Сандзару

Что-то поменялось. Всё было то же: и монстры, и лекции, и грач, сидящий у окошка. Но появилось смутное, совершенно новое, нехорошее чувство. Диана вспоминала слова Томаса: "Монстры тупые, но скоро поймут, что визжащая девчонка не из их лагеря". Она стала тише, как-то даже ниже, уменьшилась и приклеилась к полу. То ли ей мерещилось, то ли монстры действительно начали смотреть на неё с новым выражением голода. И когда они чавкали, когда булькали, когда смеялись, как полумёртвые чайки, ей становилось жутко, и потела спина. На перемене Диана подошла к Роберту. Его взгляд был привычно пристальным, лезущим под кожу, но теперь от него создавалось немного иное, странное, неприятное чувство. Будто сквозь его глазные яблоки на неё смотрел разом единый мертворождённый организм. — Роберт, ты знаешь, в каком классе учится Томас Эррера Санчес? — Диана автоматически прикрыла ладонью шею, словно красная ткань могла быть для них сигналом, чтобы впиться в плоть. — Томас Эррера Санчес? — Роберт отвёл взгляд, изображая раздумья. — Такого нет. Диана замолкла. — Как нет? — спросила она тихо. У неё пересохло горло. — Я никогда не слышал о таком ученике. Постой, я взгляну на списки. Он куда-то ушёл. Диана стояла и кусала щёку изнутри. Когда во рту появился вкус крови, она увидела вернувшегося Роберта. — Извини, Диана, — улыбнулся он. — Томас Эррера Санчес учится в одиннадцатом естественно-научном классе. У них сейчас будет математика в четыреста пятом кабинете. Диана облегчённо выдохнула. — Спасибо, Роберт. Она побежала по лестнице на четвёртый этаж. В животе что-то сворачивалось. Почему она так нервничает? Почему ей кажется, что она может вдруг не увидеть Томаса? Превратился ли он в монстра за эту ночь, сбежал без неё, умер, отрезал себе пальцы на ногах? Или он будет обыденно сидеть в классе, точно такой же недовольный, в чёрном капюшоне? Диана дошла до двери и боязливо взглянула внутрь. Мертвецы гудели и переговаривались, все — на одно лицо, и ни единой другой головы. Сзади послышался недовольный кашель. Диана вздрогнула и обернулась: над ней стояло смуглое лицо с яркими глазами. — Томас, — выдохнула она. — Можно просто Том, — буркнул он в сторону. — Что ты тут забыла? — Тебя ищу, — фыркнула Диана. — Я тебе сказал... — Ой, как будто меня волнует, — она взяла его за рукав и потащила в угол, где было меньше всего монстров. — Что тебе от меня нужно? — Том измученно вскинул голову. — Не надейся, что я оставлю тебя! — воскликнула Диана. Сейчас она была похожа на немецкого фюрера. — Я, считай, ничего у тебя не спросила! Расскажи мне, ты ведь тоже сначала считал всех вокруг людьми? — Нет, это издевательство какое-то... — бормотал Том в воздух. — Отвечай! — Да, представь себе: приехал — все люди. Как так? Сам не представляю! — саркастично ответил он. — А потом к тебе пришёл Голос? — Давай без него... — он зажмурился и потёр переносицу. — Но пришёл же? — Пришёл, тварина. — Ты мне вчера сказал, что монстры... превратились из людей? Я правильно поняла? Том поднял несчастные глаза и вздохнул. — Ладно, ты меня не оставишь, я понял. Хорошо. Тогда послушай внимательно. Монстры выглядят безобидными, но это лишь иллюзия. В какой-то момент они поймут, что ты — человек. Изначально они на автомате записывают тебя к себе в лагерь. Вряд ли осознают свою сущность: скорее всего думают, что сами люди, а мы с тобой — монстряки. Если они вообще думать умеют. Диана молчала, переваривая. — Но вскоре они поймут: ты предатель, и тебя надо убрать. Из безобидных школьников они превратятся в настоящих демонов, в машину, у которой цель — поживиться человечиной, — Том широко разул глаза и опустил голос, угрожающе нависнув над Дианой. Та поёжилась, прислонилась к стене. — Поверь мне, я видел, как человеческую плоть прокусывают жёлтые зубы, и скоро такой "человек" становится их точной копией. Тебе не понравится это зрелище. — Зомби-апокалипсис? — прошептала Диана. — В кино это было несколько эффектнее, — фыркнул Том. — Так что, если не хочешь стать безмозглым куском мяса, — следуй своей роли. Какая она там у тебя? — Что за роль? — растерялась Диана. — А, ну да, — вздохнул он. — Новенькая же... Он молчал с минуту, будто ждал, пока Диана догадается сама. Наконец