The Things That Hunt Us

*Уэнсдей Она гналась. За кем? За чем? Где? Она не знала. Просто бежала по темному лесу, подбирая ткань ужасно неудобной из-за своей длины белой ночнушки. Что она ищет? Она так бежит, будто от этого зависит её жизнь. Сердце колотится, как бешенное, пепельные волосы прилипли к лицу, ноги босые, хотя сейчас явно осень. Вдали показался какой-то дом. Сердце забилось ещё сильнее — хотя куда уж больше? Она остановилась на пороге на несколько секунд — просто чтобы выдохнуть, а затем с силой распахнула дверь и направилась в спальню. Откуда она знала, что в спальню и где это спальня, Уэнсдей понятия не имела. Люди в черных одеждах укрывали одеялом лежащего на кровати… — НЕЕЕЕЕЕЕТТТ! Уэнсдей опустилась на колени, захлебываясь слезами. — Нет, прошу… Она бьется в истерике, читает молитвы, но нет, они уносят его за дверь, не обращая внимания на девушку. — Прошу, нет… Уэнсдей резко просыпается, будто после длительного нахождения под водой ей наконец вернули возможность дышать. За окном уже начинало светать. Значит, смысла засыпать снова уже нет. Уэнсдей решила прогуляться, проветрить голову — ведь она до сих пор ощущала призрачный холод от тонкой ночнушки и ещё фантомы слез на своих щеках. Несмотря на то, что было уже восемь утра, никто гулять ещё не торопился — что делало прогулку ещё более приятной. Единственным человеком, которого Уэнсдей встретила во дворе, была мисс Капри, быстро прошедшая по двору мимо неё, и не заметившая Уэнсдей. Что она вообще здесь делала? Да ещё и в выходной? А следом из, видимо, её машины вышел тот, кого она меньше всего ожидала увидеть — Тайлер. — Ты как здесь оказалась? Рано же ещё. — Я собиралась задать тот же вопрос. Тайлер усмехнулся. — А, кстати, ты у меня потеряла заколку, — он вытащил из кармана маленькую черную заколку, которая действительно принадлежала ей. — Держи, — он протянул ее ей. Уэнсдей осторожно взяла заколку, зачем-то чуть дольше, чем следовало, задержавшись на его руке. — Так все же, что ты здесь делаешь? — повторила она свой вопрос, чтобы замять ту тягучую паузу, что образовалась между ними. — Капри надо было сюда заехать, а потом в Джерико, ну, в общем, она меня согласилась подвести. — Ясно. — А ты что здесь делаешь? — он улыбнулся. В ещё не остывшей памяти тут же вспыхнули образы бегущей Гуди, мертвого тела, что выносили из спальни, её мольбы… Но ярче всего в ушах и в памяти стояли её крики. Слишком пронзительные. Слишком громкие. Слишком эмоциональные. Уэнсдей не могла поверить, что способна так кричать — пусть даже и в образе другого человека. — Да, так… Сон. — Вещий? — В некотором роде, — чуть помолчав, Уэнсдей добавила, — обрабатываю информацию. — И как? — Пока не выходит, — вздохнула Уэнсдей, только сейчас заметив, что встала к нему слишком близко. — Это потому, что ты постоянно думаешь. Иногда надо давать мозгу отдых. — Только я дам мозгу отдых, недоброжелатели тут же этим воспользуются. Как только расслабляешься, нож в спину прилетает недамедлительно. Лицо Тайлера погрустнело. — Да, понимаю… Будь у меня возможность вернуться в прошлое, я бы тысячу раз подумал, прежде чем снова сесть в машину Лорел… Его голос стал куда тише. — Ей очень повезло, что она умерла, — прошептала Уэнсдей. — Я вот думаю, — тихо начал Тайлер. — Что у неё в голове вообще? Какой бред? В какой момент она решила, что переубивать всю школу и завести ручного человека-монстра — это хорошая идея? — Не пытайся понять психа, — жестко пресекнула его Уэнсдей. — Не придешь к логичному выводу. Или, чего хуже, придешь к оправданию. А она этого не заслуживает. Тайлер всхлипнул. — Да, пожалуй, ты права… — Я точно права, — твердо сказала Уэнсдей. — Такие, как она, не заслуживают ни оправдания, ни понимания, ни уж тем более прощения. На последнем слове Тайлера передернуло. — Прощения? Бррр, да ни за что в жизни! Никогда ее не прощу! Он пнул камешек, лежавший прямо перед ним. — Я мог спокойно уехать… Я мог нормально, ну, в каком-то смысле, жить. Она лишила меня этого всего. Я уже не смогу отмыться. Я уже не смогу быть… обычным. — Обычность переоценена. Но в целом, ты действительно прав. Она подошла ещё ближе, на этот раз осознано. — Прости меня за те пытки в сарае, — вдруг вырвалось у нее совершенно неожиданно. Тайлер тоже явно был в шоке. Но слезы перевешивали. — Ты так напомнила мне Лорел тогда, — всхлипнул он. — Я внушил себе, что между вами нет никакой разницы. — А если и правда нет? — Нет, Уэнсдей, — он провел рукой по линии её челюсти, как тогда, во время их поцелуя, — есть. Она все стремительнее приближалась к нему… — Тайлер, идем! — вдруг раздался голос Капри. Он ощущался будто из другого мира, к которому они с Тайлером не относились. Они резко, будто из молнией ударило, отпрянули друг от друга. — Пока, — неловко произнес Тайлер. — До встречи. Тайлер уходит.

