Цена Учихи

Центр тяжести В убежище воцарилась пугающая тишина. Если Наруто в начале своего пути напоминал запертый в клетке ураган, то Кабуто превратился в тихий, надломленный омут. Тишина в палате №2 Для Кабуто стадия приживления проходила в вязком тумане. Орочимару не заливал его седативными полностью — ему нужно было, чтобы Кабуто осознавал процесс. Кабуто больше не кричал. Он просто лежал, глядя в одну точку, и иногда тихо шептал медицинские термины, документируя собственное падение. Наруто взял на себя роль «старшего». Он болтал без умолку, пересказывая Кабуто истории из Конохи или ворча на Саске. — Слышь, четырехглазый, ты хоть морковку съешь, — Наруто кивал на поднос соседа. — Орыч туда явно что-то подмешивает для швов. Тебе еще со мной отсюда бежать, помнишь? Кабуто медленно поворачивал голову: — Ты неисправим, Наруто... Но твой оптимизм статистически невозможен в данной ситуации. Физиотерапия и «первые шаги» Для Саске наступил этап, которого он ждал. Матка Наруто окончательно укоренилась, и Курама стабилизировал гормональный фон. — Пора вставать, Наруто, — произнес Саске, полностью отстегивая ремни. Наруто попытался резко подняться, но тут же охнул и схватился за живот. Орган внутри отозвался непривычной тяжестью. — Осторожнее, — Саске мгновенно оказался рядом, прижимая Наруто к себе. — Ты должен заново научиться чувствовать центр тяжести. Теперь он у тебя другой. Саске начал проводить сеансы физиотерапии. Это выглядело интимно: высокий Саске поддерживал под талию чуть побледневшего Наруто, который вынужден был опираться на плечо своего похитителя. — Ты пахнешь как аптека, Саске, — бурчал Наруто. — А ты пахнешь так, как должен пахнуть мой будущий клан, — спокойно парировал Учиха. Пуховые оковы Несмотря на «первые шаги», Саске и Орочимару оставались начеку. Стоило времени тренировки закончиться, как обоих «пассивов» возвращали в горизонтальное положение. За прошлые вспышки непокорности меры безопасности были усилены. Кабуто и Наруто лежали на своих койках, плотно завернутые в тяжелые пуховые одеяла. Эти одеяла больше не были просто источником тепла — Саске лично подтыкал их так туго, что они превращались в мягкие коконы, сковывающие движения не хуже ремней. Наруто лежал, чувствуя, как пуховое одеяло давит на его ставший чувствительным живот. Кабуто рядом выглядел так же — бледное лицо, выглядывающее из-под горы пуха, и очки, поблескивающие в полумраке. — Смотри, Кабуто, — тихо сказал Наруто, глядя в потолок. — Саске там целый замок возвел. Говорит, там будет наша детская. Кабуто закрыл глаза под своим одеялом. — Значит, мы действительно никуда не уйдем, да? — прошептал он. Наруто на мгновение замолчал, чувствуя, как Саске прорастает в его жизнь через эту навязчивую заботу, тепло одеял и близость. — Курама говорит, нужно окрепнуть... Но знаешь... когда Саске так на меня смотрит... мне кажется, я схожу с ума вместе с вами. Два пленника в своих пуховых ловушках погрузились в сон, пока Саске за стеной чертил планы новых кварталов Учихагакуре.