Океан желаний

— У тебя на сегодня есть планы? — краснея, спрашивает Эш. С парнем Кая познакомилась чуть больше недели назад и могла с уверенностью сказать, что он был одним из самых нормальных ребят в школе. Ну, по крайней мере, единственный из тех, кто действительно искренне проявил к ней интерес, а не просто потому что надо. Тактичный, сообразительный и скромный Эшер немало удивил девушку, когда первым решил познакомиться, заняв рядом с ней место на обеде. Надо признаться, сначала ей показалось, что он просто не нашел свободного, но когда Мейсон отвлеклась от книжки, чтобы посмотреть, кто нарушил её личное пространство, убедилась, что сделал он это достаточно осознанно. Приподняв брови от удивления, девушка некоторое время наблюдала за ним, после чего до него наконец дошло, что нужно представиться. Оказывается, они вместе ходили на биологию, которую Мейсон пропускала последние две недели по причине того, что разделывать лягушку в одиночку ей не хотелось, поэтому парня она видела в первый раз. В отличие от него: как оказалось, он довольно часто видел её в библиотеке и наблюдал за ней. Поначалу такое странное внимание немного смутило Кайю, ей даже стало немного не по себе, однако, общаясь с ним на протяжение недели, она поняла, что парень был довольно безвредным и тоже хотел завести хотя бы одного друга. Мысли о том, что его выбор пал на новенькую девочку без компании, конечно, смущали, потому что дружить с парнями она не привыкла, однако выбор был невелик. Да и признаться честно, из всех он был наиболее приятным. Не лез с ненужными вопросами, не расспрашивал её о прошлой жизни в Осло, в общем и целом, — находка. — Родители хотели устроить барбекю сегодня, — пожимает плечами Кая, гадая, как бы уйти незамеченной с этого праздника жизни, и одновременно радуясь тому, что даже не пришлось выдумывать отмазку. Целью родителей было пригласить бывших друзей и одноклассников отца, которые до сих пор жили в Форксе или рядом с ним. Надо сказать, что им переезд действительно пошёл на пользу: отец устроился на работу в Порт-Анджелес и купил новую машину, а мама вовсю занималась облагораживанием дома и наведением в нём уюта и красоты. Про себя такого Кая пока сказать не могла. — Ясно, — делая вид, что совершенно не расстроен словами девушки, говорит Эш. Он постоянно украдкой рассматривает её, думая, что она этого не замечает, а Мейсон уже какой день борется с желанием сказать ему, что такое внимание к её внешности ей уже надоело. Она не была глупой и понимала, что нравилась ему, но отношения в её планы не входили. По крайней мере, в ближайший год точно. Она тешила себя тем, что через год поступит в университет в другой город, а связывать себя с кем-либо тут было напрасной и бесполезной идеей, только если этот человек не захотел бы потом поехать вместе с ней. Более того, она понимала, что сейчас ей было совершенно не до отношений, слишком невозможно ей казалось идея того, что придётся думать не только о себе, своих целях, своём состоянии и проблемах, но и о ком-то другом. А на это у неё просто не было сил. Прошлый опыт отношений тоже особого желания на новые не наводил, а терять единственного знакомого в этой школе совершенно не хотелось. Он оказался очень интересным парнем в общении, несмотря на то, что в его сторону нередко отпускали издательства, которые невероятно выводили девушку из себя. Но больше всего её выводило из себя то, что Эш не хотел давать им отпор и просто молча сносил все насмешки. — Смотри, там есть свободный столик, — показывает он на единственное свободное место, которое, по иронии судьбы, находится рядом со столиком компании Свон. Эш подхватывает свой поднос, на котором также стоят бутылка воды и салат девушки, направляясь к свободному столику. К американской столовой Мейсон ещё не до конца привыкла. В прошлой школе они приносили обед из дома, на