Сумерки Гондора

Лоссарнах тонул в ночи. Жирная, липкая тьма обволакивала кривые улочки, и от кабака к кабаку, спотыкаясь о рытвины, бродили пьяные и полупьяные тени, невнятно бранясь и перекликаясь хриплыми голосами. Находиться здесь одному, без верного меча и надежной спины, было попросту опасно для жизни. Но выбора у Араторна не оставалось, и он шагнул в этот омут. Он прокрался в трактир, имя которого предпочел бы забыть сразу, едва переступив порог. В нос ударил тяжелый дух перебродившего эля, пота и дешевого табака. Принц подошел к стойке, за которой возвышался детина, чьи огромные руки сжимали кружки, казавшиеся в них наперстками. Араторн положил на влажное дерево серебряную монету. — Чего молодой господин изволит? — спросил детина, даже не взглянув на него, продолжая орудовать среди посуды. — Пива и особый заказ, — произнес Араторн, чувствуя, как под одеждой предательски выступает пот. Он огляделся, стараясь держаться с непринужденным видом, но внутри все сжималось от мысли, что сейчас его узнают. Однако он все продумал, решился, и отступать было нельзя. Бармен на мгновение замер, затем коротко кивнул в сторону низкой двери рядом со стойкой. — Особый заказ не тут принимают. Зайди в комнату. Араторн проследовал за дверь. Помещение оказалось небольшим, заставленным бочками. Посередине стоял грубо сколоченный стол, за которым сидел крепкий мужик, в облике которого чудилось что-то гномье — то ли рост, то ли непомерная ширина плеч, то ли густая, окладистая борода, в которую он посмеивался. На лавках у стен расположились трое разбойного вида личностей, лениво точивших ножи и игравших в кости. А в углу, в подвесном гамаке, уткнувшись лицом в стену, спал кто-то, виднелись лишь запыленные сапоги. — Особый заказ! — громко объявил вошедший следом бармен и затворил дверь, оставляя их. Полугном — ибо мать его точно грешила с кем-то из Народа Дурина — махнул рукой, приглашая за стол. Араторн сел, стараясь не выказывать страха. — И чего принцу от нас надо? — лениво протянул полугном, сверля гостя маленькими, цепкими глазками. — Да ладно, не фыркай, — усмехнулся он, видя, как дернулся Араторн. — Твою харю тут многие знают. Уши, конечно, попортили, но родовую спесь не спрячешь. Зачем пришел? Чего твои люди сделать не смогут? Араторн поморщился, словно от зубной боли, но сдержался. Бармен поставил перед ним кружку пива и вышел. Принц отхлебнул горьковатую влагу, собираясь с мыслями, и заговорил, стараясь держать голос твердым. Сама мысль о том, что он вынужден просить помощи у этих людей, была ему отвратительна, но выхода он не видел. — Человек нужен. Дело есть скользкое и непростое. Но ты сначала ответь: сможет ли кто у тебя обезвредить волшебника? Если нет, то и разговора не будет. Полугном хмыкнул и тихо захихикал себе в бороду, отчего та забавно зашевелилась. — Ты ж смотри, каков ушастый! — присвистнул он, и Араторна передернуло от этого прозвища. — На Мэндара Белого замахнулся, что ли? Может, и есть кто, а тебе зачем? — Я не обязан отчитываться! — отрезал принц, чувствуя, как закипает кровь. — Ну не обязан, так и разговора не было, — легко согласился полугном, поднимаясь из-за стола. — Давай, бывай. Разбойники на лавках замерли, и в комнате повисла тишина. Араторн стиснул зубы до скрежета, потер лоб, смиряя гордыню. — Ладно, — выдохнул он. — Я расскажу. Но если ты подтвердишь, что сможешь. Полугном медленно опустился обратно на лавку. — Я не подтвержу ничего. Но согласие на дело ты не получишь без подробностей, и цену не узнаешь. — Он развел руками. — У меня исполнители разные есть, и ресурсов достаточно, не только эти оболтусы. — Он кивнул на троицу в углу. — И не бойся, дальше этой комнаты разговор не выйдет, даже если не договоримся. Я так веду дела. Что ты хочешь? Араторн нахмурился, но делать было нечего. Он полез за пазуху и достал свернутый лист бумаги с нарисованным от руки планом. — Мэндар Белый живет в Башне Королей, в верхних покоях. Там у него спальня и три комнаты-лаборатории. — Он развернул план на столе. — Что он делает в лабораториях и насколько там опасно, никто не знает. Но заходить туда нельзя даже королю, таков договор. И на входе — какое-то заклинание, которое, говорят, может убить любого. Я не проверял, жить хочу. — Он ткнул пальцем в одну из комнат. — Здесь, в одной из лабораторий, у него заточен другой волшебник уже лет двадцать. В углу, там, где висел гамак, тихий храп внезапно прервался. Сапоги в гамаке чуть заметно шевельнулись, но Араторн этого не заметил. — Нужно убить Мэндара и освободить пленного волшебника. Сможет твой исполнитель это сделать? Полугном задумался, почесал могучей пятерней за ухом. — Допустим… — протянул он. — Тебе-то это зачем? Араторн нахмурился, но вовремя прикусил язык, вспомнив, чем закончилась его прошлая попытка нагрубить этому человеку. — Мне нужен этот старик. Дело к нему есть. И еще… — он понизил голос, — нужно, чтобы ни одна ниточка не вела ко мне и к короне. Если получится на кого-то повесить эту смерть, будет замечательно. Полугном посидел минуту, почесывая голову, покосился куда-то в угол, где висел гамак, размышляя, затем кивнул. — Возьмутся мои за это. — И назвал сумму, от которой у Араторна глаза полезли на лоб. Это было целое состояние. — Спокойно, — усмехнулся полугном, заметив его реакцию. — Это еще немного. Ты подумай. Ты хочешь, чтобы мы вошли во дворец, прошли через неизвестные заклятья, убили единственного Белого мага в мире, придумали, как в этом обвинить кого-то другого, и скрылись с другим магом, которого двадцать лет там держат, и все это — незаметно. Это хороший заказ, выполнимый, но не дешевый. Думай. И учти — у нас полная предоплата. — А если не выйдет? — настороженно спросил Араторн. — Я ж тебе не кидала, — оскорбился полугном. — Вернем деньги, если не выйдет. Торговаться не пробуй. Я тебе, как будущему королю, и так скидку делаю. На столе появился увесистый мешочек с камнями. Полугном подозвал одного из прощелыг с лавки. — Твой глаз нужен! Тот подошел, и Араторн с удивлением увидел, как внимательно и умело разбойник изучает каждый камень через маленькое увеличительное стекло, что достал из кармана. Наконец он кивнул, подтверждая стоимость. — Принято, — сказал полугном, пряча мешочек. — Три недели на это берем. Изучить все надо. Когда будет готово, мы тебя найдем. Жди вестей. Араторн кивнул, одним глотком допил остывшее пиво, поднялся и, стараясь не спешить, вышел из комнаты, а затем и из трактира. Холодный ночной воздух ударил в лицо, и только тогда он заметил, как насквозь промокла его рубаха под плащом. Он сделал несколько глубоких вдохов, прогоняя дрожь, и быстро зашагал прочь от Лоссарнаха, туда, где на холме мерцали огни Минас Тирита, такие далекие и равнодушные.