Запретная грань

Целый месяц Витя не появлялся в жизни Лены. Она слышала о нём только от Ксюши — сестра с восторгом рассказывала о подготовке к свадьбе: показывала эскизы платья, обсуждала с мамой детали торжества, делилась планами на медовый месяц. Лена искренне радовалась за Ксюшу — она видела, как сестра светится от счастья, и не могла даже подумать, что за этим фасадом может скрываться какой‑то расчёт. Лена сосредоточилась на работе и мечтах о собственном деле. Она продолжала танцевать в клубе — это давало хоть какой‑то доход, — а в свободное время продумывала концепцию будущей студии. В блокноте с надписью «Горизонт» появлялись всё новые записи: идеи по направлениям танцев, расчёты бюджета, наброски афиш. Однажды вечером Лена готовилась к выходу на сцену. Она поправила костюм, проверила макияж в зеркале гримерки и уже собиралась идти к сцене, когда дверь резко распахнулась. На пороге стоял Витя. Его лицо искажала гримаса гнева. — Ты опять здесь? — процедил он. — А ты что, следишь за мной? — Лена постаралась говорить спокойно, хотя внутри всё сжалось. — Уходи, — он сделал шаг вперёд. — Сейчас же. Если не хочешь, чтобы твоя семья узнала, где и кем ты работаешь. — О, угроза, — Лена усмехнулась, чувствуя, как в груди закипает злость. — А если я расскажу Ксюше, что ты делаешь на своих «деловых встречах»? И с кем? Витя замер. Он явно не ожидал такого ответа. — Ты не посмеешь, — прошептал он. — Посмею, — Лена выпрямилась. — И знаешь что? Я здесь зарабатываю деньги. Это моя работа. И я не собираюсь прятаться или стыдиться её. Витя сжал кулаки, но ничего не сказал. Лена развернулась и пошла к сцене. Весь номер он простоял у стены, не сводя с неё глаз. Когда музыка стихла и зал взорвался аплодисментами, он подошёл к Лене за кулисами и резко потянул её в сторону VIP‑комнаты. Дверь захлопнулась. Витя отпустил её руку, но остался стоять слишком близко. — Ты играешь с огнём, — хрипло произнёс он. — А ты — со мной, — Лена посмотрела ему прямо в глаза. — Почему тебя так волнует, где я работаю? Почему ты вообще пришёл сюда? — Потому что… — он запнулся. — Потому что я не могу перестать думать о тебе. — Правда? — Лена вдруг поняла, что может использовать его чувства в своих интересах. Она решила сыграть с ним в его же игру. — Тогда почему ты женишься на моей сестре? — Это не то, что ты думаешь… — Конечно, — она горько рассмеялась. — Это всегда «не то, что я думаю». Внезапно Лена сделала шаг вперёд и взяла его руку. Медленно, почти невесомо, она провела ею вдоль своего тела — от плеча, по руке, к талии. Витя замер, дыхание сбилось. — Если ты ревнуешь, — тихо сказала Лена, — то я могу танцевать только для тебя. Только для твоих глаз. Хочешь? — Лена… — он сглотнул. — Не надо так. — Почему? — она чуть наклонила голову. — Ты же сам этого хочешь. Признай. — Хочу, — выдохнул он. — Слишком сильно. И именно поэтому я не должен… — Но хочешь, — повторила она. — Так в чём проблема? Отмени свадьбу. Скажи Ксюше правду. Или… просто будь честен хотя бы со мной. Витя закрыл глаза, словно пытаясь собраться с мыслями. В комнате повисла тяжёлая тишина. Лена ждала — её сердце билось так громко, что, казалось, он мог услышать его стук. Наконец Витя открыл глаза и произнёс: — Я не могу отменить свадьбу. — Почему? — Лена отступила на шаг, её голос дрогнул. — Ты любишь её? — Нет, — он опустил голову. — Но это не просто свадьба. Это сделка. Между моим бизнесом и твоим отцом. Если я откажусь, пострадает не только моя репутация — под удар попадёт дело всей моей жизни. Лена замерла. Мир вокруг словно потерял чёткость. — Сделка? — прошептала она. — Значит, Ксюша… она не знает? — Нет. И я не хочу, чтобы она узнала так. — И ты готов жениться на ней, зная, что не любишь? — Это единственный способ сохранить всё, что я построил, — Витя поднял взгляд. — И единственный способ защитить её от правды. Лена вдруг резко отступила, её глаза сверкнули гневом. — Защитить? — её голос зазвучал жёстко. — Ты говоришь о защите, но при этом называешь меня шлюхой? Помнишь, Витя? Помнишь, как ты бросил мне это в лицо? «Танцевать перед толпой сомнительных типов за копейки — вот твоя независимость! Будешь дальше танцевать, а потом станешь делать то, для чего такие, как ты, и идут в эти клубы: спать с богатыми дядями, как обычная шлюха». Ты это сказал. И теперь стоишь тут и рассуждаешь о какой‑то чести? Витя побледнел. Он открыл рот, чтобы что‑то сказать, но Лена не дала ему