Будни на вынос.

Жил себе Российская Империя, поживал, да добра наживал, всë как в сказке и против такой, может и трудной жизни в вечном занятии хозяйством, он не имел ничего против. Но недолго он радовался. Снег на голову свалился в жаркий июньский день – Австрийская Империя. Удивлëнно и недовольно уставившись на австрийца на пороге своего скромного дворца экс-царь ждал объяснений. Он то думал, что единственный, кому повезло вновь воскреснуть. Но император перед ним только глупо улыбался в ответ, да чуть покачивался с пяток на цыпочки. Так они стояли около пяти минут. Русик тяжело вздыхает и прикрывает ладонью лицо, чуть опустив голову. Что-то недовольно бурчит себе под нос на русском и спустя пару секунд отнимает руку от лица, возвращая взгляд на собрата, заговорив уже на общем: – и чем я обязан такой важной персоне на пороге своего дома? – и тебе не хворать, Российская Империя. Меня так, знаешь, ветерком с того света занесло 🥰 – разве ты не должен быть в Вене? 🤨 – как-то не вежливо с твоей стороны разговаривать с гостем на пороге. Впустил бы в дом, чаем напоил, а там и поговорим!) И заулыбался, да ак хитренько ещё, глазки заблестели. "Экий чëрт, точно что-то задумал" – только и подумал Пëтр, но в дом пропустил. И чаем тоже напоил, с вишнëвыми пирожками, только только приготовленными. Австрийская Империя выпечку оценил: расплылся в довольной улыбке, да зенки прикрыл. Российская Империя не сдержал своего смешка, но напомнил условие, по которому пустил его в свой дом: – так, чем в итоге обязан твоему визиту? Австрийская Империя тут же открыл глаза, внимательно смотря на русского. Отложил недоеденный кусочек и положил руки на стол, скрестив их в пальцах, не сводя взгляда с бывшего царя. Создавалось впечатление, словно это он тут хозяин. – нууу... Я, конечно, был рад познакомиться с внучкой и внуком, но, понимаешь, скучновато, не всегда понимаем друг друга, а тут оказалось, что я не единственный воскресший... Вот и решил проведать старого товарища, заодно поможешь освоиться в этом веке 🥰 – и они тебя отпустили? – не сильно хотели, но я оставил им записку и, вот, у тебя сейчас. Сплошным мучением было добраться сюда! Но ни о чëм не жалею, у тебя тут целая усадьба, природа вокруг, красота! Да и «дом» большой у тебя, не потесню, а вместе веселей! – да на кой чëрт ты мне сдался-то? И без тебя дел полно. Но, выбора Австрия не дал и Российской Империи. А русский что? Ну не прогнать же старого доброго приятеля? Австриец сам, скорее, сбежит от него спустя пару дней. РИ не лучший сожитель. Только и вздохнул тяжко, вновь накрыв лицо ладонью. – ой, да не расстраивайся ты! У меня руки откуда надо растут, буду помогать тебе, если надо! – ага. А карету не ты ли мне, помнится, доломал, в попытке починить? – ой, нашëл что вспомнить. Мне вот что интересно: почему ты здесь один? – а должен быть ещё с кем-то? – твой брат, например?.. – я не видел его с 1918 года. – неужели он не воскрес вместе с тобой? – искренне недоумевал император. – как видишь. На пару мгновений Австрийская Империя притих, но затем обеспокоенно поинтересовался: – разве тебе не тяжело одному?.. – мне так даже комфортнее. Да и нет места одиночеству, когда с утра до вечера чем-то, да занят. Собственно, ты мне ещë одну задачу подкинул – выделить тебе комнату и прибраться в ней. – могу помочь! Российская Империя посмотрел на воплощение перед собой как-то скептически, не разделяя его воодушевления. Но, спустя мгновение, растянул губы в лукавой улыбке. – есть у меня для тебя одно дельце. Только пошли переоденем тебя для начала. Ничего не подозревающий австриец кивнул и вскоре уже стоял перед