Эта проклятая жажда выживания / Это проклятое желание выжить / 这该死的求生欲

Группа людей бросилась к учебному корпусу. Другие участники с мрачными лицами вяло смотрели на них и измученно опускали головы. Сайрел не понимал, что происходит, и на бегу ошарашенно спросил: «Почему мы бежим? О чём говорит Цзян Ло? Почему они такие грустные?» Вэнь Жэньлянь взглянул на него со смесью любви и снисходительности: «Не волнуйся, просто иди за нами». Сайрел немного посомневался, а потом глупо усмехнулся: «Мы победили?» Гэ Чжу вздохнул: «Сайрел, тебе просто невероятно везёт. Ты прошёл в следующий этап, практически ничего не делая». Когда они прибежали в кабинет, Лю Чжи уже был арестован полицией. Он явно не ожидал такого внезапного задержания. Его тщательно уложенные волосы растрепались, и полиция вела его к машине. Другие учителя, разинув рты, повторяли: «Товарищи полицейские, за что вы арестовываете учителя Лю? Он никогда не нарушал закон!» Цзян Ло стоял на краю толпы и наблюдал за происходящим. Сотрудники соревнования, очевидно, знали, что здесь произошло убийство, и даже были в курсе обстоятельств – кто убийца и кто жертва. Они заранее вызвали полицию, и независимо от того, смогут ли ученики найти ответы к концу игры, полиция всё равно ворвётся в школу, чтобы арестовать преступников. Не предупредив убийцу. Даже не проведя обыск. Кто же те люди, которые пришли к таким выводам? Их учителя или судьи соревнования – Цзян Ло не стал задумываться об этом. Он коснулся браслета «Кольцо Инь-Ян», который так и не смог открыть, прошёл сквозь толпу вместе со своими товарищами и вошёл в кабинет. --- Однако, к его удивлению, когда они прибыли, участники из Университета Шанхая уже приготовились ломать стену. Кабинет Лю Чжи находился у окна, и за ним ничего не было, кроме пустоты и белой стены. Стандартная толщина внешней стены – 240 миллиметров, но Цзян Ло, взглянув, понял, что эта стена имеет толщину 360 миллиметров – более чем достаточно, чтобы спрятать тело. Бай Ефэн сидел на столе Лю Чжи. Он неторопливо листал газету, и свет лампы падал на его лицо, разделяя его неровной линией между светом и тьмой. Если бы Бай Ефэна облачить в новенький костюм и кожаные туфли, он бы выглядел как вылитый учитель. «А, вы здесь», – Бай Ефэн отложил газету и с улыбкой посмотрел на слегка запыхавшихся участников из Университета Байхуа. «Что же вы так спешите?» Лицо Цзян Ло слегка покраснело от бега, на лбу выступили мелкие капельки пота. Он улыбнулся в ответ: «А что это ты здесь делаешь, одноклассник Бай?» Бай Ефэн хмыкнул: «Ищем ответы». «Какое совпадение», – улыбнулся Цзян Ло, как майская роза. Он прошёл сквозь группу студентов из Университета Шанхая и осторожно положил руку на стену. «Мы тоже ищем ответы». Изначально Цзян Ло не был одержим первым местом – ему было всё равно. Но когда он понял, что Бай Ефэн хочет занять первое место, он решил, что во что бы то ни стало должен его обойти. Чи Ю манипулировал Бай Ефэном, заставляя его участвовать в этой игре с одной лишь целью – Юань Тяньчжу. Только эта жемчужина стоила таких усилий со стороны злого духа. Можно только сказать, что Юань Тяньчжу действительно хороша, раз злой дух не смог устоять перед искушением. Цзян Ло подумал об этой жемчужине и о той, которую потерял хозяин похоронной лавки, когда они заходили за припасами для семидневного обряда призыва Чи Ю. Тогда она была потеряна. Её забрал Чи Ю? Именно из-за поглощения той Юань Тяньчжу он стал таким могущественным? Если это так, Цзян Ло никогда не позволит Чи Ю получить эту жемчужину