - произнесла она, оглаживая подушечками пальцев черную кожу браслета. – Черный, красивый… Он тогда сказал, что это приносит удачу. Джон невесело усмехнулся. Удачу не принес бы никакой браслет, вообще ничто не способно было бы принести удачу в семью, где обыкновенную земную женщину совратил какой-то пришелец и тем самым разрушил семью. - Мама, я должен тебе кое-что сказать, - Джон покусал губы от волнения. Все-таки, не каждый день вот так можно сообщить матери о том, что встретил мужчину своей мечты из другого мира, куда собираешься переселиться навсегда. - Ты нашел его, да? – повторила Джоанна. - Эрика? Нет. Я не буду его искать. Мам, я… - Джон взял мать за руку. – Мама, я омега, я полукровка-омега, я тут… в общем… Мама, я гей. - Я знаю, милый, - Джоанна ничуть не удивилась такому заявлению. – Всегда знала, всегда чувствовала, что не стану бабушкой, но это ничего, дорогой, ничего. Твой мальчик, должно быть, самый замечательный, если ты его выбрал. - Мам, я омега, я наполовину чертов пришелец и я… - Джон сглотнул. – Мам, мой… он… - если бы Рейвен был просто парнем, обычным парнем, было бы едва ли не проще в тысячу раз, но он был инопланетянином, с иной физиологией, из другого мира – вот как такое скажешь в лоб? – Его зовут Бенедикт Рейвен, он доктор, хирург, он замечательный мужчина… - даже говорить приходилось с запинками, глядя не матери в глаза, а в сторону, краснея ушами и щеками. – Мама, он альфа, он инопланетянин и я смогу жить со свей своей физиологией только в его мире, - выпалил Джон, набравшись храбрости. Джоанна безмятежно улыбалась. - Это хорошо, милый, я рада за вас. Доктор Миллер немного объяснил, что с тобой – надеюсь, он достойный человек, он не причинил тебе вреда. - Мам, Бен самый лучший человек, - заверил Джон, подняв руку матери и поцеловав ее пальцы. – Он альфа, понимаешь? Альфа. А я омега. Омеги в их мире… понимаешь, я… - Что такое, родной? – Джоанна обхватила руку сына обеими руками. Джон глубоко вдохнул воздух в легкие, будто собираясь нырнуть, и выпалил без остановки почти все, что так долго копил в себе, исключая некоторые не слишком приятные и слишком пикантные подробности знакомства с Рейвеном. Джоанна буквально просияла, услышав о том, что мужчины-омеги могли рожать в том мире, она спокойно отнеслась к тому, что избранник ее сына – инопланетник из какого-то иного мира, что у него интересная анатомия, что он живет и работает на другой планете, что ее родной сын тоже, возможно, когда-нибудь смог бы сам родить ей внука… пусть даже она бы его никогда не увидела, и тем более улыбнулась на слова о том, что Джону нужно будет навсегда оставить этот мир и переселиться в другой, чтобы там обрести свое счастье. Она выслушала сбивчивые речи о том, что Джон не смог бы ее бросить, оставить дом, университет, друзей, планы, всю жизнь, что он бы хотел забрать ее с собой, а так же Кэс и Чарли, и даже доктора Миллера – он же столько сделал для Джона! – и… - Джонни, ты должен идти, - мягко произнесла Джоанна, поглаживая пальцы сына. – Ты должен стать счастливым. Джон что-то пообещал, но не заметил в глазах матери понимания того, что она знала – он останется здесь, с ней, рискнет всем, чтобы не получить ничего. Неделю спустя доктор Миллер позвонил ему и попросил приехать. Джон примчался быстрее ветра и… - Как это произошло? – Джон едва смог пошевелить белыми губами, глядя на тело матери, по шею закрытое простыней. - Дежурная сестра сказала, что в палату никто не входил, - объяснил Миллер. – Никого постороннего, только я и она. Я не знаю, как такое могло произойти, Джон, у меня нет объяснений и нет слов в оправдание. Джон стиснул в ладони посмертную записку. «Прости меня» - вот и все, что она могла написать, избавив сына от трудности выбора между жизнью и счастьем в ином мире, и прозябанием с ней, больной алкоголичкой, в этом. Полиция установила причину смерти, как смерть от удушения – Джоанна Линн повесилась прямо в своей палате, накинув петлю из простыни на шею и на кондиционер, чудом не оборвавшийся. Смерть наступила около полуночи, а тело обнаружили спустя почти шесть часов, когда больница начала просыпаться. Спасать ее уже было слишком поздно. Небо не обрушилось, мир не выцвел, жизнь продолжалась спустя две недели после похорон. Джон ходил на лекции в университете, работал в баре, подолгу засиживался в лаборатории университета, через силу улыбался миссис Рэйнбоу и миссис Миллер, когда те приходили с гостинцами, держался как мог, когда обе женщины пытались посочувствовать парню, кивал на предложение мистера Рэйнбоу прийти в фирму, где тот работал, но по-настоящему сблизился лишь с понимающим мистером Миллером, который видел его как в лучшие времена, так и в худшие. Видеть Кэс попросту не было сил – ее виноватые как у побитой собаки глаза ничуть не облегчали жизнь, а Чарли так и вовсе стал тенью Джона, как ангел-хранитель, решивший, что подопечный вот-вот сломается. Мистер Миллер был взрослым человеком, врачом, человеком понимающим трудности Джона как в плане потери, так и в физиологических аспектах. - Я… - Джон сидел на своей скамейке в парке, не глядя на доктора и не зная, что сказать, чтобы тот понял. – Теперь все изменилось, а я все равно не могу все бросить и уйти, - наконец, решился он, нервно теребя в руке мобильник. - Я не могу дать тебе совет, Джон, - терпеливо произнес мужчина. – Думаю, мое мнение ты знаешь и ты сам понимаешь, что ты особенный молодой человек, что тебе нужно быть ближе к тем, кто… - …такой же «особенный», как я? – в голосе Джона промелькнуло презрение, но мистер Миллер понял его – парнем двигало не презрение, не отвращение, а боль, страх, отчасти даже ярость