Sweet Hard Dreamer

      – У меня есть друг, который в таком разбирается, он тебе быстро колесо обратно приделает, не переживай!              Коноске гладит Тошихико по плечу, успокаивая, и всовывает в руки это самое колесо. Тошихико грустно шмыгает, стараясь не заплакать – коленка от столкновения с забором все еще болит. Коноске поднимает побитый велосипед с земли, опирая его на оставшееся заднее колесо.              – Тут не очень далеко, пойдем.              Тошихико шмыгает снова и тащится следом, перехватывая колесо то боком, то передом в поисках удобного положения. Дорога занимает минут двадцать, которые Коноске жалуется то на маму, то на преподавателя физкультуры, то на девчонку из соседней группы, которая назвала его извращенцем. Совершенно справедливо, думает Тошихико, вспоминая невероятных размеров коллекцию эротических журналов под его кроватью.              Коноске выводит их к полузакрытому гаражу, кладет остаток велосипеда на землю и встает на четвереньки, заглядывая в щель под приподнятой дверью. Тошихико оглядывается – улица пустая, но район почему-то кажется недружелюбным. Коноске заползает под дверь и исчезает. Тошихико успевает оглянуться по сторонам еще несколько раз, когда дверь начинает подниматься вверх, заставляя его вздрогнуть.              Первым делом Тошихико видит мотоцикл – черный, блестящий. Затем – заваленные чем-то грязным полки. Только после этого он замечает парня в темных очках-авиаторах и грязной футболке с закатанными рукавами. Его волосы зачесаны в слегка небрежный помпадур, прямо как у байкеров-босодзоку из новостей, которые мама смотрит по вечерам.              – А ты бандит что ли?              Коноске, кажется, хлопает себя по лицу. Парень подходит ближе, рассматривает Тошихико с головы до ног.              – Да, бандит. А ты кто, красотка?              Тошихико чувствует, как кровь приливает к лицу, и сжимает колесо в руках сильнее, сдерживая порыв кинуть им. Он открывает рот, но от возмущения не успевает придумать, что сказать. Коноске отвечает за него.              – Эй, не трогай его! Это Такаюки, он не бандит, он просто дурак.              Коноске подходит ближе, видимо готовый встать между ними.              – Я лидер банды Дайнамайто! И вообще, зови меня Джордж!              – Такамизава Тошихико. Приятно познакомиться, Джордж. И я не красотка.              Джордж делает еще шаг вперед и кладет руки поверх ладоней Тошихико. Тошихико вздрагивает, отпуская, но Джордж ловит колесо до того, как оно вываливается им на ноги.              – Ко-чан просил велик тебе починить. Заходи, сделаем.              Джордж как-то странно дергает бровью и уходит в гараж. Тошихико нервно сглатывает и заходит следом. Пока Джордж гремит, копаясь в каких-то ящиках, мотоцикл привлекает внимание Тошихико. Он подходит ближе, осторожно проводит пальцем по боку.              – Нравится? Хочешь, покатаю?              – Ты правда лидер банды? Настоящей?              Джордж снова подходит ближе. Без очков Тошихико наконец-то может заглянуть в его глаза, которые скользят по нему как-то слишком… Слишком.              – Правда. Боишься?              – Возьмешь меня в банду?              Джордж замирает, медленно рассматривая Тошихико сверху вниз. И ухмыляется.              – У тебя есть мотоцикл?              – А это обязательно?              Джордж смеется, запрокидывая голову назад. Его кадык дергается. Красиво.              – Такаюки, не смей его во что-то втягивать, слышишь! Ты же видишь, какой он!              Тошихико недовольно хмурится – это какой? Коноске оказывается рядом, протягивает какой-то ключ и отпихивает Джорджа, чтобы тот занялся делом. Он действительно прикрепляет колесо на место всего за несколько минут. Тошихико молча тыкает пальцем его мотоцикл, не желая разговаривать с Коноске.              – Ну что, надумал покататься?              Джордж опять оказывается слишком близко, прямо за спиной. Тошихико оборачивается.              – Хочу в банду.              – Пока только покататься.              Тошихико не видит причин отказываться. Под недовольным взглядом Коноске Джордж вручает ему шлем, вывозит мотоцикл на улицу и садится, указывая на место за собой. Тошихико неловко залезает, не зная куда деть руки и ноги.              – Держись за меня, не бойся. Ноги вот сюда, на подставку.              Тошихико еще более неловко кладет руки на его талию, стараясь сохранить какую-то дистанцию. Мотоцикл заводится с громкими звуками, и Джордж трогается, довольно резко ускоряясь. Тошихико слегка пищит и обхватывает его за талию сильнее, прижимаясь почти всем телом. Пахнет потом и гаражом.              