который было предоставлено тридцать минут. Что уж говорить, столовой там и не было: одни столики с лавками. — Эти Каллены немного странные, — произносит Эш, поглядывая на их стол. — Мне от них не по себе. — Не обращай внимания на них, — отмахивается Мейсон, — кстати, что от тебя хотел мистер Грин? Каллены её не особо интересовали, поэтому внимания на них она обращала ровно столько, сколько на математику в этой школе — ноль. Они были местными знаменитостями: настолько красивые, умные, богатые, но этого «настолько» было так много, что невольно отталкивало. — Предлагал летом поехать на стажировку в Вашингтон, — нехотя отвечает он, а Кая лишь удивлённо смотрит на его незаинтересованное лицо. — Так это же классно! Хорошая возможность, чтобы… — Я не смогу. Понимаешь? Не могу оставить маму и сестру одних на целый год, даже несмотря на то, что это в семи часах езды от города. Кая сконфуженно опускает голову, медленно ковыряясь в салате. Она частично знала, что в семье Эша есть проблемы, парень как-то упоминал об этом, но развивать эту тему не стала. Он вырос без отца, вернее, тот ушёл из их семьи, едва Эшу исполнилось четыре. Его мама работает медсестрой в больнице Форкса, и ей приходится брать дополнительные смены а работе, чтобы прокормить семью, а Эш старается ей помогать всеми силами, цепляясь за каждую предложенную вакансию, не брезгуя работой. — Привет! — неожиданно за спиной девушки раздается звонкий голос, и она вздрагивает из-за неожиданности, а вилка падает на поднос. Эш удивлённо смотрит вперёд, и Кая резко оборачивается, рассматривая обладательницу приятного голоса. Потрясающе красивая, миниатюрная девушка с короткими тёмными волосами, весёлой улыбкой на четко очерченных пухлых губах, похожая на пикси. — Надеюсь, я вам не помешала? — спрашивает, судя по рассказам учеников, Элис Каллен. — Ничуть, — отвечает Эш, приятно улыбаясь ей. Кая вообще заметила, что американцы любят улыбаться, и Эш не исключение, поэтому и производит первое хорошее впечатление на людей. Ей же постоянно говорили, что у неё недовольное лицо, и из-за этого мало кто с ней знакомится, однако на такие высказывания Мейсон хмурилась ещё больше. — В середине мая у нас дома состоится вечеринка в честь окончания школы, и вы тоже приглашены, — с воодушевлением произносит Элис. — Но мы не выпускники, — немного резко отвечает Кая, не совсем понимая, что они там забыли. — На вечеринку приглашена большая часть старшеклассников, — не переставая улыбаться, заявляет она. Впрочем, чему она удивляется? В Норвегии вечеринки (и повод совершенно не важен) всегда были популярны не только среди старшеклассников, но и учеников младшего возраста, хотя совершенно не понятно, что они там делали. На вечеринки раньше она ходила только с подругами, и её ролью было снимать все пьяные выходки девочек. Впрочем, если там было хорошее вино, то возможности попробовать его она не упускала, предпочитая только его другому алкоголю. — И отказы не принимаются! — звонко добавляет Элис, в шутку грозя пальцем задумавшимся одноклассникам. Напоследок она ещё раз задорно улыбается и уходит, подхватив за руку парня. — Мы пойдём? — спрашивает Эш, а Каю передергивает от слова «мы». Свои личные границы и пространство она всегда уважала, поэтому такое обращение от человека, которого, по сути, знала неделю, было непозволительным. При таком обращении создавалось впечатление, что отдельно друг от друга люди не существуют и решения принимают вместе. А ещё такое обращение обычно подразумевало то, что мнение одного из участников отчасти не воспринимается в качестве решения. И в данном случае она не хотела оставаться в меньшинстве. — Не думаю, что смогу, много дел. А ты? — четко разграничивает рамки между ними. — В первый раз пойду на вечеринку, поэтому мне бы хотелось, да. Но только с хорошей компанией, — хитро смотрит на подругу, подмечая, как