за то, что именно он такой, именно с ним все это произошло. - Я думаю, доктор Рейвен не только прекрасный специалист по омегам, но и мужчина, который искренне любит тебя, ждет тебя, - вместо укоризны произнес Миллер. – Мы все чем-то жертвуем, Джон, ты, я, даже Кассандра и Чарли. - Чем же? – устало вздохнул Джон. - Есть время дурачиться, есть время строить жизнь, сынок, - мужчина обнял Джона и слегка встряхнул. – Школа, колледж, университет, а потом семья, дети, работа – некоторые вещи приходится переоценивать со временем, друзья замещаются чем-то другим, посиделки каждый вечер становятся обузой. Не у всех, конечно, но такое тоже бывает. Бывает, что рвутся все контакты, мы разъезжаемся по разным городам, а иногда и странам. - Но не на другую же планету и в другой мир, - тихо возразил Джон. - У меня был друг, - вдруг начал Миллер, - Стэн, Стэнли Кравитц. Вместе учились в школе, вместе пошли в колледж, были – не разлей вода, а потом я пошел в одну сторону, а Стэн в другую. Я стал доктором, а он выбрал иной путь. Кажется, то ли рок-группу, то ли какие-то притоны – я в этом не силен, если честно. У меня семья, а он… - Что он? – спросил Джон. - Я не знаю, - вздохнул и Миллер. – Последний раз, когда я что-то слышал про него, он был в Таиланде в каком-то борделе. Это было лет девять-десять назад. - А другие? А Чарли, Кэс? - Кассандра могла стать моделью, но предпочла дружить с вами, с тобой и Чарли, учиться, работать, а не ввязываться в сомнительный шоу-бизнес, а Чарли лет с десяти порывался уехать в Тибет, но потом вроде бы успокоился, хотя даже его мать в этом не уверена и постоянно боится того, что однажды он все-таки туда переедет и порвет все контакты со мной и с ней. - Но вы все сами ставили себе рамки, а мне выбора не дали! Отец – откуда-то из иного мира, я – отпрыск-мутант, даже в мире Бена я уродец, омега с дефектом. Мистер Миллер, я хочу иметь детей, я люблю детей, но что я могу ему дать? Он потерял мужа и не родившегося сына, я смогу заменить ему мужа, но детей от меня не будет. - Почему ты так в нем сомневаешься, Джон? – мистер Миллер посмотрел парню в глаза. – Разве у вас нет этой волшебной связи? Он выбрал тебя, ты выбрал его, та же химия, что и у нас – у гетеросексуалов, у гомосексуалов, у бисексуалов… Джон, именно ради любви мы все и делаем самые глупые ошибки и принимаем самые серьезные решения, потому что, если не ради любви, то ради чего еще жить? Джон промолчал, вспомнив мать. Может, она была не самой лучшей матерью и вряд ли могла бы получить приз Матери Года, но она заботилась о нем как могла, а он принимал ее такой, какой она была. В конце концов, ее последняя жертва была принесена на благо сына, ради сына – это дорогого стоит. - Я не сомневаюсь в Бене, мистер Миллер, - тихо произнес Джон. – В нем я ни секунды не сомневаюсь, но… Знаю, это прозвучит глупо, но я боюсь. Боюсь порвать все связи, боюсь никогда не увидеть Чарли, Кэс… Вас, в конце концов. Мистер Рэйнбоу знает меня с пеленок, он присматривал за мной, но Вы стали мне как будто настоящим отцом. - Лестные слова, спасибо, - кивнул Миллер. - Все это так сложно, - Джон потер лицо ладонями. - Рассматривай это как стадию взросления, как принятие очередного важного решения, - посоветовал доктор. – Вам придется пойти разными дорогами, Джон, придется выбирать работу, квартиру, спутника или спутницу жизни, делать карьеру. Это то, что мы делаем, это неизбежно. Другой мир даст тебе другие возможности для самореализации, даст необходимый тебе обязательный элемент жизни омеги, а уж на какой-нибудь планете найдется способ дать вам с доктором Рейвеном детей. Уверен, у вас будут красивые мальчишки, - он улыбнулся. – А представь, если будут девочки. - Я бы хотел, чтобы Вы стали крестным отцом, - серьезно сказал Джон. – Я понимаю, что у меня нет выбора, мне придется уйти, но… хочется надышаться этим миром, хочется запомнить его, потому что у меня будет только Земля того мира, мистер Миллер. Я не смогу сюда вернуться. Мужчина улыбнулся и поднялся со скамейки. - Пойдем в кафе, перекусим, - предложил он. – Сытый человек думает более позитивно и видит вещи под другим углом. Джон выдавил из себя неуверенную улыбку, но отказываться от предложения не стал. Наверное, это был самый вкусный кофе, самые лучшие бургеры, что Джон знал, хотя на самом деле кофе был так себе, а бургеры – самыми обычными. Но это было так правильно, сидеть вот так в кафе, общаться с человеком, с которым было так просто, легко, который понимал Джона, принимал его таким, какой он есть, видел его голым, беспомощным, изнемогающим от желания, истекавшим смазкой, спермой, слезами – всяким. И именно этот человек дал правильный толчок, чтобы Джон, наконец, решился. Нужно поговорить с Кэс и Чарли, сказать, что теперь ему в самом деле нет места среди людей, что он не сможет выдержать очередную течку без Бена, что он верит в то, что друзья будут в безопасности, а он… так уж сложились звезды – он омега, омеге нужен альфа. - Есть еще одна проблема, мистер Миллер, - Джон тяжело вздохнул и откинулся на спинку стула. – Верджил Доджер, старший брат Рэя, того самого, что меня… в общем… - Я понял, я знаю, но Верджил тебе не опасен дня четыре как, - Миллер допил кофе и аккуратно промокнул губы салфеткой. - В каком смысле? – не понял Джон. - Его убили в уличной потасовке четыре дня назад, - пояснил Миллер. – Чарли не говорил? – Джон помотал головой. – Странно, должно быть, я забыл об этом. Так ты ждал нападения? – Джон кивнул. – О, Джон, я не думаю, что у Верджила было время искать встреч с тобой. За ним следили, он постоянно носил контролирующий браслет – потому-то полиция и нашла его по маячку, когда