Судьба

      Последние несколько дней доводили Чимина до грани нервного срыва. Из-за того, что он принял решение помочь Тэхёну с поиском Чонгука, его рабочий график слишком сильно изменился. И далеко не в лучшую сторону. Пак уже замучился бегать по поручениям агентства вокруг нескольких групп. Кому-то было необходимо устроить онлайн-фансайн, кто-то записывал свои дебютные альбомы, некоторым же просто необходимо было организовать безопасное перемещение, доступ к аэропорту, радиоинтервью, и так далее и тому подобное. В общем, Чимин спал по 3 часа в сутки, вздрагивая от каждого звука. За эту неделю свою квартиру он посещал аж целых два раза, чтобы переодеться и подремать. В остальное время его местом для сна служил диванчик в кабинете.       Внезапные сообщения от «Вредного Кота», так Чимин записал Юнги в контакты, были как раз кстати. Весь последующий разговор по телефону Пак отвлекался от своей привычной неврастении и немного позволил себе в шутку позаигрывать. Реакция Мина от души позабавила блондина. Он даже решил согласиться на встречу, хотя и не понял, по какой причине Юнги так настаивал на отсутствии Тэхёна.       Осторожно закрывая за собой дверь, Пак вышел в широкий серый коридор 11-го этажа, измотанно потирая глаза. Вдруг несколько голосов послышались за поворотом к лифту, и Чимин сразу их узнал: ребята из TxT. Намереваясь испугать своих младших, блондин подкрался к ним сзади и крикнул: — Ба!       Реакция Бомгю не заставила себя долго ждать. От неожиданности парень аж запрыгнул на Субина. Его уложенные тёмные волосы будто встали дыбом. — Господи, мамочки, напугали-то как! Хён, а что вы тут делаете? , — Бомгю еле устоял на ногах, когда недовольный Субин оттолкнул парнишку правой рукой подальше от своей шёлковой рубашки. — Работал, что же ещё? А вас тут что задержало? Завтра важные промо-съёмки, надо было уйти пораньше и выспаться. — Кай застрял в студии, а мы с Субином репетировали в тренировочном. Тэхён полчаса назад ушёл за напитками, но почему-то мы не можем ему дозвониться, поэтому забеспокоились и пошли за ним. — А где Ёнджун? , — Пак мельком скользнул взглядом по стрелкам часов на левом запястье. Пора было выдвигаться на встречу. — Снимает тик-ток или типа того. — Вы поцапались? , — сразу же догадался Чимин. Подобное случалось не впервые. — Да откуда вы всегда всё знаете?! , — глубокий вздох Бомгю был больше усталым, чем раздражённым. — Субин, как лидер ты несёшь за всех пятерых ответственность. Тебе всегда первому попадает, если они творят всякую дичь. Ты иногда суров или перегибаешь, я это понимаю. Однако советую поговорить по душам с Ёнджуном и решить все проблемы, пока это не превратилось в снежный ком из обид. Я ясно выражаюсь? — Это я виноват, — тихо и жалобно произнёс Бомгю, разглядывая свою любимую пару обуви для изучения новой хореографии. Подошва уже знатно стёрлась, а шнурки выцвели, но это не мешало парню продолжать носить эти кроссовки. — Опять его передразнивал, сколько можно бесить человека? , — Чимин немного повысил тональность голоса, но сразу стал мягче, — кому бы понравилось каждый день выслушивать пародии на своё пение? Чхве Бомгю, стыдно должно быть. — Не могу удержаться. Он словно сам меня вынуждает, — более капризным тоном ответил парень. — Ничто не может быть важнее, чем сплочённость коллектива и дружелюбная атмосфера. Ты сильно задеваешь его своими выходками. Каждый раз вы ругаетесь из-за одного и того же. — Хорошо… — Ёнджун тоже человек. Кроме того, не забывай, что он старший. Из какого леса забрали эту обезьянку? , — шутливо спросил Чимин, обращаясь к Субину. Парни немного расслабились и начали непринуждённо смеяться. — Ладно, я узнаю, где Тэхён, а ты иди найди Ёни. Извинись перед ним, — Субин сурово посмотрел на Бомгю, намекая, чтобы тот отправлялся немедленно, — Чимин, вы домой? — Нет, — просто ответил он, поправляя волосы, — у меня назначена ещё одна важная встреча. Не могу её пропустить. — Что ж, тогда мы пойдём. Рады были увидеться. — Удачи вам завтра. Вы обязательно справитесь!       После этих слов ребята разошлись в разные стороны по своим делам. Чимин поспешно вызвал лифт и направился к своему белому Porsche Cayenne. Мягко приземлившись на кожаное сидение, Пак понял, что они с Юнги не договорились о конкретном времени встречи. На часах уже было 19:47, а так никто ничего не написал. Поэтому Чимин решил позвонить первым несмотря на то, что не пылал энтузиазмом. Несколько лёгких касаний по экрану, и вот протяжные гудки во всю раздаются в динамике. Но «Вредный кот» долго не отвечал. — Алло? , — раздалось на другом конце трубки. Голос Юнги был подозрительно тихим. — Ничего не случилось? , — будничным тоном спросил блондин не поздоровавшись. Он вывел разговор на панель автомобиля, чтобы можно было наконец завестись и выехать с парковки. — Нет, с чего бы? , — равнодушно ответил парень. — Почти восемь часов вечера, а такое чувство, будто вы забыли о том, что мы договорились поужинать. Это же была ваша с Чонгуком идея, помнишь? — Мы в поезде. И я задремал. Будем на станции минут через 25. Есть предложения, куда можно пойти?       «Это объясняет, почему у него такой убитый спокойный голос. Но боже, как же бесит эта безалаберность. А что, если бы я был занят? Работал или был на деловой встрече? Это я обязан подстраиваться?», — Чимин внутренне разрывался от возмущения. Он резко почувствовал тяжесть в теле, будто каждая клеточка его организма изнеможена. — Ты позвонил, чтобы молчать? , — крайне противно протянул Юнги. У Чимина аж зубы заскрипели. — Я за рулём, не хами, — серьёзно и жёстко произнёс он. Ему пришлось глубоко вздохнуть в попытке успокоиться. Единственным желанием сейчас было восстановить душевное равновесие.       «Достоинство, Чимин, достоинство…», — повторял он себе мысленно, тарабаня пальцами по любимому рулю. Выполненный из высококачественной кожи, он обеспечивал Чимину не только эстетическое удовольствие, но и приятные тактильные ощущения. Каждая деталь была тщательно продумана, чтобы соответствовать премиальному статусу автомобиля. — Мне-то откуда знать, я же не вижу, — монотонность Мина продолжала безжалостно добивать, от чего Чимин ещё крепче сжал пальцы, его ладони немного вспотели.       Тихий скрип — кнопки и сенсорные элементы управления беспощадно задеты. Состояние оглушительной усталости, когда кажется, что весь день прошёл зря. Пак всё же сорвался и повысил голос. — А головой подумать?! — Отдаю трубку Чонгуку, — Юнги закатил глаза, понимая, что сейчас не настроен на пустые ссоры. Довольно истеричная натура блондина его напрягала. Он даже дотронулся одной рукой до виска, пытаясь прогнать головную боль, которая начала нарастать во время этого громкого разговора.       Кролик слушал музыку в наушниках и с интересом смотрел в окно на мелькающие дома. Он был сосредоточен на чём-то своём, поэтому не сразу понял, чего от него хочет старший. Несколько секунд неловкой заминки превратились в безмолвную жестовую перепалку «да возьми ты уже этот чёртов телефон». — Эм, да? Я слушаю, — рассеянно спросил Чонгук, сняв правый наушник и отпихивая Юнги левой рукой в плечо, когда тому уже удалось насильно впихнуть ему Samsung. — Добрый вечер, я так понимаю, вы решили всё оставить на последний момент и выдернуть меня, как вам удобно? , — не без разочарования произнёс блондин. После Юнги ему казалось, что собеседник высосал из него всю энергию, оставив только чувство раздражения и неудовлетворённости. — Что вы, господин Пак, нет! , — чуть ли не в панике начал оправдываться Чон, жалобно смотря на хёна, — я был уверен, что Юнги вам позвонил. — Просто Чимин, никаких господинов. Кажется, твой друг страдает особой формой склероза. — Кхм, Ч-Чимин, — не без усилий сказал Чонгук, слегка запнувшись, — извините нас, получилось очень нехорошо. Впредь можете положиться на меня! — Вольно, солдат. Я пришлю тебе сообщение в лайн с координатами места, это недалеко от станции. Я буду там раньше вас, поэтому если вдруг потеряетесь, не стесняйся и позвони. Я помогу вам. Всё же город незнакомый, можете заблудиться. — Вас понял. Тогда до связи. — До встречи.       Пак чувствовал, как его сердце бьётся чаще обычного, а мышцы шеи и плеч напряжены, будто он готовился к бою. Его лицо было слегка покрасневшим из-за того, что он пытался сдерживать свои эмоции во время разговора. Руки дрожали, а зубы — стиснуты от злости. Несколько раз возникало желание ответить Юнги чем-то резким и матерно, даже послать его, но воспитание и чувство такта помешало это сделать. Теперь, когда разговор окончен, эмоции начинали перехлёстывать через край, новые аргументы возникали сами собой, и Чимину было трудно сосредоточиться на чём-то другом. Однако он достаточно быстро доехал от HYBE до точки.       Пальцы быстро набрали нужную информацию по месту встречи. Всё, что оставалось — ждать этих двоих. Чимин припарковал машину, осторожно озираясь по сторонам. На улице он не заметил пьяного народа, но всё же перепроверил закрыл ли он авто на сигнализацию.       Ресторанчик был совершенно обычным. Столики простые деревянные, покрытые однотонными клеёнками для удобства уборки. На стенах висели плакаты с изображением блюд. Освещение мягкое, но не слишком тусклое. В фоновом режиме играла спокойная инструментальная музыка, которая периодически сменялась на популярные песни, но звук всегда приглушён, чтобы не мешать разговорам. В воздухе стоял восхитительный аромат готовящейся еды: чеснока, соевого соуса, кимчи и пряных бульонов. Это сразу вызывало аппетит. Пак выбрал удачное место подальше от остальных и сразу же заказал безалкогольный мохито.       За другим столиком сидели девушки лет 24, которые робко начали поглядывать на Чимина и сплетничать между собой. Они спорили айдол он или просто знойный красавчик, одна из них очень хотела к нему подойти, но стеснялась. Эти комментарии услышала компания молодых парней, которые выпивали. Они смеялись и шутили так, что их было слышно через весь ресторан. Они то и дело повышали голос, перебивая друг друга. Один надел оверсайз худи с принтом, второй — кожаную куртку с джинсами, третий — спортивный костюм Nike, а четвёртый — голубую рубашку с закатанными рукавами под чёрные джинсы-скинни. У всех на ногах были кроссовки: кто-то предпочитал яркие модели, кто-то — более классические белые. Все они явно старались выглядеть современно и соответствовать трендам, хотя на самом деле их стиль был немного пижонский, а поведение вызывающим и отталкивающим.       Им сразу же стало интересно, почему симпатичные девчонки переключили свой фокус с них на странного незнакомца. Тот парень, что выглядел постарше, нарочно громко начал цепляться за Чимина: — О, посмотрите, к нам пожаловал король Instagram! Кажется, он забыл свою толпу фанаток снаружи. — Ну конечно, ещё один «красавчик», который думает, что мир крутится вокруг него. Видели таких сотнями! — радостно уловил настроение и подхватил второй.       