она недовольно поджала губы. Он не понимал, почему так хотел поторопить события, но Кая действительно ему симпатизировала, только вот ей он нет. И он это понимал, но думал, что это всего лишь вопрос времени. — Ну, ты всегда можешь пригласить любую девушку. Инициатива очень красит парней. Делать вид, что не понимаешь намёков, иногда до невозможности трудно, но она справляется. — Тебя подвезти после уроков? Машины своей у Мейсон не было, как и прав, потому что мама была категорически против того, чтобы её дочь в таком возрасте училась водить машину. Да и необходимости раньше не было, потому что она жила в нескольких милях от школы и мест, где они с подругами любили проводить время. Только сейчас Кая понимала, что машина была бы очень кстати. Отцу было неудобно возить её каждый день, а идти пешком до школы было далековато. Был вариант, конечно, срезать через лес, который окружал со всех сторон, но после случившегося с дядей она не хотела так рисковать, да и мама получила бы инфаркт. — Было бы славно, — не стала отказываться она. В такие моменты она чувствовала себя очень неблагодарной, но быстро обрывала себя, думая о том, что если бы парень не хотел, он бы не предлагал. Позиция эгоистичная, но идти домой пешком ей хотелось меньше всего. Домой она приехала через пятнадцать минут после окончания последнего урока и, как только одноклассники завернули на улицу, в глаза сразу бросились несколько незнакомых машин возле её дома, из которых двое смуглых мужчин вытаскивали коробки с пивом. — Да у вас тут всё в полном разгаре, — подмечает Эш, останавливаясь возле дома. — Что за повод? — Воссоединение старых друзей. Спасибо, что подвёз, до завтра, — произносит на прощание Мейсон парню и выходит из машины, аккуратно закрыв за собой дверь. Несмотря на то, что выглядела она чуть получше, чем пикап Беллы, но всё равно казалось, что одно неверное движение — и всё развалится к чертям. Как только Кая заходит в дом, в нос сразу ударяет приятный аромат маринада. Фрида замечает дочку практически сразу же, но не отвлекается от нарезания овощей для гриля, в то время как другая женщина со смуглой кожей и короткими чёрными волосами чистит грибы, обращая внимания на вошедшую девушку. — Рада наконец с тобой познакомиться! — улыбка появляется на её лице, и Кая улыбается в ответ, — Сью Клируотер, — женщина вытирает руки о полотенце и обнимает девушку. — Да, мне тоже, — ещё одна черта американцев, к которой она не могла привыкнуть — их радушность, поэтому Кая несколько неловко приобнимает женщину в ответ, отмечая, что от неё очень вкусно пахнет жасмином. — Ты очень похожа на свою бабушку в молодости, только вот цвет волос и глаз у тебя мамины. — Эм, спасибо? — Кая не знает, в курсе ли Сью, что старшие Мейсоны не общаются с их семьей, поэтому выбирает просто поблагодарить её, и, очевидно, делает правильный выбор, заметив взгляд матери. — Как прошёл день в школе? — спрашивает она то, на что получает в ответ сухое и слегка ворчливое «нормально». — Через пятнадцать минут будет готово мясо, я тебя позову. Кая кивает и быстро поднимается на второй этаж в свою комнату, где сразу же включает ноутбук, запуская «Skype». С подругами из Осло они условились каждый четверг созваниваться в одно и то же время, но вот нонсенс — они улыбаются, когда она звонит им, но у них нет времени позвонить или написать небольшое сообщение. Во всяком случае, терять последнюю нить, связывающую с домом, Кая не хотела, однако постоянное надоедливое чувство, твердившее ей, что подругам она уже особо и не нужна из-за расстояния, хотя прошло всего несколько недель, начинало подбешивать. За разговорами проходит минут двадцать, когда она слышит голос отца, призывающий выйти на улицу. Есть действительно не хотелось, однако после беседы, которая откровенно не клеилась, проветриться не помешало. Погода сегодня была хорошая, поэтому