Love is blind

Этот сон я видела не впервые, но от данного факта легче не становилось. Я стояла на парковке огромного супермаркета, смотря вслед удаляющейся машине родителей — мы только что сделали покупки, а после мама и папа сказали немного побыть здесь, прежде чем уехать, наполняя мои детские легкие выхлопными газами. У меня не было часов, поэтому понять, что я провела в одиночестве достаточно времени, помог закат — парковка погрузилась во тьму. Наверное, я могла бы отправиться домой пешком, пускай это и заняло бы внушительное количество времени, но проблема была в том, что я понятия не имела, где нахожусь. По дороге сюда сменилось несколько шоссе, и даже, возможно, федеральных трасс, потому что я отчетливо помнила, как меня укачивало на бесконечных поворотах. Я помнила глаза отца в зеркале заднего вида, которые с опаской поглядывали на занимаемое мной заднее сиденье побитого временем пикапа. Я помнила руки матери, нервно сжимающие потрепанную сумку. Я помнила, что мне хотелось получить на свое шестое Рождество Барби со сгибающимися руками, и она точно должна была быть в большом супермаркете. Вот только все, что я получила на праздник, был офис местного шерифа и бесконечные вопросы с целью установления моей личности. Нескончаемые звонки, допросы, поездки на машине и унылые дни во временных семьях. Во сне, растянувшемся на несколько часов, прошло двенадцать лет моего реального существования.