Джордж выезжает на большую дорогу. Быстрая езда больше не пугает, но волнение спирает грудь и щекочет живот. Тошихико жмется ближе, почти касается лицом плеча. Тело Джорджа горячее, твердое, и Тошихико случайно проводит рукой по его животу, пытаясь взяться поудобнее. Они останавливаются на светофоре, и Джордж слегка оборачивается.              – Эй, красотка, если будешь так меня лапать, мы можем куда-то не туда уехать.              Тошихико смущенно вздрагивает, но не успевает ответить – мотоцикл трогается, и, ослабивший было хватку, он прижимается снова. Смущение нагревает щеки и уши, Тошихико невольно пытается свести колени, но в итоге только упирается в Джорджа еще и ими. Джордж сворачивает с дороги в какой-то переулок и останавливается. Тошихико испуганно соскакивает на землю.              – Прости, я случайно! Оно само получилось!              Джордж тоже слезает, хитро улыбаясь.              – Само, говоришь? Так страшно было?              Джордж протягивает руку, чтобы пригладить торчащие из шлема длинные волосы Тошихико. Касание невинное, но Тошихико все равно слегка пятится.              – Ничего, в первый раз всем страшно, – Джордж приподнимает бровь. – Ты правда хочешь в банду? Зачем?              – Хочу. Это же круто!              Джордж улыбается, накручивая волосы Тошихико на палец. Слишком близко.              – Пиши адрес, приеду за тобой сегодня ночью. Если не боишься.              Джордж вытаскивает бумажку и карандаш из кармана. Тошихико пишет, хотя предложение кажется ему немного странным. Но бандиты, наверное, и должны заниматься своими бандитскими делами по ночам?              Они садятся обратно, и Тошихико старается прижиматься поменьше, но, доехав, понимает, что снова вцепился в футболку Джорджа так сильно, что оставил на ней следы от пальцев. Джордж, правда, не выглядит недовольным.              – Что вы делали так долго? Я думал, ты его похитил!              Тошихико закатывает глаза. Коноске снова ведет себя как его мама! Он впихивает в руки Тошихико его велосипед и подталкивает в спину, явно стараясь побыстрее уйти от гаражей.              – Ты держался за него, как будто ты его подружка!              – А за что мне еще было держаться?              – Вообще-то там есть ручки. Он тебе не сказал?              Вечером Тошихико уходит спать, как полагается, но не раздевается. Он смотрит на часы, прислушиваясь к звукам с улицы в ожидании. Ночью – это вообще во сколько? Джордж же серьезно это сказал?              Он мучается несколько часов, то ложась в кровать, то садясь за стол, то открывая какую-нибудь книгу. Когда часы показывают 01:20, с улицы слышится гудение мотоцикла. Тошихико выглядывает в окно, чтобы убедиться, и крадется на цыпочках до двери.              Джордж стоит с сигаретой в зубах, опираясь на свой мотоцикл, когда Тошихико, босиком и с кроссовками в руке, осторожно закрывает за собой входную дверь. Он обувается и подходит ближе, не зная, что сказать.              – Золушка сбегает с бала?              Тошихико закатывает глаза. Обязательно всегда звать его женскими именами? Он мужчина! Правда, пока без мотоцикла, но это можно исправить.              – Коноске сказал, что у мотоцикла есть ручки для пассажира.              – Есть, но за меня держаться приятнее!              Джордж выбрасывает сигарету куда-то в сторону, хитро улыбаясь. Он снимает свой шлем, чтобы надеть его на Тошихико, заодно погладив лежащие на плечах волосы.              – Почему ты ведешь себя со мной как с девушкой?              – О, ты просто не видел, как я веду себя с девушками! Садись, поехали.              Тошихико вздыхает и садится, пытаясь найти те самые ручки. Джордж не помогает, вместо этого ковыряя что-то на передней панели. Пауза затягивается, Тошихико сдается и снова кладет руки на талию. Ему не видно лица Джорджа, но почему-то кажется, что он улыбается.              Во второй раз ехать не так страшно, но зато холодно. Конечно же, Тошихико не подумал о том, что ночью стоит одеться теплее. Джордж горячий даже через его кожаную куртку с кривой надписью на спине. Тошихико постепенно прижимается сильнее, двигает руки вперед и попадает внутрь за расстегнутую молнию. Под курткой еще теплее, и он не может сдержаться, засовывая руки глубже, ближе к телу.              