трехзначный номер

Их будит Джейн. Что очень хорошо на самом деле, потому что никто из двоих не подумал о будильниках и о том, что сегодня вообще-то первый учебный день.  — Кто бы это ни был — съебись из нашей комнаты.   Джей-Джей кидает подушку куда-то в сторону и отворачивается лицом к стене. Шейн же медленно протирает глаза, услышав крики сестры. — Холландер! Вставай! Ты проспишь пары! Выход через пол часа! Алло! — Блять. Блять! Шейн встает, пытаясь вспомнить прошедшую ночь, но голова гудит, и он ничего не соображает. Ему нужно в душ, потому что он воняет алкоголем и землей. А потом кофе. Да, ему срочно нужен гранде американо из старбакса. И плевать, что он стоит баснословных денег.  Джейн ждет его в комнате на уже заправленной кровати, когда Шейн возвращается из общей душевой. Джей-Джей продолжает спать, издавая шумное сопение, поэтому Холландер пытается разбудить его сам. До выхода десять минут, а сосед все еще в отключке. Шейн достает из своего рюкзака бутылку воды и выливает все содержимое на голову соседа. — Ты что блять! Ау! Сука, Холлзи! Нахуя? — Нам выходить через десять минут. У тебя есть время чтобы почистить зубы и не опоздать. — Я тебе говорил, что ты самый ужасный сосед в мире? — Всегда рад. Шейн пожимает плечами, а Джей-Джей падает с кровати и судорожно начинает рыться в чемодане в поиске полотенца. Это конечно же превращается в сущий пиздец, потому что он даже не помнит в каком отделении сложены футболки, а где брюки или хотя бы чистые трусы.  — Да сука где оно, — Джейн хихикает, на что Джей-Джей поворачивается и бормочет, — Простите леди, пока я не поел и не умылся, я не могу быть доброжелательным. Шейн в этот момент уже оделся и готов к выходу. Они с сестрой выползают из комнаты, говоря другу, чтобы тот их догонял. Но сосед сдается в своих поисках и, в конце концов, спит еще час на полу, прогуливая первую пару.

х  х  х

Вечером Шейн решает поужинать за пределами кампуса вместе с сестрой и Джей-Джеем, чтобы познакомить их в нормальной обстановке и обсудить вчерашнюю вечеринку. Холландер стучится в комнату 316 и ему открывает соседка Джейн.  — Привет? — Хай, я Шейн, брат Дженни. — Свет, открой! Это ко мне. — Привет, Шейн, — девушка отходит в сторону, открывая ему доступ в комнату и Шейн шагает внутрь.  Здесь довольно уютно. Лучше, чем у них с Джей-Джеем в комнате. Хоть и площадь, и набор мебели одинаковый, но всякие декоративные мелочи разбавляют обстановку. Бежевые занавески, подушки с пайетками и пушистый ковер по центру комнаты. У Холландера с Буазье по центру комнаты голый паркет, где обычно валяются носки соседа, общие конспекты, бутылки из-под газировки и шоколадные обертки. К слову, Джей-Джей ужасный сладкоежка.  Шейн пытался ему привить аккуратность, но в итоге вышло наоборот. Летом мама его даже как-то отчитала за беспечную неряшливость. Ему было стыдно. Но сейчас мамы с ним нет, так что, — Это Светлана Ветрова — моя соседка. Света – это мой старший брат, Шейн. — О, - пиздец это же лучшая подруга гребанного Ильи Розанова, — Привет, да, — он поворачивается к сестре, — Ты готова? Мы с Джей-Джеем хотим навернуть бургеров. — Ага, пойдем. 