Шутки становились всё более язвительными, и хотя они произносились с улыбкой, в них чувствовалась агрессия. Чимин же молчал и специально на грани вульгарности сосал через трубочку свой напиток, периодически облизывая пухлые губы языком.       Парни неаккуратно ели, размахивая палочками и оставляя следы соуса на салфетках. Один из них пытался зачерпнуть токпокки, но уронил кусочек на стол, что вызвало новый взрыв смеха. Соджу они пили большими глотками, иногда предлагая друг другу выпить за успех и возможность получить любую девчонку, но при этом постоянно подкалывали того, кто отказывался. — У нас хоть и прогрессивная нация, но педиков надо изолировать от общества, — первый не хотел останавливаться, повышая градус токсичности. Поведение парней начало переходить границы дозволенного. — А ещё желательно принудительно их лечить или вовсе отправлять на смертную казнь, — третий явно наслаждался моментом, думая, что он крутой.       Ровно в момент последней сказанной колкости открылась дверь заведения и зашли двое. Они сразу заметили шумных парней, которые громко смеялись и явно издевались над кем-то. Их внимание привлек одинокий посетитель за дальним столиком — красивый блондин, который спокойно пил мохито, но чувствовалось, что он напряжён и старается игнорировать насмешки. Юнги и Чонгук переглянулись, понимая, что ситуация выходит за рамки допустимого. Один из них слегка кивает другому, словно говоря: «Надо что-то сделать». Они уверенно подошли к столику группы, хотя было видно, что это требовало усилий: никто не хотел конфликта, но молчать тоже было нельзя. Юнги более спокойный, поэтому он обратился к группе мягким, но твёрдым тоном. — Знаете, я думаю, что ваш шум мешает всем. Может, стоит немного снизить громкость?       Группа на секунду замолкла, но затем один из них, кажется, лидер компании, ответил с вызовом. — А вам-то что? Мы просто веселимся, расслабьтесь!       Чонгук был более решительным, к тому же его подкачанное тело, широкие плечи и огромные ботинки показывали, что с ним шутить вообще нельзя. — Дело не только в громкости. Я слышал, как вы комментируете внешний вид человека за тем столиком. Это довольно некрасиво и неуважительно. Вы бы сами хотели оказаться на его месте?       Теперь все четверо взорвались от смеха, размахивая руками и роняя вещи на пол. — Уважение? К нему-то? , — «лидер» посмотрел на Чонгука, но тот молчал, лишь слегка приподнимая брови, как-будто ждал продолжения цирка. — Ваши комментарии звучат как попытка самоутвердиться за чужой счёт. Это вообще не круто, — Мин смотрел прямо ему в глаза, — прежде чем открывать свой вонючий рот и произносить что-то вслух, надо включать свою тупую башку.       Стало тише. Другие посетители, которые до этого тоже были раздражены шумной группой, теперь одобрительно поглядывали на Чонгука и Юнги. — Ты ща чё сказал, придурок? Умереть хочешь?! , — взорвался самый неадекватный из четырёх, резко вставая со стула. Хозяйка ресторанчика опасливо выглядывала с кухни. — Я в национальной сборной по тхэквондо, мудила, хочешь проверить? , — Чон медленно и уверенно опёрся обеими руками об стол, его суровый взгляд исподлобья испепелял агрессора. Даже будучи одетым в кожанку Чонгук выглядел массивно, мышцы выделялись через материал, заставляя сидящих нервно сглотнуть.       Группа явно потеряла уверенность. Самый тихий нехотя пожал плечами и пробормотал: — Ладно, ладно, мы поняли… Просто шутим ведь. Джихун, сядь, — его одёрнули за рукав, вынуждая приземлиться обратно.       Второй комментатор даже начал извиняться, хотя и не слишком искренне: — Если кого-то задели, то извините. Мы не хотели. — Ещё хоть одно слово в адрес того посетителя услышу, помимо тхэквондо с радостью отработаю на вас приёмы из бокса, поняли, уроды?! , — Юнги стукнул ногой со всей силы по ножке стула. По неизвестной ему причине от правда сильно разозлился из-за этих оскорблений и готов был всем им начистить морды.       Чимин всё это время с удивлением наблюдал за шоу. После акта справедливости группа из четырёх парней быстро закончила свой ужин и покинула ресторанчик в бешенстве. Под аплодисменты тех самых девушек ребята подошли к столику блондина. Юнги подмигнул Чонгуку и сказал достаточно громко, чтобы услышали все: — Не обращай внимание на таких людей. Твоё спокойствие и уверенность в себе — лучший ответ на их глупость.       Чимин слегка улыбнулся и поблагодарил кивком головы, он смотрел на Мина другими глазами, приятно подмечая его смелость в неоднозначной ситуации. Прежде казалось, что он грубое хамло и циник, однако на деле это лишь маска, за которой скрывается очень честный и уверенный человек. У Чимина появилась новая эмоция, которой он пока не нашёл определения, но она явно была тёплая и положительная. — Ты в порядке? , — будто прочитав его мысли, Юнги сел напротив Пака, чтобы лучше видеть его лицо, которое сразу покрылось небольшим румянцем. — Конечно. Обычное быдло, мне не привыкать, — не без грусти ответил тот, отведя глаза в сторону. — А вы часто с таким сталкиваетесь? , — обеспокоенно спросил Чон. Он выбрал место рядом с Юнги и осторожно повесил кожанку на спинку. — Периодически. — Никогда не понимал, если люди так уверены в своей «крутизне», то почему им нужно опускать других? По-моему, настоящая уверенность — это когда ты можешь быть собой, не задевая окружающих, — Чонгук говорил от всего сердца. — Потому что они сами несчастны. Может быть, они боятся чего-то в себе или просто завидуют тому, кто свободнее их. Но это не его проблема. Главное — кто он сам и как он относится к людям, — Юнги обращался к младшему, отвечая на его слова. Краем глаза он заметил, что блондин старается переключиться. — Не берите в голову, — Чимин тяжело вздохнул и расправил плечи, натягивая дежурную улыбку, — кому соджу? Или мы будем разговаривать только об этих недоносках? — Хён, я пить не буду, сами знаете, что случится, — Кролик торопливо отказался от предложения выпить. — Как хочешь, я ещё курочки захвачу, — Юнги не стал церемониться и сразу лично пошёл к хозяйке за бутылками для двоих и едой. Не надо быть гением, чтобы понять, когда двум людям необходимо поговорить. Он решил дать им такую возможность.       