Пепел нашей памяти

В Академии Света существовало негласное правило: если хочешь спрятать тайну, положи её в самый скучный отдел библиотеки. Лиана из рода Треф провела три года среди стеллажей седьмого яруса, где пылились «Сравнительный анализ кулинарных традиций Аранеи и Морвейна» (ни одного читателя за двести лет), «Трактат о семи способах завязывания шнурков» (автор, видимо, шутил) и «История налогообложения в периоды перемирий» — семнадцать томов, переплетённых в кожу мертворождённых ягнят. Именно сюда, в царство скуки, Совет Аранеи поместил приказ о её миссии. — Ты должна найти «Кодекс тишины», — прошептал посыльный-фантом, растворяясь в воздухе. Оставил только свиток с тяжёлой сургучной печатью. — Библиотека Астерия. Срок — две луны. Удачи, архивариус. Лиана развернула свиток на алтаре из книг по бухгалтерии гномов. «Кодекс тишины», — прочитала она впервые за три года, и сердце пропустило удар. — «Легендарный фолиант, созданный в Эпоху Раскола. Содержит ритуал ПОЛНОГО РАЗДЕЛЕНИЯ магических потоков Жизни и Смерти. Ни один маг не сможет пересечь границу, ни одна капля чужой крови не осквернит нашу землю. Найти любой ценой». — Любой ценой, — повторила Лиана вслух, и её собственный голос прозвучал чужеродно в этой тишине. Она была эмпатом. Третьего ранга, с допуском к «глубокому слою» — то есть чувствовала эмоции не только живых существ, но и… предметов. Старых книг, например. Сейчас стеллажи вокруг неё источали тоску, терпение и лёгкое любопытство. Ни одного страха. Ни одного намёка на войну, которая шла уже триста лет. Триста лет Аранея и Морвейн вырезали друг друга. Триста лет маги Света считали магов Тени бесчувственными монстрами, а те в ответ называли живых истеричными насекомыми. Триста лет никто не задавался вопросом: а что, если мы оба неправы? Лиана задавалась. Но молчала. Потому что в Аранее слово «сомнение» пахло предательством. Она сунула свиток в рукав, задула свечу и вышла из седьмого яруса. Через три дня она будет в Астерии. Через три дня её жизнь перестанет принадлежать ей. Кайнан из рода Ветров узнал о своём задании не из свитка. Его позвали тени. Он спал в казарме Морвейна, на голой земле, потому что после гибели сестры не мог выносить твёрдых поверхностей