зеркалом в каком-то старом, поношенном полу-комбинезоне и лëгкой белой футболке под ним. Не то чтобы он был доволен, его лицо говорило само за себе о том, как ему противен данный наряд, но русскому только в смех наблюдать за сконфуженным австрийцом. Последний, наконец, оборачивается на него, аккуратно поинтересовавшись: – а у тебя вообще нет чего-то по новее?.. – что есть, то есть, уж извини. Или не гоже Вашему Очарованию носить что-то настолько простое?) Австрийская Империя широко распахнул глаза в возмущении, да надулся обиженно, парируя: – а ты, я погляжу, обеднел настолько, что можешь позволить себе только вот такие... Ошмëтки. – ошмëтки!? Ты что же это, не знаешь что ныне такое в моде? – .. В моде? Австриец с подозрением и непониманием чуть свëл брови к переносице, да повернулся обратно к зеркалу, вновь осматривая предоставленный «наряд». Ну... Может и не настолько он дурен, как показалось сначала. Русик же с невозмутимым видом подходит и кладëт ладонь на его плечо, тоже посмотрев в отражение. Да с некоторым удивлением ответил: – не уж то ты думал, что я, своему старому доброму товарищу, предложу какие-то «ошмëтки»? Так вот какого ты обо мне мнения... И огорчëнно вздыхает, тут же убрав руку с чужого плеча, отойдя в сторону и отвернувшись. Австрия всполошился и спешно ответил: – да нет, что ты! Я ж не знал что сейчас такое в моде! Тааак.. О каком там деле ты говорил? Российская Империя тут же оборачивается обратно и с лëгкой улыбкой отвечает: – мне нравится твой настрой! Надеюсь с тем же энтузиазмом ты быстренько уберëшь и навоз со скотного двора! – ... Что? И пока австриец не успел понять, на что подписался, Русик спешно увëл его в место работы. Дал в руки лопату, пояснил куда выкидывать навоз и ушëл во дворец обустраивать комнату, теперешне, сожителю. Австрийская Империя только глазками растерянно похлопал. А когда оглянулся возразить – русского и след простыл. Ну, деваться некуда. Сам же вызвался помочь и сам же уже пожалел об этом. Солнце беспощадно жарило и то ли голова от перегрева кружилась, то ли от запаха навоза, который в купе ещё и вызывал тошноту. Но, спустя часик-два, закончил, устало смотря на тëмную кучу. Чтоб он ещё раз вызвался помочь. За спиной кто-то фыркнул. Австрия оборачивается, сталкивается нос к носу с большим серым конëм и от неожиданности тут же оступается назад, да подскальзывается и падает прямиком в навозную кучу... Слышится заливистый смех, не трудно догадаться кого. Австрийская Империя взвыл, громко то ли ругаясь, то ли проклиная русского, вызывая у последнего лишь больший смех, вон, аш упал. Наконец, австриец выбирается и поднимается, бросив сначала недовольной взгляд на ни в чëм невиновного любопытного коня, а затем на смеющего экс-царя. Но, ничего не сказав, вскинув голову, гордо уходит в сторону дворца. Так и прошëл первый день русского с новым сожителем. Оказалось, что АИ даже толком не знал как пользоваться современной ванной, но промолчал об этом, потому, вся ванная комната позднее оказалась залита водой, да и из самой ванной пришедший в дом следом за товарищем Российская Империя, слышал не то испуганные, не то болезненные вскрики. Но вопреки всему вмешиваться не стал. Авось утопнет и уже минус одна головная боль русского. Но нет, спустя час австриец, ещё более недовольный чем до этого, вышел. Только и спросил, где его комната, да и ушëл туда, заперевшись там же до самого ужина. Да и за ужином молчал. Монарх только усмехнулся с его бойкота, но разговорить не пытался. Пусть подуется, неудавшийся Геракл, впереди у него ещё одиннадцать подвигов и несметное количество издëвок со стороны царя.