Чимин ещё раз оценил невиданную доселе тактичность Юнги и воспользовался этим, чтобы спросить у Чонгука, почему они приехали аж из Сувона в будний день вечером. Всё не так просто, он чуял это пятой точкой. — Перейду сразу к делу, — он начал разговор первым, его голос звучал спокойно, — какова цель сегодняшней встречи? Ты явно что-то хочешь узнать.       Чонгук не ожидал прямого нападения. И хотя у него обычно хватало смелости на любые темы, сейчас он вдруг как-то неловко сжался и не мог смотреть старшему в глаза. — Я не кусаюсь, — мягко сказал Чимин, поправляя выбивающиеся пряди волос, — но я не идиот, ты нарочно попросил Юнги. Теперь я хочу знать, зачем тебе это. — Я так рад, что вы согласились встретиться… Понимаете, я просто не мог больше молчать об этом. Вы с Тэхёном спасли мне жизнь той ночью. Если бы не вы… — он замолчал, опуская глаза на стол, словно переживая заново тот момент.       Пак слегка кивнул, хотя его лицо оставалось непроницаемым и сосредоточенным. — Да. Это было довольно сумасшедшее происшествие. Но я не сделал ничего особенного. Мы оказались в нужном месте в нужное время. И отчего-то я уверен, что Тэхён рассказывал тебе почему.       Проницательность блондина зацепила Кролика. Он задумался, откинувшись на спинку стула. Взгляд устремился куда-то вдаль, вспоминая детали того вечера, когда Ким сказал ему «правду». Это всё ещё звучало нелепо. — Да, — отрешённо ответил младший, — так и есть. Тэхён рассказал мне о своих видениях. — И ты, конечно же, ему не поверил? , — с ухмылкой Чимин наклонился поближе вперёд, изучая лицо Чонгука. — А вы бы поверили в такое? В реальной жизни люди не обладают суперспособностями. Я слишком привык жить фактами и логикой, чтобы принять всё без доказательств. — Был совершенно обычный вечер, — Чимин погрузился в ту самую среду, — мы закончили работу и созвонились, чтобы поболтать. Тэхёну внезапно стало плохо, он бормотал какую-то хрень про вспышки, странных людей и картинки в его голове, а потом я услышал, как он упал и начал задыхаться. Ты не представляешь, что я почувствовал тогда. Так что я нарушил несколько правил дорожного движения, чтобы примчаться к нему. И знаешь что? Он стоял весь взъерошенный на трясущихся тонких ножках, выглядывающих из длинного пальто, со слезами на глазах и явной панической атакой. Никогда его таким не видел.       У Чона тут же проявился интерес, пока Чимин описывал события прошлого декабря. По сути, он не знал подробностей, только общую картину. Но хотел знать больше. Хотел знать всё. — А потом он на полном серьёзе пытался убедить меня в том, что видит вещие сны, будущее, тебя и твою жизнь. Эпизодически, конечно же, не прям всю. Он пугал до чёртиков и отказывался обращаться к психиатру. Сначала были рандомные видения, но чем больше проходило времени, тем чаще его посещали эти приколы. Он завёл толстый дневник, в который записывал всё, что видел. И ещё он вёл личное расследование в попытках узнать существуешь ты или нет. Поверь, мы с ним оба думали, что он сошёл с ума. Я держал руку на пульсе, наблюдая за его наркоманскими приходами. К сожалению или к счастью, но имеющейся информации было недостаточно, чтобы определить, кто ты, откуда и где живёшь, не говоря о том, как тебя зовут. И это самое смешное, потому что жизнь, оказывается, не раз сталкивала нас с тобой, но по отдельности. Впрочем, именно я в итоге стал тем, кто свёл вас вместе. Что ещё ты хочешь узнать?       Чонгук всегда считал себя практичным человеком, который верит только в то, что можно потрогать или измерить. Но вся эта история заставила его задуматься, что мир не так прост. — Ладно, допустим, это не совпадение, — медленно и тактично произнес Кролик, глядя на блондина, — но почему именно я? Почему он видит мою жизнь? , — его голос звучал осторожно. — Мы не знаем. — И вы хотите, чтобы меня это устроило? — Нет. Уверен, любой был бы напуган. Ты поэтому не хотел, чтобы Тэхён приехал сегодня? — Да, вы правы. У нас состоялся разговор по душам недавно. Как раз тогда, когда он мне признался. И я всё ещё не готов встретиться с ним. Сначала я хотел обсудить с вами… — Можно ли ему доверять? , — Чимин легко подхватил настроение младшего. Его опасения имели смысл, но Пак намеревался подтолкнуть их к мирному общению без сожалений и страхов. Даже если во вред себе. — Да, — в глазах Чонгука читалась смесь тревоги и любопытства, — что вы можете мне о нём рассказать? — О, так ты хочешь результаты его теста MBTI или типа того? , — озорно засмеялся блондин, но остановился, когда увидел, что сарказм сработал не как шутка, — эм, что ж, хорошо. Полное имя Ким Тэхён. Родился 30 декабря 1994 года, на данный момент ему 27 лет. Знак зодиака козерог, знак восточного гороскопа собака. Рост 179 сантиметров. Насколько я помню, группа крови АВ. И всё же