The Cardigans — Lovefool

Я распахнула глаза от назойливого жужжания неподалеку. С трудом повернувшись в стальных объятиях Бена, я заметила его смартфон, что разрывался от вибрации на прикроватной тумбочке, грозясь упасть на пол, если на него не обратят внимание. — Тебе звонят, — шепнув, я неосознанно коснулась губами мочки уха Соло, чей обладатель все еще не открывал глаз. Бен заворочался, крепче прижимая меня к себе. — Кто-то очень хочет услышать тебя в это субботнее утро, — я сделала еще одну попытку достучаться до Бена, но он лишь промычал что-то похожее на «Пускайидутнахрен», снова проваливаясь в сон. Я позволила себе немного понежиться в мужских объятиях, лениво оглядывая спальню, которой не уделила должного внимания вчера: светлые стены, тумбочки по обеим сторонам огромной кровати, не менее внушительная деревянная инсталляция в изголовье, большой шкаф, кресло в углу и пуфик в изножье. Минимально, но стильно. Комната явно давала понять, что в ней хозяин предпочитает только спать, а не работать — ничего лишнего и отвлекающего. Панорамные окна были закрыты жалюзи, не позволяя свету проникнуть раньше, чем того захотят находящиеся внутри спальни. Какое-то время я гадала, пытаясь прикинуть, который час, но желудок категорично ответил — время завтрака. Выбраться из мертвой хватки Соло оказалось непростой задачей — его руки сжимали меня так, будто я уже неоднократно пыталась убежать, и теперь даже во сне он должен держать ухо востро. Не совсем логично для человека, которому не нужны нежности и ласковые обнимашки по утрам. Возможно, ему снилось, что он взбирается вверх по дереву, крепко держась за его ствол? Это бы многое объяснило. Пара минут возни, и вот я стою босиком на пушистом ковре, пытаясь понять, куда подевалась моя одежда. Поблизости были только мужская рубашка и брюки. Хмыкнув, я натянула на голое тело белоснежную сорочку Соло, чья длина вполне позволяла представить, будто я щеголяю в минималистичном платье от кутюр. Правда, найдя у входа в спальню свои трусики, я надела и их, решив, что так мой образ будет менее непристойным. «И это говорит та, что вчера стонала во весь голос, цепляясь острыми ногтями за спину Бена с угрозами убить, если тот не ускорится?» — внутренний голос обвинительно обрушился на меня в тот момент, когда я спускалась по лестнице, стараясь делать это максимально тихо. Да уж, эта ночь была на порядок горячее прошлой, и это не могло не разлиться приятной истомой по всему телу, что буквально умоляло о душе и отдыхе. Найдя свою сумочку там, где оставила ее накануне, я ловко извлекла телефон, снимая блокировку. Дисплей был занят вереницей оповещений: пропущенные звонки и сообщения от Роуз, входящее письмо от руководителя «Фан-клуба Гослинга» с просьбой встретиться и обсудить новый проект лично. Помимо этого, меня ждало письмо от Института Пратта в Бруклине — ведущего учебного заведения в области искусства и дизайна. Вчера я отправила им свои документы и частичное портфолио, понимая, что прием заявок на зачисление таких, как я, скоро закончится. Решив, что плохие новости легче воспринимать на сытый желудок, я пробралась на кухню, совершенно не надеясь на благополучный исход своей затеи с поступлением. Где я, со своим небогатым опытом, и где «Пратт»? Я поддалась минутной слабости, нажав кнопку «отправить», а сегодня уже прикидывала альтернативные, более скромные варианты будущего обучения. Возможно, стоит написать в свою бывшую альма-матер, надеясь на скромные связи, которыми я успела обзавестись за пару лет обучения? Тем более, проще восстановиться именно там, но перспектива переезжать в другой штат не будоражила душу. В холодильнике Бена было из чего выбрать ингредиенты для будущего завтрака: полки ломились от многообразия продуктов, которых я никогда не замечала в супермаркетах, где обычно отоваривалась. Найдя привычные для моего рациона яйца и бекон, я сразу же извлекла их, прихватив и бутылку молока. С кофемашиной проблем не возникло — она была вполне обычной и интуитивно понятной, а вот с плитой пришлось повозиться, потому что ее панель была сродни пульту управления космическим кораблем — кнопки, тумблеры, режимы и прочее. На мгновение я растерялась, думая бросить затею с приготовлением завтрака, но упрямство взяло верх. Да и хотелось отдать должное Соло, что постарался вчера на славу. Во всех смыслах этого слова. Часы на телефоне показывали восемь утра, когда я приступила к готовке. Судя по тому, что сверху не было слышно ни звука, Бенджамин Соло наконец получил свою нагрузку, которая заставила его пропустить традиционную утреннюю пробежку. Расплывшись в улыбке, я увлеченно погрузилась в процесс. Закатанные рукава рубашки постоянно сползали, заставляя чертыхаться каждый раз, когда ткань норовила добавить неповторимый штрих в традиционное утреннее блюдо. Запах постепенно наполнял пространство, и я надеялась, что Бен придет на него — перспектива будить уставшего зверя, который наверняка утащит меня в свою нору и не отпустит, пока я не стану умолять, выглядела, мягко говоря, не слишком разумно, но безумно привлекательно. Какое-то время я прислушивалась к оглушающей тишине квартиры, в которую не проникали лишние звуки с