Кая просто потуже затягивает ремень на голубых джинсах, чтобы чувствовать напряжение, и выходит на улицу в черной водолазке, сжимая плечи руками из-за неожиданного порыва ветра. Друзья отца оказываются приятными людьми, они смеются, шутят, вспоминают былые времена, и Кая, сидя в беседке, радуется, что взрослые погружены в свои дела и не обращают на неё особого внимания. Ей не нравилось, что всё словно давило на неё: родительская забота, особенно опека мамы, школа и учителя, считавшие своим долгом проверить отличия в системах обучениях, а также отсутствие привычного ей распорядка и дел добавляло ещё больше напряжения. Она попросту не знала, чем себя занять. В Осло она постоянно ходила на дополнительные курсы по рисованию после школы, гуляла с подругами и была самой собой. Тем не менее она понимала, чтобы в очередной раз не оказаться в кабинете психолога, нужно вести себя естественно и постараться отвлечься от своих мыслей. Как это сделать — другой вопрос. — Кая, как тебе Форкс? — Билли Блэк заинтересованно посматривает на дочку старого друга. Девчонка не проронила ни слова с тех пор, как пришла и нашла уединённое место. — Я пока не до конца поняла, — криво усмехается девушка, — здесь тихо и спокойно, много зелени. — Она совсем из дома не выходит, разве что в школу, — Кая цокает, глядя на мать: интересная информация, которую необходимо знать незнакомым людям. — Не знаю, что с ней делать, совершенно замкнутая стала. — Лучше уж так, чем как моя дочь, — ехидно замечает мистер Свон, а после переводит взгляд на свой дом. — Она, кстати, сейчас собирается ехать в резервацию. Кая, кажется, понимает, к чесу он ведёт, поэтому выдавливает максимально правдивую улыбку и собирается прощаться со всеми, чтобы поскорее уйти в дом. — Джейк что-то говорил об этом, — задумчиво произносит Билли. — А где находится резервация? — заинтересованно спрашивает Фрида, а Кая осознаёт, что план побега провалился, так и не успев начаться. Не к добру это. — Недалеко, всего пятнадцать миль, — отвечает отец, заинтересованно смотря на старых друзей. — Билли, ты же всё ещё живешь там? — Да, — охотно отвечает мужчина. — И не думаю, что мы когда-нибудь с сыном покинем резервацию, — удивительно, что этот факт не приводит его в расстройство, думает Кая. Она никогда не хотела жить в маленьком городке, тем более поселении. — Прекрасные были времена, — мужчины смеются, видимо, что-то вспомнив. Девушка неловко переминается с ноги на ногу, ощущая себя ещё более чужой. — Беллз, — окликивает Чарли свою дочь, а Мейсон тихо выругивается сквозь зубы. — Возьми с собой Каю, думаю, ей понравится в Ла-Пуш. Там ещё больше зелени, чем здесь, и океан. Белла, замерев возле своей машины, медленно поворачивает голову в сторону своего отца. Кая же, вперившись взглядом в маму, надеется, что она быстро откинет эту идею, не желая отпускать дочку неизвестно куда и неизвестно с кем. — Не думаю, что получится, — как можно более виновато произносит Кая. — На завтра надо написать большой реферат по биологии. Кажется, даже сама Белла, стоящая на месте, выдохнула с облегчением, когда услышала эти слова. Мейсон не любила врать, просто ей никуда не хотелось ехать. — Думаю, ты успеешь его доделать, даже если отлучишься на несколько часов, — спокойно говорит Фрида, в то время как Кая поджимает губы от злости. — Кая, поехали, — со вздохом произносит Белла. — Они просто так это не оставят, поэтому проще согласиться. — Не думаю, что Белле будет удобно, всё-таки, она ехала к друзьям, — всё ещё питала надежду девушка. — А я думаю, Белле не помешает провести время с новым другом, тем более девушкой, — произносит мистер Свон, с надеждой смотря на Мейсон. Интересно… значит, она для него гарантия того, что к Белле лишний раз не пристанет её парень? Поджав губы, Кая нехотя кивает и подходит к Белле, застывшей возле пикапа. Аккуратно