х  х  х

Они занимают места возле окон с видом на парковку. Младшая Холландер попивает молочный коктейль, Шейн и Джей-Джей чокаются банками имбирного эля после парочки жирных и сочных бургеров с говядиной и сыром. Это был сложный день. Сложнее первого учебного дня дней вообще не бывает. Особенно если ты проснулся после долгой вечеринки. Им точно необходима эта вылазка.  — Итак, — Шейн макает картошку фри в соус и отправляет ее себе в рот, — Как ты вчера дошла до кампуса? — Нормально, меня проводили. — Кто? — Какая разница? — Дженни, я учусь здесь уже третий год и знаю почти каждую задниц… Почти каждого студента. Я просто не хочу, чтобы ты связалась не с той компанией. — Это точно. Ублюдков здесь хвататет, — Джей-Джей поддакивает соседу, растягиваясь на кресле, — Я так скучал по этой стряпне!, — отрыжка, — Бля, простите. — Где твои манеры, Буазье!, - Шейн смеется с него качая головой, а потом снова возвращается к сестре, — Итак. С кем ты шла домой? — Ну, я вроде как познакомилась с одним парнем. — И как его зовут? — Какая разница, Шейн? — У вас что-то было? — О боже! Не начинай! Ты мне не мама! — Я твой старший брат! — И что? Мне посвящать тебя в свою сексуальную жизнь? — Что? — Стопстопстоп!, — Джей-Джей машет между ними двумя, — Не орите. Джейн, я конечно лезу не туда, но я понимаю своего бро. Мы просто хотим, чтобы твоя жизнь в этом университете не стала дерьмом.  — Я знаю, но…, — она закатывает глаза в гневе. Шейн рядом сжимает кулаки.  — Просто скажи мне. Давай представим что твой занудный брат не сидит за нашим столом. У тебя вчера что-то с кем-то было? — Ну да, и что? — В смысле блять, что?, — Шейн срывается на крик, из-за чего некоторые посетители оборачиваются в их сторону. Он не может поверить. Конечно, теперь он чувствует вину. Ужасную вину за то, что бросил вчера свою сестру. И кто-то ей воспользовался. И ему нужно знать имя этого кого-то, потому что он собирается встать и пойти отрезать ему член. Сейчас же. — Послушай, крошка. Мы в этом варимся уже третий год, как Холлзи и сказал. Репутацию в этих стенах получают разными способами, но не дай бог тебе прославиться репутацией телочки с вечеринки. Особенно в доме хоккейного братства. Они же польют слухи и будут хотеть пустить тебя по кругу, даже не… — Заткнись Джей-Джей!,— Холландер зол. Очень зол. — Я просто говорю так как есть, остынь бро. — Кто.это.был.Лотти.  — Зачем тебе знать его имя? Чтобы ты пошел и избил его? С чего ты вообще так завелся? Он очень милый, он позаботился обо мне вчера! Хотя ты должен был быть на его месте, не так ли? Но вы оба обдолбались и забыли обо мне! — Да пошла ты! Конечно же Шейн не должен был бросаться такими словами в сторону младшей сестры, но его злость сейчас просто зашкаливает. Джейн никогда не была паинькой, но тем не менее, он и не думал, что она могла переспать с первым встречным. И Холландеру нужно. Очень нужно узнать его имя.  Потому что если это был, например, Марлоу, то ему было бы спокойнее, потому что Клифф хороший парень. Хотя… нет. Он бы разбил лицо и ему, потому что хорошие парни зовут девушек на свидание и максимум целуют их на прощание. А никак не имеют посреди вечеринки. Но есть вариант похуже. Потому что если это кто-то типа Далласа Кента или Дайкстры, которые просто ищут шлюх на одну ночь, то он разобьет их бошки об унитаз. Грязный вонючий унитаз мужского туалета на втором этаже общаги.  Шейн просто хотел услышать от сестры имя хорошего парня. Но она не дала ему такого шанса, поэтому он и бесится. От незнания, от чувства собственной вины, от ярости в сторону Джей-Джея, потому что, если бы этот придурок его не накурил, этого всего бы не произошло. Его просто все бесит прямо сейчас.  — Прости. Я не хотела тебя винить, Шейн. Джейн находит его на парковке. Он пинает парапет носом своего кроссовка и даже слушать ее не хочет. Не в данную секунду уж точно. — Ты права Джейн, нет, ты права! Делай как считаешь нужным! Ты поступила в универ и у тебя начинается взрослая самостоятельная жизнь, так что только тебе выбирать какой дорогой идти. Все в твоих руках! Пожалуйста, развлекайся! Только если тебе сделают больно, не беги ко мне, потому что в университетах не бывает сказок и принцов на белом коне. — Он правда очень мил, Шейн. Он попросил мой номер и сказал, что напишет мне и позовет меня на свидание на этих выходных. — О, ну что ж. Я рад. Счастливой семейной жизни с кем-то, как там его. А, похуй, — он раздавливает сухой лист на асфальте подошвой и смотрит в сторону Джей-Джея, выходящего из кафе. — Илья. Его зовут Илья. Он правда очень обаятельный. Прости, что заставила тебя волноваться. Джейн обнимает его со спины, но в этот момент его будто давит кусок многотонной плиты. Его будто сбивает фура на скорости за сотню. Джей-Джей резко тормозит, слыша одно только имя. — Повтори, крошка?, — француз подходит и Джейн повторяет ответ. — Его зовут Илья, — Шейн не моргает, стоя, как вкопанный на месте, пытаясь расслышать то, что сказала его сестра. Но подождите, мало ли какой Илья. Вдруг сюда поступил еще один русский и их теперь несколько в этом огромном студенческом городке? Шейн мысленно хватается за любое оправдание. — Фамилия? — Я не знаю. Я не спрашивала. — Джей-Джей, скажи мне что я ошибаюсь, — Шейн умоляюще смотрит на него. Ситуация накаляется до предела. Друг задает еще один вопрос.  — Как он выглядит, крошка? — Ну, он накаченный, высокий. Вроде бы играет в хоккей, и у него кудрявые волосы, — Джейн вопросительно смотрит на ошарашенные лица парней. Холландер пытается понять как правильно объяснить сестре то, какую большую, нет, громадную ошибку она совершила сегодняшней ночью, — Почему вы на меня так смотрите? Он что плохой? — Как тебе сказать, — Джей-Джей находит слова первым, сжимая рукой плечо Шейна, как будто это символ братской поддержки. А она не помешает сейчас, потому что данная ситуация — полная жопа, — Илья, о котором ты говоришь, никогда не позовет тебя на свидание. Это самый конченый отморозок из всех отморозков в мире. Поверь мне, лучше тебе не знать какая у него репутация. Нижняя губа Джейн начинает дрожать. Шейн рад, что сосед сейчас успокаивает его сестру, потому что в его голове сейчас роятся лишь образы того, сколькими способами он может оторвать член Илье Розанову. Отрезать, отрубить, покромсать на кусочки. И все это он будет делать живьем. А потом возможно заставит Розанова это все съесть. Шейн не жестокий, но это мать его Илья Розанов, который использовал его младшую сестренку. И Шейн не может оставить это просто так. — Мы найдем тебе хорошего парня, крошка, ладно? Просто забудь об этом. Мне жаль, что твой первый раз вышел отстойным. — Он не первый, н-но спасибо.  — Не первый? — Шейна словно после автокатастрофы обливают ледяной водой. — Боже, Шейн, нет! В старших классах я два года встречалась с Лукой, если ты не забыл.   — Пиздец. Это просто какой-то пиздец. Шейн еще раз очень счастлив, что его лучший друг сейчас заботится о Джейн, потому что в его мысли помимо способов отрезания вклинивается еще и образ уродца Луки Хааса. Шейн знает, что не должен так реагировать, но звание старшего брата заставляет его мозг продолжать крутить эти ужасные картинки. И его не стоит винить, потому что он просто-напросто хочет уберечь свою сестру от боли и разбитого сердца.