его порезали. - А в чем причина? – Джон проморгался. - Наркотики, - пожал плечами Миллер. – Легкие деньги, большие проблемы. Полиция разбирается до сих пор, но, вероятнее всего, Верджил взял товар для распространения, но что-то пошло не так. По крайней мере, копы нашли следы наркоты, но не сам товар, что о многом говорит. Или его ограбили, или обманули с оплатой – я в этом не силен, но когда его привезли в морг, на его теле насчитали около шестнадцати ножевых ранений, глубоких ранений, Джон. Видимо, пока он сидел, законы сильно изменились, Верджил зашел на чужую территорию и поплатился за это. Джон дернул плечами – он не знал старшего брата Доджера, но теперь действительно можно было не опасаться нападения. И что-то подсказывало, что Вердж в самом деле изменился, что могло означать, что охлаждение между братьями тоже могло быть более чем вероятным. Из чего следовало, что Вердж либо не знал о том, что Джон Линн существует, либо ему было не до него, либо наплевать на все, включая и Рэя. Что ж, хоть какой-то плюс. - Ну, что ж, Джон, - произнес мистер Миллер, когда оба вышли из кафе, - не прощаюсь. Дойдешь до университета? - Дойду, - кивнул Джон. – А Вы куда? - Прогуляюсь до банкомата, - мужчина взглянул на часы. – Ну, до встречи, - он протянул руку парню. - До свидания, мистер Миллер, - Джон принял рукопожатие и кивнул. Когда мужчина скрылся за зданием, зайдя за угол, где стоял банкомат, Джон взглянул на небо, зябко поежился и побрел в другую сторону, задумчиво теребя в пальцах браслет. Вот сейчас можно было бы позвонить Чарли и Кэс, сказать, что он решился, а потом дернуть браслет, переместиться к Бену, а там, может, когда-нибудь выпал бы шанс еще раз увидеться с друзьями. - Чарли, это я, - произнес он в мобильник, набрав номер друга. – Слушай, я решил, что мне в самом деле пора уйти. - Джон, ты не знаешь, где мой отец? – раздался взволнованный голос Чарли. – Мы с ним общались, а потом я услышал какой-то шум и связь прервалась. - Я был с ним пару минут назад, мы… - Джон растерянно оглянулся. – Погоди, он пошел к банкомату, я посмотрю и перезвоню. - Спасибо, брат. Джон бегом бросился вперед. Пятеро окружили Миллера, шестой, угрожая ножом, вышел вперед. - Гони бабки, живо! – приказал он, тыкая острием в человека. – И часы давай! - Эй! – крикнул Джон, заметив группу. Неудачное место для банкомата, очень неудачное – переулок, где обитает разная шваль, полутьма. - Валим! – заорал главарь, взмахнув ножом и всадив его в плечо Миллера. Джон, не раздумывая, бросился вперед, сшибив с ног сразу двух преступников, один из которых почему-то сразу же захрипел и затих, второй же принялся отчаянно отбиваться и орать. - Уходим, уходим! – главарь банды первым убежал от преследования, забыв и про нож, и про подельников. - Сука! – с ненавистью прорычал Джон, удерживая второго из нападавших. - Пусти меня! – верещал тот. Джон сорвал с него вязаную шапку-маску и едва не ахнул – подросток, всего лишь прыщавый подросток, белый от страха и весь в соплях – того и гляди, напустит в штаны. - Джон, - прохрипел сзади Миллер, держась за плечо рукой и оседая на землю. – Джон… Джон выпустил паренька и обернулся, белея так же, как и мелкий воришка, который уже во всю прыть удирал подальше от места преступления. - Доктор Миллер! – заорал он, подбежав к истекавшему кровью человеку. – Доктор Миллер, держитесь! - 911, - попросил тот, теряя сознание. - Сейчас, я сейчас, - Джон дрожащими пальцами нашарил мобильник и нажал на клавиши. - Служба спасения 911, чем могу помочь? – ответил оператор. - Человек ранен, ножевое в плечо! – прокричал Джон, назвав и адрес, и улицу, и ориентиры, и описание пострадавшего. - А-а-а-а-а! – раздался истеричный женский крик от улицы. – Убийство! А-а-а-а-а! Полиция! Полиция! Джон взглянул на лежавшего нападавшего – под ним растекалась темная лужа крови. Неудачно упал, напоролся на что-то, кто ж теперь узнает. - Джон, - прохрипел Миллер, открыв глаза, - беги. - Скорая уже едет, - Джона затрясло. – Я Вас не брошу. - Тебя арестуют, - Миллер схватил его за куртку. – Полиция будет разбираться долго, слишком долго, а ты, похоже… - А-а-а-а-а! – на одной ноте кричала женщина, тыкая пальцем в Джона. - Беги, сынок, - Миллер дернул браслет на руке Джона. К ним уже бежали, где-то выли сирены полиции и скорой помощи, но когда посреди этого безумия, прямо над мертвым воришкой открылся портал и из него вышел высокий худой егерь, криков стало еще больше. - Сэр! – Джон ощутил, как егерь схватил его за руку, потянул на себя, уводя прочь, но Джон еще сопротивлялся. – Нет, подождите! – просил он егеря. – Это доктор, это друг, нужна помощь! Помогите ему! - Все будет хорошо, сынок, - прошептал Миллер. – Позаботьтесь о нем, - пожелал он егерю. - Стоять! – заорали подбежавшие копы, целясь в егеря и Джона. – Руки вверх! Стоять! - Доктора! Доктора скорее! – кричали женщины, пропуская вперед медиков, в нерешительности замерших перед порталом и егерем. - Он поправится, - произнес егерь, вытянув руку в сторону копов и медиков, утаскивая Джона с собой в портал. Когда они оба исчезли, вся группа рванула к раненому. - 10-4, ножевое ранение, - произнес в рацию один из копов, глядя на работу медиков. – Второй… - он подождал, пока один из копов прощупал пульс лежащего ничком вора и покачал головой. – Второй, похоже, мертв. Преступник скрылся. - Это был не преступник, - прошептал Миллер. – Меня пытались ограбить, Джон помог мне. - Чертовщина какая-то, - поморщился коп. – Сэр, куда они делись? Сэр? - Отойдите! – сердито прикрикнул на копа врач, помогавший укладывать пострадавшего человека на носилки. – Дорогу, дорогу! - Почему-то мне