улицы. Казалось, здесь царит мир и покой, да и почти готовый завтрак создавал атмосферу домашнего уюта, вот только… — У тебя есть ровно одна минута, чтобы я заинтересовался и не повесил трубку, — раскатистый голос Бена послышался со стороны лестницы, — Хакс, у меня нет времени на это! Судя по всему, звонящий наконец достиг своей цели, вот только появившийся на кухне Бен, чья шевелюра являла собой неуправляемый хаос темных вихр, не был рад такому раскладу событий. Я невольно сглотнула, поняв, что Соло решил испытать меня на прочность, надев лишь пижамные штаны, что слишком низко сидели на бедрах, не удосужившись скрыть крепкий торс со следами моих ночных художеств. Коротко улыбнувшись, я почти сразу же отвела глаза, стараясь сосредоточиться на готовке. Если я дам волю своим мыслям и желаниям, то, видит Бог, мы еще несколько дней не покинем эту квартиру, а я никак не могла этого допустить — все же, помимо физиологических, у меня были и другие потребности. — И сколько они просят? — тон голоса сменился на усталый, выдавая, что его обладатель смирился с неизбежным, — Ты сказал, что это дело не одного дня? — я слышала, как за моей спиной скрипнул стул, на который наверняка опустился Бен, понимая, что минутой разговор не ограничится, — И как они к этому отнеслись? Выключив конфорку, я принялась за сервировку стола. — Сколько они пробудут в Нью-Йорке? — спросил Бен, чей взгляд остановился посредине кухонного островка, на котором я расставила пока пустые тарелки, общее блюдо со свежими овощами и две чашки кофе, — Хреново. Нет-нет, ты все правильно сделал, — он потер напряженную переносицу, прикрыв глаза так, словно совсем не спал, — Это хорошее предложение, но, думаю, мы можем выбить и получше. Когда они хотят встретиться? Стараясь быть как можно тише, я наполнила тарелки яичницей с беконом, садясь напротив Соло. — Нет, сегодня вечером мы встречаемся с По и Марни, — произнес Бен с некоторым разочарованием, — Я не гребаный Флеш, но что-нибудь придумаю, — на какое-то время он замолк, прислушиваясь к собеседнику и наконец подняв на меня глаза. Мы обменялись понимающими улыбками. Этим утром не нужно было использовать слова, чтобы прийти к очевидному выводу — мы достигли компромисса по обсуждаемому вчера соглашению, и теперь нас ждет та самая «дружба с привилегиями», которая включает в себя не только умопомрачительный секс (а я была убеждена, что с Беном он не может быть другим), но и доверие, понимание, сочувствие и заботу. По крайней мере, именно это включало мое понятие дружбы. — Держи меня в курсе. Звони сразу, если что-то изменится, — Соло потянулся к тарелке с овощами, с удовольствием отправив в рот морковную палочку, — И еще, Хакс, — он сделал паузу, делая будничный момент более драматичным, — Постарайся не облажаться, как в прошлый раз. Не дав Хаксу возможности ответить, Бен нажал «отбой». — Доброе утро, — его заметно смягчившийся голос наконец обратился ко мне, отчего каждая клеточка моего тела предательски затрепетала, — Прости за это — у меня почти не бывает выходных в традиционном понимании, да и Хакс в последнее время перестраховывается по поводу и без. — Хакс — это твой…— я поджала губы, давая возможность Бену продолжить. — Мой финансовый директор, — ответил Соло, потянувшись к кружке кофе, — Из-за грядущего слияния довольно много компаний хочет приобрести наши акции, но нужно быть осмотрительными, — он сделал глоток, удовлетворенно хмыкнув, — С По у нас есть договоренность, что я занимаюсь подобными вопросами, а он маркетингом и прочей ересью, до которой мне нет дела. — Получается, что у вас идеальный тандем? — я с удовольствием наблюдала за тем, как Бен поглощает завтрак, иногда прикрывая глаза от удовольствия. Стало быть, я могу удивить мужчину с кулинарным опытом? Или дело в обыкновенном внимании и заботе? — В работе — безусловно. Мои слабые стороны перекрываются способностями По, и наоборот. Он хорош в пиаре и публичных выступлениях, в то время как я стратег и переговорщик, — глотнув кофе, он продолжил, — И поэтому сегодня мне необходимо будет присутствовать на встрече с потенциальными партнерами из Китая. Они улетят завтра утром, так что время ограничено. Бен пристально посмотрел на меня с немым вопросом, заставив стремительно проглотить пищу. — Думаешь, По и Марни сильно расстроятся, если ты отменишь встречу? — поинтересовалась я, пытаясь понять, что на уме у моего «друга». — Я не могу этого сделать, потому что у Дэмерона обязательно найдется миллион вопросов и миллиард подколов на этот счет. «О, Бен, работа дороже любви, да? Смотри, как бы не остаться девственником навечно!», — он умело спародировал По, заставив меня рассмеяться, — По не всегда понимает, когда нужно засучить рукава и напрячься, поэтому я хочу попросить тебя об одолжении. На смену смеху пришло недоумение, которое тут же отразилось на моем лице. — Хакс пообещал организовать встречу около шести, а в восемь По и Марни будут ждать нас в ресторане на Седьмой Авеню, — Соло говорил быстро, словно боясь, что я могу вставить слово, которое разрушит его идеальный план, — Я должен успеть вовремя, но время от офиса может варьироваться, в зависимости от дорожной ситуации, плюсом встреча может