Наруто - Возрождение Узушио

Прошёл год. Узушио изменилась до неузнаваемости. Там, где раньше возвышались лишь руины, теперь стояли новые дома — деревянные, крепкие, с резными ставнями и черепичными крышами. Улицы были вымощены камнем, на перекрёстках горели фонари с вечными печатями. В центре деревни высилась башня Узукаге — невысокая, но мощная, с красным флагом и чёрным водоворотом. Население Узушиогакуре выросло до пятисот человек. Ами с помощью печатей находила убежище за убежищем, приводя всё новых и новых соклановцев. Это были не просто выжившие — это были воины. Каждый Узумаки был сильнее любого джоунина Конохи. Красноволосые дьяволы, как их шепотом называли в мире, жаждали не столько мести, сколько возрождения. — Мы не враги миру, — сказала Ами на общем собрании. — Мы — те, кто построит новый дом. Кто не даст умереть нашему роду. — А если кто-то придёт разрушить его снова? — спросил один из старейшин. — Тогда они умрут, — ответил Наруто, стоя рядом с ней. Никто не усомнился. Ами расставила по острову тысячи печатей. Невидимый купол накрыл Узушио — никто не мог войти или выйти незамеченным. Она изучила почти все запретные техники фуиндзюцу, оставленные в библиотеках. Её цепи Конго-Фусо теперь вырывались из рук по одному желанию, без единой печати. Наруто стал Узукаге — Каге деревни скрытой в водовороте. Он не носил шляпу и не сидел в кабинете, но вся деревня знала: он — защита и опора. Его имя шептали с уважением. — Ты справишься, — сказала ему Ами в день коронации. — Мы справимся, — ответил он. Он поцеловал её. Потом Саске. — Вы меня убьёте, — сказал он. — Но ты умрёшь счастливым, — ответили девушки. Джирайя продолжал тренировать их. Под его руководством Наруто освоил макутон до уровня, близкого к Хашираме. Саске развила шаринган до трёх томоэ и научилась использовать его без устали. Ами стала мастером фуиндзюцу — её печати держались веками. Курама тоже изменился. На родной земле Узумаки, где чакра биджу когда-то была частью природы, он чувствовал себя спокойно. Он мог появляться в материальном мире — маленьким рыжим лисом, который сидел на плече Наруто и иногда разговаривал с ним. — Хорошее место, — сказал он однажды, оглядывая деревню. — Лучше, чем внутри меня? — спросил Наруто. — Не сравнивай, — ответил Курама. — Это другое. Ами часто кормила его рыбой. Саске гладила по голове. Лис ворчал, но не уходил. Остров жил своей жизнью. Дети бегали по улицам, старики сидели на лавках, молодые тренировались на полигонах. Узушио снова стала деревней. Скрытой, тайной, но живой. Наруто, Ами и Саске всё ещё спали в одной комнате, в одной кровати. У них был свой дом — небольшой, но уютный, рядом с башней Узукаге. По ночам они выходили на крышу, смотрели на звёзды, целовались. — Ты счастлив? — спросила Ами. — Очень, — ответил Наруто. — Я тоже, — сказала Саске. — Я тоже, — повторила Ами. Она поцеловала брата в губы, потом Саске. — Спать? — спросил Наруто. — Спать, — согласилась Ами. — И целоваться, — добавила Саске. — И целоваться, — улыбнулся Наруто. Они целовались в темноте, засыпая в обнимку. В Узушио знали, что они трое — не просто лидеры. Знали, что они семья. И никто не осуждал. Узумаки всегда ценили кровь выше условностей. — Они — наше будущее, — сказал старейшина на совете. — Пусть будет так. — Будет, — ответил Наруто. Четыре года ещё не прошли. Впереди были новые открытия, новые вызовы, новые враги. Но сейчас, в этот момент, они были дома. Узушио жила. Клан возрождался. И это было только начало.