кажется, что камеры окажутся отключенными, - задумчиво проговорил один из копов, подняв с земли мобильник Джона и глядя на прикрепленную камеру слежения на соседнем доме. - А-а-а! – на появившееся окно портала Кэс отреагировала резким пробуждением и точным броском подушки в светлое пятно. – Подъем! – ткнула она спавшего рядом мужчину. - Женщина, имей совесть, - проворчал тот, - дай мне хоть немного выспаться. - Чарли, подъем! У нас гости. Молодой мужчина приоткрыл глаза, проморгался и приподнял брови. - Только не говори, что ты ждешь омегу, - попросил он женщину. - Всем привет! – появившийся из портала егерь поприветствовал двух людей подозрительно знакомым голосом. – Еле нашел вас. Лет десять искал. - Дирк?! – прищурилась Кэс, спустив ноги с кровати. - Ого! – обрадовался егерь, не снимая своего скафандра. – Какая красота! Пошли, Джон уже весь извелся – так мечтал увидеться с вами, ребята! Он поманил Кэс и Чарли за собой в портал и… - Чарли! Кэсси! - …они тут же попали в объятия своего друга. – Господи, как же я рад вас видеть! - Оу, брат, полегче! – Чарли хлопнул друга по спине. – Не раздави мою женщину, - предупредил он, кивнув на Кэс. - Ты… - Джон округлил глаза. – Кассандра… - Та-да-да-да-а-ам, - женщина развела руками, показав свой круглый живот, заметный даже в ночной рубашке. – И что за манеры – являться ночью и вытаскивать нас из кровати, позволь спросить? – она уперла руки в бока, но тут же улыбнулась и притянула друга к себе. – Джон, как же я рада видеть тебя! - Дирк, а как мистер Миллер? – обратился к егерю Джон. – Чарли, как он? - Он жив-здоров, - кивнул Чарли, глядя на то, как егерь снимает шлем и улыбается счастливой улыбкой Дирка, беты-помощника из клиники, где за Джоном ухаживали как за чертовой принцессой. – Тогда ты здорово всех нас напугал, но все нормально. Ты-то как? - Я… - Джон зарделся майской розой и заулыбался. – Так просто не расскажешь. Дирк, останешься? – спросил он у друга. - Я не могу, ты же знаешь, - извинился тот. – Работа ждет. Кассандра, мои поздравления! – обратился он к женщине. – Мальчик? Девочка? – кивнул он на ее живот. - Девочка, - ответила Кэс, смутившись. Глаза егеря заблестели. - Не будешь возражать, если… в общем, когда она родится, то можно я?.. - Ты егерь, брат? – встрял Чарли. – Черт возьми, где тут можно записаться в егеря из этого сумасшедшего дома, лишь по недоразумению имеющего название моей жизни? - Чарли! – возмутилась Кэс, отвесив ему подзатыльник. – Конечно, можно, Дирк, я буду рада, но… - Отлично, тогда я на работу, а потом обязательно приведу тебя сюда, - пообещал Дирк, снова надевая шлем. - Дирк, передай ему привет, - попросил Джон. - Само собой, - кивнул тот и исчез в портале. - Ему? – не поняла Кэс. – Бену? - Отцу, - поправил Джон. – Эрику. Долгая история, так что нам лучше присесть, но сперва я хочу знать, что с мистером Миллером. - …в общем, он и выжил-то только благодаря тому, что медики успели вовремя, - закончил Чарли. – Наверное, егерь постарался – ни пробок, ни задержек и лекарства подействовали быстро. Нападавших поймали и осудили, так что все, вроде бы, наладилось. Ты-то как? Джон поставил чашку с недопитым чаем на стол и откинулся в кресле, глядя на друзей – Чарли возмужал, раздался в плечах, стал носить бородку, Кассандра, и без того ослепительная красотка, стала выглядеть просто сногсшибательно. - Я в полном порядке, - кивнул Джон. – У нас с Беном все отлично, он по-прежнему доктор, а я – руководитель в корпорации по искусственному зачатию. - О! – коротко произнес Чарли. - Погоди-ка, - Кэс подняла вверх обе руки. – Так ты… так вы с Беном… - У нас двое детей, - Джон счастливо улыбнулся. - Бра-а-ат! – с придыханием произнес Чарли. - Но как? – спросила Кэс. - Я сотрудничал с родителями Бена, вместе с ним и не без помощи еще одного человека, мы создали искусственную матку омеги, - объяснил Джон. – Сам я, к сожалению, выносить детей не смог бы, поэтому за меня это сделала машина, но я считаю, что я все-таки отец, равно, как и Бен. Оба сдали сперму, машины вычислили ДНК-код, девять месяцев – и у нас родились дети. Мы не первые, Кэс, не волнуйся. Это стало стандартной процедурой для омег и альф, которые не могут иметь детей по тем или иным причинам. - Но двое! – Кэс беспомощно развела руками. - Двойняшки, - смутился Джон. – Двое омег. - И где они? – заволновалась Кэс. – И как их зовут? Это мальчики, да? - Папа! – раздались звонкие голоса откуда-то. – Папа! - Джон, мы дома! – и следом за ними приятный мужской голос. - Боже мой! – Кэс с трудом поднялась с кресла и прижала ладони к губам, увидев двух совершенно очаровательных мальчишек лет трех – светловолосого, очень похожего на Джона, и темноволосого – вылитую копию Бенедикта. - Добрый вечер, - поздоровался Бен, присоединившись к компании. – Рад вас видеть. Кассандра, Вы очаровательны! - Папа! Папа! Папа! – загомонили мальчишки, залезая на кресло к Джону и обнимая его за шею. Кэс, не сдержавшись, заплакала. - Гормоны, - ворчливо заметил Чарли, поднявшись и протянув руку доктору. – Привет, док. Рад, что обуздали Джонни. - Джим, Спок, пора спать, - Джон обнял сыновей. - Он назвал их Джим и Спок? – ахнула Кэс. – Боже мой, как можно назвать детей Джим и Спок? Бен неодобрительно покачал головой, глядя на мужа. - Нет-нет, на самом деле… - Я буду капитаном Энтерпрайз! – выкрикнул светловолосый мальчик, повиснув на шее Джона сзади, в то время как темноволосый встал на ноги и посмотрел на брата снизу вверх, поджав губы. - Это Антон, - кивнул Бен на светловолосого. – И Леонард, - на темненького. – Джон играет с ними в какую-то игру из вашего мира. - Привет! – Кэс протянула руку Леонарду – мальчик