Первый Нефрит и Вэй Усянь

      Выслушав Вэнь Цин и Яньли, как и старшего племянника с Вэй Усянем, и Цзинь Цзысюаня, Цижэнь твёрдо сказал: — Что ж, в таком случае Вэнь Цин и А-Ли останутся здесь, как и Вэй Усянь — под моей защитой и защитой моего старшего племянника. Младший Не тоже будет здесь — Лань Чжань хотя бы поможет ему совершенствоваться, как положено. Не Хуайсан, узнав об этом, пришёл в восторг и поспешил найти Цзян Чэна. — Я напишу дагэ, Цзян-сюн, — шептал младший Не, сияя. — Дагэ прибудет в Облачные Глубины под предлогом делового визита и возьмёт тебя к себе. — Мать будет рвать и метать, когда ни я, ни сестра, ни Вэй Усянь не вернёмся домой, — нахмурился Цзян Чэн. — Но сестре лучше действительно остаться здесь, иначе, узнав, что сестра носит ребёнка Вэнь Цин, мать убьёт обеих на месте, во всяком случае, заставит сестру принять какой-нибудь особый яд, чтобы избавиться от ребёнка. А что делать Цзинь Цзысюаню с его возлюбленной? Может быть, лучше будет взять Лань Минхуа в Башню Золотого Карпа? Вэнь Жохань не посмеет тронуть орден Цзинь с его богатством… — Это решит наставник Лань, Цзян-сюн, — разумно заметил Не Хуайсан. Цзян Чэн вздохнул с облегчением. — Если Цзинь Цзысюань возьмёт Лань Минхуа с собой, та непременно понравится главе Цзинь и госпоже Цзинь, и оба будут счастливы и в безопасности. Отец с матерью, положим, смогут разойтись мирно, а вот что ожидает Облачные Глубины — страшно подумать… — Зато ты будешь в безопасности с дагэ, Цзян-сюн, — уверенно ответил Не Хуайсан. — Ты с дагэ будешь, как за каменной стеной. Как и я с Ванцзи-сюном, — тихо добавил он.       Не Минцзюэ не заставил себя долго ждать, и, выслушав Цижэня, обоих его племянников и своего младшего брата, надолго задумался. Взять с собой А-Чэна — его А-Чэна, которого Небо словно нарочно послало ему, которого хотелось оберегать, спрятать и от этой бешеной Юй Цзыюань, и от слишком мягкого Фэнмяня — о большем он и не мечтал бы, да и лучшей пары для А-Сана, чем Второй Нефрит, он не мог и желать, но… Не Минцзюэ прекрасно понимал, что, если старейшина Лань решился приютить у себя Вэнь Цин и Вэнь Нина, это будет означать, что судьба Облачных Глубин (а, вполне возможно, и не только Облачных Глубин) повиснет на волоске. Но умоляющий взгляд Не Хуайсана, переживавшего не только о своём будущем — Не Минцзюэ это знал — но и о Цзян Чэне с Вэй Усянем, решило дело. Не Минцзюэ мечтал хорошенько поговорить с Вэнь Жоханем — со дня смерти отца, да и вечно опасаться Вэней ему давно надоело. Трястись и ждать, пока Вэнь Сюй сотоварищи заявится в Нечистую Юдоль, а потом и в Облачные Глубины, чтобы причинить вред всем, кого он любит? Нет уж. Убедить главу Цзинь в том, что разумнее было бы употребить богатство Цзиней на то, чтобы призвать Вэней к ответу за излишнее властолюбие, он не надеялся, но не раз говорил о том же с Цзян Фэнмянем. Тот был склонен согласиться, но Юй Цзыюань вечно впадала в гнев, слыша подобное, весьма резко говоря, что главе Цзян вовсе незачем лезть на рожон и рисковать безопасностью своего ордена. Впрочем, сейчас речь о главе Цзян не шла. Внимательно взглянув на Цижэня, Не Минцзюэ прочёл в глазах наставника то же, о чём думал и сам — необходимо собраться с силами и сделать, что должно. И тут вмешался Сичэнь: — Я думаю так же, как дядя, но… Если молодой господин Цзинь привезёт домой невесту из ордена Лань, глава Цзинь может поставить условие, чтобы орден Лань не шёл против ордена Вэнь.       