скажу, что он ISFP, внутренне чувствительный, спокойный, ориентированный на эстетику и гармонию. Что ещё… Родился в Тэгу, любимый цвет фиолетовый. Его любимое место отдыха — горы. Хорошо относится ко всем животным, но в особенности любит собак. Будучи в школе он играл на саксофоне и гитаре, но её он бросил давно. Увлекается фотографией и часто делится своими работами в Instagram. У него отличное чувство композиции и внимания к деталям. С радостью рубится в игры и в тайне обожает танцевать, но в этом он тебе, конечно же, не признается. Интересуется модой, кино и актерским мастерством. Но работает в издательстве руководителем отдела предпечатной подготовки. Я всегда говорил ему бросить и пойти за своей мечтой, тем более его не раз приглашали в индустрию развлечений. Упрямый баран, консервативный сноб, зануда, скрупулёзный педант, но при этом очень открытый, искренний, добрый, честный человек, на него всегда можно положиться, и он никогда не врёт. Поэтому я прошу тебя дать ему шанс.       Чонгуку понадобилось некоторое время, чтобы переварить всю услышанную информацию. Он даже не подозревал, что за внешне холодным человеком может скрываться такая тёплая и необычная личность. Кролик невольно начал задумываться: возможно, он поспешил с выводами, и первоначальное мнение было ошибочным.       Иногда, чтобы понять другого человека, нужно узнать его историю и факты биографии. Внутри бушевал конфликт логики и интуиции. И последняя подсказывала ему, что хотя бы раз в жизни нужно позволить себе поступить по ощущению, а не факту. Он задумчиво таранил языком щёку изнутри, уставившись в стол. Чимин рискнул сказать кое-что ещё. — Когда он увидел твою смерть, им овладел такой ужас… Он мгновенно побелел, кричал в зеркало, что есть мочи. Он полностью потерял контроль и разум. Я серьёзно думал, что человека сейчас хватит инфаркт. Это был не просто возглас удивления — это был истошный, животный крик, вырывающийся из самых глубин его существа. Звук эхом разносился там, где мы были, усиливая общее ощущение паники. Когда я подбежал к нему, он схватил телефон и пытался искать по описаниям из видения место. Он даже не знал, какой это город в Корее, но он орал об упущенном времени, о том, что это произойдёт сегодня. И если честно, я сам обосрался. Я чудом понял, что это Сувон. Мы помчались туда и искали этот переулок, оставалось всего ничего. У него так сильно дрожали руки от нервов. И всё из-за тебя. Он переживал из-за тебя. Он так сильно хотел спасти твою жизнь, успеть, не допустить… И самое смешное, что он не ждал взамен абсолютно ничего. Он готов был подставиться под удар. Представь теперь, что он чувствовал.       Длительная пауза и тишина воцарились между двумя парнями. Чонгук от перенапряжения закусывал ладонь и смотрел так пронзительно и взволнованно, что Чимин хотел протянуть к нему руку и успокоить его. Но не сделал этого. Пусть смирится со всем самостоятельно. — Поставь себя на его место, — продолжил он, — он не взял с тебя ни копейки в качестве компенсации, он не заставлял тебя быть ему благодарным, и наконец не принуждал впустить в свою жизнь. Всё, чего он хотел, просто спасти тебя и знать, что ты реален. Если честно, Тэхён мне рассказал, что между вами произошло пару дней назад. И я буду херовым другом, если не скажу тебе честно: он разбит. Ты его практически уничтожил. Не давай человеку надежду, если не хочешь давать шанс. Он звонил мне весь в расстроенных чувствах, описывая, как ты угрожал ему после его признания. Кстати, оно далось ему нелегко. Он сказал, что его даже подташнивало. Тебе его не жаль?       Чонгуку внезапно стало не по себе. Весь рассказ оставил в его душе неизгладимое впечатление. Всё перевернулось с ног на голову. Теперь он чувствовал стыд перед собой, перед Чимином и перед человеком, который спас ему жизнь. Для Чона ситуация кажется сложнее, чем её воспринимают окружающие. Частично он боялся быть обязан кому-то и думал, что его личные границы нарушают.       Его задело, что его действия интерпретировали как холодные и бесчувственные, хотя он всего лишь хотел сохранить дистанцию и пройти 5 стадий отрицания. Чонгук отталкивает своего спасителя не только из недоверчивости, но и из-за того, что боится зависимости, обязательств или эмоциональной близости. Это чувство усилилось, когда Чимин практически прямо назвал его бессердечным.       Мысли о том, что он совершил ошибку, заставили его нервничать. Чонгук начал задумываться: «А что, если он прав? Что, если я действительно плохо поступаю? Может быть, я слишком грубо обошёлся с Тэхёном? Может быть, он действительно ничего не требует взамен?» — Как же мне теперь исправить это? , — тихо спросил Чон, больше обращаясь не к Чимину, а к самому себе.       Чувство вины постепенно начало побеждать страх. Чонгук понял, что его поведение было не совсем правильным. — Я должен найти способ. Вы правы, я не могу продолжать игнорировать Тэхёна, ведь он сделал для меня так много. Если честно, часть меня всё ещё начеку. В глубине души остаётся вот эта вот осторожность, опасливость. Но после всех ваших слов я теперь начал бояться, что мои попытки будут встречены холодно, или что я снова сделаю что-то не так и раню Тэхёна. — Из того, что я знаю о тебе по рассказам из снов Ви, ты не любишь и не доверяешь людям с самого начала. Я не удивлён, что в данной ситуации случилось то, что случилось. Не надо так себя корить. Успокойся.       