пытливо взглянул на женщину, перевел глаза на Бена, получил кивок и осторожно пожал руку женщины. – Привет, Леонард! - Здравствуй, - вежливо ответил мальчик, глядя на то, с каким энтузиазмом Антон ездит на отце-Джоне. - Спок, за мной! – скомандовал Антон. – Туда, где не ступала нога человека! - Я помогу, если не возражаешь, - предложил Бен мужу. – Вам есть, о чем поговорить. - Можно мне с Вами, Бенедикт? – спросил Кэс, держа Леонарда за руку. - Конечно, - разрешил он, приняв Антона на свою шею. – Зовите меня Бен, Кассандра. - Хорошо, Бен, - кивнула Кэс. – И, если можно, позвольте обратиться к Вам, как к доктору, раз уж есть такая возможность? Джон увел Чарли на балкон, пока Бен и Кэс ворковали с детьми. - Так вы вместе? – спросил Джон. - Долгая история, - Чарли вдохнул воздух планеты. – Кэс связалась с каким-то гондоном, забеременела, а когда тот узнал, что станет папой, решил смыться. Все, как всегда в нашем мире. Так что, когда Кэсси прибежала ко мне, рыдала на плече два часа пятьдесят восемь минут, я не выдержал и предложил ей выйти за меня. В общем, двадцать три следующие минуты она прорыдала от счастья. - А кто тот, кто отец ребенка? - Какой-то задрот из ее фирмы. Она же юрист, так что… В общем, у него жена, а она не знала. Корпоратив, то, се, и сюрприз к Новому Году – задержка, гормоны… сам понимаешь. Мальчишкам года три? - Три года и один месяц. Три года искали способ их зачать, год беременности и… - Ну, вот, разница во времени. В общем, что еще я мог предложить? Поженились тихо, мои предки счастливы, ее тоже, она в восторге… - А ты? - Брат, не думай, я этого ребенка считаю своим, я буду каким-никаким, но все же отцом, но что до секса – это не ко мне. - Так вы не?.. - Мы не. Она, конечно, практически сразу после предложения хотела сделать мне минет, но я как-то отреагировал… знаешь, вяло. - И как же вы теперь живете? - Не волнуйся, свое она получает. У нас целый склад этих секс-игрушек. И знаешь, не смейся, но я ее люблю. Бывает, ругаемся, миримся, было дело, она хотела уйти, но я находил и тащил ее домой. - Ну, а поцелуи? - Брат, я люблю эту женщину, я люблю нашу дочь, но мне все это ерзанье и чмоки-пуки не интересны. Со мной, конечно, страсти никакой, но у нее зеленый свет на адьюльтеры. - И она?.. - Кстати, нет. Постоянно меня пилит, но ни с кем не связывается. Я понимаю, ей тяжело, чем могу, я помогаю. Я даже пойму, если она захочет развестись, но свою дочь я никому не отдам. - Ты будешь отличным отцом, Чарли. - А ты, как я вижу, уже им стал. А что ты там говорил про отца? Джон задрал голову к звездному небу. - Он егерь, Чарли. Нашел меня, когда я с родителями Бена пытался решить вопрос о детях, предложил помощь. Знаешь, я не думал, что когда-либо увижу его, собственно, он не так часто тут и появляется… - Почему? - Разница во времени. Время течет неодинаково. - Так он пришелец? - Он альфа иного мира, он… в общем, он егерь, надзиратель за омегами, попавшими в беду. Он никогда не говорил, где эта их организация, как туда попасть – Дирк узнал, ушел к ним, теперь тоже помогает омегам, а мне, видимо, они не сочли нужным рассказывать. - И как вы встретились? - Он пришел как-то раз в клинику, когда Бен дежурил, а я… в общем, мы отдыхали… долго на меня смотрел, потом сказал, что рад видеть своего сына, что может помочь мне завести детей, раз уж я омега иного мира. Помог, конечно. А потом как-то вышло, что он рассказал мне о моей матери, о том, как только начал работу егерем, заблудился в мирах, попал в наш мир… остальное сам понимаешь – дело техники. Внешне он мой ровесник, хотя я не знаю, сколько ему лет на самом деле, откуда он, как жил, почему стал егерем, кем был до этого – он не говорит, а я и не спрашиваю, зато у меня есть некоторые привилегии как у сына егеря. Он попросил Дирка найти вас, найти мистера Миллера. Джон замолчал. - И ты счастлив тут? – спросил Чарли. - Я явился сюда весь в крови, до смерти перепугал персонал клиники, Бен был в ярости и грозил убить любого, кто посмел причинить мне вред – я уж думал, что он рванет к нам и действительно убьет этих подонков, но… - Не рванул. - Нет. Не рванул. Я же убил человека, перепсиховал… - Ты не убил – его откачали. Выжил, гаденыш, мог бы и загреметь по малолетке. Папа его пожалел, дурака, сказал, что он не участвовал в ограблении, а пытался помочь. Остальных посадили – пацан их сдал, а ему самому дали условный. - Я этого не знал. В общем, у меня был нервный срыв, а Бен… - Дай угадаю, что мог сделать альфа с психующим омегой. - Именно это и сделал. Рявкнул на бет, чуть не подрался с альфами, сорвал с меня одежду, затолкал в душевую и там так вставил – я орал на всю планету. - Нашел же приключений на свою задницу. - И слава богу. Я рвался назад, чтобы убедиться, что с твоим отцом все в порядке, я же ничего не знал, да и потом, я же даже не попрощался с тобой и Кэс. - Кэс напугалась до полусмерти, - кивнул Чарли. – Я уж думал, она точно кого-нибудь убьет, а потом она вдруг сжалась в комок и зарыдала. В жизни не видел, чтобы она так боялась. Даже когда ты пропал в первый раз, она выла, бросалась тяжелыми предметами, а тут как будто сдалась. - Твой отец нам всем как отец, ты же понимаешь. - Да, понимаю я! Так напонимался, что бросил науку и подался в полицию. Прошел армию, вернулся на гражданку, пошел служить копом, а тут Кэс с киндер-сюрпризом. Жизнь все умеет менять, брат, но я не жалуюсь. У нас бабки-деды есть, ее предки с нее пылинки сдувают, мои готовы на руках носить, мать приглашала жить у них. - Чувствуется, принимать роды будет твой отец, - улыбнулся Джон. - Она с самого начала так и говорила, - кивнул Чарли. – Значит, Дирк нас