продолжил: — У всех тут есть роли. Роберт — староста, Джонси — хулиганка, и так далее. Я взял себе роль изгоя. Самая удобная, если честно. Можно школьную форму не носить, ни с кем не разговаривать, уроки прогуливать. — И зачем это нужно? — Котелок варит? — Том постучал по виску. — Чтобы не засекли, что ты человек! Нужно слиться с толпой. Выберешь себе там... Что тебе подойдёт? — он окинул её взглядом. — Тихоня, допустим. И всё, сидишь, не рыпаешься. Диана посмотрела на свои туфли. — Голос не говорил ни про какие роли... — Опять он? — рявкнул Том. — Когда ты уже прекратишь слушать его?! — У вас там что, личная неприязнь? — усмехнулась Диана. — Личная, значит? Он тебе тоже что-то про меня наговорил? — Том презрительно сощурился. Диана на секунду задумалась, размышляя, стоит ли рассказывать правду. — Сначала сказал, что ты монстр. Потом вроде признался, что соврал, но оправдался, мол: "Тебе не стоит доверять словам случайного незнакомца". Том злобно рассмеялся. — Значит, он всё такой же конченный, как и раньше, — процедил он с едкой улыбкой. — Ясное дело, ты не станешь ему верить? — Знаешь, он иногда даёт мне дельные советы. В конце концов... — Ты издеваешься?! — крикнул он, и Диана сжалась. — Что ж ты орёшь-то! — Я говорить дважды не собираюсь: он за одно с этими мразями! Он убить тебя пытается, понимаешь? Как ты хочешь его оправдать? Лучший совет, который он тебе даст — "пойди разбей бошку об стену"! У Голоса просто хорошо получается пудрить мозги бестолковым девочкам, но ты должна сегодня же отказаться от его помощи! — Ещё чего! — опешила Диана. — Даже если он опасен, я, пожалуй, узнаю это сама. Не хочу я лишаться источника информации! Том закатил глаза. — Хорошо, тогда выбор за тобой. Либо он, либо я. Диана попыталась возразить, но прозвенел звонок, и Том мгновенно убежал. Диана яростно топнула ногой и крикнула ему вслед: — Да пошёл ты! На уроке ей пришлось сидеть с премерзким осадком внутри. Мозг автоматически уже метался между Голосом и Томом, но Диана осознанно отодвигала этот выбор. Её нельзя заставить общаться с кем-то одним. Она имеет право на свободную коммуникацию, ведь так? Да и с чего Том взял, что Диана выберет его? Голос, например, никогда не ставил ей ультиматумов! Диана уронила голову на руки, и под веками заплясали чёрные круги. Совершенно не хотелось разбираться с этой ерундой... Сквозь монотонный голос препадавателя пробился стук по дереву. Диана не подняла голову. Она слышала, как профессор замолчал, как скрипнула дверь. Пару секунд было тихо. — Простите, обознался, — знакомый голос нарочито громко прочистил горло. Диана резко подняла голову, но дверь уже закрылась. Профессор продолжил лекцию. — Можно выйти? — тут же попросила она. Её светлая голова робко выглянула из класса. Рядом, прислонившись к стене и глядя куда-то в сторону, стоял Том. Диана закрыла за собой дверь. — Ну и зачем пришёл? — выдохнула она. Том пару мгновений молчал. — Наверное, я выразился слишком резко, — недовольно объявил он. — Просто мне не даёт покоя одна вещь. Скажи честно, ты, такая надоедливая и дотошная, — ты реально ему веришь? — Голосу? Том не ответил. Впрочем, в этом не было смысла. — Не совсем, — помялась Диана. — Как я могу слепо доверять неизвестному созданию из снов, которое, к тому же, мне врёт? Да, Голос странный, но... — она сделала паузу, — вроде как... безобидный? Том хмыкнул. — Я имею в виду, что я не видела в нём реальной угрозы. Что он может сделать? Просто голос в башке. Смешно даже, — она улыбнулась. — Может дать тебе очередной совет, а ты поверишь и добровольно пойдёшь в лапы к монстрам, — невесело отозвался Том. — Пусть так! Но я не собираюсь выбирать между тобой и ним! — Ладно, тогда я посчитаю, что ты выбрала его, — он вскинул подбородок. — Ну и пожалуйста! Почему ты думаешь, что вообще нужен мне? — Нужен, раз ты гонялась за мной по всей школе! — Откуда мне было знать, что ты такой вредный? — Ты... Они одновременно замолчали. Рядом стоял какой-то монстр и тупо глядел на обоих. В его пустых глазах было нечто нечеловеческое, напряжённое. Зрачки сузились до точек. Диана и Том молча переглянулись. — Ну ладно, я на урок, — сказала Диана. — Мгм, — непривычно спокойно ответил Том. — Давай, удачной лекции... Она задержалась у двери, Том прошёл мимо и прошептал ей на ухо: "Подсобка". Только прозвучали последние ноты звонка, как Диана уже оказалась в подсобке. Они с Томом удерживали тишину, не зная, с чего начать. — Ну? — Что "ну"? — Том смутился. В Диане заиграло что-то честолюбивое. — Вчера ты, мягко говоря, посылал меня куда подальше. Хочу узнать причину перемены. — Перемены и не было. Просто я подумал... — Ничего себе. Том злобно зыркнул на Диану. — ...