затянуться, хоть им это и не выгодно, раз они улетают и настаивают… — Бен, — прервала я, боясь утонуть в потоке его мыслей, — Что я должна сделать? Он облегченно выдохнул, видя мою готовность. Я обреченно выдохнула, понимая, что не откажу ему, если только он не попросит кого-нибудь убить. — Всего ничего: приехать вовремя и отвлечь их болтовней до моего прихода. Возможно, это будет слегка невыносимо, но ты отлично держалась на том вечере, поэтому я верю, что все получится, — лицо Соло озарила воодушевляющая улыбка, которая слабо на меня подействовала, — Взамен можешь попросить о чем угодно. Я всегда плачу по счетам. Сомнений не было — Бенджамин Соло никогда не остается в долгу, вот только что мне, в сущности, было от него нужно? Я заключила отличную сделку, закрыв дверь для романтических отношений и приветливо распахнув для дружеского секса, получила стартовый капитал для образования за один приятный вечер и привлекательного мужчину впридачу. Да, с некоторыми оговорками, но все же. Загадочно улыбнувшись, я сделала глоток кофе, храня молчание. Видя, как Бен нетерпеливо ерзает, я сжалилась, коротко кивнув в знак согласия. Он тут же просиял, будто я пообещала, что подарю ему самый заветный подарок на Рождество и приведу настоящего Санту. Мы вернулись к завтраку. Сейчас повисшее между нами молчание, нарушаемое лишь скрежетом вилок по пустеющим тарелкам, было комфортным. Оно обволакивало поразительно теплым коконом доверия и понимания. Закончив с трапезой, Бен отблагодарил меня, сказав, что давно не завтракал в чьей-то компании. Непривычное чувство собственной важности наполнило мою грудь, в которой неистово забилось сердце, стоило Соло подарить мне почти невесомый поцелуй в щеку. Неожиданно, но приятно. Видимо, именно так он и проявляет благодарность — поцелуем и ласковым взглядом. Думаю, я смогу к этому привыкнуть, не становясь пунцовой при каждом прикосновении его губ, ведь это просто дружеский жест. «Друзья часто чмокают друг друга?» — с сомнением поинтересовался мой внутренний голос. «Да, особенно при встрече!» — убедительно ответила ему я. — Доброе утро, мистер Соло! Мисс Джонсон! — Ларри встретил нас лучезарной улыбкой, стоило дверям лифта раскрыться, — Погода сегодня замечательная! Хорошего дня вам! — Доброе утро. И тебе, Ларри, — сдержанно ответил Бен, но я заметила, что в уголках его губ затаилась добрая улыбка. — Доброе утро! Спасибо. Легкой работы! — отозвалась я, получая в награду театральный поклон от добродушного старика. Я с трудом поспевала за Соло, отчего он не выпускал моей руки из своей, пока мы не добрались до его автомобиля — подземный паркинг с отдельным уличным входом скрывал разнообразные средства передвижения жителей этого дома от посторонних глаз. Пробираясь в Бруклин, Бен не жалел мощи автомобильного клаксона — создавалось впечатление, что другие участники движения намеренно раздражали моего спутника своими сомнительными умениями. Бен с заметным возмущением комментировал тот или иной маневр, в то время как его рука, до этого сжимавшая рычаг переключения передач, внезапно опустилась на мое колено. В недоумении уставившись на внушительную ладонь, я поблагодарила Бога, что она улеглась на ткани, а не на разгоряченной коже, иначе быть беде. Да, мы изучали обнаженные тела друг друга несколько часов назад. Да, мы обменивались протяжными и довольно неприличными стонами. Да, мы тонули в долгих поцелуях. Но все это было за дверьми спальни, где действовал наш договор — секс и ничего прочего. Сейчас же мы были в машине одни, и Бену не нужно было изображать заботливого бойфренда, который боится, что колени его девушки замерзнут из-за кондиционера. Видимо, Соло почувствовал мое смятение, потому что резко отдернул руку, словно обжегшись. — Прости, — пробормотал он, усиленно вглядываясь в очередной затор на дороге. Дезертировавшая ранее рука с силой сжала руль. Я уставилась в окно, пытаясь переварить произошедшее, но приятное ощущение тепла уже заползло под сарафан, путая мысли. С этим определенно нужно было что-то делать. — Рей? — позвал он, заглушив мотор рядом с входом в мой билдинг. Я уже успела отстегнуть ремень безопасности, собираясь стремительно выскочить из машины — слишком мало времени оставалось до ужина, и еще меньше для моей работы. — А? Его взгляд скользнул по моим губам, и я была готова поклясться, что он едва сдерживается, чтобы не наброситься на них. Соло медлил. Я перестала дышать. Вон оно — снова! Да что с ним творится такое? Может быть, не выспался? Или Хакс со своими внезапными переговорами так повлиял? Хоть я и не была знакома с Беном долго, но еще не замечала за ним подобного поведения. Он тряхнул головой, будто избавляясь от наваждения, и, наконец, произнес: — До вечера. Я напишу тебе заранее, если пойму, что опаздываю. Ощущение приближающегося товарняка, который должен был сбить меня с ног, исчезло. Я улыбнулась, коротко кивнув, а после вышла из машины, с трудом заставив себя не оборачиваться. Оказавшись в своей квартире, я тяжело вздохнула — легкость и эйфория, с которыми я проснулась этим утром, уступили место будничной рутине. Приложив последние силы, я проигнорировала окно в своей гостиной, сразу же направляясь в душ.