Цижэнь вздохнул — в словах старшего племянника был смысл. Но на сей раз пришёл на помощь Цзян Чэн, также присутствовавший при разговоре. — Выход есть, Цзэу-цзюнь, наставник Лань, — заметил он. — Если бы убедить не Цзинь Гуаньшаня, а госпожу Цзинь, та смогла бы многое. Признав правоту Ваньиня, Сичэнь сказал то, чего не ожидал ни один из присутствующих здесь: — Это так, но почему бы нам не устроить несколько брачных церемоний сразу? Да, это в некотором роде обман, но — если несколько жизней будет спасено, то почему нет? — Сичэнь-сюн прав, — согласился Не Минцзюэ. — Я могу потихоньку взять А-Чэна в Нечистую Юдоль, и мы вступим в брак там. Если Юй Цзыюань попытается отнять у меня А-Чэна, Бася побеседует с Цзыдянем, как полагается. — Мать причинила всем нам много боли, это правда, — вздохнул Цзян Чэн, — но я не хотел бы её смерти, мой Минцзюэ. Теперь у нас ещё больше причин расположить к себе госпожу Цзинь. Тогда она сможет убедить главу Цзинь, чтобы тот позволил взять в орден мою мать. Пусть как компаньонку госпожи Цзинь на ночных охотах, или, как угодно. Да и Лань Минхуа госпожа Цзинь примет куда благосклоннее, если рядом будет та, кого госпожа Цзинь всегда любила. И мой отец вздохнёт свободно… — чуть слышно добавил он. — Молодой господин Цзян прав, — согласился Сичэнь. — А отправляться в Нечистую Юдоль вовсе незачем. Брачная церемония сразу для нескольких пар — это чудесно. — Для Цзинь Цзысюаня тоже? — позволил себе уточнить Цзян Чэн. — С этим лучше не спешить, — посоветовал Сичэнь. — Молодой господин Цзинь привезёт Лань Минхуа в Башню Золотого Карпа, представит её отцу с матерью и вступит в брак без всякой спешки. — И в самом деле, Цзэу-цзюнь, — согласился Цзян Чэн. — Так будет лучше. Но, прошу Вас, берегите Вэй Усяня. — Обещаю, молодой господин Цзян, — кивнул Сичэнь.       Цижэнь вздохнул. Конечно, его согласие принять под своё покровительство брата и сестру Вэнь было немалым риском, но голос сострадания был слишком силён. Да, за то, что он укрыл личную лекарку главы Вэнь и лучшего лучника ордена Вэнь, Облачные Глубины будет наверняка ожидать серьёзное испытание, но… Если орден Лань выстоит, спасутся не только Вэнь Цин с братом и юная Яньли с будущим сыном — возможно, будет спасено куда больше жизней. Это стоит того, чтобы принять на себя ответственность за всё, что может случиться в будущем. — Идёмте, — только и сказал он. — Подберём вам брачные ханьфу, а я буду свидетельствовать на церемонии. И А-Нин тоже.       Цижэнь вдруг подумал, что ради такого случая его брат мог бы и покинуть уединение, но тут же понял, что его брат не сделает этого, поскольку Цинхэн-цзюню больно будет видеть счастье других, если его любимой давно нет на свете. Что ж, возможно, однажды брат всё же это сделает… * — Никакого пояса, А-Ли, — решительно произнесла Вэнь Цин, помогая одеться Яньли.       Та была согласна на всё, не в силах отвести глаз от своей возлюбленной. О Небеса, как хороша была Цин-эр в алых брачных одеждах, пусть и самых скромных, без золотого шитья и роскошных украшений — только нефритовые подвески делали наряд Вэнь Цин ещё элегантнее. — Что мы теперь будем делать, моя Цин-эр? — спросила Яньли. — Поселимся здесь навсегда, или… — Признаюсь, мне бы хотелось именно этого, — кивнула Вэнь Цин. — Здесь безопасно и спокойно, А-Нин здесь счастлив. Даже если всё сложится благополучно, глава Цзян сможет принять его к себе наверняка ещё не так скоро.       