Подумал, что ты не совсем трусливая дура, чтобы верить в бредни Голоса, и вполне логично в нём сомневаешься. Вот только я понять не могу, почему всё ещё поддерживаешь с ним общение. — Проходили уже, — вздохнула Диана. — Ты мою позицию знаешь. Том молчал. — Что же, — аккуратно начала она, — раз я не дура, теперь наконец дождусь твоей помощи? Том помялся: — Я попытаюсь помочь, чем смогу... из жалости. — Не думай, что делаешь мне одолжение. — Всё, раз решилась, хватит чесать языком, — прервал её Том. — Нам надо определиться с твоей ролью. Я предлагаю тебе тихоню: сидишь, молчишь, никому не мешаешь. Правда, с твоим характером резкая перемена может вызвать подозрения... но ничего. — Хорошо, я согласна, — кивнула Диана. — Отлично. Значит, должна одеваться скромнее и вести себя тише. Диана осунулась, потеребив свой шарф. Маленький удав наворачивал круги в животе: что-то не давало покоя. — Какая у тебя комната? — сощурилась она. — Не хочу, чтобы ты врывалась ко мне посреди ночи, — отрезал он. — Будешь искать меня в классе по расписанию. Диана стрельнула в Тома взглядом исподлобья. Она чувствовала себя мухой за стеклом: бьётся, бьётся и натыкается на одну и ту же стену из неприветливости и попытки дистанцироваться. — Договорились, — вздохнула она. В комнате Диана пыталась занять себя домашним заданием. Рука застыла над тетрадью, выводя вместо букв бессмысленные узоры. В голове стучал хор молоточков. Часто, тупо, выбивая одну и ту же ноту, они колотили по мозгам, и в висках начинало пульсировать. Ручка выпала из пальцев. Молоточки нервно заколотили, как тяжёлые капли нарастающего ливня. Диана обхватила голову руками, стараясь удержать расходящиеся половинки черепа. Гул становился невыносимым. Спать. Она погасила свет, нырнула под одеяло, сомкнула веки и выровняла дыхание. Она ждала Голоса. Не то чтобы желала услышать — лишь дожидалась неизбежного. В горле почему-то ходил ходуном маятник: она не знала, захочет ли Голос вообще говорить с ней, не поставит ли тот же ультиматум, что пытался поставить Том. — Ну что? Как там ваши успехи? Он говорил так, будто Диана теперь не существовала без Тома. Никто из этих двоих не мог воспринимать её как отдельную личность. — Ты обижаешься на меня? — уточнила она. Он рассмеялся, рука ущипнула Диану за щёку. — Забавно, что ты этим интересуешься! Тем не менее действительно ли это твой сегодняшний вопрос? — Нет, — Диана заправила прядь за ухо. Судя по тону Голоса, у него было неплохое настроение, и он не собирался ставить ультиматумов. Она не понимала, может ли верить ему, и это сомнение который день надоедливой пластинкой крутилось на проигрывателе мыслей. Ей хотелось как-нибудь проверить Голоса, вот только как? — Что такое роли? Слушал ли Голос их с Томом диалоги? Они старались говорить тихо и в уединённых местах, а значит, Голос не мог за ними наблюдать? Или же... — Это твой вопрос? — Да. — Все шестерёнки встроены в единую систему, — как обычно, он начал с метафоры. — Лишняя деталь нарушает работу всего механизма. Но если деталь умеет встраиваться между нужными шестерёнками — беды от неё не будет. Диана улыбнулась. Иными словами, это почти то же, что сказал ей Том. Было почти странно признавать: Голос не врёт! — Спасибо, — с искренней благодарностью кивнула она. — Какой совет ты дашь мне на завтра? — Точно! Несчастная моя голова, — вздохнул он, трагично раскинув руки. — Может, ты ещё не забыла про подвал? — Не забыла... — Так вот и я не забыл! Раз открыть самостоятельно не выходит, следует покараулить рядом. Подожди, пока кто-то зайдёт внутрь, и прошмыгни следом. Идёт? — А зачем... — она осеклась. — А. Ну да. Один вопрос, знаю. — Умница, — мурлыкнул он, и холодные пальцы нежно прошлись по макушке. — Сладких снов, Дианочка.