Пока без

Путь до Афин стал для Лиры временем, которое она позже назовет «самым странным отпуском в аду». Корабль резал волны Эгейского моря, а Лира пыталась найти себе место на палубе, где не пахло бы мертвечиной. ​Тишина перед бурей ​Большую часть времени Кратос проводил на носу корабля. Он стоял неподвижно, как гранитное изваяние, вглядываясь в горизонт. Лира, скованная пятиметровой дистанцией, была вынуждена обретаться рядом. Она сидела на перевернутом ящике, подстелив под себя запасную футболку из рюкзака, и пыталась отвлечься от тошноты. ​— Слушай, — тихо позвала она, когда тишину нарушал только плеск воды. — Кратос? Едва ноги Лиры коснулись раскаленного камня афинской пристани, а Кратос сделал первый шаг в сторону центральных ворот, небо над ними снова зарябило. Исполинская призрачная фигура Афины соткалась прямо над главной аркой, загораживая путь. Лира, которая только-только начала успокаиваться после качки, едва не выронила телефон. ​Спартанец даже не шевельнулся. ​— А у вас в Афинах... ну, отели есть? Или хотя бы постоялые дворы, где не спрашивают документы? — Лира достала из кармана тряпочку для очков и принялась усердно протирать линзы. Без них мир превращался в размытое пятно, а в этом мире быть близорукой означало умереть еще быстрее. ​Кратос медленно повернул голову. Его взгляд упал на розовую тряпочку в её руках. — В Афинах сейчас только пепел и крики. Если хочешь спать — спи на досках. Смерть не выбирает мягкое ложе. ​Лира вздохнула и убрала очки на место. Она достала плюшевого Стича, проверила, не сильно ли он промок, и прижала его к себе. — Оптимизма тебе не занимать, конечно. Ладно... хочешь конфету? У меня последняя «Барбариска» осталась. Она кислая, помогает от тошноты. ​Она протянула ему маленькую красную конфетку. Кратос посмотрел на неё так, будто она предлагала ему выпить яд змеи. — Оставь свои подношения для слабых, — отрезал он, но на мгновение его взгляд задержался на её светящемся браслете-луне. — Заряжай свое «зеркало». Мы почти на месте. ​Прибытие в Афины ​Когда туман начал рассеиваться, Лира увидела то, от чего у неё перехватило дыхание. Это не были те красивые Афины из учебников истории. Это был кошмар наяву. ​Огромный город был охвачен огнем. Над горизонтом возвышалась исполинская фигура — Арес, бог войны, ростом с небоскреб, крушил здания, словно игрушечные домики. С неба падали горящие обломки, а крики тысяч людей долетали даже до корабля. ​— О боже... — прошептала Лира, вцепляясь в перила. — Это же... он же огромный! Кратос, как ты собираешься ЭТО победить?! У него же нога больше, чем весь наш корабль! ​Кратос лишь сильнее сжал рукояти своих клинков. В его глазах отражалось пламя Афин. — Боги сотворили его. Я его уничтожу. ​Корабль с грохотом врезался в полуразрушенную пристань. Лира едва не улетела за борт, но «магнитная связь» вовремя дернула её назад, впечатав в спину Кратоса. ​— Выходим, — бросил он. ​Они ступили на берег. Под ногами хрустели обломки мрамора и черепицы. Вокруг бегали обезумевшие от страха люди, а из переулков уже выходили минотавры и легионы нежити Ареса. ​Лира судорожно схватила телефон и включила камеру. Нет, не для селфи — просто её руки так дрожали, что ей нужно было за что-то держаться. — Пиздец... — выдохнула она, глядя, как огромный минотавр разносит в щепки торговую лавку прямо перед ними. — Полный, абсолютный, каноничный пиздец. ​— Держись за мной, — прорычал Кратос, и Клинки Хаоса с лязгом вылетели из его рук, вспыхивая огнем. — И если начнешь лечить врагов — я лично выкину твое «зеркало» в море. ​— Да я вообще никого трогать не хочу! — закричала Лира, вжимаясь в плечи и готовясь к тому, что сейчас начнется самая страшная «прогулка» в её жизни.