х  х  х

Он немного успокаивается, когда доводит Джейн до ее комнаты. Светлана лежит на своей кровати и залипает в телефон.  — Все в порядке?, — она сразу замечает опухшие глаза Джейн и злой взгляд ее брата. — Мне нужно знать в какой комнате живет твой лучший друг, — голос Шейна подобен ледяному айсбергу. Каждое слово процеживается сквозь зубы. — Зачем?, — она переводит взгляд на непонимающую Джейн, которая готова опять заплакать, — О черт, только не говори что…! — Именно это. Я хочу пойти и выкинуть его через окно, а ты пока успокоишь мою сестру и объяснишь ей почему твой русский друг такой уебок. — Шейн, ты знаешь я с ним не в лучших отношениях из-за его поступков, но не надо. На то есть свои причины.  — Причины, чтобы трахать всех подряд, вписывая их имена в свой проклятый список достижений? — Какой список?, - Джейн все еще стоит посреди комнаты, метая взгляд от соседки к брату. — Ладно, похуй, узнаю у кого-нибудь из парней. Джейн, тебе нужно поменять комнату, поговори об этом с заведующим общежития. Я не хочу, чтобы этот ублюдок пришел к своей подруге и обнаружил здесь тебя.

х  х  х

Конечно же, Джейн не меняет комнату, но складывает два плюс два, понимая, что живет вместе с лучшей подругой того самого Ильи, с которым она провела ночь. А Шейн возвращается к себе, чтобы узнать у Джей-Джея или его приятелей номер комнаты, в которую в этом году заселился Илья. Удивительно, что он будучи в команде, не живет с братством в отдельном доме. И Буазье его останавливает, потому что он не хочет, чтобы его соседа выселили за драку. Он садит Шейна на кровать и дает ему банку пепси со сникерсом впридачу, надеясь, что его задница слипнется от количества сахара и он никуда не пойдет.  — Тебе нужно успокоиться, потому что если сейчас ты пойдешь к нему — ничем хорошим это не кончится. Он очень вымахал за лето и накачался. Он на голову тебя выше, ты для него букашка. — Я ему покажу кто еще тут букашка. — Бубубу. Конечно же ты, Холлзи. Ты же пиздец какой мелкий. — Пошел ты нахуй, Джей-Джей, — Шейн кидает в соседа обертку от шоколада, но она летит всего несколько сантиметров и приземляется прямо возле его ног. Шейн, конечно же, со злости пинает ее еще раз. — Я ж тебя люблю. И точно так же, как ты не хочешь неприятностей для сестры, так я не хочу для тебя, усек? — Ты невыносим, Джей-Джей. — Ага, мне все об этом говорят. Невыносимость — часть моей французской ДНК. — Придурок. — Рад, что ты так считаешь. На этом их диалог заканчивается. Джей-Джей с чувством победы в споре с Шейном, погружается в домашку, разбрасывая сегодняшние конспекты по политологии сверху скомканного одеяла. Он садится в позу лотоса, насыпая горсть ирисок на свою подушку и жует их, изредка прикусывая карандаш губами.  Его локоны за лето немного выгорели на солнце, а кожа потемнела из-за загара. Шейн скучал по нему. Он действительно сейчас понимает, как сильно ему повезло иметь такого соседа, который стал ему братом за эти два курса. Джей-Джей прав. Холландер должен быть хитрее и разумнее. Тупая драка ничего не изменит. Поэтому Шейн решает, что выяснит расписание занятий и тренировок Ильи завтра и поговорит с ним. А если поговорить не получится, тогда он точно разобьет ему лицо.