***

Бен Соло

19:05

Ты знала, что в Китае не принято торопиться? Мы гребаный час просто пьем чай! Гневные сообщения Бена застали меня у зеркала рядом с входной дверью — я поправляла прическу, придирчиво глядя на аккуратно уложенные набок волны. Не удивившись содержанию, я быстро напечатала ответ.

Это ведь традиции, Бен! Они просто хотят установить доверительные отношения, а чай — их способ. Это в Америке подобное вершится за стаканом виски и сигарами.

Взглянув на часы, я добавила:

Может быть, дашь Хаксу шанс проявить себя?

Еще есть возможность успеть вовремя.

Точки в чате неистово прыгали, как и мое сердце, предвкушавшее вечерний спектакль для двоих. Я была почти уверена в том, что Бен не согласится на эту авантюру, потому что, как он выразился, «У Хакса слишком маленькие яйца, чтобы вести переговоры в одиночку», поэтому я решила выкинуть козырь, припрятанный в рукаве.

Возможно, это поможет тебе решиться?

«Вложение 1 из 1».

Доставлено. Прочитано. Точки исчезли, оставляя на экране лишь селфи, которое я сделала пару минут назад, будучи удовлетворенной сегодняшним образом. Ничего сверхъестественного — маленькое черное платье с открытым плечом, которое не предполагало ношения нижнего белья, и темные туфли на шпильке (не самый удобный и любимый вариант, но мне казалось, что сегодняшний ужин слишком перспективный, чтобы скромничать). Прошло несколько минут, за которые я успела вызвать Uber и накрасить губы, а Соло все молчал, находясь в сети. Неужели фото задело его за живое? Или просто не стоило намекать на то, что Хакс, возможно, справится сам? Пока я лишь продолжала прощупывать Бенджамина Соло, пытаясь понять границы дозволенного и его самого. Последнего я желала даже больше, ведь нужно было знать, с кем дружишь. Я мчалась по Бруклинскому мосту, когда телефон завибрировал в сумочке.

Бен Соло

19:30

Видит Бог, я этого не хотел. «Вложение 1 из 1».