нашел… а теперь что? Будем дружить мирами? - Этого мне не говорят – у них свои тайны, но, я думаю, за вами теперь тоже будут присматривать. Отец не допустит, чтобы с моими друзьями что-нибудь произошло. - Кстати, мой отец говорил, что мог лишиться работоспособности руки, врачи прогнозировали, что хирургом ему уже не быть, а потом - о, чудо! – как-то ночью рука полностью восстановилась. И кто бы это мог сделать? - Я не знаю, брат, - Джон пожал плечами. – Мне ничего не говорят. У егерей свои секреты. Я не знаю, кто они, откуда, из какого мира, сколько лет живут, как вообще становятся егерями, но они работают, они помогают омегам, а теперь и просто людям – этого достаточно. Чарли передернул плечами. - Где ж тогда они были, когда моя девочка могла стать матерью-одиночкой? Где они были, когда твоя мать… – горько спросил он. Джон прикусил губу. – Слушай, у моей еще не рожденной дочки не совсем все в порядке со здоровьем, может, док может что-то сделать? - Конечно! – заверил Джон, развернувшись к другу. – Бен, я, Том и Айло… это родители Бена – все поможем. Если нужно, я как-нибудь свяжусь с отцом… - Мальчики, о чем болтаете? – Кэс бесшумно подошла к друзьям и обняла мужа за шею. - Обо всем, - Чарли похлопал ее по руке. – Как там Джим и Спок? - Антон и Леонард, - строго поправила женщина. – Ты что, в самом деле хотел назвать детей Спок и Джим? – обратилась она к Джону. Тот пожал плечами. - Я был не против, - к компании присоединился и Бен. – На соседней планете есть раса вулканитов… - Чарли тихонько захихикал, - …и отличный специалист-телепат по имени Споук… - Чарли закашлялся, пытаясь замаскировать смех, - …так что я был не против. Споук не раз помогал нашим омегам, попавшим в беду. - И он, конечно, альфа, - Чарли очень постарался не смеяться. - У вулканитов нет подразделения, - пожал плечами Бен, подойдя к мужу и нежно целуя его в висок. - Чарли, Бен предложил мне подкорректировать ДНК малышки, - тихо произнесла Кэс. – Убрать все плохое и… в общем… он может заменить гены отца на твои. - Плохое убирай, - разрешил Чарли, - а ее отец – я. И без возражений, женщина! – предупредил он строго. – Мелисса – моя дочь, я люблю свою дочь такой, какая она есть сейчас, и не хочу, чтобы в ней что-то там меняли! - Он уже выбрал имя, - пожала плечами Кэс, глядя на Джона и Бена. – Тогда… Это ведь быстро? – спросила она Бена. Тот кивнул. - Не более получаса. - Вы пока поболтайте, а мы скоро придем, - попросила Кэс. - Я, черт подери, ревную, док! – шутливо возмутился Чарли. – Учти, это моя женщина! Это обе мои женщины! - Я буду профессионалом, - улыбнулся Бен, поцеловав мужа. – Я быстро. - А от моего поцелуя не дождешься, - обиделась Кэс, тут же получив нежный поцелуй в щеку и ласковое поглаживание по животу. - Я за вас кого угодно порву, - прошептал Чарли. – Все, иди. И не особо там совращай этих альфобет! Чарли и Джон стояли над детскими кроватками и смотрели на спящих мальчишек – Антон развалился в кровати в позе морской звезды, Леонард спал в позе эмбриона, обняв подушку. - Не знаю, как, но я уговорю Кэсси на второго, - прошептал Чарли, легким касанием поглаживая волосы Антона. Маленький омега улыбнулся во сне. – Хочу троих – двух дочек и сына. Сил нет, люблю детишек, но вот работать над их производством категорически не хочу. - Дирк присмотрит за Кэс, - Джон поправил одеяло Леонарда. – Если она согласится рожать здесь, он просто будет на десятом небе от счастья. - Эй! – возмутился Чарли едва слышно. – Кэсси – моя женщина! И мою Мисси я возьму на руки первым! - Он обожает детей, - улыбнулся Джон. – С моими возился сутки напролет, учил меня, как пеленать, как кормить, как держать. Без него я бы просто пропал. - А док? - Бен… в общем, альфы-отцы – это особая дикая категория, совершенно сумасшедшая и ревнивая. Хорошо, что Дирк – бета. И… в общем, во время беременности и после родов омегам нужно очень много секса, но поскольку я не могу забеременеть, но люблю секс… - Короче, он драл тебя сутки напролет, пока несчастный бета нянькался с детьми, – покивал Чарли. - Не совсем сутки, не то, чтоб драл, но, в целом, верно. Я успевал покормить мальчиков, поесть сам, принять душ, а Бен… - Можешь не продолжать, я понял, - поднял руки Чарли. – Кэсси каждую ночь требует от меня вибратор и массаж живота. Так привык, что уже сам предлагаю. Красиво, когда женщина так сладко стонет и кончает. Жаль, что у меня никакого желания ерзать по ней – она красивая женщина. Джон задумался: вроде бы всем повезло, теперь друзья стали семьей, у них вот-вот родится дочка, нужно будет больше денег, а копом ведь много не заработаешь… - Так ты не придумал уздечку? – уточнил он. Чарли покачал головой. - Водоросли не то. Вроде бы сперва хотел синтезировать искусственное волокно, но все равно выходит не то, что настоящий биот. Ну, теперь буду заниматься памперсами, а не уздечками, - Чарли пожал плечами. - Слушай, мои выросли на биоте-синтетике, - решился Джон. – Пока я разрабатывал искусственное волокно, я как раз думал о нашем мире. Дам образец – продашь его в какую-нибудь компанию, получишь патент. - Ты серьезно? – усомнился Чарли. – Брат, я тебя люблю, но никакой благотворительности я не… - Ты же ученый! – чуть повысил голос Джон. – Подумай сам – полиция? Это предел мечтаний? Ты же был гением, ты мог сутками сидеть за микроскопом! - Жизнь все меняет, - снова пожал плечами Чарли. – Но вообще… Когда Дирк пришел проводить Кэс и Чарли, последний сжимал в руке образец синто-биота. - Дыши, Кэсси, дыши! – уговаривал Джон свою подругу. - Где Чарли? – кричала та. – Где его носит? Чарли пребывал в глубокой отключке, услышав о начале схваток. Бедняга так