Наруто Узумаки - Реинкарнация Ашины

Утро началось с того, что Ами проснулась раньше всех. Солнце ещё не поднялось, за окном было серо и тихо — только океан шумел где-то вдалеке. Она лежала на матрасе между Наруто и Саске, чувствуя тепло их тел. Трусики — белые, хлопковые — сидели на месте, но ей было в них неудобно. Она привыкла спать без белья, и за эти дни так и не привыкла. Она осторожно приподнялась, чтобы не разбудить брата. Пальцы скользнули под край топика, потом к поясу трусиков. Она начала стягивать их вниз — медленно, чтобы ткань не шуршала. — Ами, — раздался сонный, но спокойный голос Наруто. Она замерла. Он не открывал глаз. Лежал на спине, раскинув руки, красные волосы разметались по подушке. Но его рука — та, что лежала между ними — накрыла её ягодицу поверх трусиков и начала гладить. Круговыми движениями, медленно, привычно. Не шлёпал. Не наказывал. Просто — гладил. Намекал. Ами поняла. Она замерла на секунду, потом быстро натянула трусики обратно, поправила поясок. — Ой, — прошептала она. Наруто открыл глаза. Синие, весёлые, чуть сонные. — Доброе утро, — сказал он. — Доброе, — прошептала она, краснея. — Снимала? — Не снимала. Просто… поправила. — Поправила. Снизу вверх. — Ты всё видел? — Чувствовал. Она отвернулась, пряча лицо в подушку. Но через секунду снова повернулась — потому что он поцеловал её в щёку. — Молодец, — сказал он. — Что надела обратно. — Ты обещал не бить, если я буду носить. — И не бью. — Гладишь. — Глажу. Это поощрение. Она улыбнулась. Поцеловала его в ответ. Саске спала с другой стороны и ничего не слышала. Они оделись — Ами в короткую красную юбку и топик, с трусиками. Наруто в чёрные штаны и куртку. Волосы собрал в хвост. На кухне Цунами уже готовила завтрак. — Сегодня на мост? — спросила она. — Сегодня, — сказал Наруто. — Будьте осторожны. — Будем. Какаши ждал их на берегу. На этот раз не опоздал. — Вы готовы? — спросил он. — Готовы, — сказал Наруто. — Тогда идём. Мост был огромным — недостроенным, с торчащими балками и лесами. Туман стелился над водой, скрывая берега. Где-то вдалеке кричали чайки. — Тазуна-сан, — сказал Какаши. — Держитесь за нами. — Я не слепой, — буркнул старик. Наруто, Ами и Саске встали вокруг Тазуны — треугольником, как учил Какаши. Ами чувствовала, как трусики прилегают к телу. Она не снимала их. Сегодня — точно не снимет. — Он здесь, — сказал Наруто. Из тумана вышел Забуза. Меч на плече, бинты на лице, глаза — холодные, насмешливые. — Вы думали, я умер? — спросил он. — Знали, что нет, — сказал Какаши. — Умные дети. Не то что некоторые. Из тумана вышла вторая фигура — Хаку. Маска на лице, сенбоны в пальцах. — Я беру Забузу, — сказал Какаши. — Вы — Хаку. — Справимся, — сказал Наруто. — Надеюсь. Какаши бросился на Забузу. Меч против куная, кунай против меча. Они скрылись в тумане. Хаку стоял на мосту, глядя на них — на трёх детей, которые не боялись. — Вы не должны страдать, — сказал Хаку. — Уходите. — Не уйдём, — сказала Ами. — Тогда умрёте. Хаку исчез — техника мгновенного перемещения. Иглы полетели со всех сторон. Наруто отбил одну, Ами — вторую, Саске — третью. — Он быстр, — сказала Саске. — Мы быстрее, — сказал Наруто. Они сгруппировались, прикрывая друг друга. Иглы свистели в воздухе, но не попадали. — Он целится в Тазуну! — крикнула Ами. Она заслонила старика своим телом. Игла вонзилась ей в плечо — не глубоко, но больно. — Ами! — крикнул Наруто. — Царапина, — сказала она, выдирая иглу. — Дерись. Хаку появился перед ними — маска, длинные волосы, хрупкая фигура. — Вы сильные, — сказал он. — Но недостаточно. Он сложил печати. Снег пошёл — среди лета, среди тумана. Белые хлопья кружились в воздухе, закрывая обзор. — Техника ледяного зеркала! — сказал Хаку. Вокруг них выросли зеркала — ледяные, прозрачные, отражающие их лица. Ами увидела себя — красные волосы, синие