***

Two Feet — Fire in my head

Румянец почти исчез, когда я вышла из такси, сверяясь с названием ресторана, что был пунктом моего сегодняшнего назначения. Я все еще не могла выкинуть из головы фотографию, которую рассматривала довольно долго во время поездки, пытаясь понять, действительно ли она предназначалась мне? И я ли была виной тому, что на ней творилось? Вполне конкретные очертания внушительности под тканью темных мужских брюк путали мысли, возвращая в прошлую ночь. Бен явно сделал это фото второпях, потому что я смогла разглядеть стол и несколько пар ботинок под ним, которые явно принадлежали участником китайской делегации. Пара минут, и миловидная хостес ведет меня к столику, за которым расположились По и Марни. Последняя отчаянно размахивает рукой, будто обозначая площадку для посадки пассажирского Боинга. — Рееееей, привеееееет! — жизнерадостно тянет девушка, будто мы давно знакомы и так же давно не виделись, — Я так рада тебя видеть! По столько о тебе рассказывал! По? Рассказывал обо мне? В сущности, он не знает ничего, кроме моего имени, и того, что я встречаюсь с его партнером по бизнесу, так что он успел наплести своей невесте? С приветливой улыбкой я опустилась на стул. — Привет! Я тоже очень рада встрече, — получилось вполне искренне и дружелюбно, — Бен немного опаздывает — стоит в пробке. — Старый-добрый Бен, — пробормотал По со вздохом, — Не может оторваться от работы, чтобы поужинать со своей девушкой. И как ты его терпишь? — Ну, — начала я, нарочито медленно раскладывая салфетку на коленях, — На наши свидания он никогда не опаздывает, — взглянув на Дэмерона, я заметила, что колкость попала прямо в цель, — К тому же, я сама вынудила его присутствовать на сегодняшних переговорах, потому что понимаю, как это важно для компании. Для вашей будущей компании. Закончив с салфеткой, я потянулась к меню, решив ознакомиться с ассортиментом заведения. К моему огорчению, меню оказалось полностью на французском, поэтому, позвав официанта, я ткнула в позицию, в которой было знакомое для меня слово — «Ratatouille». — Стоит выпить за это! Звучит как отличный тост, Рей! — воскликнула будущая миссис Дэмерон, ткнув жениха локтем, — По, поухаживай за нами! Он улыбнулся, наполняя бокалы вином, которое было старше меня. Лоск, с которым По держал бутылку, улыбался Марни, держался на людях — был чистой воды притворством. Я готова была поспорить, что все это он делал лишь для иллюзии безграничного благополучия и счастья. По крайней мере, его невеста не вызывала во мне подобных эмоций, приятно поражая своей открытостью и искренностью. Бокалы были подняты. Их звон отдавался в ушах увесистым гонгом. Бен был прав — Марни было слишком много, но я не могла ее в этом винить, потому что она отлично заполняла постоянно повисающие паузы между нашей троицей. — Рей, По сказал, что вы с Беном познакомились в очереди за кофе! Это правда? — она буквально смотрела мне в рот, когда я утвердительно кивнула, делая глоток вина, — Боже, это так романтично! Правда, милый? — пальцы с идеальным маникюром впились в плечо Дэмерона, — Я бы так хотела, чтобы и мы познакомились просто на улице! Марни мечтательно вздыхала, будто случайное знакомство, которое выдумано специально для По, было пределом мечтаний. — А вы как познакомились, ребята? — спросила я с неподдельным интересом. — Это не так романтично, — фыркнула девушка, — Мой отец познакомил нас на одной из бесконечных вечеринок по случаю празднования…что там было? То ли годовщина принятия Конституции, то ли подписания Декларации Независимости…— она хмурилась, пытаясь вспомнить, но быстро бросила эти попытки, — В общем, папа сказал, что этот парень слишком большая рыба, чтобы его отпускать, а я ответила, что ни разу не рыбачила. Это должно было быть шуткой, но хихикнула лишь Марни. Я поддерживающе улыбнулась, мысленно умоляя Бена ускориться — темы для разговора стремительно заканчивались. Взглянув на часы, я с ужасом осознала, что прошло лишь пятнадцать минут. — Не хочешь сделать заказ для Бена, Рей? — голос По был глотком свежего воздуха среди болтовни его невесты, — Уверен, он вернется голодным после переговоров, и захочет свое любимое блюдо. Он щелкнул пальцами, делая знак официанту. Я начинала понимать, почему Соло не выносит своего бизнес-партнера. Все просто: По Дэмерон был мудаком, которому повезло не встретиться с кулаком моего возлюбленного пару дней назад. Сейчас, наблюдая за тем, как к нам движется официант, я начинала жалеть о поспешно принятом тогда решении. По испытующе смотрел на меня. Я открыла рот, чтобы сказать «круассан» или «лягушачьи лапки», потому что в голову не могло прийти ничего умнее, как вдруг почувствовала, что объятое паникой тело окутывает теплом и запахом знакомого парфюма. — Детка, — ласковое слово и звонкий поцелуй в щеку для меня, — Марни, По, — сдержанная улыбка для невесты и быстрое рукопожатие для жениха, — Прошу прощения за опоздание. Я ничего не пропустил? Бен с непринужденным выражением лица опустился на стул рядом, расстегнув пиджак, а после ласково поднял мою руку, чтобы поцеловать костяшки пальцев. Этот жест мгновенно прогнал смятение, а воодушевляющее подмигивание вселило надежду на то, что вечер не станет провальным. — Рей как раз хотела заказать твое любимое блюдо, — сияя, ответила Марни, чей взгляд метался между нашими лицами, — Боже, вы так классно смотритесь вместе! Ты такая маленькая, а ты такой большой! Я почувствовала, как покраснели кончики ушей. Соло рассмеялся, театрально откланявшись. Невеста По пришла в дикий восторг. — Спасибо, Марни, это очень мило, — Бен повернулся к официанту, назвав блюдо, чье название осталось для меня лишь набором букв, и вновь повернулся к девушке, — Как ваши дела? Как приготовления