переволновался, что рухнул в обморок, стоило только Дирку приволочь его в этот мир и сгрузить в кресло в зале ожидания. - Матка раскрыта, - доктор Миллер осмотрел промежность женщины. - Почему нельзя сделать лазарево сечение? – поинтересовался доктор Рейвен, ассистирующий при родах. - Потому что, как я уже сказал, доктор, это женщина и она может родить самостоятельно, - пояснил Миллер. – Строение женщины существенно отличается от строения омеги. Блокатор, пожалуйста, - кивнул он коллеге и Рейвен ввел препарат в вену роженицы. Кассандра сразу прекратила кричать. – Отлично. - Где мой муж? – процедила она зло. – Где его носит? - Боюсь, дорогая, Чарльз оказался не таким храбрым, как ты, - терпеливо ответил Миллер. - Он что, упал в обморок? – еще злее спросила Кэс. – Он что, нарочно? Он издевается? Он сам весь месяц твердил, что будет со мной, ни за что не пропустит рождение дочери, а теперь… - Стимуляция матки семьдесят процентов, - сообщил Рейвен. – Кассандра, не больно? - Нет, - ответила женщина. – Мне тужиться? - Рано, - Миллер кивнул Дирку, делавшему Кэс массаж живота. – Хорошо, что Вы предупредили меня, доктор Рейвен, - сказал он. – Месячный курс акушерства и гинекологии на иной планете – любой врач мне позавидует. - Кэсси! – в родильное буквально вполз Чарли, держась за стену и едва дыша от нервозности. - Чарли, тебе лучше полежать, - сказал Джон, держа подругу за руку. - Стимуляция матки девяносто процентов, - Рейвен сверил показания белого браслета с данными приборов и состоянием женщины. - Когда будет девяносто два – тужься, - произнес Миллер, обратившись к Кэс. - Девяносто один, - Миллер направил на живот Кэс тонкий луч сканера. - Готовься, дорогая, - предупредил Миллер, шире раскрывая ноги женщины. - Девяносто два. - Давай, милая! Кэс напряглась, зажмурилась и замерла. - Стимуляция девяносто четыре процента, - сообщил Рейвен. – Думаю, лучше применить лазарево сечение. - Никакого сечения! – возразила Кассандра. – Я сама рожу! - Девяносто семь процентов. - Тужься! - А-а-ам-м-м! – Кассандра снова зажмурилась, напряглась и… - Матка раскрыта, показалась головка, - в ту же секунду сообщил Рейвен. – Доктор, примете свою внучку? – предложил он Миллеру. - О-о-о… - Чарли закатил глаза и рухнул на пол. - Тужься, Кассандра! – приказал Миллер. – Тужься, милая! Еще немного! Вот та-а-ак! Рейвен быстро и профессионально просканировал ребенка, перерезал лазером пуповину, прочистил нос и рот, очистил от крови и слизи, и занялся промежностью женщины, пока Миллер продемонстрировал матери дочь. - Девочка! – первым восторженно ахнул Дирк, не прекращая массаж живота Кэс. – Какая красавица девочка! - Можно мне ее? – Кэм протянула руки. - Один момент, Кассандра, - попросил Рейвен, оперируя приборами в ее теле. – Послед… Потужься немного… Все. Вот теперь можно. Все очищено, продезинфицировано, мелкие разрывы влаголища залечены. - Влагалища, - поправил Миллер, передавая девочку матери. – Она красавица, дорогая. Пока беты помогали Чарли прийти в себя, Кассандра приняла дочку и бережно прижала ее к себе, показывая ее и Дирку, буквально не сводившему с нее глаз, и Джону, вспотевшему от переживаний, бледному, но счастливому настолько, будто он сам стал матерью. - Мелисса, - прошептала Кэс, разглядывая ребенка. – Наша девочка, самая красивая, самая сладкая… - Сладкая? – Чарли общими усилиями пришел в себя. – Не говорите мне, что моя дочь – омега! - взмолился он. - Альфа, - успокоил Дирк, улыбаясь. – Совершенно прекрасная бисексуальная альфа вашего мира. - Бен, ты знал? – слабо спросил Чарли у Рейвена. Тот быстро кивнул, все еще работая в промежности женщины и отдавая распоряжения бетам. – Черт подери, мужик, моя дочь – би?! - Она могла бы стать лесбиянкой, если бы я не попросила Бена помочь с коррекцией, - одернула мужа Кэс. - Можно мне… можно подержать мою дочь? – Чарли плюнул на все и протянул руки к ребенку. - Только не урони! – строго предупредила Кэс. - Женщина, это моя дочь! – немедленно возмутился тот. – Разумеется, я буду осторожен! - Эм… - Джон залился румянцем. – Поздравляю с рождением дочери, мистер и миссис Миллер! Прошу прощения, но мне… нам… нужно срочно ненадолго уединиться. - Что? – испугалась Кэс. – Что случилось, Джон? Тебе плохо? - Гормональный всплеск, - произнес доктор Миллер, улыбаясь, поглядывая на Джона и Бена, которого тоже уже потряхивало. - Мои поздравления! – успел сказать Рейвен, которого тут же утащил за собой Джон. - А что случилось? – поинтересовалась Кэс, глядя на мужа и дочь. - Как выяснилось, даже после родов омеге нужен секс, - пояснил Миллер. – Джон хоть и не рожал, но он прошел через искусственные роды дважды как настоящий омега, подключившись к машине, так что теперь ему нужно время уединиться со своим альфой. - Но рожала-то я! - не поняла Кэс. - Переволновался, - пожал плечами доктор Миллер, принимая из рук сына внучку. – Привет, красавица! – улыбнулся он девочке. – Дирк, - и передал ребенка бете. - Самая красивая девочка, - заверил тот, профессионально принимая ребенка и баюкая его в руках. - Я хочу второго! – Кэс шмыгнула носом, глядя на окружающих ее мужчин – мужа, свекра и друга-бету, и заплакала. – Хочу второго, Чарли! - Я сдам сперму, - Чарли вздрогнул, но не сдался, с благодарностью взглянув на отца. – Поздравляю, папа, ты теперь дедушка! - А-а-ао-о-ох! – раздался полный жизни довольнейший крик Джона где-то за стенами родильного отделения. Чарли пошатнулся и ухватился за отца, намереваясь снова упасть в обморок. - Кажется, Джон решил завести третьего, - глубокомысленно заявила счастливая Кэс. – Вы не будете против, если я покормлю Мелиссу? - Можно, я посмотрю? – спросил