Чимин понимал, что поведение Кролика было обусловлено личными травмами и недостатком опыта в выражении благодарности. Он чётко проанализировал поведение и слова Чонгука и сделал вывод, что ситуация оказалась крайне болезненной для него, потому что она затрагивает его личные страхи, ценности и чувство собственного достоинства.       Возможно, Чимин перегнул с обвинениями, однако именно эта боль может стать толчком к личностному росту и более глубокому пониманию человеческих связей. — Я могу поведать тебе одну тайну, которая прямо сейчас может тебе помочь, — коварно улыбнулся Пак, — но ты должен обещать мне, что больше не будешь пренебрегать чувствами Тэхёна и не обидишь его.       Глаза Чонгука словно просияли. Он затаил дыхание и активно закивал головой, ожидая, что ему скажет Чимин. — Тэхён остался в Сувоне в поисках ответов. Он в мотеле и, между прочим, рискует своей работой, потому что его уже все потеряли. Да, он может работать с ноутбука, но не на постоянном дистанте. Лично я бы хотел, чтобы он вернулся домой к своей нормальной жизни. Он сказал, что хочет побыть там ещё пару дней. Ты же понимаешь, о чём я? — Да! , — Чонгук сразу же понял намёк и резко вскочил с места. Его сердце бешено колотилось.       Тем временем Юнги посчитал, что уже дал достаточно минут для личного разговора ребят, поэтому взял наконец поднос с разной едой, соджу и тремя рюмками. Внезапно младший подлетел со стула и начал одеваться. — А вот и я! , — воскликнул Мин, — панчханы, соджу, токпокки, курочка. Мелкий, а ты куда собрался?!       В воздухе витал аромат кимчи и жареных ножек, но напряжение за столиком явно выбивалось из общей атмосферы. Юнги не слышал, о чём был разговор, но подозревал, что о Тэхёне. Уж слишком подозрительно Чонгук бегал глазками, стесняясь посмотреть на блондинчика. — Мы только пришли, ты чего? — Мне срочно нужно уехать. Дома кое-что случилось, — Гук так ускоренно одевался и поправлял шнуровку ботинок, что Мин опешил. — Ты хочешь, чтобы я остался с ним наедине? Нафиг мы вообще тогда приехали?! , — не менее удивлённым тоном на повышенной ноте спросил он. — Прости, я потом тебе всё объясню. Мне нужно бежать!       Чимин и Юнги наблюдали за торопящимся маленьким энерджайзером, безмолвно переглядываясь друг с другом. — Эй, что происходит? , — в непонимании Мин занял своё место, приступая к еде. — Не знаю. Ему пришла смс-ка, и он подорвался как ужаленный. Мы не успели договорить, — Чимин изображал трагичность ситуации, хотя на самом деле наслаждался собой. — Я видел, что вы много общались без меня, не посвятишь? — Ничего такого. Об учёбе и армии. Мне было интересно услышать про его планы на будущее. — Тоже не в курсе, — Юнги залпом опрокинул стопку рисовой водки, подталкивая другую налитую рюмку Чимину. Тот с радостью тоже выпил свою. — Надеюсь, это будет подальше от Джина. — Почему ты вдруг вспомнил про него? , — растерянно спросил Мин, нахмурившись. — Да как-то само собой в голову пришло, бесит этот придурок, — просто ответил тот, откусывая огромный кусок курицы в панировке. — Ублюдка должны были посадить в тюрьму. Мне жаль, что богатый братец его отмазал. — Мне тоже. Но давай лучше поговорим о тебе, — Чимин с нетерпением ждал хоть какой-то информации об этом необычном странном парне напротив себя. — Нечего рассказывать. — Почему? — Тебе не нужно знать. — Ух, какой же ты колючий! Будь немного добрее, мягче, что ли, — Чимин выпил следующую рюмку, не уступая Юнги. — Ты что-то говорил про HYBE. Ещё в силе? — Посмотрите, как мы заговорили, — протянул Пак, — вредному котяре что-то нужно. Нет уж, давай честный обмен. Ты мне ответы на 5 вопросов, а я уже тебе экскурсию.       Сделка не казалась такой уж невыполнимой, однако Юнги не хотелось открываться незнакомцу, который постоянно выводит его из себя. — Ладно, но я сам выберу отвечать ли на заданный вопрос.       Чимин подвинул к себе поближе панчханы и токпокки, с огромным удовольствием начиная есть. Он уплетал за обе щеки, не обращая внимание на странный взгляд Юнги. — А ты много ешь, — подметил Мин, слегка наклонив голову. Было что-то очаровательное в блондине, пока он так набивал рот. — Если я не буду есть, я не смогу работать. А работа моя очень тяжёлая, — токпокки почти закончились, и хотя они были острыми и сырными, блондин явно не собирался ими делиться ни с кем, — кроме того, терпеть не могу холодную еду. — Хм, а я как раз равнодушен к горячей, — Юнги задумчиво коснулся мочки уха, в которой висела серьга. — Не удивлён. — Почему? — Мы с тобой как две противоположности. Я начал замечать это ещё при первой встрече. Иногда ты даже бесишь меня, — честно признался Пак.       Юнги фыркнул, неосознанно мысленно возвращаясь к их недолгим пересечениям. Это и правда было забавным совпадением. — Мой первый вопрос довольно простой. Какова причина твоего грубого характера? , — Чимин вытер уголки рта салфеткой и налил обоим ещё по стопке, выжидающе смотря на «кота». — Ты сейчас не шутишь? , — устало спросил Мин, — буквально идиотский вопрос. — Обычный. Жду ответ. — Жизнь так сложилась. — Это не ответ. — Я должен рассказать всё в подробностях? Тебе? — Ты видишь здесь кого-то ещё? Хотя уверен, что Чонгук в курсе, — Чимин медленно провёл подушечкой большого пальца по влажному ободку стопки, чувствуя, как поднимается уже привычное сладковатое раздражение. — Жизнь так сложилась, — повторил Юнги и чуть подался вперёд, взгляд стал тяжёлым, цепким, — не самым благоприятным образом. Не повезло с людьми вокруг. С семьёй тоже. Я сам по себе. И выживаю, как могу. — Отталкивая людей? Знаешь, это не выход. — А прятаться от самого себя выход, что ли? , — Юнги неодобрительно цокнул языком. Его пронзительный взгляд быстро пробежался по Чимину. — Да что ты… — Вижу тебя насквозь. Твой друг вообще знает о том, что ты в него влюблён?       