Вэнь Цин слегка погладила живот Яньли, и, бережно взяв её под руку, повела в сторону храма предков Лань. — Но об этом узнает Вэнь Чао, — слегка вздохнула Яньли. — И тогда — наверняка жди беды… — Я знаю, — кивнула Вэнь Цин. — Но разлучить нас он не сможет, обещаю тебе. * — Ванцзи-сюн красив, как небожитель… — прошептал Не Хуайсан, как только он и Лань Ванцзи помогли друг другу одеться в брачные ханьфу. — Но и мой А-Сан нисколько не менее изящен, — слегка улыбнулся Лань Ванцзи, устраивая волосы Не Хуайсана в праздничную причёску.       Это действительно было так. Скромная красота Не Хуайсана засияла, подобно жемчужине в оправе, Лань Ванцзи не мог этого не видеть. А веер, который украшал брачное одеяние младшего Не, был хорош, как никакой другой. Лань Ванцзи обнял плечи возлюбленного и оба направились к храму предков Лань. — Я буду носить лобную ленту ордена Лань, Ванцзи-сюн? — спросил Не Хуайсан с радостной надеждой. — И Вэй-сюн тоже? — Мгм, — кивнул Лань Ванцзи. — И Вэнь Цин с Цзян Яньли — также. Не Хуайсан улыбнулся. — Они будут счастливы здесь, Ванцзи-сюн, как и мы с тобой. * — Мой Сичэнь так хорош… — прошептал Вэй Усянь, не в силах оторвать глаз от любимого. Тот только улыбнулся, погладив щёку Вэй Усяня. — Мой А-Ин сияет ярче звёзд, — нежно ответил он. — Особенно, улыбка моего А-Ина. — А что теперь будет с шицзе? — вдруг спросил Вэй Усянь. — Вот бы уговорить твоего дядю позволить её и Вэнь Цин жить здесь… — Я постараюсь это устроить, — пообещал Сичэнь. — Более того, это наверняка уже решено. Идём. * — Мой Минцзюэ… — прошептал Цзян Чэн, когда глава Не закончил помогать ему одеваться в брачное ханьфу. — Мне кажется, что это счастливый сон. — Всё будет хорошо, А-Чэн, — пообещал Не Минцзюэ. — Что бы нас ни ожидало после, я не отдам тебя никому.       Он легонько поцеловал Цзян Чэна в лоб и, решительно подхватив его на руки, просто понёс к храму предков Лань. * — Первый поклон — Небу и Земле, — торжественно произнёс Цижэнь, и четыре пары совершили поочерёдно три положенных поклона — Небу и Земле, предкам и друг другу.       Особенного торжества было решено не устраивать, иначе, в полной тайне совершить произошедшее не удалось бы, да и устраивать пир времени попросту не было, но чаепитие всё же устроено было, а в книгах ордена Лань сегодняшнее событие было отмечено, как полагается. И как раз, когда новобрачные с Цижэнем и Вэнь Нином вовсю пили чай и беседовали, в трапезную вошёл Вэнь Чао. — Значит, вот как… — произнёс он с улыбкой, не предвещавшей ничего хорошего, на мгновение задержав взгляд на лобных лентах, бывших на Вэнь Цин и Яньли. — Отец будет доволен, и глава Цзян, наверняка, тоже. Наслаждайтесь… — Вэнь Чао словно хотел сказать — наслаждайтесь, пока можете, — прошептал Цзян Чэн. — Мой Минцзюэ, что делать? — Я не смог спасти отца, но тебя я никому не отдам, мой А-Чэн, — успокоил его Не Минцзюэ. — Всё будет хорошо, поверь мне.       Он обнял Цзян Чэна, и Вэнь Цин с Сичэнем и Лань Ванцзи точно так же обняли Яньли, Вэй Усяня и Не Хуайсана, также уверив любимых, что всё будет хорошо. Все одинаково верили в это, хоть и были готовы ко всему.