заговорить: — Не надо оправдываться. Я всё поняла. Ты не способен ни на любовь, ни на честность. Ты просто человек, который использует других — мою сестру, меня, всех вокруг. Она замолчала на мгновение, глубоко вдохнула и расправила плечи. В груди всё ещё бушевала буря эмоций, но она чётко осознавала: оставаться здесь больше нельзя. — Я не стану рассказывать Ксюше — пока, — тихо, но твёрдо произнесла Лена. — Но и слушать твои объяснения больше не хочу. Не дожидаясь ответа, она развернулась и направилась к двери. Её шаги звучали ровно и уверенно, хотя внутри всё дрожало. Рука нащупала ручку, Лена толкнула дверь и вышла из VIP‑комнаты, оставив Витю стоять в тишине. В коридоре она на мгновение остановилась, глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в руках. Затем поправила волосы, расправила плечи и пошла к выходу из клуба — быстро, решительно, не оборачиваясь. Лена вернулась домой и замерла в дверях гостиной. Ксюша сидела на полу, окружённая букетами цветов и каталогами, разложив перед собой образцы тканей и открытки с вариантами композиций. Она перебирала нежные белые лилии, раскладывая их по оттенкам — от кремового до чисто‑белого. — Лен, ты пришла! — Ксюша подняла голову и улыбнулась. — Помоги мне выбрать: эти лилии или розы с эвкалиптом? Я никак не могу решить… Лена сбросила куртку, присела рядом с сестрой и осторожно взяла один из цветков. — Лилии, — сказала она после паузы. — Они такие изящные. Подходят к твоему образу. — Правда? — Ксюша просияла. — Мне тоже они больше нравятся. Но мама настаивает на розах, говорит, они классичнее… Девушки принялись раскладывать цветы по букетам, аккуратно оборачивать стебли лентой. Лена помогала, перевязывала композиции, вставляла веточки гипсофилы — и всё это время в голове крутился вопрос, который она боялась задать. — Ксюш, — наконец негромко начала Лена, — а как у вас с Витей всё закрутилось? Ну, когда вы поняли, что любите друг друга? Расскажи, как это было. Ксюша задумалась, её лицо озарилось тёплой улыбкой. — Знаешь, всё получилось как‑то само собой. Мы познакомились на деловом ужине у папы — Витя тогда только начинал свой бизнес, и папа решил его поддержать. Сначала общались просто по необходимости, потом стали чаще видеться… Он такой внимательный: помнит все мелочи, всегда найдёт время, чтобы позвонить или заехать. — И когда ты поняла, что это серьёзно? — осторожно уточнила Лена. — Наверное, когда он впервые заступился за меня перед мамой, — Ксюша рассмеялась. — Мама тогда на меня накричала из‑за какой‑то ерунды, а Витя просто встал рядом и сказал: «Не надо так с Ксюшей. Она этого не заслуживает». И в тот момент я почувствовала, что он… настоящий. Что он будет меня защищать. Лена слушала, и сердце сжималось. Она представляла Витю — его взгляд, его голос, когда он говорил ей совсем другие слова… — Понятно, — тихо сказала она. — Значит, у вас всё по‑любви. — Конечно! — Ксюша посмотрела на сестру с удивлением. — А ты почему спрашиваешь? Что‑то случилось? Лена глубоко вдохнула. — Да, есть кое‑что… — она замялась, подбирая слова. — Представь, что тебе нравится парень. Очень нравится. И между вами что‑то происходит… ну, взрослые отношения. Но у него уже есть девушка. И он собирается на ней жениться. — Что? — Ксюша нахмурилась. — И что он говорит? — Говорит, что не может быть со мной, потому что у него обязательства. Но при этом не отпускает. То появляется, то исчезает. То говорит, что я ему важна, то ведёт себя так, будто я для него ничего не значу. — А ты сама что чувствуешь? — Ксюша положила руку на плечо сестры. — Не знаю, — Лена опустила глаза. — С одной стороны, я понимаю, что это неправильно. С другой… он меня тянет. И когда он рядом, всё остальное перестаёт иметь значение. Но потом он уходит — и я остаюсь с ощущением, будто меня использовали. Ксюша помолчала, обдумывая слова сестры. — А эта девушка… она знает? — спросила она наконец. — Нет. И я не хочу ей рассказывать. Она кажется такой счастливой. Как ты сейчас. — Тогда, — Ксюша вздохнула, — я бы сказала так: если он не может сделать выбор, значит, он не стоит твоих переживаний. Настоящий мужчина либо уходит, либо остаётся — но честно. А метания туда‑сюда — это неуважение. К обеим. Лена кивнула. Слова сестры отозвались в ней острой болью — потому что она и сама всё это понимала. Просто боялась признать. — А если он говорит, что любит? — тихо спросила она. — Но при этом идёт на брак по расчёту? — Любовь