снова. Он улыбнулся, коснувшись стены: «Одноклассник Бай, две ночи подряд дух погибшей девушки звонил мне. Она надеялась, что я смогу откопать её и освободить. Я пообещал ей это. Не усложняй мне жизнь». Люди из Университета Шанхая открыли было рты, чтобы возмутиться, но у красивых людей всегда есть привилегии. Они глуповато улыбнулись Цзян Ло, пробормотали что-то невнятное и, не вымолвив ни слова, повернули головы к Бай Ефэну. Бай Ефэн встал, шаг за шагом подошёл к Цзян Ло и сказал со слабой улыбкой: «Я пришёл первым, одноклассник Цзян». Цзян Ло спокойно посмотрел на него, его прекрасные ресницы дрогнули, и уголки губ медленно приоткрылись: «Бай Ефэн, ты пришёл сюда раньше только потому, что я тебе помог». Он взглянул на студентов из Университета Шанхая и продолжил с улыбкой: «Ты ведь слышал мой прошлый ночной разговор с девушкой-призраком и узнал из него, где находится её тело. И теперь ты говоришь мне, что пришёл первым?» «И не говори, что ты не слышал – не поверю», – Цзян Ло посмотрел на одного из парней из Университета Шанхая. «Это Бай Ефэн привёл вас сюда? Вы сами следовали подсказкам и разгадывали их, или просто внезапно явились сюда?» «Мы… Это…» – парень взмок, не в силах вымолвить ни слова. Потому что Цзян Ло говорил правду. Бай Ефэн ничего им не объяснял, а просто привёл их в этот кабинет. Даже когда они собирались ломать стену, они не знали, зачем это нужно. Красть чужие ответы и присваивать их себе, чтобы победить… в глазах этих студентов, которые ещё даже не закончили учёбу, такое поведение было слишком постыдным. Разве Бай Ефэн способен на такое? Сюй Янь открыл рот, желая заступиться за Бай Ефэна, но Вэнь Жэньлянь подошёл к нему и похлопал по плечу: «Одноклассники, будьте честны. Вы и правда сами нашли ключ к разгадке, что тело здесь?» Сюй Янь помедлил и в итоге промолчал. Цзян Ло некоторое время оглядывался по сторонам и наконец, со слабой улыбкой, перевёл взгляд на Бай Ефэна: «Ну и кто же пришёл первым, одноклассник Бай?» Бай Ефэн пристально посмотрел на него, его глаза потемнели, будто тьма медленно сгущалась, окутывая Цзян Ло. Внезапно один из студентов, собиравшихся ломать стену, отбросил инструмент, покраснел и упрямо заявил: «Я больше не буду этого делать. Мы не находили никаких улик. Я не хочу такой победы». Соседний студент попытался его удержать, но парень заговорил ещё громче: «Что ты меня дёргаешь? Если проиграем – так проиграем, зато совесть чиста!» Лица остальных вытянулись. Они растерянно переводили взгляды со стены на инструменты в своих руках. Все были в замешательстве, как вдруг Цзян Ло вздохнул: «Ладно, давайте сделаем шаг назад и будем считать, что мы нашли ответ вместе». Все взгляды обратились к нему. Цзян Ло криво усмехнулся: «Я считаю, что однокласснику Баю можно простить. Он просто хотел, чтобы вы прошли в следующий этап. В наших двух школах вместе взятых меньше двадцати человек. Раз уж мы все здесь, давайте работать сообща, чтобы все прошли дальше». Эти слова были настолько великодушны, что студентам из Университета Шанхая стало стыдно. Они раньше враждебно относились к Цзян Ло и проклинали его за спиной, но не ожидали, что он окажется настолько добрым, что, даже если они сами не нашли разгадку, он просто так отдаст им половину ответа. Они были благодарны и пристыжены, некоторое время не в силах вымолвить ни слова. Чжо Чжунцю пошевелила запястьем: «Тогда давайте действовать вместе. Сначала выкопаем тело». Видя, что никто не спорит, они уже собрались приступить, но студенты из Университета Шанхая остановили их и хмуро