***

*Тайлер Черт, черт, черт… Сердце стучало, как сумашедшее, кровь прилипала к вискам. Они, черт возьми, почти поцеловались! Когда обычная цель отдать заколку успела превратиться в недо-поцелуй? Он был словно опьянен. И очень зол на Капри, что она из прервала. А впрочем, может, это и хорошо — пока они не совершили то, о чем оба будут жалеть. Тайлер даже не знал, как считать. — Ты меня извини, что прервала, — виновато начала Капри. — Правда, не заметила, думала, вы просто разговариваете… — Да так и было… — Тайлер, я все видела. Это стало большим, чем просто разговор. Тайлер уставился в окно. — Так что, можешь считать, что твои отношения с Уэнсдей сдвинулись с мертвой точки ненависти. Поздравляю. — Да сложно все… — Тайлер махнул рукой. — Я даже не могу сказать, кто мы сейчас друг другу. Мы не ненавидим, это точно. Но мы и не друзья и не пара. В ообщем, я уже запутался уже… — Понимаю, — Капри кивнула. — Но мне всегда казалось, что она тебя любит и скучает. Тайлер не мог поверить в услышанное. Или не хотел верить? — Почему вы так решили? — Потому что я видела… Это начинаешь понимать и видеть только после того, как сам столкнешься с подобным, — ее голос погрустнел. — Я смотрела на неё и видела в ней себя, которая тоже пыталась подавить тоску. В каком-то смысле, у неё даже получалось. Но я видела, какого ей… Особенно это было понятно по тому, как она играла. — Играла? — удивился Тайлер. — На чем? — На виолончели. А ты не знал? — Нет, — стыдливо ответил он. — Она мне не рассказывала. — Ну, в прочем, суть не в этом. А в том, что ей тебя не хватало, и может, другие это не видели, но только не я. Как и сейчас я вижу, что тебе не хватает её. — Я это и не скрываю. По крайней мере, сейчас. — А раньше? — А раньше… — Тайлеру не хотелось погружаться в эти воспоминания. — Сложно было раньше. Даже вспоминать не хочу. Наверное, Капри бы задала ещё море неудобных вопросов, но, к счастью, именно в этот момент они подъехали к "Флюгеру".