Часодеи. Перестановка

В спортзале царила знойная духота. Ребята очень устали — тренировке давно пора закончиться, но не тут-то было. — Маша, ну кто так делает! Сделай дорожку с боковым сальто еще раз. — Немного полноватый тренер необычайно резво вскочил с лавки. — Ты как тюлень в цирке, ей-богу! Всем остальным присесть, сколько повторять! Повторять и не надо было: ребята охотно расселись на лавках, немного сочувствуя нескладной Маше, вновь занявшей место на краю площадки. Девочка разбежалась, сделала два колеса подряд, злополучное боковое сальто и опять закончила его приземлением на пятую точку. — Маша, Маша, — покачал головой неугомонный тренер, — если так дело и дальше пойдет — можешь забыть о летнем спортивном лагере… Фэш! Покажи, как надо. С лавки поднялсь среднего роста худенький мальчик с темной шевелюрой и неуверенно прошёл к краю площадки. Внезапно он резко выпрямился, легко разбежался и сделал то самое боковое сальто, а потом еще и сальто вперед. — Вот, — одобрительно кивнул тренер, — бери пример. — Я так никогда не смогу, — уныло возразила Маша. — Не та комплекция. — Не повод! Диета и еще раз диета. Это касается всех! Кто не соблюдает правильный режим питания сейчас, теми я займусь в летнем лагере! Так, уже давно пора перейти к показательным выступлениям… Пожалуй, прогоним по разу и хватит… Тихо-тихо! — Тренер замахал руками на протестующих ребят. — Давайте наше трио хотя бы выступит… Игнат, Сергей, Фэш, вперед! Три спортсмена застыли в центре площадки в исходной позиции: полусогнутые руки вверху, спина прогнута, правая нога чуть выдвинута на носке. Фэш находился на шаг впереди, потому что был ниже всех. Зазвучала бойкая мелодия. Композиция выполнялась синхронно, с лиц гимнастов не сходили обворожительные улыбки. Казалось, мальчики просто танцуют. — Хорошо, молодцы!.. Игнат, прыжки немного тяжеловаты, Серёж, у тебя с поворотами проблема — поизящнее вращение делай, поизящнее! Фэш, — тренер положил руку на плечо раскрасневшемуся мальчику, — у меня к тебе лишь одно нарекание: подстриги волосы, а? Ты скоро в них запутаешься. — Нет, не запутаюсь, — непреклонно заявил тот, опуская голову, — мне так нравится. — Ладно-ладно, — сразу сдался тренер, — хозяин — барин. Кстати, Фэш, важная новость: я договорился насчет тебя. Городской оргкомитет оплатит пребывание кое-кого в спортивном лагере — путевка на твое имя уже лежит у меня в кармане. — Спасибо, Ольг Михайлович, — смутился мальчик. — Не надо было…— Надо было, надо! — жестко отозвался тренер и огласил, к великой радости подопечных: — Все, детки, на сегодня хватит… по домам! — На час тренировку задержал! — возмущались мальчишки уже в раздевалке. — Смотри, как стемнело, моя мама волнуется, — больше всех бунтовал Игнат — светловолосый мальчишка шестнадцати лет, самый старший в школьной сборной. — Еще и по показухе прогнал! — Просто Ольг хочет выиграть соревнования между спортивными лагерями, — не выдержал Фэш. — Он ведь больше всего на свете хочет видеть летний Кубок у себя на полке в учительской. Игнат сразу же обернулся: он недолюбливал Фэша Драгоция, втайне завидуя его успехам и чрезмерному, как ему казалось, вниманию со стороны тренера. Ему и невдомек было, что тот стал KMC — кандидатом в мастера спорта — в свои неполные тринадцать лет, потому что все свободное время старалсья посвящать гимнастике, — только бы в квартиру не возвращаться… — Ну, конечно, тебя ведь дома никто, кроме кошек, не ждет, — зло бросил Игнат, сощурившись. — Ты мог бы вообще ночевать в спортзале. Все же лучше,чем в интернате, где ты скоро окажешься. Некоторые мальчишки, друзья Игната, захихикали. Щеки Фэша мгновенно вспыхнули: когда он начинал хоть чуточку волноваться, сразу же краснел, как ни старался это скрыть. — Не всем везет родиться в богатой семье, — тихо ответил он. — Сразу видно, тебя хорошо кормят. Это был удар ниже пояса: Игнат считался немного полноватым для гимнаста, и оттого некоторые прыжки удавались ему с трудом. Игнат, застегивавший кросовки, выпрямился и сразу же оказался на голову выше Фэша. — Что ты сказал? — Что слышал! Неизвестно, чем бы это закончилось, но дверь раздевалки резко отворилась и в проеме показалась девичья голова. — Фээш, тебя еще долго ждать? Ответом был дружный мальчишеский возглас. Девчонка, сконфузившись, исчеза. — О, у нас подружка есть! Может, она и приютит тебя? — попытался уколоть Игнат, но вышло как-то вяло. Все знали, что это соседка Фэша - Алиса, с которым он живет в одном подъезде и потому