Дирк. – Хочешь, сделаю массаж? Все, что хочешь, Кассандра. - Покажи, как мне класть ее, - попросила Кэс. - Чарльз, будь мужчиной, - тихо попросил доктор Миллер сына, слегка встряхивая его и обнимая за плечо. – Крепись. Тебе предстоит стать отцом второй раз, а если женщина захочет, то и третий. - О, ДА-А-А!!! – даже через звуконепроницаемые стены послышался вопль Джона. - Альфы, омеги, беты, - убито прошептал Чарли. – Бисексуалы, асексуалы, гомосексуалы… мой сын должен быть гетеросексуалом для разнообразия. - Не ворчи, - встряхнул сына Миллер. – Я буду любить всех одинаково. - …а когда мальчики уснули, доктор Рейвен порвал на Джоне одежду и… - Дирк, пользуясь благодушием Кэс, хладнокровием Чарли и счастьем доктора Миллера, массировал Кэс живот и рассказывал о том, как было у Джона и Бена. - Давай, дорогой, - упрашивал Рейвен Джона, подключенного к машине – обнаженного, с широко разведенными ногами, с эрегированным членом, поджавшейся мошонкой - настоящего омегу, готового родить. Пусть симуляция, пусть так, но Джон готов был проходить через искусственные роды, чтобы чувствовать себя полноценным омегой. Все, как при настоящих родах, то же родовспоможение, беты, препараты – плацебо, но воздействующее на мозг Джона. – Наш малыш уже близко, - прошептал Рейвен, вытирая мокрый от пота лоб мужа. - Матка раскрыта, доктор, - прокомментировал доктор Миллер, глядя за кривыми приборов. - Стимуляция девяносто восемь процентов. - Лазарево сечение, - приказал Рейвен, мастурбируя член мужа, пока Дирк массировал живот омеги. – Еще немного, дорогой. Искусственная матка-аппарат раскрылась полностью, опустив в руки бет-помощников мокрого от слизи ребенка – крупного, сильного, красивого. Джон напрягся в последний раз и выплеснулся на руку мужа, без сил повалившись на кровать. - Альфа! – провозгласил доктор Миллер, показывая мальчика. - Спасибо, родной, - Рейвен отцепил подключения и крепко поцеловал измученного мужа. - Хочу тебя! – застонал Джон, еще шире разводя ноги и крупно дрожа всем телом. - Несколько минут, любовь моя, - попросил Рейвен, отвлекшись на осмотр ребенка и кивнув Дирку и бетам-помощникам. – Доктор Миллер, благодарю за помощь, - произнес он, сам дрожа как на ледяном ветру. - Отдыхайте, - улыбнулся утомленный Миллер, снимая перчатки. – Поздравляю с сыном! - Спасибо, - слабо ответил Джон, глядя только на мужа. - Спасибо, - кивнул Рейвен, раздеваясь, ничуть не смущаясь ни доктора Миллера, ни бет, ни тем более Кэс и Чарли, наблюдавших за процессом с площадки сверху – Кэс по-прежнему мутило от сильного запаха ирисок, исходившего от Джона, от вида пусть и мнимо, но все же беременного мужчины, а Чарли мутило в принципе от роддома и процесса родов. - Интересный опыт, - Миллер покинул родильное отделение в окружении бет, один из которых держал новорожденного мальчика. – Интересные люди и очень интересные аппараты. - Дружба между мирами, - застонал Чарли, часто сглатывая, не в силах оторвать глаз от друга и его мужа, занятых друг другом внизу. – Боже правый, даже так! – удивился он, внезапно заинтересовавшись процессом внизу. Кэс оттащила мужа от стекла. - У тебя скоро второй будет, - пообещала-пригрозила она, поглаживая себя по животу и подмигивая доктору Миллеру. – Чарли, я думаю, тебе лучше отправиться домой, фирма сама по себе работать не будет, а производство синте-биота не наладится. Чарли тяжко вздохнул, развел руками и молча спустился в холл клиники. Миллер улыбнулся невестке и приобнял ее, глядя на суету вокруг ребенка четы Рейвен. Время не стояло на месте: три года в этом мире, Джон не выдержал и захотел еще малыша; Кэс и Чарли решились на второго ребенка, на сей раз мальчика, как подтвердил Бен Рейвен; Чарли запатентовал свое изобретение, наладил производство синте-биота, полностью вытеснившего с рынка памперсы и гигиенические прокладки, а доктор Миллер работал в своем мире по технологиям иного мира, помогая женщинам легко и безболезненно рожать детей. - Говорил с Эриком, отцом Джона, - произнес Миллер, уводя Кэс вниз. – Он сказал, что попробует наладить постоянный портал между нашими мирами. Конечно, есть опасения, что сюда хлынут не только больные, но и явятся военные, но этот мир лучше подготовлен к вторжению. Альфы и егеря не позволял тут ничего менять и никому угрожать. - Дай-то бог, - согласно кивнула Кэс. – Пойдемте, а то я соскучилась по дочке, а эта парочка теперь весь день будет занята. Пришлю им открытку и подарки с Дирком. Миллер улыбнулся – бета-помощник и егерь не мог отказать своей любимице и частенько, вместо того, чтобы отдохнуть, навещал малышку Мелиссу и ее маму, приносил подарки, игрушки, сладости, а потом, нагруженный дарами для мальчиков Джона и Бена, перемещался в другой мир. Связь не прерывалась и во многом благодаря Эрику, отцу Джона, редко появлявшемуся, очень занятому, но всегда заботящемуся о своем сыне и внуках. - Для разнообразия, Кассандра, - предложил Миллер, - что если рожать будешь дома? - Не-е-ет, - поморщилась женщина. – Как хотите, но тут все-таки такой комфорт, такие беты… есть в их руках что-то волшебное… И Джон обещал мне быть рядом – Чарли-то опять грохнется в обморок. Беседуя, они спустились вниз, где их уже ждали Чарли и Дирк, и исчезли. По коридорам клиники все так же ходили беременные омеги, бегали беты-помощники, всячески ублажавшие своих драгоценных омег, то и дело мелькали сосредоточенные лица альф-докторов, где-то плакали новорожденные, впервые вдыхавшие воздух в легкие, а в родильном отделении, в палате искусственной матки двое мужчин, нашедших друг друга в пространстве и времени, наслаждались друг другом – громко, бурно, неистово и со всей страстью влюбленных.