к свадьбе? Он обращался исключительно к будущей миссис Дэмерон, игнорируя четвертого гостя за столом. Мельком взглянув на последнего, я заметила лишь усмешку на не побритом смуглом лице. — Ой, оказывается, это так тяжело! — жаловалась девушка, — Если бы мы остались в Нью-Йорке, то было бы куда проще договориться с рестораном, декораторами, ди-джеем, священником…да вообще со всеми! Но из-за того, что город маленький, приходится работать с тем, что есть. Марни сделала глоток вина, во всей красе демонстрируя кольцо с внушительным камнем. — Так торжество будет не здесь? — поинтересовалась я. По будто ждал этого момента, отчего моментально включился в разговор. — Да, мы будем праздновать в Мишавоке. Разве Бен тебе не сказал? Я с трудом сдержалась, чтобы не взглянуть на своего спутника с немым вопросом. Вместо этого я уверенно смотрела в глаза По, где плясали задорные огоньки. — Мы были слишком заняты друг другом, поэтому не успели обсудить грядущую поездку, — без капли стеснения соврала я, — И где эта Миша… Мишавока? По хохотнул, собираясь ответить, но Соло опередил его: — В Индиане. — Ого. Наверное, этот город важен для вас двоих? — я сделала глоток вина, глядя на будущих новобрачных, и почувствовала, как справа от меня растет напряжение. Бен сжал руку в кулак, комкая несчастную салфетку. — Я провел там большую часть жизни, — с ностальгирующей улыбкой сказал По, — Мои родители из Австралии, но познакомились именно в Мишавоке, когда оба находились там в рамках учебы по обмену. В итоге, они осели в этом городке на долгие годы, а потом появился я. Мы могли бы отправиться на Аляску, где родилась любовь всей моей жизни, но Марни настояла на Индиане. Я кивнула, будучи удовлетворенной ответом, вот только Дэмерон еще не закончил, добавив: — Кстати, Бен тоже вырос там. Думаю, Хан и Лея будут рады познакомиться с твоей девушкой. Дружище, как считаешь? «О!» — только и успело пронестись в моей голове. — Я подумала, что вы бы хотели сидеть все вместе, поэтому семья Соло будет за одним столом на нашей свадьбе. Разве это не здорово? — Марни была так воодушевлена, что продолжала болтать о рассадке, когда я отключилась от бесконечного словесного потока и взглянула на Бена. Он был чернее тучи. — Да, — с нажимом отозвался он, прожигая взглядом оппонента, — Это будет замечательно. Напряжение возросло, ощутимо давя на уши. Все замолкли, но мужская часть присутствующих метала молнии, безмолвно угрожая друг другу. Марни кашлянула, привлекая мое внимание. Лицо девушки исказила мольба. Я судорожно пыталась придумать, что могло бы отвлечь Бена и По друг от друга, и не придумала ничего лучше, чем… — О Боже! — воскликнула я, роняя на пол сверкающую вилку, — Я такая неуклюжая! Соло мгновенно повернулся в мою сторону и, убедившись, что я в порядке, уже был готов вернуться к смертельному противостоянию, но я была настроена решительно. — Милый, ты мне не поможешь? — я метнула взгляд на пол, но Бен не шелохнулся, — Вилка. Она на полу, — Соло нахмурился, не понимая, чего я от него хочу, — Помоги мне ее поднять, пожалуйста. Будучи явно недовольным, он все же наклонился под стол, и я юркнула следом. Бен наградил меня странным взглядом, но промолчал, протянув руку за упавшим прибором. Я шлепнула его по запястью, громко зашептав: — Ты что вытворяешь?! Соло был в замешательстве, потому что довольно медленно и во весь голос ответил: — Поднимаю…вилку? Я вновь шлепнула его по руке, и на этот раз ее обладатель ойкнул, явно не понимая сути наших пряток под столом. — Бен! Прекрати сейчас же этот цирк! — вновь зашептала я, — Мы собрались здесь, чтобы пообщаться и убедить По, что все взаправду, а не для того, чтобы вызывать полицию на мордобой в дорогущем ресторане. Взгляд Соло прояснился, но понимающим так и не стал. — Этот мудак выводит меня из себя, — процедил Бен, почти не снижая громкости, — Я должен сидеть и улыбаться, когда он устраивает свои «игры разума»? Да пошел он на… — Этот, как ты выразился, мудак, может нас услышать! — Я очень на это надеюсь! Тяжело вздохнув, я предприняла еще одну попытку, видя, как Бен тяжело дышал, будучи взбешенным: — Пожалуйста, побудь паинькой хотя бы немного — мы не можем пустить под откос все, чего успели добиться. Обещаю, на десерт мы не останемся. Мне и самой не особо комфортно в присутствии По. Мой возлюбленный безмолвствовал, продолжая шумно выпускать воздух. — Пожалуйста, — я протянула руку к его щеке, пробегаясь пальцами по точеной скуле. Бен немного расслабился — я поняла это по смягчившемуся взгляду и едва уловимому движению, с которым он прижался щекой к моей ладони. Соло был похож на изголодавшегося по нежности ребенка, отчего с неприсущим ему трепетом принимал простую ласку. Внизу живота приятно защекотало, и это посеяло зерно паники в моей голове. — Хорошо, — ответил он, и я благодарно кивнула, — Но только ради того, чтобы не ранить твою нежную психику. В детстве мы уже дрались с По, и я был бы не прочь повторить этот опыт. — Спасибо, Рэмбо. Я потянулась к манящим губам и прикоснулась к ним с поцелуем, закрепляющим очередную сделку между нами. Бен с чувством ответил мне, но быстро отстранился, с трудом продолжая горбиться под столом — все же, его рост не предполагал прятки под скатертью. Я выскочила на поверхность первой, встречаясь с непонимающим взглядом Дэмерона и игривым выражением лица Марни. Последняя явно думала, что мы занимались непотребствами, и я не стала убеждать ее в обратном. — Так о чем мы говорили? — задумчиво вопросила я, прикладывая пальцы к своим губам, — Ах, да, свадьба! Блюда появились на столе, когда Марни рассказывала о том, каким она видит свое идеальное платье. Вторая бутылка вина оказалась пустой, когда Марни делилась впечатлениями о найденном