возвращается вместе с ней с тренировок. Конечно, посмеивались над ними, но что тут такого, если они дружат себе с детства да и все? Кроме того, над Алисой — первой драчуньей в школе — мало кто решался подшучивать. А кто решался — больше не шутил. Фэш, наскоро похватав вещи и на ходу запихивая их в сумку, буркнул общее «Пока!» и стрелой вылетел из раздевалки. Алиса, ожидавшая в коридоре, облегченно вздохнула: — Ну, наконец-то! Я думала, ночевать здесь придется, пока ты выйдешь. Чего так долго? — Ольг задержал, — нехотя ответил мальчик. — Да еще Игнат опять пристал, долговяз! — И он вкратце описал то, что случилось в раздевалке. — Не обращай внимания, он тебе просто завидует. — Алиса пожала плечами. — Я тебе давно говорила — переходи к нам. Алиса занималась гимнастикой ушу — спортивно-боевыми искусствами. Фэш не раз наблюдал, как она фехтует с мечом и шестом, а еще делает сложные комплексы упражнений, причем с довольно воинственным видом. По его мнению,это была та же художественная гимнастика, только с оружием. Но Алиса называла себя бойцом и очень гордилась принадлежностью к ушуистам. «Ты что, какая гимнастика?! — обычно возмущалась она. — Это искусство боя! Хотя с твоей растяжкой и акробатикой ты бы сразу очутился у нас в сборной». Но Фэш, улыбаясь, говорил, что вместо меча ему вполне хватает мяча или палочки с лентой. Вот и сейчас он лишь покачал головой и произнесл задумчиво: — Правда, если я теперь попаду в интернат, неизвестно, смогу ли дальше заниматься гимнастикой… Фэш жил с якобы троюродным дедушкой по маминой линии — Марком Михайловичом. Правда, еще лет в шесть мальчик случайно услышал разговор дедушки с соседом и узнал, что тот не является ему родственником и просто присматривает за Фэшем по просьбе матери. Но даже после раскрытия этой «страшной тайны» он продолжал называть свого опекуна дедушкой и делать вид, что ни о чем не догадывается. Папа Фэша исчезл много лет назад. Марк Михайлович туманно отзывался о нём, как о ветреном, легкомысленном красавце, нашедшему более подходящую жену. Но при этом «дедушка» краснел и отворачивал глаза. Из чего маленький Фэш сделал вывод, что опекун говорит так по чьему-то наущению или чтобы отделаться от вопросов. Зато мальчик точно знал, что мать его жива и проживает за границей. Дедушка рассказывал, что она весьма занятой человек и работает в некой важной секретной фирме. И не пишет Фэшу, чтобы не навлечь на него беды. Возможно, говорил опекун, она когда-нибудь приедет за сыном, если уйдет с этой загадочной работы… Сам Марк Михайлович слыл знаменитым на весь район кошатником. Фэшу иногда казалось, что к их подъезду сходятся хвостатые всей Земли. У Марка Михайловича в трехкомнатной квартире обитало более десятка верещащих «пушистиков» и около двух дюжин постоянно вертелись у порога. Сколько Фэш себя помнил, вокруг вечно находились кошки, за которыми приходилось убирать. А еще кормить, расчесывать и следить, чтобы они не дрались между собой. Потому Фэш очень обрадовался, что все-таки поедет в летний спортивный лагерь благодаря доброте и настойчивости настойчивости тренера — отдохнет от кошачьего царства. В ту сказку, что мать когда-нибудь приедет за ним, Фэш перестал верить лет с восьми. И прекратил писать ей письма, когда нашл в шкафу под полотенцами толстую пачку: ни одно послание опекун отправлено не было. Скорей всего, после исчезновения отца мать предпочла забыть о сыне — вот и вся «работа». Фэш знал, что Марк Михайлович получал какие-то деньги, кроме пенсии. Раз в месяц опекун посещал местное почтовое отделение и возвращался с большими пакетами сухого корма и других кошачьих деликатесов. Для Фэша всегда имелась маленькая шоколадка. Кроме того, Марк Михайлович покупал обязательную бутылочку коньяка, которую вечером и выпивал, становясь очень сентиментальной: гладил Фэша по голове, рассказывал истории из своей молодости, а потом засыпал и почивал целые сутки, а иногда и больше. И вдруг Марка Михайловича хватил удар — сердце не выдержало: пропал ее любимая кошка Стрелка. Старика отвезли в больницу, а что делать дальше с Фэшем — решительно никто не знал. Прошло две недели, и мальчик по-прежнему жил одна в квартире. Сосед дядя Гена приносил еду и даже давал деньги на расходы, нарочито громко, на весь подъезд, жалея мальчика и выдвигая планы по устроению его дальнейшей судьбы. Алиса тоже не забывала приносить что-нибудь вкусненькое, но вот от её денег Фэш решительно отказывался. Собственно, мальчик потихоньку начинал