открывает дверь и старается как можно нежнее закрыть её, но всё равно нечаянно хлопает, морщась, в отличие от Беллы, которая свою машину не жалеет и со звуком делает это. Когда они немного отъезжают от дома, подъезжая к лесу, Кая поворачивает голову к шатенке и говорит: — Высади меня напротив того кафе, в которое ты меня возила, а сама едь туда, куда тебе надо, — Свон вопросительно смотрит на знакомую, а она закатывает глаза, поясняя: — Ты прекрасно понимаешь, что у нас с тобой не так много общего, и я не хочу, чтобы ты чувствовала себя обязанной, как в тот раз, поэтому я хочу упростить жизнь нам обеим. Высади меня там, а когда будешь ехать обратно, позвонишь и заберёшь меня, будто бы мы вернулись вместе, и вопросов ни у кого не возникнет. Неожиданно машину резко разворачивает в сторону, а Кая крепко сжимает ручку двери, чтобы не впечататься в окно. Белла, дёрнувшая руль, сейчас потрясённо смотрит на девушку, тяжело дыша. — Ты видела? — спрашивает она, её голос дрожит от волнения. Кая окончательно теряет смысл ситуации, гадая, что же она должна была увидеть и почему они чуть не попали в аварию. — Рыжеволосая женщина в лесу, — поясняет Белла, будто бы сама не веря в то, что говорит. Она заводит машину и ускоряется по дороге в неизвестном направлении. — Нет, никого я не видела. Белла! Что случилось? — Кая не может сдержать тревогу и раздражение. Вечно безэмоциональная Свон, которая резко перепугалась, не могла не вызывать вопросов. — Знаешь, я действительно думаю, что тебе стоит поехать в Ла-Пуш, — начинает сбивчиво тараторить Белла. Кая, понимая, что никто её обратно не повезёт, молча начинает вглядываться в лес, пытаясь увидеть человека, которого так испугалась Белла. Но после нескольких минут разглядывания зелёных деревьев она окончательно убеждается в том, что Свон, скорее всего, показалось. Она бы ещё поняла, если бы это привиделось не Белле, а ей, это хотя бы было обоснованно. Ехали они минут десять, прежде чем показались небольшие аккуратные домики. Белла проехала чуть дальше, остановившись возле одного из них. Это был маленький, совершенно непримечательный, крашенный серой краской домик с голубой дверью и небольшим окошком, под которым в ящиках были ярко-оранжевые бархатцы, несколько оживлявшие скудную обстановку. Несмотря на это, дом выглядел уютно, поэтому нужно было отдать должное хозяевам, которые следили за его внешним видом. Вышла из машины Белла быстро, и Кайе лишь оставалось выскочить за ней. Ненавидя неопределённость, она чувствовала себя потерянно и совершенно сбитой с толку. Привезла непонятно куда и к кому, так ещё ничего и не сказала. Просто замечательно. — Белла! — ответа уже не поступает, так как девушка скрывается в доме, и Мейсон чертыхается, выругавшись. Немного потоптавшись на пороге, она робко зашла в дом, где большую часть передней заняли под кухню. Белла уже с кем-то разговаривала, быстро объясняя, вероятно, произошедшее на дороге. Девушка, который не повезло оказаться в качестве слушающего несвязный бред Свон, была довольно смуглой, с медовой кожей и гладкими чёрными, точно смоль, волосами. Признаться честно, Кая довольно неловко чувствовала себя здесь, поэтому опёрлась плечом о стенку, пытаясь принять более-менее непринуждённую позу. Девушки не обращали на неё внимания, и лишь когда брюнетка повернулась ко входу, то Мейсон, наконец, заметили. — Ой, а это кто? На правой стороне лица от корней волос до подбородка багровели три широких рубца. Один спускался из угла миндалевидного глаза, другой скривил левую сторону рта в постоянной ухмылке. Кая мысленно поблагодарила себя за то, что её лицо не выдало и капли удивления, хотя это было довольно неожиданно. — Кая, приятно познакомиться, — не растерялась Мейсон, улыбнувшись. — Эмили, — кивает девушка ей в ответ и вопросительно смотрит на Беллу. — Я всё объясню чуть позже! Эмили, пожалуйста, мне