сказали: «Мы сломаем стену, а вы просто постойте». С этими словами они принялись крушить стену. В стене быстро появилось несколько тонких трещин, и из щелей посыпались личинки. Студенты Шанхайского университета вскрикнули и начали бить с новой силой. Цзян Ло спокойно наблюдал со стороны. Его победу хотели украсть, но он обманом заставил их разбить стену добровольно, да ещё и с чувством вины. Его ничуть не смущало происходящее. К нему сзади тихо подошёл Бай Ефэн. Он смотрел на стену и сказал, обращаясь к Цзян Ло: «Твой рот и вправду удивителен». Цзян Ло повернул голову и улыбнулся ему. Его губы, которые постоянно несли чушь, были мягкими и красивыми. «Спасибо за комплимент». Когда стену проломили, обнаружились четыре трупа. Не считая Ван Синьхуэй, это точь-в-точь совпадало с числом девушек, пропавших после 2012 года. Они стояли лицом к стене, спиной к толпе. В их волосах и телах уже завелось множество насекомых, и зловоние разложения мгновенно наполнило кабинет. Один из женских трупов стоял прямо, спиной к столу Лю Чжи. Последняя загадка была решена. Цзян Ло достал телефон, отправил сообщение, повернулся к Бай Ефэну и тихо сказал: «Одноклассник Бай, у меня осталось несколько нерешённых вопросов. Не хочешь пойти со мной поискать подсказки?» Бай Ефэн улыбнулся: «Конечно». После всего происшедшего казалось, что Цзян Ло не только не вывел его из себя, но и ещё больше заинтриговал. Но в сердце злого духа никто не знает, какие ужасные и жестокие мысли могут таиться. Они вдвоём вышли из кабинета. День был пасмурным, и сине-чёрные тучи окутывали далёкое небо, словно сжимая среднюю школу Эвергрин. «На территории старого кампуса есть бассейн», – сказал Цзян Ло с улыбкой. «Цзинь Юаньгао рассказывал, что они с девушкой-призраком встречались там, и он прятался в канализации под бассейном. Мне интересно, почему девушка-призрак не убила его, когда он прятался в канализации. Ты хорошо информирован, одноклассник Бай. Пойдём, посмотрим вместе?» Бассейн находился за школой. Вода в нём была. На тихой глади виднелись голубоватые узоры. Внезапно они заметили, что посреди бассейна, кажется, кто-то есть. Мужчина лежал на дне и, похоже, утонул. Будучи отзывчивым и добросердечным человеком, Бай Ефэн нахмурился, но, не меняясь в лице, всё же прыгнул в воду, чтобы спасти его. Двигался он быстро и ловко, подплыл к утонувшему и схватил его… но его руки сжали лишь пустое пальто. Бай Ефэн опешил, и его лицо внезапно помрачнело. Он поплыл обратно. Едва он высунул голову из воды, как чья-то нога в модном ботинке надавила ему на плечо. Верх ботинка был чист, без единого пятнышка, но грязь с дороги осталась на подошве, оставив на плече Бай Ефэна ровный серый отпечаток. Бай Ефэн бесстрастно поднял голову, и его взгляд скользнул вверх, остановившись на лице Цзян Ло. Цзян Ло смотрел на него сверху вниз. Его длинные волосы рассыпались по плечам. В руке он сжимал нож. Рукоять ножа была обмотана талисманом, а лезвие упиралось в переносицу Бай Ефэна. Красная родинка на тыльной стороне левой руки длинноволосого юноши была похожа на только что упавшую каплю крови. Он сильнее надавил ногой на плечо Бай Ефэна, удерживая его в холодной воде. Кольцо на ноже, которого раньше не было, было продето сквозь запястье его белой руки. Кость мягко выступала, цепляясь за железное кольцо, так что, если бы кто-то попытался вырвать нож в этот раз, ему пришлось бы отрезать всю руку. «Итак, господин Злой Дух», – сказал Цзян Ло, склонив голову. Его высокомерные брови изогнулись в насмешливой улыбке. «Попался».