подумывать, что, может, его просто оставят в покое, и он будет жить как-нибудь сам — например, на настоящую работу устроится… Чтобы отвлечься от грустных мыслей, Фэш глубоко вздохнул и радостно произнёс: — Ольг сказал, что я точно еду в лагерь, представляешь?! — Здорово! — обрадовалась Алиса. — Наша команда тоже едет. Тренер больше всего желает, чтобы летний Кубок стоял у него в учительской у всех на виду. Они рассмеялись почти одновременно и от этого захохотали еще громче. И так, болтая о всяких мелочах, не заметили, как почти дошли до своего дома. Оставалось лишь пройти вдоль забора, ограждавшего детский сад, и… — Эй, малявки! Они обернулись. Ну надо же — Игнат, и не один, а со своим девушкой — Викой-боксером. У Фэша вмиг похолодела спина от нехорошего предчувствия. — Мне кажется, уголёк, ты забыл извиниться! — сладким голосом пропел Игнат. Вика, нагло ухмыляясь, подошла ближе. — С чего это он должн перед тобой извиняться? — хмуро спросила Алиса, заслоняя собой друга. — А с того. — Глаза Игната сузились. — Уйди, малышка, не мешай… Уголька давно пора проучить. — Я не уголёк! — с вызовом ответил Фэш из-за плеча Алисы. — И извиняться не буду, долговяз. — Слышь, малявка! — Вика угрожающе хрустнула пальцами. Она шагнула к ним, намереваясь щелкнуть Алису по носу. Но та опередила здоровячку: быстрым движением схватила её за предплечье, подставила подножку и повалила на землю. К сожалению, это был лишь краткий миг превосходства. Вика взревела, с усилием перевернулась, и они с Алисой покатились по земле. Игнат кинулся на Фэша, но тот успел отскочить в сторону. . На счастье, мимо проходила веселая и многочисленная компания, которая и растащила дерущихся за уши. Вика громко ругалась, потому что некая девушка со стрижкой под каре принялась отчитывать её, пока один из парней держал горемычную за руки. Игнат, не стыдясь, жалобно всхлипывал.— В лагере мне не попадайся! — зло крикнула он Фэшу и тут же запричитал: — Отпустите её, она больше не будет… Благодаря тому, что на них больше никто не обращал внимания, Алиса и Фэш смогли тихо и незаметно улизнуть. Добравшись наконец до своего подъезда, они встали под слабым, дрожащим светом фонаря, единственного работавшего на всей улице. Алиса первым делом ощупала нос. — Фу, не сломан! — облегченно выдохнула она. — А то она меня, пока мы на земле были, лбом как стукнула! Фэш неловко топтался на месте, чувствуя себя виноватым. — Лис, извини… все ж из-за меня. — Да ладно, — отмахнулась Алиса, — здорово подрались. А тебе, кстати, не помешало бы выучить пару приемчиков, а то совсем защищаться не умеешь. — Вряд ли у меня что-нибудь получится… — С твоей физической подготовкой — получится, — заверила Алиса. — Только это, боевой дух у тебя того… слабый очень. Алиса не ответил. Но подумал, что, если он собирается ехать в летний лагерь, надо действительно поднимать боевой дух: Игнат там житья не даст. — Ладно, пора домой. Алиса первой нырнула в подъезд. — Ну что, потом зайдешь? — спросил Фэш, когда они поднимались по лестнице, и улыбнулся: — Кто за тебя алгебру решит? — Ха, не все же такие умные, как ты. — Алиса ухмыльнулась. — Считаешь ты здорово, что и говорить. «Еще бы!» — подумал Фэш, вспомнив о ежедневных упражнениях, которые давал ен Марк Михайлович. Иногда мальчику казалось, что опекун решил сделать из него математического гения: каждый вечер Фэш решал задачи, чаще игровые или логические, но с обязательным применением чисел. И всегда у Марка Михайловича имелись наготове новые ребусы, откуда только он их брал? Но теперь опекун был в больнице, и у Фэша появилось много времени… Даже Алису можно было пригласить, потому что кошки неожиданно исчезли — ни одна больше не крутилась у порога. Странное и непонятное, но все же приятное событие. Алиса жила на пятом этаже, а Фэш — на четвертом. Потому они оба увидели приоткрытую дверь и услышали голоса, доносившиеся из дедушкиной квартиры. — Ого, у тебя гости? — удивилась Алиса. Сердце у Фэша екнуло. Ему вдруг почему-то стало страшно. Не понимая, что делает, он развернулся и со всех ног побежал вниз. На улице стало легче: прохладный ветерок нежно дул в лицо, гладил воздушными ладонями по макушке, успокаивая. — Фэш, что с тобой? — Рядом оказалась недоумевающая подруга. — Алиса, я туда не пойду. — Да не волнуйся, ты чего? Кто-то тронул Фэша за плечо. Мальчик обернулся — дядя Гена, его сосед. Глаза мужчины блестели от восторженных слез. — Фэш, мальчик мой, — пропел он. — Такая радость! Там твоя мать…