организаторе свадьбы — одном из пятерых на всю Мишавоку. Десерт подали, когда Марни описывала платья подружек невесты, с сожалением сообщив, что она не может принять меня в их ряды, потому что все места заняты, но она бы очень этого хотела, потому что я замечательная. Я ободряюще сжала руку Бена, покоившуюся на моем колене, свободной рукой ковыряя парфе. Сейчас это прикосновение было как нельзя кстати. В разговоре участвовали только мы с Марни, но мужчины иногда вставляли пару слов, вроде «Да, я согласен» или «Да, ты права». И, похоже, каждого устраивал подобный расклад. — Я отлучусь ненадолго, — шепнула я на ухо Бену, который сразу же вышел из энергосберегающего режима, — Нужно припудрить носик. Извинившись перед четой Дэмерон, я поднялась и направилась в сторону уборной, лавируя между столиками, каждый из которых был занят этим вечером. На подступах к заветной двери, я начинала понимать, что третья бутылка дорогущего вина явно была лишней, поэтому ускорила шаг. В богато отделанной дамской комнате не было ни души — лишь блестящая чистота и классическая музыка, мягко лившаяся из динамика в углу помещения. Перед выходом я взглянула в зеркало и заметила, что помада успела потерять былой блеск, поэтому мозг быстро отдал приказ исправить это дело. Я медленно водила помадой по губам, очерчивая контур, когда дверь позади открылась. Сквозь отражение я увидела знакомую фигуру в черном — слишком длинную и слишком широкую, чтобы не обратить на нее внимание. — Мистер Соло, Вам известно, что это дамский туалет? — с улыбкой поинтересовалась я, стараясь говорить ровно, — Я совсем скоро присоединюсь к Вам. Имейте терпение. В конце голос меня предал, потому что Бен встал позади, блокируя пути к отступлению своими руками, расставленными по бокам от меня и прижатыми к мраморной раковине. Я задержала дыхание, когда он прижался ко мне сзади, позволяя ощутить всю силу его намерений и оценить размер катастрофы. В голове тут же всплыла недавно присланная им фотография. В помещении стало нечем дышать. Соло медлил, не делая никаких движений — лишь смотрел на меня в зеркало, грея спину приятной тяжестью своей стальной груди. Я едва уловимо повела бедрами, желая почувствовать его хотя бы на миг. Бен со свистом вдохнул, обнажив зубы — точно зверь, сдерживающийся, чтобы не прикончить свою добычу сразу же. Было понятно, что я попала точно в цель. — Почему ты не сказал, что свадьба будет в твоем родном городе? — с придыханием спросила я, чувствуя, как Соло проигрывает своей титанической выдержке, прижимаясь ко мне все теснее, — Знаю, я не та, кого хочется познакомить с родителями, но… Бен замер. Его глаза буквально метали молнии, когда я встретилась с ними в отражении. О причине подобной метаморфозы я могла лишь догадываться, ведь вряд ли он оскорбился, верно? Рей Джонсон — девушка без кола и без двора, которая явно не вписывается в круг элитной богемы, где живет Соло. И только Рей Джонсон может обижаться на то, что узнает важные детали от По Дэмерона. В любой момент дверь могла открыться, являя взору входящего странную парочку, тискающуюся у раковины, но мне было плевать. Все, чего я хотела сейчас, был Бенджамин Соло, сделавший два шага назад, не смотря на свой вполне очевидный стояк. — Ты ничего об этом не знаешь, — нахмурившись, ответил Бен, уже привычным нервным движением поправив волосы, — И дело совсем не в тебе. — Тогда в чем? — я все еще вела беседу с его отражением — так легче было противостоять желанию продолжить странную туалетную прелюдию, — Ты не рассказываешь о том, что произошло у вас с По, не говоришь, что нужно будет лететь в Индиану, — на миг мне показалось, что я поняла причину подобной скрытности, сразу же ее озвучив, — Там что, живет твоя бывшая? Когда слова сорвались с языка, я мысленно дала себе оплеуху: «Да какая, к черту, разница, Рей? Остынь уже!». — Все сложно, — он не смотрел на меня, засунув руки в карман брюк, чья ткань перестала просящее натягиваться, — И я не уверен, что ты останешься, когда познакомишься с моей семьей поближе — этот аттракцион не для слабонервных. Соло умел навести жути, но я любила ужастики, буквально живя в одном из них большую часть сознательной жизни, и меня было не напугать туманными формулировками и проблемами. Я обернулась, решительно смотря на Бена. Он поднял на меня глаза — слишком усталые для человека, который хотел быстро потрахаться в женском туалете. Или он пришел сюда за чем-то другим? Расстояние между нами я преодолела за несколько шагов, наконец смотря на Соло снизу вверх. — Ты не узнаешь, пока не расскажешь, — опустив ладонь на его грудь, я без труда ощутила биение сердца, — У всех есть скелеты в шкафу, Бен, и я была бы последней дурой, считая, что ты белый и пушистый. Мы же договорились обсуждать происходящее и доверять друг другу, помнишь? — Соло выдохнул, лишь кивнув в ответ, — И ты можешь рассказать мне все, что не заставит идти в полицию и свидетельствовать против тебя. Уголки его губ дрогнули. Я удивилась ощущению тепла, которое появилось в районе сердца, осознав, что между нами есть что-то еще, помимо физического влечения. — В таком случае, нам следует как можно скорее покончить с этим ужином — утром у меня рейс в Вашингтон. Придется перехватить китайских партнеров там. — Не удалось договориться сегодня? — я вопросительно изогнула бровь, — Сам Бен Соло — топовый переговорщик, не смог? — Бен Соло мчался сюда, игнорируя правила дорожного движения, чтобы спасти Рей Джонсон. Не думаю, что он заслужил издевательский тон, пожертвовав крупной сделкой, как думаешь? — явно повеселев, поинтересовался он. — Ну, — задумалась я, — Мою благодарность он точно заслужил. Встав на цыпочки, я замерла у губ Соло, прошептав: — Посмотрим, что я смогу для него сделать.