Дыхание на двоих

Глава 12: Утро в объятиях Утреннее солнце лениво пробивалось сквозь шторы, рисуя на стене тёплые прямоугольники. Эдгар проснулся от лёгкого запаха чая и ощущения чужого дыхания у виска. Он не шелохнулся — боялся, что любое движение разрушит то равновесие, которое так осторожно создалось за прошедшую ночь. Фенг спал, прижатый к нему боком. Его рука лежала на талии Эдгара, как будто это было самое естественное место на свете. Лёгкие ровные вздохи, редкие шевеления губ — всё говорило о спокойствии, которое Эдгар давно не знал. Сердце застучало быстрее; в груди поднялась странная смесь тревоги и тепла. Нельзя шевелиться. Нельзя испортить, — думал Эдгар, разглядывая спящего. Линия скул, вздёрнутые ресницы, ухо, чуть прикрытое волосами — всё казалось удивительно хрупким и знакомым. Он аккуратно подвинулся, но Фенг во сне повёлся чуть ближе и крепче сжал его талию. Эдгар невольно улыбнулся и позволил себе ещё немного лежать, наслаждаясь редким ощущением безопасности. Внезапно в комнате раздался шорох — Бастер, как всегда, неумело и громко. Он выглянул из кухни с телефоном в руке. — О, да тут у нас… спящие манекены! — проворчал он и, не удержавшись, щёлкнул снимок. — Класс, сохранию на «чёрный день». Фенг хихикнул во сне и слегка приоткрыл один глаз, но тут же снова захлопнул веки. Бастер, довольный добычей, поставил кружку на стол и стал целенаправленно греметь чайником, как будто это была отмашка: «Пора вставать». Эдгар встал первым, осторожно отстранив руку Фенга. Он почувствовал, как щеки вспыхнули; на мгновение показалось, что мир вокруг слишком яркий. Фенг мямлил что‑то неразборчивое и, проснувшись окончательно, сел на кровати, тря голову и расправляя волосы. — Ты в порядке? — спросил он, голос был ещё сонный и тёплый. Эдгар попытался сделать вид, что всё нормально: — Да... нормально, — быстро ответил он и, чтобы скрыть неловкость, побрёл на кухню. Бастер в это время самозабвенно устраивал «симфонию кухонной утвари», то и дело подбрасывая шутки: — Ну что, романтический квартет, завтраки у нас бесплатные? Я думал, я один буду платить за это шоу. — Бастер! — Фенг отмахнулся, но в уголках глаз у него засветились искры — он был рад, что Бастер не выдал больше, чем нужно. За столом образовалась неловкая, но тёплая группа. Эдгар неловко теребил чашку, фокусируясь на её краю, чтобы не смотреть прямо в глаза Фенга. Тот периодически бросал на него взгляды, мягкие и пытливые — без назойливости, просто чтобы убедиться, что у друга всё в порядке. — Ты не спал плохо? — спросил Фенг, когда разговор остыл и осталось только тихое варенье в тарелках. — Немного дергался, — признался Эдгар, и это было всё, на что он был готов. Его голос дрожал, но не от страха — от чего‑то нового и неясного. Фенг аккуратно положил руку на стол и накрыл пальцы Эдгара своей ладонью. Жёсткий, почти привычный жест заботы, который не требовал слов. — Не пугайся, — тихо сказал он. — Я здесь. Когда хочешь — уходи, но знаешь, где нас искать. Эдгар посмотрел на его руку, затем на лицо. Внутри что‑то дрогнуло, старые страхи отступили на шаг, и впервые за долгое время появилось ощущение, что можно дышать свободно. — Спасибо, — выдохнул он уже без лжи. — Просто... спасибо. Бастер подмигнул и направился к двери: — Ладно, ребята, я съезжу — маме помочь,они приедут сюда уже через два дня,а потом обратно к себе — проговорил он. — Но фотку я вам засолю в чат. Пусть мучаются. Когда дверь захлопнулась, в квартире опустилась уютная тишина. Фенг вернулся к столу, поставил перед Эдгаром тарелку с тостом и положил рядом небольшой банк с медом — то, что знал, что любимо Эдгаром. — Ешь больше, — сказал он, тепло улыбнувшись. — Ты слишком худ и слишком важен, чтобы болеть. Эдгар, впервые без стенания и предосторожного сарказма, улыбнулся в ответ. Утро шло своим ходом — простым, домашним и настоящим. Маленькие касания и привычные жесты становились цементом, который склеивал потрескавшиеся края их отношений. Пока Фенг мыл кружки, Эдгар тихо взял из ящика ручку и начал делать быстрые наброски на уголке салфетки: профиль Фенга, его сонная улыбка. Рисунок был неровный, но тёплый. Эдгар не знал, что будет дальше, но в этот момент ему хотелось лишь одного — сохранить это утро в себе, как можно дольше.