срочно нужен Джейкоб. Есть серьёзный разговор, — чуть спокойнее говорит Белла. — Они с парнями сейчас должны быть у океана, — голос у Эмили удивительно нежный. — Только что закончилось п… закончилась практика. Белла благодарно кивает и виновато смотрит на знакомую, а затем опять на Эмили. — Кая — друг семьи. Кая, ты не против, если я сейчас уйду ненадолго? Обещаю, это не займёт много времени, и мы скоро вернемся обратно. — Хорошо, — так говорит, как будто у неё действительно есть выбор. Белла поджимает губы и быстро уходит, а Кая остаётся наедине с Эмили. Не хотелось это признавать, но присутствие Беллы сейчас бы очень сильно не помешало, так хотя бы она не была одна, но другого выхода не было. Мейсон чувствовала себя неловко, но решила, что лучше поговорить с Эмили, чем сидеть в тишине ещё непонятно сколько времени. — Так ты приезжая? — спросила Эмили, проходя чуть дальше на кухню к разделочному столу, на котором были разложены некоторые продукты. — Да, недавно переехали с родителями в Форкс. А ты… — Откуда знаю? — улыбнулась она, её глаза лукаво заблестели. — Во-первых, твоя внешность. Ты уж прости, но ты слишком бледная даже для Форкса, да и внешность у тебя довольно приметная. Во-вторых, парни рассказывали о новой соседке-блондинке Беллы, — Эмили подмигнула девушке. Кая почувствовала, как краснеют бледные щеки, проклиная себя за невнимательность. Конечно, те друзья Беллы из кафе точно были отсюда, поэтому её личность не осталась без внимания. — Может, тебе помочь? — спросила Кая, указывая рукой на продукты. Очевидно, Белла не собиралась возвращаться в ближайшее время, а стоять без дела было не очень удобно. Неизвестно также, уместно ли вообще её нахождение здесь? — Было бы не плохо. Нарежь булочки для бутербродов, пожалуйста, — предложила ей Эмили, благодарно улыбнувшись. Кая подошла к столу, ожидая увидеть около десяти булочек, но никак не целую гору — штук тридцать, если не меньше. Её глаза расширились от удивления. — У них хороший аппетит, — рассмеялась Эмили, заметив удивлённое выражение лица девушки. Хороший аппетит? Отец Каи, мужчина довольно крепкого телосложения, тоже любит поесть, но она не могла вспомнить, чтобы он съедал больше четырёх бутербродов за раз, даже если они были очень сытными. Сколько же здесь должно жить мужчин, что они осилят такое количество бутербродов? И кто они? Разговаривать с Эмили оказалось приятным времяпрепровождением, и она за час готовки успела задать множество вопросов, на которые получала не менее развёрнутые ответы, но Мейсон старалась не углубляться в трагические детали переезда просто отметив, что отцу предложили другую работу. Кая не могла объяснить почему, но с Эмили было очень легко находиться в одном помещении и беседовать с ней. И она даже не вызывала раздражения. Кая старалась не акцентировать внимание на шрамах и царапинах Эмили, но заметила ещё несколько на тыльной стороне запястья. Они напоминали когти большого животного, похожие на те, что были на теле её дяди в тот день, когда… Кая неосознанно вздрогнула. Нельзя сейчас об этом думать. Впрочем, исходя из рассказов местных, волков здесь не водилось, но встречались медведи. Но когти медведя выглядели по-другому, эта девушка могла сказать смело. Ерунда. Просто совпадение. Здесь же не Норвегия, где все леса кишат этими тварями… Как только бутерброды были готовы, Эмили достала из духовки кексы, от которых исходил изумительный аромат. Последний раз Кая ела в обед, и теперь, когда запахи еды окружали её со всех сторон, она испытала почти физическую боль. Эмили, кажется, заметила её взгляд, интерпретировав его по-своему, и, тепло улыбнувшись, предложила: — Давай поедим сейчас, пока эти проглоты не пришли, а то потом ничего не останется. Кая не стала отказываться. Признаться честно, даже у её мамы выпечка получалась не такой вкусной, как у Эмили. Откусив