глаза, трусики под юбкой, которых не видно, но она знает, что они есть. — Не смотри по сторонам, — сказал Наруто. — Я и не смотрю. Хаку прыгал между зеркалами, появляясь то с одной стороны, то с другой. Иглы летели из каждого зеркала. Наруто уклонялся, но не мог атаковать — зеркала были твёрдыми, ледяными, не ломались. — Саске! — крикнул он. — Шаринган! Саске активировала Шаринган. Красные глаза вращались, отслеживая движения Хаку. — Вижу, — сказала она. — Но не успеваю. — Ами! — крикнул Наруто. — Твоя очередь! Ами закрыла глаза. Она чувствовала — чакру Хаку, его движения, его страх. Он не хотел убивать. Он защищал Забузу. — Не бейте его сильно, — сказала она. — Он не враг. — Он стреляет в нас! — сказал Наруто. — Он защищается. Игла вонзилась в ногу Саске — она упала на колено. — Саске! — крикнул Наруто. — Жива, — сказала она. Наруто сорвался. Теневые клоны заполонили мост — десятки копий с красными волосами и синими глазами. Они бросились на зеркала, разбивая их кулаками. — Наруто, нет! — крикнула Ами. — Он ранил её! Клоны разбивали зеркала — ледяные осколки летели в стороны. Хаку вылетел из одного зеркала, перекатился и замер. — Ты сильный, — сказал Хаку. — Но твоя сила без направления — разрушение. — А твоя — смерть, — сказал Наруто. Он бросился на Хаку. Его кулак летел прямо в лицо — но не с силой, а с отчаянием. Хаку не увернулся. Он замер, закрыл глаза. Наруто замер за секунду до удара. — Почему ты не уклоняешься? — спросил он. — Потому что ты не ударишь, — сказал Хаку. — Ты добрый. — Я не добрый. Я злой. — Ты защищаешь своих. Это добро. Из тумана вылетел Какаши — раненый, но живой. Забуза бежал за ним, меч наготове. — Хаку! — крикнул Забуза. — Убей их! — Нет, — сказал Хаку. — Я не буду убивать детей. — Ты предаёшь меня? — Я защищаю вас. Хаку встал между Забузой и Наруто. — Если вы хотите убить их — убейте сначала меня. — Хаку… — Забуза опустил меч. — Я люблю вас, Забуза-сан. Вы дали мне смысл жизни. Но эти дети — не враги. Они — такие же, как я. Какаши подошёл к Забузе. — Бой окончен, — сказал он. — Ты проиграл. — Я ещё могу драться. — Твой меч поднят на того, кто тебя защищает. Забуза посмотрел на Хаку — на его маску, на его хрупкую фигуру, на сенбоны в руках, которые не были нацелены на врага. — Почему? — спросил Забуза. — Потому что они напомнили мне себя, — сказал Хаку. — Я тоже был один. А они — вместе. Забуза опустил меч. — Уходи, — сказал он. — Забирай своих детей и уходи. — А вы? — спросил Наруто. — Мы уходим. Навсегда. Забуза повернулся и пошёл в туман. Хаку — за ним. — Спасибо, — сказал Хаку, обернувшись. — За то, что не ударили. Они исчезли. Ами выдохнула. Трусики были на месте. Она проверила — рукой через юбку. Наруто заметил, но ничего не сказал. — Всё кончено? — спросил Тазуна. — Всё, — сказал Какаши. — Идёмте достраивать мост. Они шли домой. Ами чувствовала, как ноет плечо — игла оставила ранку. Наруто шёл рядом, держал её за руку. — Ты сегодня молодец, — сказал он. — Я всегда молодец. — Сегодня — особенно. Она улыбнулась. Погладила себя по ягодице через юбку — трусики были на месте. — Я надела бельё, — сказала она. — Я заметил. — И не снимала. — И не снимала. — Буду носить всегда. — Посмотрим. Она шлёпнула его по плечу. Он засмеялся. Саске шла с другой стороны, перевязывая ногу бинтом. — Вы такие глупые, — сказала она. — Самая глупая — ты, — сказал Наруто. — Потому что влюбилась в нас. — Это правда. — И мы рады. Они вернулись в дом. Цунами накрыла на стол. Инари смотрел на них широко открытыми глазами. — Вы победили? — спросил он. — Победили, — сказал Наруто. — Вы герои? — Мы — ниндзя. Инари подумал. Потом кивнул. — Я тоже хочу быть ниндзя. — Тогда тренируйся, — сказал Наруто. Они сели ужинать. Ами — на край стула, потому что ягодицы всё ещё помнили шлепки. Но она улыбалась. Они живы. Вместе. И это было главным.