Сердце Чимина будто замерло на целую вечность. Он не мог сделать ни вдоха, ни выдоха, а жар прилил к щекам так же неожиданно, как слова Мина. Кадык нервно дёрнулся, подтверждая сказанное. Стоило огромных усилий пытаться оставаться спокойным. Он наклонился ещё чуть ближе. Воздух между парнями стал гуще, пахнущим алкоголем, деревом и тем самым нервным электричеством, которое возникает, когда двое знают друг друга достаточно хорошо, чтобы просто проиграть. — Если скажу «да», от этого что-то изменится? , — Пак быстрым движением налил себе стопку и одним разом проглотил обжигающий после острого напиток, скрывая волнение. — Значит знает. Что ж, интересно.       «Попался». Юнги исподлобья покосился на погрустневшего блондина, отмечая его исключительную природную обаятельность. Ему было немного не понятно, почему такой парень растрачивает себя и свою жизнь на одностороннюю любовь. Но разговор не закончился. Он просто перешёл в другую фазу, где слова стали оружием, а молчание — полем битвы. И оба знали: сегодня никто не уступит. Но именно это и делало вечер таким живым. — Не стоит издеваться над чужими чувствами, — Пак быстро надел привычную маску. — Я всего лишь задал вопрос. — Вопросы должен был задавать я, — блондин до боли прикусил нижнюю губу, не подозревая, как его ранимость сейчас смешалась с дерзкой сексуальностью. — Просто не лезь в мою личную жизнь, это всё, о чём я прошу, окей? , — осознав, что перешёл черту, музыкант немного смягчился и взял курочку, демонстративно протянув её почти в упор к ярко-розовым и подпухшим от специй губам блондина.       Тот слегка смутился, а соджу добавило румянца щекам. Не желая проигрывать дальше, смотря Юнги прямо в глаза, Чимин медленно открыл рот и откусил кусочек. Не прерывая зрительного контакта, он тщательно жевал и проглотил еду.       Дразнить «кота» казалось уже чем-то собой разумеющимся. Внутри Чимина зашевелилось острое, почти опасное удовлетворение. «Ещё немного, надо давить, пока он не сдастся». И Мин действительно пропустил вздох. Чимин почти рассмеялся про себя. «Юнги всегда считал очевидным только то, что укладывалось в его схему. Хочешь схему? Давай подыграю». — Твоя группа крови? , — вопрос был простейшим, базовым. Самое оно для фундамента. — Первая. — Любимый композитор? , — Пак опёрся на внутреннюю сторону ладони. Музыкальные предпочтения многое говорят о человеке в целом, как и об его интеллекте. Стоило проверить. — Фридерик Францишек Шопен из классиков. Ханс Циммер, Людовико Мария Энрико Эйнауди и Рюичи Сакамото из ныне живущих. — MBTI? — ISTP. — Ха, так и знал, что здесь что-то не чисто! , — взбудоражено воскликнул Чимин, — вот что за спокойное логическое мышление, не поддаваясь эмоциям. Я думал, ты обычный холодный отстраненный кудэрэ. А оказывается, ты просто ведёшь себя сдержанно, но в глубине души прячешь искренние чувства. — Мы на сеансе психотерапии, Господин Пак? , — однотонный голос Юнги был на грани сарказма, но парню стало любопытно, как далеко блондин зайдёт со своим анализом его личности. — Я правда считаю, что иметь страсть только к тому, что действительно любишь, не так уж и плохо. Ценить эффективность, предпочитая действия словам, но при необходимости давать чёткие советы. Прямолинейность и свой собственный набор принципов. Необязательно всегда быть в оборонительной позиции, я не желаю тебе зла. — Чужая душа — потёмки. Зачем тебе узнавать меня или копаться в тонкостях характера? — У тебя нет друзей.       Чимин решил давить до конца, чтобы прощупать, в каком месте подобная ледяная фигура может дать трещину. Но он и правда не собирался никого обманывать или врать в лицо. — Меня всё устраивает, — ровный голос даже не дрогнул. Ни малейшего намёка на слабину. — Хорошо, тогда я буду твоим другом. Давай попробуем наладить отношения.       Пак сам не понял, зачем произнёс эту фразу, но когда воздух во рту сомкнулся на последней букве, было уже поздно. Изначально ему нужен был крючок: мягкий, незаметный, чтобы зацепиться за ту самую щель в броне Юнги, которую тот тщательно прятал за херовым характером. Подразнить. Посмотреть, как он дёрнется. Прощупать, где у него заканчивается терпение и начинается уязвимость. Не ради издевательства, а потому что может. И что теперь? Слово не воробей, вылетит — не поймаешь. — Зачем тебе это? , — повторил Юнги, словно читал его мысли.       «Попадание». Внутри кольнуло холодное, азартное удовлетворение. Это сработало. Слишком хорошо. Чимин наклонил голову, позволяя улыбке коснуться губ, но не глаз. Добавил в голос ровно столько лёгкости, сколько требовалось, чтобы фраза звучала не как признание. — Ты самый необычный человек из всех, кого я встречал. Первоначальный интерес сменился искренним желанием пообщаться.       Юнги сразу вспомнил слова Чонгука в тот самый день, когда они познакомились. Никто и никогда так непринужденно с ним не разговаривал. С Чимином было схожее ощущение, но всё равно другое. Будто если сейчас решить открыть своё сердце для этого человека, изменится вся жизнь. Надёжная стабильная рутина была на грани краха.       