Игрушка Золотой Девочки

      — Ты не посмеешь этого сделать! — Рон нахмурил брови и враждебно выставил перед собой палочку. — Я лично запрещаю тебе это!       Гермиона посмотрела на друга самым усмиряющим взглядом, но это не помогло.       — Рон, это необходимо!       — Нет, ты не можешь так поступать с ним, — Уизли кивнул головой на Драко. — Это негуманно и бесчеловечно!       — Так будет лучше для него, — не отступила от своего мнения Гермиона, приближаясь к Малфою шаг за шагом.       — Не будет! Жестокость не приводит к хорошим последствиям!       — Это всего лишь увлажняющая маска для лица, Рон! — руки девушки уже раскрыли упаковку и вытянули из неё овальный лоскут ткани.       — Нет, Гермиона! Это розовая увлажняющая маска с экстрактом улитки. Это не мужественно и…       Было слишком поздно. На лице Малфоя уже красовалась розовая маска с сердечками.       — Ты так жестока… — отчаянно прошептал Рон, скривившись в сочувствующей гримасе. — Прости, приятель, я сделал всё, что мог…       — Рон, ты же говорил, что всецело доверяешь мне в вопросах здоровья и безопасности Малфоя!       — Ты запоминаешь каждую глупость, которую я говорю? — пропищал он, вскинув брови. — Скоро придёт Гарри, ты хочешь, чтобы их первая встреча после стольких лет прошла в таком виде?       — О, я тебя умоляю, это наименьшая из моих забот, — парировала Гермиона, чуть поправив маску. — Пересади Малфоя на диван, пожалуйста, я хочу наложить дополнительные чары амортизации на его кресло.       Рон, всё ещё недовольно бурча, встал, отряхнул рубашку от крошек и вытянул из кармана волшебную палочку. Несколько секунд подумав, он взмахнул ей, пересаживая Драко на диван, а потом снова — накладывая на него новое заклинание. Оно представляло собой мягкую тренировку суставов, однако выглядело достаточно комично, словно руки и ноги Малфоя кто-то дëргал за ниточки, как марионетку.       Гермиона, закончив свои манипуляции с креслом, откатила его на кухню. Там она вытащила из шкафчика несколько чашек, насыпала в чайник заварку и налила кипяток, выложила на тарелку пончики без сахарной пудры, а после, с помощью пары взмахов волшебной палочки, отлевитировала это всё в гостиную.       — Спасибо, что ты сегодня здесь, — Грейнджер с полным тепла взглядом обратилась к Рону. — Я не представляю, что бы я делала без тебя.       Уизли расплылся в улыбке, закинул руку на плечо Гермионы и произнес:       — Ты бы делала ему розовый маникюр.       — Идиот! — скрывая смех, ответила Грейнджер. — Не слушай его, Малфой, никакого маникюра, пока ты сам не попросишь.       В этот момент руки и ноги Драко перестали шевелиться. Действие заклинания спало.       В следующий момент зазвенел дверной звонок.       — Ну, встречай гостя, — Рон плюхнулся в одно из двух свободных кресел и закатал рукава рубашки. Когда подруга вышла из комнаты, он оглянулся и резким движением сорвал увлажняющую маску с лица Драко, а после, не придумав ничего лучше, закинул её в цветочный горшок.       Гермиона открыла дверь. На пороге стоял Поттер в чрезвычайно паршивом настроении. Он был одет в свой повседневный наряд: практичные брюки, чёрная водолазка и чёрные ботинки.       — Я знал, что рано или поздно это случится, — пробурчал он, поправляя очки.       — И тебе привет, Гарри, — Гермионе трудно было обуздать свою взволнованность, но она всё равно обняла друга.       Сняв пальто и ботинки, он негромко прокашлялся и прошёл в комнату. Там единственным свободным местом оказалось место на диване — рядом с Малфоем. Гарри поморщился, и с его лица мгновенно слетели все краски.       — Налицо очевидная дракофобия, — Рон потер подбородок. — Начнём терапию с минуты нахождения рядом с Малфоем и постепенно будем увеличивать дозу. При необходимости применим медикаментозное лечение прозаком.       — Рон, ты забываешься, я не твой пациент.       — Ты мой друг, Гарри. И то, что ты про это забыл, не значит, что я тоже сделаю это.       Гарри явно почувствовал себя пристыженным.       — Выкладывайте, что вы задумали, — после минуты молчания вкрадчиво заговорил Поттер, и глаза его сверкнули зелёным огнем, который всегда указывал на то, что он охвачен азартом.       — У нас, очевидно, есть препятствие для сбора эмпирических данных, — указав на Малфоя, протараторила Гермиона. — И есть все основания полагать, что его состояние было вызвано чем-то или кем-то. В отчётах из тюрьмы нет ничего, что могло бы объяснить сложившуюся ситуацию, поэтому мы хотим найти катализатор самостоятельно…       — И чем могу помочь я? Вы думаете, что, увидев меня, он вскочит с кресла и начнёт болтать без умолку?       — Я подумала, что ты бы мог воспользоваться легилименцией, чтобы посмотреть его воспоминания об Азкабане.       Повисла тишина. Гарри усмехнулся и, засунув руки в карманы брюк, принялся расхаживать по комнате.       Он размышлял около минуты, пока не принял решение:       — На самом деле, мы можем попробовать, — Гарри говорил, глядя Гермионе прямо в глаза. — Но помни, что весь этот план — полностью твоя идея.       — Да-да, ты просто в очередной раз жертва обстоятельств, — облегчённо выдохнув, волшебница начала разливать чай по кружкам. — Возьми пончик для настроения.       Гарри очистил руки несколькими движениями волшебной палочки и взял предложенное угощение. После чаепития его настроение, казалось, пришло в норму.       — Ты уверена, что хочешь, чтобы я это сделал? — спросил он тихо, снова смотря на Гермиону поверх круглых очков. — Видишь ли, в голове Малфоя меня вряд ли ждёт радушный приём.       — Если есть хоть какой-то шанс понять, что происходит у него внутри… — Она сглотнула. — Просто попробуй. И, пожалуйста, постарайся не расплавить его мозг.       — Гермиона, это же я.       — Вот именно, — наконец подключился Рон и откинулся на спинку стула, расслабленно скрестив руки на груди. Теперь он выглядел как мальчишка, смотрящий свое любимое шоу по телевизору.       Гарри тяжело выдохнул, прицелился палочкой и задержал взгляд на бледном лице Драко. В воздухе заструилась магия.       Мир вокруг растворился в мягкой тишине.       Гарри почувствовал знакомое погружение — будто шагнул в густой туман, отражающий чужие мысли. Но… Там не было совсем ничего. Ни рваных образов, ни звуков, обычно оставшихся даже у людей без сознания.       Он сделал шаг вперёд — осторожный, медленный, будто боялся потревожить что-то хрупкое. Тишина. Пустота. Очень подозрительная пустота.       Гарри нахмурился.       — Эй, Малфой? Это я… Не самый долгожданный гость, знаю, — голос разошёлся по пустоте глухим эхом.       Пустота промолчала.       Он сделал пару шагов по ментальному пространству, углубляясь. Ощущение было странным, будто он вошёл в тщательно защищённую комнату, каждая дверь которой была закрыта изнутри.       А потом Гарри почувствовал, как что-то живое, чёткое, целенаправленно выталкивает его. Осознанная сила, внезапно поднявшаяся из глубины. Она обрушилась на него резко, как хлестнувший вихрь, и оттолкнула назад.       Он попытался удержаться — на секунду, — но сила была мощной.       В следующее мгновение его сознание выкинуло обратно в комнату.       — Окей, это… — Гарри резко вдохнул, почти согнувшись пополам. — Это был самый пассивно-агрессивный ответ в истории медицины.       — Что это значит? — Рон нахмурился. — Это же должно что-то значить?       — Можно сказать, что я нашёл Малфоя, который крайне возмущён тем, что я вообще к нему полез. Он выкинул меня.       — Это… метафора? — Рон оперся локтями о колени.       — Ты хочешь сказать… — Гермиона замерла, потом медленно, почти не веря, посмотрела на Драко.       — Да, — Поттер заморгал. — Его сознание живо. Меня выкинул не инстинкт и не рефлекс. Значит, он с нами. Ну, по крайней мере, он точно против меня.       — Он с тобой говорил? — волшебница приняла свой самый важный вид. — Ты видел какие-то образы?       — Учитывая отсутствие преувеличенно громких звуков рвоты, уверен, что нет, — вмешался Рон и хлопнул Гарри по плечу.       — В его голове был щит, который он выстроил сознательно, чтобы оттолкнуть меня, — Гарри кивнул. — И, если позволишь, довольно грубо.       — Тогда мы можем подтвердить, что это не вегетативное состояние, как и предполагала Гермиона, — подытожил Рон. — Синдром запертого человека?       — Звучит печально, — мимоходом заметил Гарри, только сейчас полностью расслабившись. Его глаза блуждали по комнате, пока не зацепились за полку около входа в спальню. На ней стоял дневник Драко, несколько его любимых книг и фотография с друзьями, которую принес Блейз. Гермиона проследила за его взглядом и без колебаний объяснила:       — Некоторые его друзья приходят проведывать Драко и приносят с собой разные вещи, — её голос был полон уверенности. — Рон сказал, что знакомые раздражители могут спровоцировать реакции.       — Я могу в следующий раз принести золотой снитч, который словил я, а не он? — пусть реплика и прозвучала довольно грубо, но Гермиона почувствовала изменения в тоне голоса Гарри. Там были озорные нотки. Он уже признал, что придёт во второй раз. Это было прогрессом.       — На самом деле, я уверен, что дома у меня где-то завалялся значок «Поттер-вонючка», — Рон взял ещё один пончик со стола. — Это тоже может вызвать у нашего пациента ностальгию, не так ли?       Гарри проигнорировал реплику и снова обратился к Гермионе:       — Какие именно его друзья… вас навещают?       — Блейз Забини приходит с самого первого вечера, что Малфой живёт у меня, — начала Грейнджер. — Он мне достаточно помогает с вопросами гигиены, иногда посылает на помощь своего домовика. Приносит дорогую одежду, шампуни, парфюмы, обувь, уверяя, что Драко бы это понравилось.       — Ещё он внёс достаточно крупную сумму в фонд моего центра, — добавил Рон, запивая пончик. — Нужно будет как-то его поблагодарить.       — Два раза приходила Пэнси, — продолжила Гермиона, но как только она это произнесла, Гарри поперхнулся чаем.       — Паркинсон?       — Я не знаю других девушек с именем Пэнси, — взгляд Гермионы был строг, так что Поттер не стал продолжать свою реплику. — Она очень старается произвести хорошее впечатление, пусть и выходит у неё это паскудно. Но! — волшебница подняла палец вверх. — Вот эти шторы принесла мне она в своих лучших побуждениях. Я не уверена, что мы станем с ней подругами, но намерена дать ей шанс показать, что она не такая сука, как была в школе.       — Я весь день не мог решиться спросить, куда ты дела тот ужас, что висел тут до этого, — хохотал Рон, рассматривая новые занавески. — Нужно будет как-то поблагодарить и её.       — Это ещё не всё, что я хотела сказать, — Гермиона стала подбирать слова и расхаживать по комнате. — В самый первый её приход мы несколько повздорили, она сомневалась в том, что сознание Малфоя ещё живо, а после назвала меня идиоткой. В ту же секунду он стукнул рукой по ручке кресла. И это не было похоже на непроизвольное сокращение мышц, даже Пэнси согласилась с этим.       — Малфой, ты решил стать защитником нашей Гермионы? — Рон посмотрел на немого собеседника поверх чашки, выждал пару секунд и продолжил: — Малфой говорит, что держит стражу в наше отсутствие.       Гарри опешил от произошедшего, но, стараясь не показать замешательства, прочистил горло и спросил:       — Выбросы беспалочковой магии?       — Возможно, но я не уверена, — Гермиона нахмурила брови. — Лола жалуется, что каждый раз во время банных процедур мыло чудесным образом выскальзывает из её рук.       — Лола?       — Эльфийка, которая заботилась о Малфое, когда тот был малышом, а сейчас служит в поместье Забини, — пояснила Гермиона. — Очень своенравная эльфийка.       — Возможно, он таким образом даёт понять, что всё слышит, — Гарри пожал плечами.       — На следующей неделе должны прийти Блейз и Пэнси, вы могли бы присоединиться к нашей встрече.       — Я не против, — отозвался Рон. — Мы могли бы встретиться в том старом баре, где делают отличный фиш-н-чипс. Малфою будет полезно сменить обстановку.       — Ты думаешь, что Забини и Паркинсон спокойно заявятся в магловский Лондон? — в голосе Гарри звучали нотки насмешки. — Я буквально вижу эту картину.       — Они прекрасно понимают, что если Малфой появится в таком состоянии в магической части Лондона, это станет поводом для пересудов, — напомнила Гермиона. — Я стараюсь уберечь его от излишнего внимания общественности.       — Если журналисты пронюхают о том, что с ним, или о том, что он сейчас на попечении Гермионы, нам не поможет даже Ли. Он будет на первых полосах всех газет и журналов.       — Как мне помнится, Малфой любил внимание широкой публики, — Гарри поправил очки. — Да и скрывать его вечно, Гермиона, у тебя не получится.       — Я и не собираюсь это делать вечно, — уже более раздраженным голосом ответила волшебница. — Но подождать его возвращения из глубин сознания…       — Если оно вообще состоится, — перебил её Поттер.       — Ты сам сказал, что он осознанно вытолкнул тебя, — вмешался Рон.       — Да, но вы не рассматриваете вариант, что он просто не хочет возвращаться? Возвращаться в мир, где его ненавидят.       — Пока что признаки ненависти выражаешь только ты, — резкий ответ Рона был чуть громче, чем ожидалось. — Как ты уже говорил сегодня, Гарри, ты — не мой пациент, а вот Малфой — мой. И я тебя могу заверить, что ни один живой человек не будет осознанно оставаться в таком немощном состоянии. Ему нужна помощь.       Гарри несколько секунд молчал, глядя на Рона поверх своих очков так, будто пытался решить, стоит ли продолжать спор или лучше оставить всё как есть.       — Я не говорил, что он выбрал это, — наконец произнёс он. — Я сказал, что мы не можем исключать такую возможность.       — Это почти одно и то же, — сухо заметила Гермиона.       — Слушай, Гарри, — Рон сел на край кресла, уперев локти в колени. — Ты был в его голове пять секунд, а мы с Гермионой занимаемся им уже больше месяца.       — Я не пытаюсь быть жестоким, просто пытаюсь мыслить рационально… Ты же понимаешь, в каком положении он был. Волан-де-Морт устраивал в его доме вечеринки с ночевкой, потом больше года его таскали по судам, и в заключение перед его арестом скончалась Нарцисса.       — Закроем эту тему, — тихо сказала Гермиона. — Что насчёт встречи с Пэнси и Блейзом?       — Как уже сказал, я согласен, — Рон всё ещё пристально смотрел на Гарри. — Мне нужно поблагодарить Паркинсон за то, что из этой квартиры исчезли гардины с хомячками.       — Это будет идеологическая катастрофа, — прошептала Гермиона, скрывая улыбку.       — Боюсь, у меня не получится встретиться с вами, — заявил Гарри и с видом окончательности повернулся, чтобы задумчиво посмотреть на дверь. — Несколько пожирателей активизировались, приходится работать сверхурочно. Возможно, в следующий раз.

***

      Когда друзья покинули квартиру, облегчение окутало её плечи, и Гермиона выдохнула.       Она на некоторое время оставила Малфоя перед телевизором, включив ему «Битву Роботов», а сама вылила остатки чая, помыла чашки и убрала в холодильник последний пончик.       Ей ещё нужно было дописать отчёты о проверке Визенгамота, поэтому она удобнее устроилась в кресле и сосредоточилась на работе. Через какое-то время в кухне раздался треск аппариции, и в поле зрения появилась Лола.       — Лола принесла для мисс Грейнджер кусок пирога! — Эльфийка дëрнула ушами и поставила тарелку на журнальный столик.       — Спасибо, Лола, это очень мило с твоей стороны, — Гермиона улыбнулась тому, как замечательно на эльфийке выглядела футболка со звездными войнами.       — А молодой Мистер, — Лола прищурила глаза и подошла к инвалидному креслу так, чтобы взяться за поручни. — Получит свой кусок только в том случае, если сегодня не будет баловаться с мылом!       Гермиона вернулась к работе, ставя галочки и прочерки напротив разных пунктов. Судя по складывающейся картине, ей предстояло ещё несколько раз в этом месяце посетить Визенгамот. А также вновь встретиться с представителем их департамента, чтобы обговорить бюджет и внести некоторые правки.       Оставалось надеяться, что она сможет это совместить с небольшим расследованием, касавшимся ее нового сожителя.       Бормоча под нос ругательства, Лола вывезла Драко из ванной и вернула его на прежнее место напротив телевизора. Попрощавшись с Гермионой, она испарилась, так и не оставив кусок пирога для Малфоя.       — Кажется, кто-то снова испытывает нервы своей няни, — девушка отложила рабочие документы в сторону и встала с кресла, собирая волосы в беспорядочный пучок. — Я знаю, что она уже давно не твоя няня, не нужно посылать в воздух свои гневные вибрации, хорошо?       — Я сейчас схожу в душ, а потом мы вместе почитаем «Ежедневный Пророк». И, возможно, я поделюсь с тобой своим куском пирога.