небольшой кусочек от кекса, девушка искренне произнесла: — Это очень вкусно! Тесто было нежнейшее, а черника, добавленная в него, просто идеально дополняла сладость. Взяв приготовленный кофе, Кая отпила немного, радуясь источнику тепла, приятно прокатившемуся по телу. Оказывается, она успела замёрзнуть. Странно, как за разговором с Эмили она не сразу заметила это, хотя девушка чувствовала себя вполне нормально в водолазке. Наверное, от нервов. Кая жалко откусила ещё один кусочек от кекса, стараясь не думать о том, сколько там углеводов. Мысленно она уговаривала себя, что сегодня она позволила небольшой перерыв в бесконечной войне с самой собой. Некоторое время они сидели в тишине, которое нарушалась только звоном ложек о чашки. Эмили молча наблюдала за новой знакомой, а её глаза были полны непонятного сочувствия, из-за чего Кая почувствовала себя неловко. — Ты хорошо держишься здесь, — заметила Эмили, — не переживай из-за всего нового, со временем все станет привычным. Кая улыбнулась в ответ, услышав слова поддержки, хотя ей было немного стыдно, что кто-то всё-таки обратил на это внимание. — Спасибо. Мне действительно нужно немного времени, чтобы привыкнуть ко всему этому. — Знаешь, у нас в резервации есть много интересных мест, — начала говорить Эмили, делая глоток кофе, — например, лесные тропы, одна из которых выводит к чудесной поляне с цветами, или же к океану. — Я бы с удовольствием прогулялась в лесу, — призналась девушка. — В Норвегию у нас были красивые тропы вдоль фьордов, поэтому было бы интересно посмотреть и на здешние. — Да! Мы можем как-нибудь прогуляться и позвать ребят, это будет отличная возможность познакомиться поближе с местными, завести новые знакомства. Не оставайся одна, — подмигнула Эмили. Неожиданно послышался звук подъезжающей машины. Кая вздрогнула. Наверное, Белла. Последующий гул голосов, резко ворвавшийся в дом, был сродни взрыву, нарушившему умиротворенную тишину. Мейсон покрепче перехватила кружку с кофе в руках, на которой остались отпечатки её помады, и повернула голову в сторону входа, заметив, как расцвело лицо Эмили в улыбке. Двоих вошедших она знала ещё с той встречи в кафе, остальные же были ей незнакомы. Если раньше она воспринимала слово «парни» как обозначение молодых людей ее возраста или чуть старше, то сейчас перед ней были настоящие, сформировавшиеся мужчины. Парни, казалось, совершенно не заметили ее присутствия и продолжали громко разговаривать, шутить и смеяться, перебивая друг друга. Они были полны энергии, слишком много энергии для этого домика. — А, подружка Беллы, — указал на Каю смуглый парень с миловидным лицом. Он казался немного младше остальных из-за не такой выраженной мускулатуры. Кая вспомнила, что, кажется, его зовут Эмбри. — У подружки Беллы есть имя, — отставила Кая кружку в сторону, стараясь смотреть на него прямо. — Прости, принцесса, — усмехнулся Эмбри, схватив кекс с тарелки и запихнув его в рот целиком. Понятно, о чём говорила Эмили, когда предлагала поесть перед их приходом. — И как же тебя зовут? — задал вопрос другой парень, Квил. — Кая, — пробубнила девушка. Аппетит резко пропал, поэтому кекс теперь походил на кашу, потому что Мейсон отрывала от него кусочки. — Ребята, отстаньте от девочки, — грозно сказала Эмили, поставив на стол бутерброды. Эмбри и Квил подняли руки в шутливой капитуляции и залились хохотом. Кая лишь немного натянуто улыбнулась и начала искать Беллу взглядом. Куда она запропастилась? Шум возле входной двери не утихал, однако девичьего голоса среди них слышно не было. Несмотря на это, Мейсон всё же повернулась в сторону входной двери, чтобы проверить, и наткнулась на тёмный, пронзительный взгляд парня. Тот смотрел на неё, не отрываясь, а в глазах не было ни смеха, ни шуток — только холодная, обжигающая концентрация на ней. На ней. Что он, черт возьми, себе позволяет?