Чимин поймал себя на том, что уже не просто просчитывает реакцию — он ждёт. Ждёт, пока Мин вздохнёт. Пока кивнёт. Пока скажет хоть что-то, что закроет эту зияющую дистанцию. «Подобраться ближе. Это не было частью плана изначально». Или было? Он сам перестал различать, где заканчивается игра и начинается то самое, от чего хотелось одновременно отстраниться и шагнуть навстречу. — Доедай быстрее, пожалуйста, уже пол десятого. Я ответил на кучу твоих вопросов, а теперь жду, что ты сдержишь обещание. — Ого, ты умеешь быть вежливым? , — звонко засмеялся Чимин, дожёвывая последний кусок курицы и кимчи.       И всё же внутри шевельнулось странное, тёплое предвкушение. Не от победы. От возможности. Пак снова поднял глаза. Юнги всё ещё смотрел на него. В этом взгляде не было ни насмешки, ни отстранённости. Только ожидание, в котором Чимин вдруг ясно осознал: он больше не хочет просто прощупывать почву. Он хочет остаться. Из интереса. — Заткнись и поторапливайся, — Юнги отвёл глаза, поспешно вставая со стула. Он не собирался заострять внимание на каждом подколе. И прекрасно просёк игру Чимина.       Они вышли на улицу, провожаемые взглядами всё тех же девиц, явно расстроенных их уходом. Освежающий воздух оказался прохладным, чуть влажным, с тем особенным вечерним привкусом, когда асфальт ещё не высох, но тучи уже ушли, оставив лишь сырость на коже. Фонари давно зажглись, их янтарный свет расплывался в мелких лужицах, ломаясь на дрожащие золотистые блики. Тротуар почти пуст: лишь пара прохожих мелькнула под козырьком соседнего ресторанчика. Где-то за поворотом тихо проехал одинокий автомобиль.       И только тогда Чимин вспомнил безумно важный момент. Он пил соджу, ему нельзя за руль. Это было бы максимально безответственно. А машину здесь оставлять он не собирался, ведь камер здесь нет, а шумные придурки или алкоголики могут запросто её повредить. Слегка нахмурившись и игнорируя скучающего Юнги, Чимин взял телефон в руки. В голову пришла весёлая идея, идеальная для сближения. — М, у меня есть предложение. Но не спеши отказываться сразу. Подумай хотя бы немного. — Я больше не хочу выпивать сегодня, никаких вторых кругов, — категорично запротестовал Юнги. — Нет, ты не понял. Видишь белый Porsche? Я вызову «пьяного водителя», чтобы он отвёз нас ко мне домой. Переночуй там, а утром пойдёшь со мной вместе в HYBE. Сейчас никто не выпишет тебе гостевой пропуск, да и здание пустует. А завтра возможно ты даже кого-то встретишь.       Юнги чувствовал себя некомфортно на чужой территории и тем более в чужой квартире. Были некоторые сомнения, связанные с неудобствами. Но побольше поразмыслив, парень решил, что необязательно так сильно всё усложнять. А Чимин следил за каждым микро-движением: как сузились зрачки, как пальцы Мина на долю секунды сжались в кулак, но потом расслабились. — Ладно. Только обойдемся без супер-гостеприимства, — темноволосый парень громко цокнул языком. — Ого, я думал, что тебя придётся уговаривать.       Вздох был глубоким и тяжёлым, на грани сожаления. Но ответ простым. — Так что? , — Юнги спросил тихо, почти без вызова, — берёшь под опеку одиночку?       Чимин мысленно отмерял следующие шаги. Не для атаки. Для приближения. Сердцебиение вновь ускорилось, отзываясь в ушах. — Вызывай уже. Хочу в душ и спать. Устал сильно. И чур я сплю на кровати, — Мин присел на одно колено, чтобы поправить конверсы. — А где тогда буду спать я? , — драматично спросил блондин. — На диване. На полу. Где угодно, но кровать моя. — Кажется, я поторопился, ты точно кудэрэ, — фыркнул Чимин, делая заказ. К счастью, нужного человека приложение нашло очень быстро и поблизости.       Город вокруг будто затаился, уступив им этот тихий, пропитанный сыростью мир между фонарными столбами, где даже тишина звучала по-особенному. Оба парня сели на заднее сиденье в тишине. Пальцы блондина стали прохладнее внутри карманов, а запах мокрого асфальта смешался с остатками парфюма.       Чимин хотел ещё немного позабавиться и на очередном повороте изобразил, что нечаянно заваливается на Юнги. После четвертого такого раза Мин закипел. — Ещё раз так сделаешь, до утра не доживешь. — Не дёргайся, я просто утомился и выпил. Побудь немного моей подушкой. — Ни за что. — Мы быстро приедем, не упрямься.       Не дожидаясь его ответа, Чимин удобненько расположился на правом плече Юнги, полностью игнорируя его протесты. Парни сидели настолько плотно друг к другу, что тепло ощущалось сквозь одежду. Но это никого не смущало. Колени разделяло всего пару сантиметров, и каждая неровность дороги заставляла ткань верхней одежды шуршать, а тела невольно подаваться навстречу или резко отстраняться.       Ни один не сделал первый шаг. Ни один не отвёл взгляд надолго, хотя смотреть друг на друга в полумраке салона было почти невыносимо. Буквально через минуту музыкант отвернулся, немного стиснув зубы. Его сердце ускорило темп от раздражения и какого-то нового чувства. А блондин довольно улыбался и наслаждался такой атмосферой.       Город жил своей жизнью, но внутри машины время будто замедлилось. И виной тому был не алкоголь, а что-то, чего оба парня ещё не осознавали. Низкий гул мотора Porsche лишь подчёркивал молчание. Иногда один из них менял позу, и от этого движения пахло чем-то тревожно знакомым. Второй замирал. Дыхание становилось чуть громче. Взгляды встречались в тёмном отражении стекла и тут же разбегались.       Напряжение не кричало. Оно тянулось, как тонкая струна, натянутая до предела. Но пока они только ехали, позволяя ночному Сеулу мелькать за окном, а тишине между ними говорить громче любых признаний.