Тошихико не уверен, где обычно происходят незаконные дела. В барах? В темных переулках? На заброшенных складах? Джордж же сворачивает от города в горы и везет их в сторону леса. Фонари заканчиваются, и кроме света фар вокруг становится совсем темно. Его же не собираются убивать?              Проехав по извилистой дорожке, Джордж выезжает к краю обрыва и останавливается. На пустыре свет луны кажется ярче, снизу блестят огни города, а сверху – звезды. Тошихико замирает, не сразу догадываясь отпустить Джорджа и слезть. Джордж снимает с него шлем, проводит по щеке, сдвигая челку. Его лицо оказывается слишком близко. Тошихико дрожит и от холода, и от волнения.              – Погреть тебя, красотка?              Джордж играет бровями, разводя в стороны полы куртки, словно приглашая. Тошихико пятится назад, несмотря на то, что тепло чужого тела кажется сейчас особенно приятным.              – Я в порядке.              Джордж не дает ему отойти, мягко, но уверенно кладет руки на плечи и тянет на себя. Тошихико запинается и почти падает ему в руки, врезаясь носом в плечо. Джордж прижимает его к себе ближе, обхватывая полами своей куртки. Становится действительно теплее, и Тошихико обнимает его в ответ, вжимаясь теснее.              От Джорджа пахнет гаражом и сигаретами. Слишком сильно, слишком близко. Тошихико не знает, хочется ему отстраниться или прижаться ближе. Джордж поглаживает его поясницу, слегка залезая пальцами под приподнявшуюся кофту. Тошихико тыкается носом в его шею.              – Ты сказал, что ты лидер. Прими меня в банду! Ты же можешь!              Рука Джорджа забирается глубже, к голой коже. Тошихико дрожит, хотя сейчас ему жарко, а не холодно. Он пытается отстраниться, но Джордж держит крепко. Он приближается к уху Тошихико.              – Красотка, ты требуешь, а не просишь, так дела не делаются. Что ты готов дать взамен?              Он немного ослабляет руки на талии, позволяя Тошихико отодвинуться и заглянуть в его лицо. Его глаза почти черные в темноте, они так близко, что Тошихико может рассмотреть отдельные ресницы и отражение луны в его зрачках.              – А что… Нужно дать?              Джордж наклоняет голову вбок, словно оценивая. Хитро щурит глаза, улыбаясь.              – Вообще-то для вступления нужно вложиться в общак. Но для тебя, красотка, сделаю скидку. Всего лишь поцелуй.              Тошихико замирает. Джордж облизывается, глядя на его губы. В голове проносится мысль про важность первого поцелуя, но Тошихико отбрасывает ее – это мелочи, он же не какая-то девчонка! Он медленно приближается к лицу Джорджа и касается губами щеки.              Рука Джорджа оказывается в его волосах, придерживая. Он поворачивает голову, и Тошихико чувствует его дыхание у своих губ. Он пытается дернуться, но Джордж прижимается своим ртом к его быстрее.              Тошихико жалобно пищит, дезориентированный, и от этого только больше приоткрывает рот навстречу. Джордж давит сильнее, засасывает нижнюю губу, проводит по ней языком. Ощущения странные. Слишком мокро, слишком близко, слишком много. Джордж проводит второй рукой по спине, засовывая ее еще глубже под кофту Тошихико. Тошихико выгибается и стонет, впиваясь пальцами в плечи. В животе все дрожит. «Слишком странно» превращается в «слишком приятно».              Когда Джордж отрывается от его губ, Тошихико слышит свое тяжелое дыхание как будто со стороны. Рука под кофтой продолжает поглаживать его вдоль позвоночника. Джордж касается губами шеи, тянет за волосы на затылке, заставляя поднять голову сильнее.              Тошихико смотрит на звезды на небе, послушно запрокидывая голову выше. Мокрый рот скользит по шее, сначала легко, словно в поисках подходящего места, а затем останавливается, чтобы засосать сильнее. Джордж сжимает зубы, и Тошихико пищит громче.              Вторая рука сползает по спине вниз и сжимает ягодицу. Тошихико дергается всем телом, отрезвленный, и с силой отталкивает Джорджа от себя. Он делает еще пару шагов назад, стараясь отойти подальше.              – Эй, это не поцелуй!              Джордж несколько раз моргает, видимо не ожидавший такой реакции, и примирительно поднимает руки вверх, не пытаясь снова подойти ближе.              – Прости, красотка, я немного увлекся.              – Я выполнил твое условие!              – Да, да… Выполнил.              Тошихико хмурится, стараясь отдышаться, и нервно приглаживает волосы на затылке, все еще чувствуя в них чужие пальцы. Без горячих объятий сразу становится холодно. Джордж засовывает руку в карман, поправляя штаны.              – Хорошо, красотка, будь по-твоему.