так не выглядит, — твёрдо ответила Ксюша. — Любовь — это когда ты ставишь счастье любимого человека выше своих интересов. Когда готов бороться за него. А если он готов жениться на одной, а любить другую… Это не любовь. Это эгоизм. Лена почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. Она кивнула, пытаясь сдержать их. — Спасибо, — прошептала она. — Наверное, ты права. — Эй, — Ксюша обняла сестру. — Что бы там ни происходило, я с тобой. И всегда буду. Ты же моя сестра. — Да, — Лена улыбнулась сквозь слёзы. — И я рада, что ты у меня есть. Девушки снова вернулись к букетам. Лена аккуратно перевязывала стебли, стараясь сосредоточиться на деле. В голове всё ещё звучали слова Ксюши: «Любовь — это когда ты ставишь счастье любимого человека выше своих интересов». Она посмотрела на сестру — ту, что так искренне верит в свою любовь, в честность Вити, в их будущее. И твёрдо решила: она не станет разрушать эту веру. Не сейчас. Сначала она разберётся во всём сама. А пока — будет рядом. Будет помогать, поддерживать, радоваться счастью Ксюши. И найдёт в себе силы отпустить то, что приносит боль. — Смотри, — Ксюша подняла готовый букет, — получается почти идеально. Завтра отнесу флористу. Поможешь мне в день свадьбы? Будешь рядом? Лена улыбнулась и уже собиралась ответить привычно: «Конечно, я буду рядом», — но Ксюша вдруг перебила её, глаза сестры засияли от волнения: — Лён, а хочешь быть моей свидетельницей? Официально? Я как раз думала, кого выбрать… И поняла — только ты. Кто ещё знает меня так хорошо? Кто ещё поддержит в самый важный день? Лена замерла. Предложение ударило в самое сердце — одновременно радостью и острой болью. Она посмотрела на Ксюшу: та сияла, искренне верила, что делает сестру счастливой этим выбором. — Ксюш… — Лена сглотнула. — Ты уверена? — Абсолютно! — Ксюша схватила её за руки. — Ты же моя сестра, мой самый близкий человек. Я хочу, чтобы именно ты была рядом, когда я пойду к алтарю. Чтобы ты держала мой букет, помогала с фатой, подбадривала, если я вдруг начну нервничать… Лена почувствовала, как к горлу подступает ком. Она представила этот день: Ксюша в белом платье, счастливая, влюблённая, идёт к Вите — к человеку, который запутался между долгом и чувствами, который причинил боль Лене… И Лена должна будет улыбаться, поддерживать, праздновать их союз. — Я… — она запнулась. — Я не знаю, Ксюш. Это очень ответственно. И я… — Не отказывайся, — Ксюша сжала её руки крепче. — Пожалуйста. Мне правда будет спокойнее, если рядом будешь ты. Ты всегда знаешь, как меня успокоить, как подобрать слова. И потом… — она понизила голос, — я ведь вижу, что у тебя что‑то на душе. Может, это поможет тебе отвлечься? Почувствовать, что ты тоже часть чего‑то светлого, семейного, настоящего? Лена глубоко вдохнула. В словах Ксюши было столько тепла, столько искренности, что отказать было невозможно. — Хорошо, — тихо сказала она. — Я буду твоей свидетельницей. — Ура! — Ксюша бросилась к ней с объятиями. — Спасибо, Лён! Я знала, что ты согласишься! Мы сделаем этот день самым прекрасным. Я уже придумала, какое платье будет у свидетельницы — оно идеально подойдёт к моему! И мы вместе поедем выбирать украшения, и репетировать… Она щебетала, описывая детали, а Лена слушала и кивала, стараясь улыбаться искренне. Внутри всё ещё бушевали противоречивые чувства, но она твёрдо решила: ради Ксюши она справится. Сделает всё, чтобы свадьба сестры стала идеальной. И спрячет свои переживания так глубоко, как только сможет. — Значит, завтра с утра едем в салон, — Ксюша хлопнула в ладоши. — Примерим варианты платьев, обсудим причёски. А потом заглянем в кафе — отметим наше решение! — Договорились, — Лена обняла сестру. — И знаешь что? Я правда рада быть твоей свидетельницей. Честно. — Я так и думала, — Ксюша подмигнула. — У нас всё получится. Девушки снова вернулись к букетам. Лена аккуратно перевязывала стебли, стараясь сосредоточиться на деле. Теперь у неё была чёткая цель: сделать день свадьбы Ксюши незабываемым. И неважно, что в глубине души она всё ещё не могла отпустить свои чувства к Вите. Сейчас главное — счастье сестры. За окном темнело. В комнате пахло цветами и надеждой. Лена глубоко вдохнула, улыбнулась и взялась за следующий букет. Впереди было много работы — и не только с цветами, но и с собственным сердцем. Нужно было научиться отпускать, прощать и радоваться за близкого человека, даже если это давалось с болью.